Тайна становится явной!

Мой нюх не улавливал никаких посторонних запахов, чего не скажешь о ребятах. Они обнюхивали каждый уголок дома, а я пока переодевалась в сухую одежду. — Это не чужак, — сказал Толя и улыбнулся, только я не видела причин для веселья. — Парни, у нас гости. — Вампиры благодаря своей скорости через мгновение оказались в спальне, а пока я дошла прошло несколько минут. Терпеть не могу, когда ребята испытывают на мне свои способности и доказывают, что они сильнее. — Костя, каким ветром Вас к нам занесло? — Попутным. — С юмором ответил мужчина. — Я не могу поинтересоваться, как поживают мои подопечные? — удивился продюсер и я узнала великого музыканта и композитора. — А кто эта юная леди? — Л... ера, — моя рука дрожала. Я восхищалась этим человеком. Для меня он был примером, кумиром. — Приятно познакомится. — Мой голос стал тихим, больше похож на писк мышонка , а парни лишь усмехнулись, глядя на мою стеснительность и неловкость. — Эти обормоты тебя не обижают? — Ласково спросил Костя и лица парней вытянулись. Они знали, что эти слова были сказаны с любовью, но все же остался осадок внутри. В моей голове созрел хитрый план. Сейчас у меня есть возможность все рассказать их продюсеру и да здравствует желанная свобода. Лживо улыбнувшись я бросилась на шею к мужчине, моля о помощи. Бессмертные не ожидали такой подлости с моей стороны, но я не готова отдать жизнь за маленького кровососущего существа. — Та-а-а-к, — загадочно протянул Костя, кинув взгляд своим подопечным, они виновато опустили головы вниз. — Вы опять за старое? — Костя, она избранная! — Возмутился Толя и указал на запястье. — Она должна родить мне ребёнка! — Я никому ничего не должна! — выделила я каждое слово, стоя за спиной у своего защитника. Тёма испепеляюще смотрел на меня, по его глазам я смогла прочесть «Я убью тебя». — Поехали со мной, — это был не вопрос, а утверждение. — Я хочу поговорить с тобой наедине. — Схватив со стула легкую кофту салатового цвета, я последовала вслед за мужчиной. Константин привёз меня к себе домой и не понятно зачем вручил альбом. Листая одну фотографию за другой, я улыбалась. На фото была изображена семья… счастливая семья. Но судя по всему, они тоже были вампирами. Я это поняла по бледной кожи и рисунку. — Ты не должна обижаться на Толю, — наконец — то начал разговор композитор и подошел к глобусу, открыв его, я увидела несколько видов дорогой выпивки. Мужчина вскинул бровь, как бы спрашивал буду я пить или нет. — Нет, спасибо, — присев на краюшек кресла, уставилась в его широкую спину. — Вы хотите мне что — то сказать? — Да, — замялся продюсер, делая небольшую паузу, — парни хоть и выглядят грозно, особенно Тёма, но они не причинят тебе вреда. Я видел в их глазах желание бороться за тебя и защищать. Ты не должна каждому встречному бросаться на шею с просьбой помочь. Я понимаю тебя, ты не хочешь умирать, но тебе не придется этого делать. — Толя утверждает обратное, — скрестив руки на груди, я ждала, пока мне начнут читать мораль и говорить, как это благородно, отдать жизнь за другого. — Я могу дать тебе эликсир, он придаст тебе сил во время родов, твоё сердце сможет справиться с нагрузкой. — Мне казалось, что это не совсем то, что он хотел сказать. — Не отталкивай его. Он впервые в жизни так счастлив, я видел, как горят его глаза, когда он смотрит на тебя, на мгновение мне кажется, что у него забилось сердце, — мужчина тихо хихикнул в руку, а я задумалась. Ведь правда, они меня защищали, не били, голодом не морили, но… гордость не дает мне сдаться, не хочу чувствовать себя подчиненной, не хочу быть в его власти. — Он влюблён. У него появилось вдохновение, в основном пишет стихи про любовь. — На последней фразе певец посмотрел на меня, думаю, его слова смогли меня образумить. — Спасибо вам за душераздирающую историю, но я, пожалуй, пойду. — Кивнув, я поспешила уйти из этого места, нет, оно не доставляло мне дискомфорта, просто не люблю, когда мне читают морали. Если я так поступаю, значит, на то есть своя причина. Долго гуляя по родному городу, я встретилась всех своих друзей и они были безумно мне рады, но я чувствовала, что эта встреча у нас последняя. — Можно? — Блуждая