From the moon to the stars

— Мы не можем изменить людей. — Но что же мы тогда можем? — Любить их. (с) "До встречи с тобой".

Два года, по сути, небольшой срок для дружбы, перенесшей обиды, ссоры, разочарования, разлуку, ревность и другие гадости. Но это ничтожный срок по сравнению с тем, что дружбу можно пронести через всю жизнь, длиною в десятки лет. Для Макс и Хлои пятница с торнадо стала тем пределом, после которого они обе решили начать жить иначе, и даже не с чистого листа, скорее с нового альбома, а жизнь всё же вошла в привычную колею (со временем). Хлое удалось уговорить Макс лететь в лучшую академию фотографов, получше Блэквелла, что в руинах стоит до сих пор. Разумеется, далось ей это не с первого раза и даже не со второго, но высокие показатели вступительных сделали своё дело: Максин Колфилд отправилась в Нью-Йорк. Хлое же пришлось за это дать обещание, или даже клятву не играть с судьбой больше и не подвергаться неоправданному риску. Однако, сидеть на месте Прайс вовсе не хотелось, именно с этой целью Хлоя и погрузилась в дела на целый год, что Макс была в отъезде. И, вероятно, именно это дельце им придётся расхлёбывать вместе, Хлоя же не может иначе, верно? Год они практически не виделись, не считая частых звонков по телефону и Skype. Это время для них тянулось как-то одинаково долго, особенно ночь перед прилётом Максин. Хлоя долго лежала, смотря в потолок, обдумывая, что она скажет, как всё пройдет, а потом отругала себя за несвойственную ей сентиментальность. «Научилась у Макс», — фыркнула она, но улыбнулась. Это был далеко не первый пункт, который она переняла у подруги с начала новой жизни. Она почти до утра утопала в охапке собственных воспоминаний, понимая, что в любой ситуации с ней всегда была Максин, будь то радость, горе или ненавистный ПМС. И даже отклики воспоминаний о Рейчел блекли с тем, что она пережила с Макс, причём реально пережила. Едва солнце озарило улочку, как Хлоя поехала в аэропорт. Она до сих пор помнит удивленные нотки в голосе подруги, когда сказала взять билеты не на Аркадию Бей и едва не сдалась под натиском расспросов и шантажа. Это был год кропотливой работы, поэтому она не могла позволить Макс в один миг всё сломать, не бабское это дело. Девушка преднамеренно ехала с самой медленной допустимой скоростью, самой длинной витиеватой дорогой, дабы растянуть время, которое будто зависло и тянулось не быстрее улитки. Но даже такими стараниями она умудрилась прибыть за полчаса до предполагаемого прилёта. Всё, время остановилось совсем. Даже листание новостей в Facebook не подпинывало его ни на йоту, а еще больше угнетала надпись: «Была в сети два часа назад». Два долгих часа. Но это было ничем по сравнению с двенадцатью месяцами разлуки. Впрочем, на счастье Хлои, объявили прибывший рейс Максин. Макс с волнением ждала, когда можно будет уже покинуть салон самолёта, который казался ей очень маленьким, будто она страдала клаустрофобией. Девушка слышала только биение своего сердца, когда люди начали выходить из самолёта. Вот оно, то самое чувство, что сжимает низ живота и приносит легкую, едва ощутимую эйфорию. Она наконец-то дома. Да, именно дома, предпочитая считать его там, где Хлоя. Ведь всяко приятнее возвращаться туда, где тебя ждут, и Макс определенно ждали, а ждать могли только дома. Она, находясь в таком неосознанном состоянии, получила свой багаж и пошла по единственному коридору, что ведёт на выход. Девушка боялась, что спустя год они не узнают друг друга, но вот она встретилась взглядом с ней. Волосы уже не были синими, а скорее осветлённо-русыми, но оставались такими же короткими. Она, черт бы побрал этот свет, была в юбке! А на лице была облегченная улыбка. «Я дома», — еще раз пронеслось в мыслях Макс. Она не