Свободная птица, которая оказалась в клетке

Неделя. Прошла неделя с того случая, когда Фууске, буквально, "оставил в покое" Нагумо, ничего не потребовав взамен за свою щедрость. Скрытие чувства в своей душе истерзали его изнутри, но привык к этому. Больше, чем каких-то там пять лет. Сузуно, что не совсем можно было от него ожидать, "заинтересован" Харуей. С другой точки зрения, любительницы романов в несколько томов представляют себе сцену с признанием в любви, где Фууске, с изумительной речью и внешностью альфонса поёт о великой страсти любви, при этом встав на одно колено как принц из "Ромео и Джульетты", а Харуя - виновник взбудораженных чувств в его сердце, который с радостью принимает его чувства, непреклонно поцеловав именно тем поцелуем, который просто пропитан "амурными" ощущениями. От этого даже поташнивать будет, узнав, что именно так фантазируют себе начинающие писательницы и любительницы "грешной любви". Тошнить - ещё не "вершина Айсберга". Но, убирая в сторону эти привилегии, ситуация у бывшей модели весьма депрессивная. Бывшей потому, что "благодаря" Нагумо, уволился с этой работы, чтобы на время отдохнуть и собраться с мыслями. Если, конечно, получится. Сузуно даже своих подопечных отправил в отпуск, своими же средствами оплатив, ибо не хочет, чтобы из-за этого "стресса" кто-то другой пострадал. Ему было не легко решиться на это - отпустить Нагумо - но всё же, контролируя свои желания и скрыв их пониманием тяжелой ситуацией парня, оставил его в покое, хоть какую-то частичку себя оставив. Даже если и деньгами. Все сутки юноша пытался не думать об этом, но мысли были заняты только этим, от которого не легко удается избавиться. Заняты не только благодарностью, относившиеся к прошлому, но и вопросами к настоящему времени, которых сам себе задает. Буквально сутки ему понадобилась, чтобы смирится и забыть о Нагумо, решив наладить кое-как свою личную "белую страницу" в жизни. Фууске был рад тем моментам, что он провел с ним, но, увы, эта веселая пора закончилась. Её "роль" получила другая. Для того, чтобы "не сойти с ума" от этого беспредела, Сузуно времени от времени не ночевал дома, где он сразу же воспоминал о Нагумо, и проводил время в мини-барах или ночных клубах для современной молодежи. На этот раз он арендовал на ночь комнату в "Касиме", совсем не обращая внимание на язвительный взгляд Джекса и шум от толпы, от которого может и не заснуть ночью. И прямо сейчас, под громкие басы музыки укрывая себя одеялом, Фууске пытался настойчиво уснуть. Но, иногда шаги и возгласы некоторых компашек из подростков заставляли его немного разозлиться, прикрывая себе уши ладонями, а в худшем случаи - подушками с обеих сторон. Голубоглазый даже не услышал, точнее, притворялся, что не слышит настойчивые стуки во дверь, и когда они участились, он не выдержал. С руганью в мыслях быстро включив малый светильник на стене, подошел к двери и резко открыл её, чтобы как следует наказать нарушителя его сна, если бы не увидел впереди себя ещё больше разозленного Нагумо. И, почему-то, всего мокрого. Сузуно краем глаз заметил, как люди разбегаются с тусовки, прикрываясь от сильного дождя, который лил сверху с открытого неба. - Харуя?.. - Заткнись и дай мне войти! - не совсем добрым тоном проговорил Нагумо, и впустив его, немного встал в ступор, когда его "насильно" усадили на кровать и стали его отчитывать. - Значит так, Альфонс чертовый! Я не собираюсь чувствовать себя последней скотиной по твоей же вине! Нет, ты, пожалуйста, свои "дверца" закрой и меня слушай! Мне глубоко плевать на то, как ты поступаешь со мной и, тем более, как ты относишься ко мне! Но!.. Но это уже предел! Как ты, Сузуно, посмел так на себя "плюнуть", при этом сделав проблему другим!? Сказание этой речи можно сравнить с отсчитыванием матери двенадцатилетнего сына, который не сидел дома и гулял с друзьями а позднее время ночи. В этом случаи Харуи не хватало