Fainting Spells

Я хуже голодного зверя беснуюсь, мечусь В своём лабиринте, что есть четыре угла и четыре стены. Себя ненавижу, сам на себя злюсь, Избавить от мук, что терзают меня, сумеешь лишь ты. Мой Бог – это ты. Я молюсь за тебя тебе самому. Мой разум истлел у меня на глазах, словно старый потрёпанный труп. Мечтал, что грядут перемены, когда, запинаясь, прочту Эфирные строчки на стёклах, застывшие в плазме очей... О, как я был глуп. Я выдумал жизнь. Это миф, что смеётся со злобой в лицо. Не в силах оставить то бремя, что тянет годами к безликому чёрному дну. И с ложью правдивой, что паззл собирает в одно, Ещё проживу я, пожалуй, стеная, только прошу - Убей меня этой ночью пугающе-страшной безмолвной, Чтоб только предсмертный мой крик раздавался в оковах чарующей дымки забвенья. Убей, не жалей, ведь прошлое было тёмным, А я хочу жить только в нём, найдя в смерти тобою дарованной, упокоенье. Убей. Отрави сладким ядом притворства. Пусть он разъедает меня изнутри, пусть пена идёт изо рта вперемешку с отверженной кровью. Давай же - решайся! Я верю это непросто. Пускай бьёт меня лихорадка, свернув, искорёжив пустое нутро, пускай будет жар заменяемый острою болью. Убей. Проткни моё сердце этим ржавым ножом, Вонзи со всей силы холодную старую грязную сталь в мою грешную плоть. Ты режь, оскверняй моё тело, ответы поищешь потом. Простись же со мною, ведь мне давно никто и ничто уж не в силах помочь. Убей. Сдави моё горло голодную леской, Лаская дыхания рвань вуалью горячих и жадных прикосновений. Пускай я купаюсь в страданьях и муках телесных, Пускай я хриплю, плачу и пью свои слезы, в мольбе обращённой закончить мученья. Убей. И воткни мне под ногти десяток иль сотню острейших, тончайших иголок, Возьми кровожадные лезвия и располосуй крылатую вольную спину, Ты в ранках осколки металла оставь, позабудь, что я был тебе дорог - Представь, что я кости удачи, что выкрал, неправильно кинул. Убей. Проведи от груди к животу, не щадя ни секунды, Заботливо-стройную линию скальпелем жёстко кусающим кожу, воспевавшим громадную силу терзаний, Ты пальцы прижми к ней, зияющей болью надежды, ты будь со мной грубым, Пронзай мои руки, бока, мои ступни булавками в соли смочёнными, сделай несносным само моё существованье. Убей. Ломай мне запястья, изувечивай стан. Хлестай меня плетью, оставляй мне на рёбрах мертвящей голгофы следы. Убей. Я исход таковой избрал себе сам. Я только хочу, чтоб в реальность его воплотил именно ты. Убей. Выпускай тёмно-алую, приторно-горькую кровь. Давай же! Вырви мне лёгкие, стиснув в вспотевших ладонях любя. Запомни неверия вопли – ты сможешь услышать их вновь, Но прежде пройдёт много дней и ночей. Все они без меня. Убей. Я забыться навеки желаю. Я скрыться от мира хотел. Не смог. Себя обнаружив, отчаянье поёт колыбельную мне. И сколь себя помню – ходил я по краю, искавши предел. Нашёл разрушение лестниц ведущих к заветной мечте. Убей же. На всё я смотрю через призму реалии серых цветов. Я всё потерял. И не дорого мне ничего, я остался один. Убей и не думай. Я с бесславной кончиной смирился. О да, я готов. Осталось одно испытанье, и ты его должен пройти. Убей. Я являюсь чёрствою язвой Вселенной. Я только мешаю, я не понимаю, я будто не с этой планеты. Закрыть себя в кокон, зарыть под землёю скучающей, бренной, Чьи выродки вносят в существование прочих запреты. Заставь меня чувствовать вновь эту адскую боль. Возьми же флакончик и сохрани три последних слезинки на память. В них плещется радугой смрадная кислая соль, В царапины духа насыпанная, чтоб гордости-спеси убавить. Я выбрал краткий путь вниз. Убей меня, только прошу. Я знал изначально – я не был создан для этого дня. Ведь не будет покоя всем, пока я дышу. Найди же обломки тех стёкол, прочти стёртые строки. Прочти их за меня. За меня…