День гнева

Потягивая газировку в кресле бизнес-класса, Жан-Жак Леруа в очередной раз перечитал письмо, чтобы убедиться, что это не его сладкий сон. Но заветная подпись внизу говорила о том, что нет, вот оно, настоящее! И Гидеон Болдуин действительно хочет с ним встретиться. До снижения самолета оставался еще час. «Ваш природный талант… восходящая звезда фигурного катания… дать несколько уроков, хотя это против моих принципов» Каждая строчка грела душу Леруа, когда он думал о том, что теперь и впрямь заслуженно будет называться королем льда. Гидеон Болдуин был легендой фигурного катания, и, не лукавя можно сказать, что самой загадочной легендой. Даже на пике своей карьеры он не любил общение с журналистами, не приходил на пресс-конференции, не посещал банкеты и не общался с соперниками. Но дело было не в этом флере отчуждения и загадки. Болдуин катался как Бог. Или как Дьявол, тут уже с какой стороны посмотреть, но взгляд от фигуриста оторвать было невозможно. Тот будто родился на льду, выделывая такое, от чего ахали зрители и хватался за голову тренер. Несколько травм, одна очень серьезная, журналисты пророчили ему закат карьеры, но нет. Оправился, вернулся и катал еще несколько лет, отбирая призовые места у молодежи. Было в этом будто бы что-то сверхъестественное, но Жан-Жак знал, что это просто талант, который появляется раз в десятилетие. И король Джей-Джей будет звездой этого времени. Ведь сам Болдуин после заявления об уходе из спорта ушел и из публичной жизни вообще. Он не стал тренером, не нашел другое занятие. А просто растворился в толпе людей. Ходили слухи, что он купил дом где-то в глуши и ведет существование отшельника. «Значит, Ирландия» - усмехнулся Леруа. Неплохой выбор, хотя и странный. Жить в собственном доме на отдаленном острове. Нет, он бы так не смог. Но встретиться с легендой — честь. - Это Джей-Джей стайл! - не удержался Леруа в порыве гордости за свои успехи. Теперь-то он точно утрет нос остальным. Мила Бабичева сразу же увидела человека с табличкой в руках и поспешила к нему, везя со собой небольшой чемоданчик на колесиках. Она получила свой багаж практически самая последняя, возникла какая-то задержка. Ох уж эти аэропорты, здесь все не слава богу. - Вы опоздали, - пробурчал недовольно встречающий, мужчина лет пятидесяти, открывая перед Милой дверь автомобиля. - Виновата в этом не я, - уже в салоне машины Мила откупорила бутылку воды и с удовольствием сделала глоток. - Ехать долго придется, - предупредил водитель. Да Мила и сама уже догадалась, Болдуин же добровольно изолировал себя от общества, понятное дело, что он не живет в городе. И в письме было написано про остров. Странно, почему-то раньше Бабичева считала Болдуина женоненавистником, такое о нем складывалось впечатление. И вдруг это приглашение посетить остров и потренироваться вместе. «Всем известно, что русские фигуристы лучшие в мире». Она ничего не сказала об этом Саре, решив сделать подружке сюрприз. Вот та удивится! «Как жаль, что у тебя возникли дела, но ничего не поделаешь» - гласило сообщение от Криспино. «Тебе понравится мой сюрприз, милая» «Уже жду не дождусь» «Думаю только о тебе» Телефон практически разрядился, и Мила, в завершение разговора отправив смайлик с поцелуем, выключила смартфон. В доме точно уж должно быть электричество, вот там и включит. Интересно, как теперь выглядит Гидеон? Ведь прошло столько лет… И несмотря на это, он все равно остается легендой. - А как выглядит сейчас мистер Болдуин? - наконец решилась спросить она у водителя. - Да кто б еще знал, этот человек вообще странный. Дом на острове, вы представьте? Да там одни скалы да чайки. Впрочем, сами увидите. Я вас до городка подброшу, а там уж до причала по главной улице вниз. И чего вас туда вообще понесло, девушка? - Вы не понимаете. Это человек-легенда. И встретиться с ним — огромная честь. Мужчина в ответ хмыкнул. - Ладно бы кинозвезда какая-нибудь или режиссер культовый. А тут… да кто вообще о