Just one day

Я стою и просто перебираю пальцы, переводя свой взгляд наверх и стараясь не натыкаться на голый торс парня. Пак же без никакого смущения продолжает чистить зубы, даже не думая о том, что он стоит передо мной полуголым. Он оглядывает меня сверху вниз, а потом на его лице появляется ленивая ухмылка. — Что привело тебя сюда, красотуля? — сократив метр расстояния, разделявший нас, Чимин хрипло прошептал мне, приблизившись к мочку уха. Такой неожиданный поворот событии заставил меня дернутся на месте и повернуть голову вверх, оказавшись прижатой к стене. Я с открытым от удивления ртом посмотрела на Пака, чьё лицо находилось слишком близко. С его мокрых волос капали капельки воды, щекоча мою шею. — Эй, ты чего? — сглотнув, прошептала я, сжимая в руках рюкзак, который хоть как-то помогал мне не оказаться прижатой к голому торсу Чимина. Приблизившись к моему лицу настолько близко, Чимин закрыл глаза. Он, что целовать меня вздумал? Но не закончив дело, Пак громко расхохотался. — Ты такая смешная, Сыль, — держась за живот, парень взял свою одежду и скрылся за дверью, ведущей к ванной. — Чего? Йа, Пак Чимин, ты издеваешься? — крикнула я вслед парню, но не успела я врезать обнаглевшему Паку, как он закрыл за собой дверь на замок. — Йа, открой! На этот раз ты получишь! Чимин, открой дверь! — тараторила я, стучась. — Я, конечно, понимаю, что ты хочешь лицезреть все мои пикантные места, но, Сыль, ты должна воздержаться. У меня предки же дома, — с другой стороны послышался хохот Пака. — Придурок, — выдохнула я. Я оглядела комнату Чимина. Все здесь производило на меня впечатление: большая светлая комната с большими потолками и обставленная по вкусу. Наверняка Кьюри постаралась. В прошлом мне не доводилось побывать в комнате самого Пака. Только сейчас я задумалась о том, что Чимин мог спокойно приходить ко мне домой, при этом я ему абсолютно не возражала. Но Пак никогда не говорил мне о своей семье и никогда не приглашал домой. В то время это не казалось мне странным, а сейчас у меня негодование. — Нравиться? — плюхнулся на кровать Чимин. И вы не представляйте, как я была ему благодарна за то, что он, наконец, оделся и прикрыл свои «пикантные» места. — Уютненько у тебя здесь. — Сестра постаралась. Кстати, они там тебе ничего не наговорили? — Вовсе нет. Милые у тебя родственники. Но они почему-то подумали, что я твоя девушка, — улыбнулась я. — Не обращай на них внимание. Они просто удивились твоему приходу. Ко мне обычно никто не заходит, кроме Юнги, — отмахнулся Пак, взъерошивая все ещё не высохшие волосы.  — Ты все ещё не ответила мне. Так, зачем ты здесь? — Ах, да, — моё обещание Айрин отнести Чимину его задания совсем вылетело из головы, пока я тут вспоминала былое. Чуть покопавшись в рюкзаке, я вытащила бумажки, вручая их Паку. — Это твои задания. Учитель просил передать, так как ты болел. — Спасибо, — улыбнулся Чимин краешком губ. Парень глазами прошёлся по бумажкам, а потом лениво отбросил их в сторону. — Но я, конечно, не буду их делать. — Ты неисправим, — замотала я головой, обратно поднимая выброшенные листы бумаги, — мог бы и притвориться. — Из меня плохой актёр, — подмигнул мне Пак. — Не сомневаюсь. С первого этажа послышался голос миссис Пак, зовущий своего сына. Чимин неохотно поднялся с места и направился к ней, при этом бурча, что его мама слишком драматизирует моему приходу. Пока я ходила по комнате Чимина и ждала его, я заметила несколько фотографии. На большинстве из них были фотографии его семьи и самого Пака, но на одной, которая стояла в самой середине были: Юнги, Чимин и девушка приблизительно моего возраста. Руки Чимина были на плечах Юнги, а девушка крепко обнимала их обоих. Глядя на счастливых парней, я сама расплылась в улыбке. Но кто эта девушка? В голове сразу всплыло имя СынВан. Возможно, эта девушка на фотографии и есть печально известная Сынван, о которой толковали недавно Кай и НамДжун? Пока я осматривала фотографии, за мной дверь открылась и вошёл Чимин с тарелкой шоколадных вафель. — Сыль, ты должна все это слопать. А то мама… Я отскочила и механически спрятала фотографию