знала, бежать ей или остановиться, а может так неуверенно и идти, но определенно хотелось обнять подругу. И, видимо, Хлоя прочла эту неуверенность, поэтому пошла ей на встречу. Миг, два, три, и она прижала Максин к себе, окончательно успокоившись. Теперь всё позади. — Ну ты и капуша, Колфилд! — с улыбкой проговорила Хлоя, не отпуская Макс из объятий. — Я тоже по тебе скучала, — выдохнула остатки волнения Макс. Хлоя бесцеремонно взяла сумку Максин и, не выпуская ее плечо из объятий правой руки, повела к выходу, не зная, как рассказать ей о главном сюрпризе, да и стоит ли, если через каких-то двадцать минут она сама всё увидит. Только вот будет ли рада — открытый вопрос. Погрузив вещи в багажник подержанного авто (купленного вместо той развалюхи, что была до неё), девушки поехали по шоссе. Всю дорогу они молчали, потому что именно тишина могла сказать куда больше простых слов. Да и что тут можно было сказать? У одной куча вопросов, у другой — ни одного ответа на них. Хлоя поставила машину чуть поодаль намеченной цели и заглушила мотор. Перебарывая едва заметное волнение, она вышла из машины, от чего Колфилд повторила то же самое. Хлоя окончательно расслабилась, теперь её вела какая-то лёгкая безмятежность. Солнце едва пересекло середину неба, отчего теплом играло на лице, точно отпечатывая на светлой коже свои «объятия». Хватило пары метров, чтобы зелёный, травянистый холм кончился, а глазам открылся взор на пролив, тот мост, по которому девушки ехали совсем недавно. Глаза Макс не знали, за что ухватиться: за мост, за прекрасное побережье, необъятный пейзаж или за то, как Хлоя выглядела на этом пляже. У младшей захватило дыхание, потому что всё это ей так нравилось, что едва бы хватило простых земных слов, чтобы выразить все чувства разных мастей, красок и оттенков. Пока Макс пыталась охватить всю красоту взглядом, Хлоя уже сняла надоедливую блузку и не столь удобную для неё юбку и, обернувшись к подруге, вопросительно взглянула на нее. — Нравится? — Шутишь? Я в восторге! — улыбнулась Макс, вдохнув глубже воздух и всё же присоединяясь к подруге, стягивая свою одежду. — Ну что, Супер Макс, как на счёт заплыва? — Ты ведь знаешь, что я плохо плаваю, — смущаясь, призналась Колфилд. — Не бойся, я буду рядом и не дам тебе утонуть, — подмигнула Прайс. Кивнув в знак согласия, Макс протянула руку Хлое. Подруги медленно и точно смакуя от самого момента пошли в приятно охлаждающую воду. Для середины июля она казалась холодной, но утомлённым жарой телам это не было помехой. Едва вода стала по шею Макс, как она остановилась и отпустила руку Хлои в знак свободы и просто вытянулась на поверхности воды, погружаясь с свои мысли, которые казались ей сейчас сумасшедшими, но вместе с тем какими-то по-тёплому счастливыми. Ей до сих пор не верилось, что то, о чём ей мечталось последний год — случилось: она была рядом с Хлоей, и теперь ничего и никому не угрожало. От таких действительно отрадных мыслей Максин улыбнулась, а над ней нависла Хлоя, скрывая своё счастье, но она тоже была чертовски счастлива — глаза выдавали. Эта едва заметная улыбка оставила заметный след на её лице. Хлоя неспешно приподняла Макс руками, нежно прижимая к себе, а тепло тела быстро пустилось в ход, отогревая второе подмерзающее тело. Лёгкого касания губ было достаточно, чтобы Хлоя быстрым шагом пошла вон из воды, улавливая всю зябкость Максин. — Но я хотела ещё... — Ты замерзла, не хочу, чтобы ты ещё и заболела, — точно подметила старшая, очень точно. Едва обсохнув на тёплом песке, Хлоя притянула подругу к себе, не вынимая её из собственных раздумий. Колфилд аккуратно наклонила голову на плечо подруги, всё больше вглядываясь в лазурный горизонт. Она ещё, кажется, никогда не была такой умиротворённой, от чего из