только розового халатика с рисунками цветочков и тапочек в виде котят. Да и сковородку в комплекте. - Что ты имеешь ввиду? - Не притворяйся идиотом! Ты прекрасно понимаешь, что натворил! Ну, ей Богу, Фууске! Как так можно!?.. - теперь уже с обидчивостью в голосе таратанил золотоглазый, не заметив удивленного взгляда собеседника. - А разве ты не рад? - разные мысли шально стали приходить ему в голову. - Чему, собственно!? - Только не говори мне, что я мог быть в "твоих планах" после того, как помог твоей семье? - Ну... - Харуя не знал, как правильно ему сказать, и очередной раз плюнув на свою мораль, со вздохом решил высказать всё, хоть и боялся, что взболтнет что-то глупое. - Просто ты, по сути, чужой мне человек. Даже если мы и были друзьями в детстве, это ничего не меняет. Сузуно, ты, как посторонний, не должен был интересоваться делами в моей жизни, и, тем более, влезть в них, но... Хех, тут я уже теперь не могу понять кто из нас по-настоящему идиот. Видимо - я... Фууске, как бы это не странно, даже в этой ситуации, но я тебе благодарен. Ни только домом и операцией, но и тем, что просто помог мне. Только я одно не могу понять: зачем тебе это? Именно в эти минуты Сузуно не понимал, что сейчас Нагумо как никогда честен с собой, и является "настоящим". Без фальшивых чувств и гордости, которые не раз мешали ему. Именно такого Харую "полюбил без памяти" Фууске. - Как думаешь, все эти поцелуи, пока ты на меня работал, были "игрой"? - Не знаю... - Харуя понимал, что сейчас он схож с зацветавшей красной рожей в саду. - Нет, знаешь, - непоколебимо встав с кровати, таким образом бывая слишком близко к нему, Сузуно невольно улыбнулся, наблюдая за тем, как капельки дождя стекают с кончиков красноватых волос. - Ты всего лишь ещё не признаешь этого. Не признаешь того, что ты так же, как и я, заболел заинтересованностью в качестве тебя. Ты же - мной. - С-скажешь такое! Это не!.. - но замолк, когда увидел ухмылку на его губах, - Не веришь? - под отрицательный кивок головой, вздохнул, понимая, что это так и есть, хоть и с трудом признался самому себе. - Ладно уж, всё равно видишь меня "насквозь". Предполагаю, сейчас мы должны поцеловаться? - По "сценарию" - да. - А по-моему - заткнись и целуй! Как и следовало ожидать, Фууске подчинился приказу и без колебаний прикоснулся к его губам. Теплыми ладонями прикасаясь к плечам, при этом чувствуя повышенную температуру тела через промокшую одежду, медленно начал спускать руки вниз, с каждой секундой прижимая к себе его поближе. Сейчас Харуя никак не хотел сопротивляться, и тем более, сам решил проявить инициативу, оторвавшись от поцелуя и толкнув Фууске на кровать. - Ты действительно этого хочешь? - фальшивым удивлением спросил светловолосый, пока Нагумо "насаживался" сверху. - Я сказал тебе меня поцеловать, не сопротивлялся, отвечал на поцелуй, и, чёрт побери, толкнул тебя на кровать! Тебе это разве так сложно понять!? - Хорошо, но я хочу знать... Ты этого хочешь сам, или только потому, что "должен" мне отблагодарить, так как я помог твоей семье? - Если ты думаешь, что я какая-нибудь там шлюха продажная, торгующая своим телом из-за принципа, то ты глубоко ошибаешься! Как не стыдно признаться, но да, я хочу заняться сексом с таким кретином, как ты! - Тогда я счастлив... "Знаю я, несколько ты счастлив! С самого начала нашей встречи наверное знал, что так и будет, паскуда!" - пока мысли в стиле недовольства вскружали ему голову, Харуя начал быстро расстегивать жилетку парня, с помощью светильника на стене заметив, что Фууске неплохо набрал вес. Теперь у него не будет такого ощущения, что потрахался с королем анорексичек: не были видны худые руки и плечи; вместо плоского живота теперь появились еле заметный подкаченный пресс; ключицы не так сильно выделялись, как прежде; кожа приобрела нормальный розоватый оттенок, нежели бледный; и самое главное - было приятно смотреть на его