День гнева

Свободных комнат оказалось девять, десятая просто не открывалась, хотя подергали ее весьма основательно. На всякий случай. - Хозяйская, наверное, - Эмиль пожал плечами. За несколько часов, проведенных здесь, они с Микеле успели заглянуть во все, однако ничего интересного не обнаружили. - Придется кому-то вдвоем в одной комнате, - Криспино уже хотел сказать сестре, что они будут спать вдвоем, когда Мила поспешила вмешаться. - Мы с Сарой займем одну, ничего страшного! - Да, Микки, мы же обе девушки, так будет лучше. «Обе девушки? Какая нелепая отговорка, Сара» - Бабичева поняла, что еще немного и сама раскроет всем глаза на их отношения. Впрочем, слепым здесь был только Криспино, ревниво ограждая сестру от малейших знаков мужского внимания. Другие-то давно сделали выводы, но тактично молчали. За глаза хватало Виктора с Юри. И Миле вдруг снова пришло в голову, что ее девушка решилась на отношения только из-за того, что хотела встречаться хоть с кем-то. А раз сблизиться с парнем возможности не было, то подошла и Бабичева. «Сколько ты еще будешь мне врать?» Однако комнату, причем самую большую и светлую им отстоять удалось. Милу всегда раздражали снисходительные «ну раз ты девушка», но в данной ситуации она решила не огрызаться. Ночевать они будут с Сарой, а это уже чего-то да стоило. Пока Виктор что-то решал с остальными на втором этаже, Юри осматривал гостиную. Камин, на который он обратил внимание еще во время объяснений Эмиля, оказался не электрический, а настоящий, хоть и очень чистый. - Не часто зажигают. Или моют очень тщательно. - Лучше сюда посмотри, - Пхичит вскочил к каминной полке и указал на статуэтки фигуристов. Наверное, единственное, что говорило о том, что здесь живет легенда фигурного катания. Юри только сейчас заметил, до этого обзор загораживал Николя, да и вообще людей на одну комнату было слишком много. Это сейчас все разошлись, пока лучшие комнаты не заняли другие. Фарфоровые статуэтки были сделаны в какой-то небрежной манере, будто создатель торопился. Да и раскрашены все они были одинаково, в темный цвет. Лиц ни у кого из фигур не было. У двух фигурок явно просматривалась грудь, что указывало на принадлежность к женскому полу. - Их десять, - посчитал Пхичит и взял одну в руки, повертел, - И какой смысл? Они даже не особо красивые. Может быть, какой-то известный мастер? - Воспоминание о прошлой блестящей карьере? - Болдуин жил льдом, рыбак сказал, что здесь даже где-то каток есть, значит до сих пор живет. И эти фигурки. Зачем? - У каждого свои причуды. Виктор, например, вечно покупает себе новую технику, хотя никогда не пользуется… - Что это тут у вас? - за спиной Пхичита возник Крис и буквально вырвал из рук парня статуэтку. - Забавно. Даже коньки можно распознать. Вот что значит любить свое дело, - фигурка с угрожающим треском вернулась на место, но не раскололась. - Осторожно, вдруг они ценные, - хотел сделать замечание Кацуки, но его прервал громкий возглас с лестницы. - Юри-и-и! Я нам комнату занял, поднимайся сюда! Комната оказалась не очень большой, но зато с двуспальной кроватью. Виктор весь светился от гордости, что ему удалось выбить им именно эту, хотя не стал уточнять, что никто из присутствующих особо не настаивал. Мол, пожалуйста, влюбленная парочка, только заткнитесь уже. Юри понимал, что демонстрацией своих чувств они раздражают большую часть знакомых. Но сейчас с ними не было Юрио, поэтому вслух никто не ругался. Лишь смотрели искоса, иногда с завистью. Кацуки подошел к окну, распахнул шторы и невольно выдохнул от открывшегося вида на море. Прищурившись, попытался разглядеть берег, но либо зрение не позволяло, либо они действительно сейчас были так далеко от большой земли. Везде только одна вода, которая уже не кажется синей, а какой-то темной. А если поднимется ветер? Неужели на самом деле будет буря? - Красиво, правда? - обнял со спины Виктор, - Представь, что это наше свадебное путешествие. И мы на этом острове одни. Только ты и я. - Мне неспокойно, - теперь Кацуки понял. Весь дом больше напоминал гостиницу, а эти комнаты — номера. Мягкий бежевый ковер на полу, кремовые стены, над кроватью картина с изображенным на ней маяком. На другой стене висят тикающие часы, показывающие неправильное время. И шкаф, совершенно пустой. Будто они с Виктором приехали в очередную страну на соревнования. Ну, в каком-то смысле это и будут соревнования, не так ли решил Жан-Жак? - Ты просто недостаточно хорошо представил! - Виктор потянул его прочь от окна, - Ты, я, эта комната. За окном шумит море, и никто не мешает. Юри и сам