нем помнит? «Все фигуристы», - хотела ответить Мила, но промолчала. Таким людям не объяснишь, да и тем более простому водителю. Пусть дальше баранку крутит, а она будет любоваться окрестностями. Пхичит сделал пятое фото на фоне каменного домика и только тогда остался доволен результатом. Его подбросили только до самого городка, показав, что к причалу можно спуститься по главной улице. Улочка называлась главной, видимо, из-за того, что была самой широкой. Да еще и составленная из булыжников. Нет, у Пхичита удобные кроссовки, а вот девушкам в их туфлях наверняка ходить трудно. Чуланонт сделал еще одно сэлфи на всякий случай и уже собирался опубликовать его у себя в инстаграм, как вдруг вспомнил, что эта его поездка совершенно секретна. Если он раскроет местоположение мистера Болдуина, то тот разозлится и откажется даже разговаривать. А такой шанс, который предоставляется лишь единожды, Пхичит опустить никак не мог. Но фото сделать надо, запостит, когда все закончится. Иначе ему никто не поверит. На причале его встретил небритый мужчина, всем своим видом напоминавший рыбака. Судя по всему, это он и был. - Мне… - Да-да, до острова. Подождать придется, можете пока по городу прогуляться. А вообще, зачем вам вообще туда, погода портится. - Так волны совсем слабые. - Это сейчас они слабые, а к вечеру только так разгуляются. Я старый рыбак, мальчик, поэтому знаю, что говорю. Будет буря, никакие ваши интернеты не помогут. Пожав плечами, Пхичит сфотографировал волны, бьющиеся о деревянный причал. Саре повезло, что Микки внезапно уехал по делам не смог контролировать каждый ее шаг, иначе бы еще вместе с ней напросился. В письме было сказано ясно, что в случае утечки информации никакой встречи не состоится. Хотя сама Криспино еле удержалась от того, чтобы поразить Милу своим успехом. Русская фигуристка всегда считала себя чуть сильнее, хотя и не говорила этого вслух, но Сара чувствовала это. В конце-концов, они уже два года вместе. Кто там говорил о том, что тайные отношения не могут длиться долго и выматывают пару? Их влечение с каждой встречей лишь усиливалось. Конечно, мешал Микки, из-за которого, собственно и была затеяна эта игра. «Ты ему уже сказала? Обещала же», - постоянно напоминала Бабичева, Сара каждый раз собиралась с духом и...молчала. Ведь пока такое положение дел полностью устраивало ее. Но вот встреча с легендой фигурного катания точно станет поворотной. Она докажет Микки и Миле, что сама в праве решать, как поступать со своей жизнью. - Уже подъезжаем к месту назначения. Там лодкой придется. - Лодкой? - Сара так увлеклась своими мыслями, что реагировала на слова водителя автоматически. - Девушка, это остров. Вокруг вода, понимаете? - Ох, просто поехали дальше, я сама разберусь. Кристоф не спешил, успев купить в небольшой забегаловке кофе, все же перелет, а потом поездка на автомобиле в эту глушь его изрядно утомили. Кофе был плохой, но выбирать не приходилось. Но лучше бы взял чай, пакетик и кипяток вообще трудно испортить. Но зато какой момент! Тепло, кричат чайки, шум моря. Благодать. - Так будет при кончине века: изыдут Ангелы, и отделят злых из среды праведных, и ввергнут их в печь огненную: там будет плач и скрежет зубов. Дорогу перегородил старик в лохмотьях и попытался схватить Джакометти за руку. Но тот отреагировал быстрее и вовремя отскочил. Нищий злобно сверка глазами, а его беззубый рот был искривлен в яростной гримасе. Да, какой же город без своих сумасшедших. Особенно без религиозных сумасшедших. - Спокойно! - Крис поднял руки, показывая, что не опасен, - я пойду,- он обогнул старика и пошел по улице вниз. - Солнце превратится во тьму, и луна - в кровь, прежде нежели наступит день Господень, великий и славный, - донеслось вслед. - Виктор, а ты уверен, что мне вообще стоит туда ехать? - когда общая эйфория от того, что они едут в гости к самому Гидеону Болдуину, стихла, Юри начали терзать сомнения по поводу самоуверенного решения Виктора поехать