Город 812

      Все выходит как-то скомкано, и Денис вообще удивляется, что что-то выходит, когда снег — такой странно белый этой ночью — ложится на плечи её пальто. Он готов поспорить, что час назад сам не знал, что до этого дойдет. К слову, час назад…       К слову, час назад кончился баттл «Слова», Ден сидел за стойкой с полуохрипшим голосом и что-то обсуждал со Славой — сейчас он точно не вспомнит что именно, — все шло, как обычно все идет после их баттлов, да после любых баттлов, наверное. Все, кроме одной, но такой важной для Дениса детали.       Юля — это было ей несвойственно — сидела поодаль от всех, пила что-то, видимо, с градусом и выглядела необычайно грустной, как нимфа с картинок. Что-то — еще бы парень знал что — кольнуло где-то под ребрами, когда он случайно наткнулся на неё взглядом. Денис хотел было спросить, что с девушкой, но, оглянувшись вокруг, увидев полу — или совсем — пьяные лица друзей и знакомых, понял, что не у кого. Вряд ли пьяный Карелин сможет ответить что-то вразумительное (он и в трезвом-то виде не всегда ясно излагает свои мысли). От этой неизвестности тоже кольнуло.       Она встала и какая-то вся призрачная вышла из бара, ни с кем не попрощавшись. Но её ухода никто, кажется, не заметил. Кроме Дениса. -Мне пора, ребят, — как-то поспешно протараторил он и, натянув куртку, вылетел из бара. То ли это свет от фонаря так падал, то ли еще что-то, но снег был настолько белым, что его большие хлопья будто облачали Юлину спину в свадебное платье. -Юль, — в этой ночной тишине голос парня показался ему слишком громким.       Девушка оглянулась; она стояла буквально в паре метров, но Денис так и не смог понять: на её щеках снежинки или слезы? Он подошел ближе. Шаги звучали, как бой старых больших часов, хотя в действительности они звучали не громче еле слышимого хруста снега. Было в этом что-то символическое: парень и девушка стоят под фонарем, вокруг летают снежинки, ни души, и все так романтично, будто это сцена из какой-то американской комедии про любовь. Только эту сцену они уже не переиграют. -Что случилось? — вместо: «Кому уебать за твои слезы?» -Ничего, — вместо: «Под Новый год меня бросил парень».       Денис не знает, что ответить. Но, смотря ей в глаза, он понимает, что не так уж важно, что случилось, главное, что есть кому поддержать. Если бы вокруг была толпа, Ден бы обязательно крикнул: «Питер, сделайте максимум шума!». Но они здесь один на один, и парень по-прежнему не знает, что ответить. По-прежнему не знает, что ответить, когда снег — до дьявола белый этой ночью — ложится на плечи её пальто, когда ему приходится поспешно стягивать кепку, без которой становится как-то неуютно, когда юлины дрожащие руки цепляются за куртку на его груди, когда его губы накрывают её.       И уж тем более он не знает, что говорить, когда этот поцелуй под фонарем заканчивается, поэтому произносит: -Я провожу тебя до дома, — вместо: «Я люблю тебя». -Хорошо, — вместо: «Я тоже».