не заметил, как оказался лежащим на кровати, а сверху на него навалился Никифоров. - Куда бы ты хотел поехать после свадьбы? - с улыбкой спросил он и принялся задирать джемпер Кацуки, чтобы ласково провести ладонями по коже, вызывая мурашки. - Виктор, ну что ты делаешь… Какая свадьба, мы еще даже время не выбрали, - на самом деле этот фарс со свадьбой казался лишним. Праздник, со сути, был нужен только окружению и знакомым. Сами с Виктором они приняли как данность, что поженятся, но обсуждение это вопроса откладывалось с каждым днем. В конце концов у них существовали и более насущные дела. А теперь вот Виктор… Видимо, поездка к морю пробудила в нем чувства. - Закончим дела и поженимся. Обещаю, - прошептал Никифоров, а затем заткнул все дальнейшие возражения поцелуем. Сюда бы сейчас Плисецкого, который доступно объяснил всем, что думает по поводу обещаний Виктора. - До ужина еще есть время? Чем займемся? - М-м-м, отдохнем? - У меня есть предложение получше, - очки полетели куда-то в сторону, и Юри мысленно взмолился, чтобы с ними было все порядке. Его самого тем временем принялись освобождать от всей лишней, по мнению Виктора, одежды. - Распаковать чемоданы? - впрочем, скоро им стало совсем не до вещей. Пхичит мерил шагами комнату, пытаясь поймать сеть. И как он раньше не заметил, что телефон стал совсем бесполезным? Странно, это от того, что они отплыли далеко от берега, и цивилизация осталась позади? Но тут же все выглядит как в приличной семейной гостинице, как может не ловить совсем? Попытка словить вайфай тоже успехом не увенчалась. Как сам Болдуин связывался с внешним миром? Или целью была полная изоляция? А письмо было напечатано, только подпись от руки. Ну, значит этот странный человек все же контактирует с внешним миром, уехал же он отсюда, несмотря на то, что пригласил столько людей. Судя по тому, что Чуланонт слышал о Болдуине — вполне в его стиле. И ведь и слова против не скажешь, если хочешь что-то получить. Пхичит обязан продержаться и добиться своего. Если нужно будет подыграть - пожалуйста. Будем играть. Микеле в попытках успокоиться носился по комнате, несколько раз не смог вовремя обогнуть кровать, поэтому скоро на ногах зацветут синяки. Но не привыкать. С одной стороны хорошо, что Сара будет рядом, но она отказать спать вдвоем. Почему она вдруг стала такой? Раньше сестренка никогда не было против совместного времяпрепровождения. И Микеле тогда не нужен был никто другой. Ни друзей, ни других девушек. Ни одна из них никогда не сравнится с Сарой. Самой красивой, самой доброй, самой очаровательной. - Сара, почему ты не чувствуешь то же, что и я? Пойми меня, Сара. Сынгиль выверенными до автоматизма движениями раскладывал вещи из чемодана в шкаф. Это Леруа пусть даже не распаковывается, а он свою победу никому не уступит. Он даже готов закрыть глаза на безответственность будущего учителя, если это приведет к победе. До остальных нет дела. Пусть себе шумят, куда-то спешат, вертятся. Кореец прилег на заправленную кровать и посмотрел на часы. Еще десять минут, а потом нужно будет обойти весь остров. Еще в моторке кто-то говорил про каток. Георгий пытался поспать, потому что уже чувствовал себя совершенно разбитым. Но как только глаза закрывались, он словно спотыкался и падал лицом вниз. Несмотря на теплое одеяло, Поповича знобило. Он в который раз схватился за бутылку воды, в которой оставалось всего на пару глотков, но тут же со вздохом положил обратно. Взял телефон, зашел в альбомы. В интернет заходить смысла не было, не ловило, но да и зачем теперь… С фотографии на него смотрела прекрасная девушка, эти волосы, эти чувственные губы. - Аня… Анечка. Эмиль взялся показать Жан-Жаку каток. - Мы прошлись тут, когда поняли, что никого нет. Нужно еще немного подняться, там на самом верхнем уровне. Не стадион, конечно, но покататься можно. Леруа хмыкнул. Ну да, разве можно на таком островке построить что-то приличное? Хотя дом оказался весьма неплохим, даже удивительно. - И рядом еще электростанция небольшая. - Электростанция? - Ну, остров не соединен с материком, а электричество в доме нужно, - для Никола все звучало вполне логично. - И он правда тут катается? - Да откуда мне знать, я же тут впервые. Джей-Джею пришлось смириться с присутствием других на острове. И смог сам себя приободрить. Намного интереснее будет соревноваться со всеми и победить. Так, чтобы они все точно поняли, что не конкуренты. Никифоров, правда, мог быть проблемой, но он уже старый. Зато можно потом будет дразнить Плисецкого, которого, судя по всему вообще не пригласили, не сочли