тело. Такого и грех не "полюбить". Но Харуя остановился "на процессе", когда услышал тихий смех со стороны голубоглазого. - Чего ржешь!? - Знаешь, я уж не думал, что наш следующий раз будет таким же, как и первый. - В смысле!? И как это, первый!? Я вроде тебя сейчас впервые раздеваю! - Скажи, ты помнишь свой выпускной? - под этот вопрос Нагумо снова покраснел, только кивнув головой. - А то, что тогда ты "избавился" от девственности? - О-откуда ты это знаешь!? - Сейчас я объясню детали. Ты наверняка знаешь, что в тот вечер тебя напоили те близняшки из твоего класса, чтобы затащить постель. Но они не учли того, что ты станешь приставать ко мне на всех у глазах, и утащишь меня из зала, потом закрыв нас обоих в кладовке уборщика. В те минуты у меня было ощущение, что это ты был сверху. Сам раздевал, приносил мне удовольствие, говорил похотливые слова, делал необдуманные вещи со мной... Поверь, я сам был в шоке от твоих поступков... Харуя, ты меня слушаешь? Он прекрасно слышал. От начала и до конца. Просто Нагумо не думал, что является настолько испорченным, что своей же участью избавил себя от невинности. Начал даже сомневаться в том, что он не совсем "хороший и воспитанный" мальчик. - Ну и к черту всё это! И под этими словами этот же мальчик грубо поцеловал Фууске, незамедлительно разорвав с себя мокрую футболку, и не думая пробовать раздеваться нормально. Видимо, когда чувства пылают, мозг тоже расплывается...

***

- Сука, больно! Сузуно хотел, чтобы в воздухе чувствовалась хоть капля романтики, но с культурной лексикой Нагумо, которую он слышал почти каждую минуту, этого было невозможно. Не успел он, так сказать, "направить поезд в туннель", как слышался очередной мат. - Я пытаюсь не быть слишком грубым. Неужели тебе настолько больно? - Хочешь, поменяемся местами!? Заткнись и займись делом! - в прямом смысле сжимая зубами подушку, Нагумо пытался отвлечься разными мыслями, чтобы не чувствовать ту боль, пока ним "заниматься". Даже ощущая своей спиной теплое дыхание Фууске, дискомфорт всё равно его не радовал. Он и не думал о том, что его когда-нибудь будет трахать парень, тем более, "раком ". Поэтому и такая необычная реакция на всё происходящее. И когда он ощутил, как Сузуно медленно входит в него, раздвигая мышцы, его тело словно ударило током. Это было больнее, чем получить удар молнией несколько раз. - Не терпи. Можешь ругаться, если так тебе легче. - Ты всё ещё смеешь говорить?.. Дальше - лучше. Оба больше не выговаривали ни единое слово. Харуя от терпения, Фууске же от ложного понимания. И под мысленное проклятье красноволосого на себя, начал медленно толкаться, поцелуями на лопатках отвлекая от боля. К счастью, это хоть и не много, но хорошо работало. И в тот момент, когда Харуя перестал глубоко дышать, Фууске руками сильнее раздвинул ему ягодицы, заставив первого невыносимо порвать в нескольких местах простынь. Не было и намека на то, что получит удовольствие. В прочем, возможно, в следующий раз всё получиться. Как и ожидалось, через двадцать минут, как бы это печально не было, оба уже лежали уставшие на кровати, кое-как укутав себя маленького размера одеялом. Благо, что он был чистым. Их спокойная идиллия в тишине продолжалась бы, если не услышав некоторые стуки в двери, которую потом открыли. Харуя моментально отобрал насильно одеяло от Фууске, чтобы спрятать свой "стыд и позор", когда увидел своих охреневших друзей. Хирото может и выругался в мыслях, но Рейна со свистом произнесла: - Ребят, мы, конечно, не верили Джексу о том, что вы тут оба "прохлаждаетесь", но это как понять? А, к чёрту! Вы уж лучше скажите, у вас хоть получилось? - Иди на хрен! - с визгом прокричал Нагумо, бросив подушку в ухмыляющиеся подругу. Рейна тоже не осталась в долгу. Она моментально бросила в него свадебный букет белых бархатцев, смеясь от удивленного лица друга. - Мы- то уже решились с датой, когда состоится свадьба, а вы?..