вместе. - Юри, мы уже сидим в самолете, не поздно ли? - Виктор никаких сомнений не испытывал. Подумаешь, в письме было написано про секретность, он же не толпу фанаток с собой взял. Такие события лучше разделять вдвоем. Свадьба впереди (хотя что так сказать, она еще маячила где-то в неопределенном будущем, даты не назначали). - Ну, это же частный самолет, я могу проводить тебя и улететь назад, - на тему частного самолета они уже успели поспорить. Кацуки честно не понимал необходимости в этом, а Виктор настаивал, что лететь нужно со всеми удобствами и шиком. - И куда делся твой восторг? - Просто начал думать. Он увидит, что нас двое и просто не откроет дверь. Это была твоя мечта. - Моя мечта сидит рядом со мной. - Виктор! Никифоров рассмеялся, и Юри не смог не улыбнуться в ответ. Он вспомнил тот момент, когда Виктор буквально вихрем ворвался на каток, размахивая письмом. Юри в это время отрабатывал новую программу, но тренировку прервал, как только увидел горящие глаза жениха. Таким Виктор становился, когда выходил на лед — вдохновленным и светящимся изнутри. Тогда Никифоров и показал письмо с приглашением и личной подписью. - Это должно было случиться, ты же лучший, - для Юри это было аксиомой, поэтому он даже не задавался вопросом, почему именно Виктор встретится с живой легендой фигурного катания. Наоборот, он мог лишь удивиться, почему это не произошло раньше. Не слишком ли поздно? В конце концов Виктор собирается уйти из спорта, о чем уже сообщил Кацуки. Или это будет просто знакомство двух легенд? Прошлого и настоящего? - Понимаешь, Болдуин! Это же Сэлинджер фигурного катания! - Виктор даже в самолете не мог угомониться, а после взлета то и дело подскакивал с кресла и чуть ли не маршировал по салону, благо тот был совсем небольшим, а они были одни. - Сэлинджер? - «Над пропастью во ржи». Не читал? Ох уж эта Япония, ничего, я тебе принесу книгу. Короче, этот писатель написал очень немного и вскоре забросил все и стал отшельником. Не пускал ни поклонников ни журналистов, вообще не контактировал с внешним миром. Дожил до глубокой старости, кстати. Вот я и говорю, что наш чемпион — это Сэлинджер, только в фигурном катании. Он будто родился на льду, - вздохнул Никифоров, вспоминая собственные выступления, - он будто разрывал грудную клетку и бросал сердце под ноги. И так каждый прокат! Даже сквозь записи почувствовать можно. Вот на кого всегда равнялся я. - А я на тебя. Ты совсем не хуже, Виктор. - Покажи ему свое катание, Юри. Уговорим. И когда он увидит тебя, то все поймет. Как это увидел я. На эту фразу Юри уже не ответил, лишь устало привалился к плечу усевшегося наконец-то обратно Виктора. Тот обнял его, взял за руку и дотронулся подушечками пальцев до ободка кольца. - А потом мы поженимся. Несмотря на долгую дорогу, усталости Юри не чувствовал, лишь смущение, когда Виктор то и дело лез с поцелуями, издевался. И хоть они и сидели на заднем сиденье, водитель никуда не испарялся. - Ну хватит, - прошипел он, когда Виктор в очередной раз принялся лохматить его волосы. - Смотри, уже почти приехали! - наконец-то показались невысокие каменные дома. Вытащив чемоданы из багажника, Виктор с Юри практически побежали по мощеной камнями улице. Они все же опоздали. «Возьмем частный самолет, будет весело и быстро» - мысленно передразнил Никифорова Юри, но вслух ничего не сказал. Тем более, ворчать больше не хотелось. В нос ударил запах моря, который никогда не спутаешь, если вдохнул хоть один раз. - Поплывем на лодке, нас должны встречать… - оптимистично, хоть и задыхаясь на бегу, вещал Виктор, но тут же осекся, когда взору открылась картина Репина «Не ждали». На огромном чемодане восседал недовольный Джей-Джей, в стороне от остальных о чем-то спорили Мила с Сарой, судя по всему, ссорились. Крис Джакометти и Сынгиль, который тоже был здесь, негромко переговаривались. Когда парочку наконец заметили, все взгляды тут же устремились на них. И отнюдь не радостные. - О нет, еще и эти…