её глаз покатились солёные слёзы. Счастья? Сожаления? Свободы? Чего слёзы-то? — Эй, ты чего? — слишком нежно, но приятно спросила Хлоя. — Я счастлива, — уверенно ответила Максин. Никто из них так и не пошевелился, совершенно не замечая, как минуты сменяются часами, а горящее солнце стало уходить в закат, в красивый такой закат, который запомнился яркими оранжевыми, розовыми, пёстрыми красками. Им обеим мечталось о лучшем будущем, которое только началось и продолжится чуть меньше бесконечности. Раньше Макс сожалела, что бросила Аркадию Бей, что пожертвовала этим ради Хлои, но теперь это сошло на нет. Хлоя была её маленьким, хоть и разрушенным, но мирком. И даже если ей пришлось переступить через себя, потерять многое и многих, ей точно не о чем было жалеть, кроме разлуки с подругой. — Ты о чём-нибудь жалеешь, Хлоя? — Лишь о том, что отпустила тебя в Сиэтл, не попрощавшись. Знаешь, Колфилд, ты захватила мой жалкий мирок в свои ручки и раскрасила его под себя и своими красками, оттенков которых не было ни у кого, да и не могло быть... — Ты говоришь как сущий романтик, Прайс, — перебила Максин. — Да пошла-ка ты! — с долей обиды выдала Хлоя, но тут же успокоилась. — Не бузи, любимая, — хихикнула Макс такой нелепой формулировке, — просто я люблю тебя от луны и до звёзд. — И после этого я романтик? — улыбнулась Прайс, крепче прижав к себе подругу. Мягкие лучи заходящего солнца приятно ложились на кожу и грели её, а лицо Макс они озаряли в тёплый персиковый цвет. Девушка пододвинулась, наконец-то, ближе и склонила голову на плечо подруги, утопая в своих мыслях, коих имелось превеликое множество, а Хлоя никак не могла оторвать глаз от столь знакомых, да практически родных черт лица. Но оставался самый главный подарок этого дня. Когда Хлоя подумала о нём, её пробрала дрожь волнения, но это всё же должно быть раскрыто, ведь чем дольше тянешь, тем больше волнение гложет, пожирает, убивает. Но, вероятно, в приятной истоме. Взяв за руку подругу, Хлоя-Элизабет потянула её за собой вверх, а затем за собой, ускоряя шаг, переходя на бег. Едва дыхание стало срываться, выбиваться, они остановились у небольшого двухэтажного дома мятного цвета. Свежевыкрашенный белый забор зубьями ограждал территорию, скрывая, где нужно, участок от посторонних глаз. Макс зачарованно смотрела на фасад, до боли знакомой конструкции, рисуя в голове не один десяток удачных кадров. Её изумление еще не переросло в вопрос, а Хлое уже не терпелось ответить на него и получить заслуженную похвалу, ну или точно такой же нагоняй. Она выжидающе вытаращилась на подругу, пожирая её своим нетерпением, но Макс была в своих раздумьях и, как всегда, не особо разговорчива на их тему. — Ну? — не выдержала Прайс. — Ты сняла для нас домик? — неуверенно спросила подруга. — Не-а, — с довольной миной ответила Хлоя, — я его купила! Для нас! Я подумала, что Аркадия Бей — гавань наших воспоминаний, но мы ведь решили жить дальше, не оборачиваясь на весь тот пиздец, что произошел, поэтому я выбрала этот городок и этот райончик. — Но это же очень дорого, при том, что ты взяла еще и машину, — недоверительно заключила Макс. — Что за волнения по поводу финансов? Если я это сделала, значит, точно думала головой, по крайней мере на этот раз. — Ладно, — девушка тяжело вздохнула, понимая, что переспорить подругу — бесполезная трата времени, — зайти-то в него можно? — Можно, но он ждёт моей креативности и твоих способностей, Супер Макс! — О чём это ты? — Я не могла сделать в нём ремонт без тебя, как и выбрать обои, занавески, мебель, тарелки и прочие мелочи, ты же знаешь — не моё всё это. — Прайс, ты сумасшедшая! — Ничего подобного! Я просто хорошая подруга! Пожалуй, именно так начался реально новый этап их жизни длиной от луны и до звёзд.