по лесу, мне удалось с пятой попытки найти дом, он был хорошо спрятан среди сосен. Парни смотрели телевизор и моему появлению там никто не был рад. — И вам привет. Я хочу объясниться, вы можете выделить мне минуту? — А зачем? — Оживился Толя и крутил в руке пульт. — Сейчас ты скажешь, что была не права, но как только тебе выпадет возможность, ты опять сбежишь и выставишь нас дураками. — Нет! Я клянусь, что этот раз был действительно последний. — Вампиры цокнули языками. Они мне не верили… — Хорошо, давай так: если я еще хоть раз попытаюсь сбежать, то сделаю всё, что от меня требуется. Никаких упрёков, слез, истерик, скандалов, полное повиновение. — Цой пошло улыбнулся. Последние два слова явно были лишними. — Хорошо, только учти, что это действительно твой последний шанс. — Не знаю почему, но что — то съедало меня изнутри. Чувство долга и вины перед ними не давало мне спокойно жить. — Собирайся. — Куда? — Выключив телевизор, Толя схватил меня за руку и нёс за пределы леса. Эта окрестность была мне не знакома, но вокруг было много вампиров и я чувствовала, как каждый из них хочет попробовать на вкус мою кровь. Бедная овечка окружена стаей волков. Дом стоял полукругом и не сложно было догадаться, что там было много места, павильон был огражден высоким чёрным забором, заостренным концом к вверху. К нам подошел блондин, где — то я его уже видела. — Свят, привет, — парни обменялись рукопожатиями и, естественно, мне не удалось скрыться от его взгляда синих, как море, очей. — Покажешь вот этой даме свои апартаменты? И имей ввиду, что если с её головы хотя бы волосок упадет, я тебя налысо обстригу. — Святослав недовольно фыркнул и повёл меня во внутрь. В нос врезался неприятный запах, пахло гнилью и покойниками. — Этот дом разделен на четыре часты, то есть, здесь живут четыре «хозяина», правда, с парнями никто не сравниться, — улыбнулся Свят своей белоснежной улыбкой и продолжил «экскурсию». — У каждого вампира есть фаворитки или избранные, как многие говорят, только живут они здесь только до родов. Думаю, Толя тебе уже сказал, что… — Сердце матери не выдерживает этих мучительных родов и она отдает душу Богу, — закончила я рассказ вместо парня. — Только я не пойму: зачем меня сюда привезли? — Там, где ты сейчас живешь — это Рай, а если копнуть пониже, то видишь это. Женщин держат здесь против их воли, вампирам главное их «обрюхатить», получить ребёнка и всё. Условия для проживая здесь ужасные; кормят редко, благо, что хоть воды не жалеют, одежду носят ту, которую приносят, в основном друг за другом донашивают. — А кто — то пытался сбежать? — Шепнула я ему на ушко и мы спустились в подвал. Чувство страха с холодом удвоилось, теперь я отчетливо видела и понимала отличие своей жизни и этих бедных девушек. Совсем юные, как не доспевший персик. — Конечно, ты не одна такая умная. Но каждый раз их догоняли и силой возвращали, если взглянуть на их спины, то ты увидишь, как именно их наказывали. — Их били? — Удивленно спросила я и сквозь решетку одна девушка протянула ручку и схватила меня за лодыжку. — Отпусти меня! — Помоги мне, — охранник быстро спохватился и стукнул палкой по руке. На секунду мне показалось, что удар отразился на мне. — Пойдем дальше, — придерживая меня за талию, Свят вывел меня обратно к парням. — А ты их тоже… ну, ты понимаешь. — Святослав засмеялся. — Нет. Я обрабатываю им раны, подкармливаю, помогаю понять, что лучше не сбегать. Мой тебе совет — смирись. Ты всё равно от них не отвяжешься, я уже пытался, — с юмором сказал Свят и потрепал за щеку. — Думаю, ты сделала для себя выводы. Будь умницей и хорошо питайся. — Это я с радостью, — любезно ответила я, хотя после такого, вряд ли я смогу есть. — Как тебе прогулка? — С насмешкой спросил Тёма, когда увидел испуг в глазах. — Вы безжалостные существа. — Шикнула я и пошла вперед. — Ну, как и должно быть. Мы ведь вампиры, нам это свойственно. — На меня запрыгнул Никита и я чуть не упала. Худой, а весит тонну! — Надеюсь, что это отбило у тебя охоту сбегать, — подытожил Влад и подмигнул глазом. Верная не та, за которой следишь и звонишь каждую минуту, чтобы проверить. Верная та, которой ты даёшь полную свободу, а она остаётся с тобой.