Тайна становится явной!

Это нормально, что мне так плохо? Определённо нет. Рядом не было моего вампира и этому я была рада, не хотела, чтобы он видел меня в таком ужасном состоянии. Подняв одеяло, я увидела красное пятно, что говорило о том, что я стала «взрослой» дамой. Закинув постельное белье в стирку, я вновь приняла горизонтальное положение. Рукой нащупала пульт от телевизора и нажала на красную кнопку, я попала на канал новостей. Меня заинтересовала картинка в углу экрана, это же был тот бордель, в который я попала по своей глупости. Сделав звук погромче, я стала слушать, что говорит ведущая. Все люди работающие там, были мертвы, их тела нашли возле этого борделя. В их организме не осталось ни капли крови, я сразу позвала Толю, он должен знать что творится на их территории. — Да, родная? — Цой быстро вошел в комнату и был несказанно рад, вспоминая подробности прошлой ночи. — Это случайно не ваших рук дело? — Я указала на телевизор, а гримаса парня резко изменилась и поняла по его жесту, кто навёл «справедливость». — Или правильно сказать, ваших клыков дело? — Лер, послушай, — вампир развернулся ко мне лицом, но потом решил соскочить и резко поменять тему разговора, — ты белье поменяла? — Ближе к делу. Я тебя слушаю, — я сейчас выглядела, как сама серьезность, положив левую руку на постель, а другую на живот. Лёгкая, терпимая боль всё еще присутствовала. — Она хотела сделать из тебя… — Толик замялся, подбирая подходящее слово, которого не было. Закатив глаза, я сама произнесла это позорное слово. — Никто, слышишь, никто не имеет право прикасаться и приближаться к тебе без моего ведома. Ты только моя! Они совершили ошибку за это и поплатились. — Закончил свою пламенную речь. — Толь? — таинственным голосом позвала я парня и он сразу отреагировал. — Да, золотце? — А ты меня правда любишь или я тебе нужна для продолжения твоего рода? — Видимо, этот вопрос завёл его в тупик. Пару минут вампир молчал, переминаясь с ноги на ногу. — Я поняла… — Ты всё неправильно поняла. Я думал как красивее это сказать, но скажу банальной фразой «Я люблю тебя». — Хоть фраза и банальная, как он выразился, но за то будет действовать, как успокоительное, во все времена. — Ты как себя чувствуешь? Ничего не болит? — Нет, — неумело соврала я и опустила глаза в пол. Когда он смотрит на меня, то я начинаю говорить правду. — Я сейчас принесу обезболивающее, — как будто прочитал мои мысли и я послала ему еле заметную улыбку. Я пыталась морально подготовится к рождению ребёнка, родам, но пока это давалось мне с трудом. — Любимая, тут к тебе парни хотят зайти, пустить? — Нет! — Я хлопнула себя по ногам, объясняя свой ответ. — Они будут надо мной злорадствовать, особенно Тёма, думаю, ему понравится, что я стала «покладистой», — последнее слово я выделила другой интонацией. — Это же Тёма, он всегда будет нас подкалывать, советую тебе смириться. Я помню, что когда к нам приехало пятеро девочек, они были нашими фанатками, то привезли с собой торт с нашим изображением, разрезать его принялся Тёма, я уже обрадовался, что моя голова на торте осталась невредимой, но он на зло мне взял и порезал прям посредине. — Ладно, — устало сдалась я, — пускай заходят. — Как только дверь была открытая, на кровать прыгнул Никита, как дитя, честное слово. Следующим зашел Влад и подарил мне плюшевого медвежонка, только он почему-то был розовым. Тёма зашел пафосно, со своей привычной ухмылкой на лице. Я знала, что он не такой, это всего лишь маска, за которой прячется его настоящее лицо и дала себе обещание, что помогу ему. — Ну, что? Наша птичка сдалась? — Подливал масло в огонь Пиндюра, разжигая у меня к нему ненависть еще больше. — И не мечтай, — так же дерзко ответила я ему, как и он мне. Ох, чувствую, намучаюсь я с ним еще, но мне нравятся сложные ситуации, это делает меня сильнее и мудрее. — Серьезно? А по тем звукам, что были ночью, я бы так не сказал. — Атмосфера в комнате была напряженная, и парни боялись, что кто — то из нас сорвется, думаю, вы догадались, кто выиграет? — А ты небось стоял и подслушивал. — Я показала ему язык и увидела, как в нём просыпается зверь. — Слышишь ты… — не хотелось слушать обидные слова, которые надолго засядут у меня в душе, поэтому перебила его. — Слышу. Не глухая. — Хватит вам! — Разнял нас Толя, ругая меня и Тёму, как маленьких детей. Он не мог принять мою сторону и его. Разделится он не мог и решил усмирить наш пыл. — Тём, иди придумывай рэп к новой песни, а ты, — он указал на меня, — отдыхай. — Как бы он не старался, Никиту ему выгнать не удалось, махнув рукой, Киоссе снова залез на постель. — Давай в карты сыграем? — Предложил юноша, доставая колоду. — Чур, в «дурака». — На что играем? — С азартом в глазах поинтересовалась я, глядя на свои карты. — На желание. Если пропустить все подробности, то Никита мне должен ящик шампанского, должен научить мурлыкать, как кот, и стриптиз. Думаю, что последнее он выполнять не будет, ему Толя не позволит этого сделать. — Если бы я знал, что ты шулер, то вообще не сел за тобой один стол, — обиженно сказал Ник и ушел в другую комнату, наверное, сейчас он жалуется парням на жизнь и меня в том числе. Я очень хорошо играла в карты, в детстве, они заменили мне друзей, поэтому проигрышей практически нету, может, парочку. В доме было подозрительно тихо, взяв стакан, я спустилась вниз. Парни сидели на диване с умным выражением лица, будто думают, как решить сложную задачу. — Эм, с вами всё в порядке? — Четыре пары глаз уставились на меня. — Что — то случилось? — Аня вернулась… — А кто такая Аня? — Присела рядом с Владом и он мне напомнил, что это вампирша, которая спала с каждым из них, разбила сердце и демонстративно ушла. — Она хочет нас увидеть. — Закончил Толя, подпирая подбородок. — Мы не знаем, как нам поступить. Артём, стукнув рукой по столу, что тот еле выдержал удар и не развился, ушел. — Что это с ним? — Спросила я у Никиты и услышала, как стукнула дверь, что чуть трещины не появились. — Он всё еще любит её… — Приплыли, — думаю, что эта встреча будет очень горячей и запоминающийся для всех нас. То, что происходит между двумя людьми, должно оставаться только между ними. Без советов любящих родственников, переживающих друзей и подруг.