за спиной, хотя даже и не понимала, зачем. Улыбка исчезла с лица Пака. Он сначала посмотрел на меня, а затем на пустое место, где должно было стоять это фото. Парень сделал глубокий вздох. — Сыль, положи это на место, — приказным тоном ответил Чимин. Я мысленно ударила себя и вернула фотографию на законное место. — Прости. Мне было любопытно. — А я и не виню тебя. Просто эта фотография очень важна для меня. Вот я и погорячился, — выдохнул Чимин, ставя тарелку с вкусно пахнущими вафлями на край столешницы. — Мне нужно в уборную, — пробормотала я и прошла мимо него. Я зашла в ту дверь, куда тогда пошёл Чимин, чтобы переодеться. Но оглянувшись назад, увидела, как парень грустно осматривал ту фотографию, а затем и вовсе убрал его из вида, спрятав в комод. *Flashback* — Она ведь умерла, да? — парень отвернулся, закрыл глаза рукою, и Юнги показалось, что в них блеснули слезы. Зеленоволосый кивнул, а крохотная надежда внутри Чимина разбилась в прах. Пак присел на колени и стиснул себе ладонями голову. Боль. Боль. И ничего, кроме боли. В тот момент причиной его слез было не смерть Сынван, а знание того, что она умерла, не признавшись Юнги, который до конца верил и будет верить, что Сон отдала сердце его лучшему другу. И теперь он никогда не простит себя, даже извинившись перед ними миллион раз. С этого дня Чимин привык к физической боли, но не к душевной. *** Тяжело вздохнув, я посмотрела на своё отражение в зеркале и после увиденного последовал точно такой же вздох. «Дура» — слетело с губ. Умыв лицо холодной водой, я облокотилась обеими руками на раковину. Стоп. А почему это мне должно быть стыдно? Это же не я скрывала за все годы нашей дружбы о существовании некой Сынван, в которую, наверняка, были влюблены Кай, Юнги и Чимин. Плевать на Кая, но главное, что Юнги и Чимин никогда мне не говорили о своей первой любви. — Сыль, ты там жива? Обиделась, что ли? — негромко постучался в дверь Чимин. Я сглотнула и, натянув широкую улыбку, вышла, чтобы не вызвать подозрении. А то подумает ещё, что я ревную. — Сыль, я захожу, — как только резко распахнула дверь, я вылетела вперёд и встретилась с обеспокоенным взглядом Пака, который, в свою очередь, потянул ручку двери вместе со мной. — Ты там долго была, — смущённо почесал затылок темноволосый. Но не успела я ответить, как телефон разразился мелодией входящего звонка. Покосившись на экран и увидев имя «Айрин», я провела по кнопке «ответить». Как только я приложила телефон к уху, с другой стороны подруга крикнула в трубку, что мои барабанные перепонки чуть не взорвались. — Сыльги, ты должна спасти меня, — я ещё никогда не слышала такого отчаянного голоса Бэ. — Тут чокнутый Исин шантажирует меня и грозит рассказать все мои приключения родителям. — И что я там сделаю? — заторможенно ответила я, переводя взор на ожидающего Пака. — Просто приходи. Ты нравишься моим родителям и, если что-то случится, то ты скажешь пару умных вещей и они помилуют меня, — я услышала, как сзади Бэ зовут и, напоследок ещё раз крикнув «приходи», Айрин отключилась. Я очумело уставилась на мобильный и, точно убедившись, что подруга скинула вызов, наконец, обернулась к ждущему Паку. — Подруга? — спросил Чимин. Я кивнула. — Проблемы? — задал вопрос Пак, попадая прямо в точку. Я снова кивнула. — Я пойду. Скажи маме, что её вафли были очень вкусными. — Но ты же не пробовала, — непонимающе вскинул брови недалёкий Пак. — Съешь все сам. Или тебя жевать не учили? — саркастический бросила я, ища взглядом рюкзак. — Прощай моя диета, — услышала я, как не радостно выдохнул Пак, когда уже выходила из комнаты. По дороге поспешно попрощавшись с Кьюри и с мамой Чимина, я побежала к Айрин. *** — Иди сюда, несносная девчонка, — папа Айрин — мистер Бэ ХенШик, буквально с цепи сорвался, когда услышал про поведение дочки во время занятии, что теперь готов был сжечь Айрин на горячем костре, если бы это было законным. — Сыль, скажи что-то. Папа, смотри это ваша обожаемая Сыльги. Подруга, останови его, — спряталась за мной Айрин, словно испуганный кролик. Я впервые видела мистера ХенШика таким. Обычно для него этикет на