достойным. Нет, это определенно удача. - Почему ты такая? - Мила со всей силы кинула ночную сорочку под подушку. - Какая? - Ты обещала ему сказать давным-давно, а что я вижу? Слышала бы себя «потому что мы обе девушки», - Бабичевой очень хотелось перейти на простой русский мат, но так Криспино все равно ничего бы не поняла. - Это для тебя все так просто, а я… - А что ты? Не уверена, что это тебе надо? Я устала от твоей лжи. - Лжи? - да почему Мила никак не может понять, что мир не подстраивается под ее желания. Впрочем, это же Бабичева, всегда лучшая, всегда первая. Заслуженно, но от этого не легче. - Кто бы говорил, Мила, - Сара не выдержала наблюдения за тем, как ее девушка издевается над несчастными вещами, подошла и вырвала из рук цветастую блузку. - Все, что я делала — я делала ради нас. Думаю, что скоро сама раскрою глаза твоему братцу. - Тебе это важно? - девушка коснулась щеки Бабичевой и посмотрела в глаза. Их взгляды встретились. На несколько мгновений в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов. - Да, - показалось, или в синих глазах заблестели слезы? - Еще совсем немного. - Какая же ты, Сара, какая… - Мила не договорила, толкнула подругу на кровать и впилась в губы поцелуем. Плевать, что она лжет, что до сих пор находится под влиянием брата и вряд ли расскажет все сама. Сейчас Сара казалось ей самой прекрасной женщиной на Земле. И самой желанной. Если придется ее удерживать рядом с собой — что ж, Бабичева готова. Она всегда была сильной. Крис наткнулся на Библию в ящике шкафа, когда складывал вещи. Серьезно, как в каком-то отеле. Там обычно кладут книгу на столик, да еще и тексты на разных языках прикладывают. - Забавно, - Джакометти плюхнулся на кровать и раскрыл томик на первой попавшейся странице. «Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят» Нет, все же это была плохая идея. - Да что же за день такой, - везет же сегодня на какую-то религиозную чушь. Уж лучше выйти из комнаты, найти кого-нибудь и подразнить. Хотя Кацуки с Никифоровым вряд ли выйдут до ужина, Сара с Милой тоже, а вот достать Сынгиля или Леруа — раз плюнуть. Ужин проходил уже достаточно оживленно, отдохнувшие и смирившееся гости решили все же разговаривать друг с другом относительно вежливо. Еще больше все взбодрились, когда Никола в одном из тумб нашел запасы алкоголя. Вечер сразу стал проходить веселее. - Фигурки на камине видели? Вот уж образец дурного вкуса, - вещал Крис в полной уверенности, что никто не возразит. В стеклянные двери, ведущие из столовой на террасу, вдруг начал стучаться ветер. - Усиливается, - сказал Пхичит, - не повезло, вдруг действительно начнется буря. - Да угомонится все, чего вы переживаете, - Эмиль выпил уже третий бокал вина и был настроен совсем благодушно. - Сара, вот этот салат попробуй. И не пей много вина, пожалуйста. - Микки, спасибо, я знаю, что делаю… - Юри, тебе только сок и воду! - смеялся Виктор, хотя Юри и не думал наливать себе что-то из спиртного. - Да налей ты ему, хоть скучно не будет, - поддразнил Крис, передавая наполненный вином бокал. - Нет, Крис, я не пью. - Все мы помним, как ты не пьешь! А Пхичиту пришла в голову идея, что все это напоминает какое-то реалити-шоу. Ну, в последнее время модно устраивать что-то подобное, в изолированном пространстве со звездами. Теперь вот с фигуристами. Парень даже обвел взглядом потолок и углы обеденного зала в поиске скрытых камер. «Хотя мы и не подписывались, а вдруг». После того, как все насытились, общим решением было прослушать запись, чтобы узнать, что от них всех требуется и дальше и что вообще, собственно, происходит. Сначала ничего не происходило, но потом голос, явно обработанный компьютерной программой, начал зачитывать текст. Звучал он совершенно бездушно, и от этого каждого начала пробирать дрожь. «Добро пожаловать, дамы и господа. Настало время вспомнить проступки каждого из вас: Микеле Криспино, вы убили Давида Марцио, столкнув его в воду. Ли Сынгиль, вы довели до самоубийства Мэй Су. Сара Криспино и Мила Бабичева, вы подбросили лезвия Адель Ривьер и искалечили ее. Эмиль Никола, вы виновны в смерти Элизы Бейль, задохнувшейся в дыму. Кристоф Джакометти, вы жестоко подставили своего соперника Роберта Оуэна. Пхичит Чуланонг, вы сломали жизнь Райли Саттона. Георгий Попович, вы довели до нервного истощения свою бывшую девушку Анну. Жан-Жак Леруа, вы ответственны за смерть Евы Доун. Виктор Никифоров, вы жестоко избили и искалечили Антона Алексеева. Что теперь скажете в свое оправдание?» Наступившую тишину нарушил робкий голос Юри: - Это ведь все ложь, верно?