первом месте, но похоже, что у него сегодня день не удался и он решил выместить всю злость на Айрин. — Послушайте, мистер Бэ. Думаю, что вы слишком бурно реагируйте. Да, Айрин иногда отлынивает на уроках, но в основном она очень активно участвует во всех проектах. У неё творческий уклон. — Да. Ты мне не веришь? — за моей спиной показалась Айрин, глядя на отца жалостными глазами. — Тебе нет, — жестко отрезал её мистер ХенШик. — Ладно, ладно. А Сыль ты веришь? — Сыльги я верю. Что скажешь, Сыльги? — все уставились на меня в ожидании, а Айрин подтолкнула меня локтем. — Я думаю, что нужно дать Айрин ещё один шанс, — улыбнулась я, сама не веря, что говорю это. Мистер ХенШик понимающе кивнул и устало выдохнул, глядя на свою дочку. — И почему у меня не такая дочь, как ты, Сыльги? — Папочка, ты же знаешь, что ты у меня самый лучший, да? — примкнула Айрин к своему отцу, хлопая своими жалостными глазами. — Вот подлиза, — слетело с губ мистера ХенШика. Каждый раз этот метод срабатывал, как только подруга строила щенячьи глазки, и в этот раз я не сомневалась, что будет также. Спустя пол часа, когда родители Айрин ушли домой, заверив её мне, Айрин ушла поквитаться с нашим мачо-учителем Чжан Исином. Как бы она не отрицала это, но она тоже пала перед очаровательными ямочками Чжана. Эх, некоторые люди никогда не меняются. Устало выдохнув, я направилась в сторону дома. Но не успеваю я свернуть за угол коридора, как врезаюсь в кого-то, стукаясь головой о чью-то грудь. — Ай, — щиплю я, держа голову и поднимая взгляд на недоумевающего Юнги. Я незаметно пытаюсь улизнуть от него, придерживая голову, и делаю несколько шагов вперёд, но парень дергает меня назад за край кофты, отчего я возвращаюсь в исходное положение. — Это ты врезалась в меня. Так почему делаешь вид, будто тебе одной больно? Я проклинаю про себя парня и, натянув фальшивую улыбку, произношу: — Мне жаль. — Стоять. Ты куда это опять намылилась? — Буквально утром ты прогонял меня прочь, так почему сейчас ветер переменился? — я посмотрела прямо в его карие глаза, вызывая у Юнги смешок. — Только что ХоСок спрашивал меня про тот день и обвинял, что это из-за меня ты вернулась поздно ночью. Я же просил тебя держать рот на замке, — грубо ворчит парень, сверля меня взглядом сверху. — Я ничего ему не говорила. Я просто сказала, что гуляла с тобой и Чимином. Вот он и подумал, что я влезла в плохую компанию. Это все из-за того, что тогда меня из-за тебя похитили! — Чего? Во первых, кто это ещё здесь плохая компания? Во-вторых, тебя похитили, потому что ты суёшь свой нос куда не надо. — Это вы же участвуете в незаконных гонках и зовёте себя «полуночными гонщиками». — Ты… Разве те не боишься меня? Все продолжаешь болтать, — начал жестикулировать руками Юнги, пытаясь описать моё поведение, не придумав ничего, кроме этого. Я про себя хихикнула. — Почему я должна тебя бояться? Ты, что вампир или приведение? Тоже мне себя страшным вообразил. Я хмыкнула и, поняв, что Юнги больше не зациклен на мне, молча побрела вперёд, но снова была остановлена парнем за край кофты. — Что ещё, господин страшила? — прохрипела я. — Я тебя отвезу, — указал он на черный мотоцикл, припаркованный на стоянке для машин. — Не думай, что я это своевольно. ХоСок попросил, чтобы ты не шла домой одна по вечерам. Я просто исполняю просьбу старого друга. — Даже в мыслях такого не было. Раз уж сегодня ты мой личный шофёр, то не буду жаловаться, — отрезала я, после чего опередив парня, устремилась к его мотоциклу. Но Юнги быстро догнал меня благодаря своим огромным шагам и сел на байк, кидая мне в руки шлем. Я не стала подаваться подробностям и молча уселась за ним, обхватывая своими руками его талию. Юнги поспешно завёл мотор и, поднажав на газ, вырулил прямиком на трассу. — Боишься? — все ещё смотря на дорогу спросил Юнги, напрягая своё тело. — Да. Живя в этом мире, я каждый день боюсь. Каждый мой шаг, каждый мой поступок, я чувствую, что если я где-то ошибусь, то могу снова потерять близких людей. Иногда мне кажется, что все это сон и, открыв глаза, я вновь окажусь одна. Знаешь, Юнги, кажется, я схожу с ума.