Эффект яга

Пророчество явилось мне во снах, ужасных и реалистичных, что мучали меня на протяжении нескольких месяцев. Львиной долей этих сновидений были картины ужасной войны. Неравной войны. И каждый сон был разным. Это были сражения в космическом пространстве и на поверхности планет. Я видел множество невиданных рас, образцов военной техники и космических кораблей, сходившихся в масштабных и кровопролитных битвах. Единственной константой этих снов была одна из сторон конфликта. Огромные черные исполины, подавляющие лишь своим внешним видом. Своим огнем они обращали в пепел прекрасные города иных. Устрашали жутким воем и поднимали из мертвых своих противников, натравливая тех на сородичей. Это была бойня. Иные сражались отчаянно, им некуда было отступать, и раз за разом они гибли. Прекрасные народы, одаренные, интересные, полные надежд на будущее превращались в прах один за другим. Я сопереживал им. Мне было больно и страшно вместе с ними. И после каждого пробуждения я ощущал ту пустоту в душе, что ощущаешь, потеряв кого-то дорогого. А вот для исполинов это была работа. Раз за разом они хладнокровно и с машинной педантичностью исполняли свой мерзкий, кровавый замысел и уходили во тьму космоса, чтобы явится мне в другом сне и стереть в порошок несколько новых цивилизаций. Это был тяжелый период моей жизни. Мне было физически тяжело переносить всё это, я страдал. Но у меня не было сомнений в собственном здоровье. Сны были слишком ясными, логичными, и я был уверен, что это всё неспроста. В моей душе зародилась решимость познать их тайну. Узнать смысл. Я терпеливо переносил эти муки и в конце концов дождался. Сны изменились. Тот сон был менее всего похож на предыдущие. Привычные фигуры исполинов спускались на встревоженные миры и начинали сеять смерть. Это было самое начало войны. До сих пор я наблюдал лишь за её завершением. Это было интересно, но не более. Но главным было то, что в этот раз исполины атаковали Землю и людей. А затем наравне с людьми война пришла на миры батариан, азари, турианцев… Исполины не забыли никого. Именно тогда я наконец понял смысл этих снов. Это были картины прошлого. Теперь же мне открылось будущее. За этим следовали видения разрушительной войны, которую вели все расы нашей галактики ради своего выживания. Но эта война была другой. Не буду врать, мы не побеждали. Несли потери, отступали, но с каждым боем становились всё лучше и знали о враге больше. Я верю, что нашествие врага так же неизбежно как заход солнца, но в этом тёмном будущем был лучик света. Им был могучий герой, что первым встретился с врагом и предупредил о его приближении. Избранный самой судьбой, ведомый духами, взывающими об отмщении, умный, опытный, с надежными товарищами, прикрывающими ему спину, он раз за разом вступал в битву. Он не всегда побеждал, но всегда выживал. Он был олицетворением победы, светочем надежды, избранником Фарумара. Даже безразличные прежде исполины удостоили его своим вниманием. Он был за пределами их расчетов. Они чувствовали, что их замысел под угрозой. Последний сон показал мне две линии событий. В первой я видел привычную мне гибель галактических цивилизаций, а вторая дала надежду. Я видел чудесные города, ученых открывающих тайны вселенной, мирное небо, счастливых детей и множество разумных, закрывших глаза на свои различия. На этом сны прекратились. Видение прекрасного будущего запало в мою душу так же, как и видение ужасного конца. После пережитого моя прежняя жизнь казалась мне серой, бессмысленной и в корне неправильной. У меня не было цели, не было того, за что не жаль отдать жизнь. Но я нашел её. Однажды я решил, что хочу поведать всем вокруг о грядущем и приложить все свои скромные возможности к тому, чтобы уведенное мной прекрасное будущее гарантированно наступило. Пророчество Последних Дней. (12.03.2180) «Мне часто говорят, что я основал апокалиптическую секту. Они правы, и я отношусь к этому спокойно. Меня задевает лишь то, что незнакомые с моими взглядами приравнивают меня ко множеству других фанатиков, верящих в конец света. Чем Свидетели Последних Дней отличаются от прочих? Просто я предлагаю иной путь спасения. Мы не собираемся умереть, когда свершится предсказанный „конец света“, мы намерены его пережить. От гибели нас не спасут никакие молитвы и обряды. Мы не откажемся от своих родных, прежнего образа жизни и имущества, чтобы высшие силы сжалились над нами. Я отрицаю концепцию „спасутся только верующие“. Это совсем не обязательно. Моя цель состоит в том, чтобы подготовить к грядущему наибольшее количество разумных и внести в неизбежную войну свой посильный вклад. И сейчас я обращаюсь ко всем разумным галактики, что не глухи к моему предупреждению. Знайте: когда предсказанные мной события начнутся, галактику спасет лишь ваш самоотверженный труд, ваша стойкость и отвага, ваша готовность идти на жертвы, помочь ближнему и отринуть старые противоречия ради новых союзов. Только это спасет нас, и этому я учу всех, кто готов мне доверится.» Из материалов сайта Свидетелей Последних Дней. Есть в нашей галактике одна занятная секта. Как ясно из представленных выше материалов, зовутся они Свидетелями Последних Дней, а их пророчество очень легко понять игравшему в Масыч. Основана в две тысячи сто восьмидесятом году двадцати пяти летним уроженцем Терра Новы Панайотом Павловым. Информации по нему немного. До недавнего времени парень был простым обывателем, и никому нафиг не сдался. Хотя не так уж он и прост. Ранее безработный, неоднократно привлекался к ответственности за хулиганство и подвергался принудительному лечению от наркотической зависимости. Покинув стены клиники, в которую загремел, едва не умерев от передоза, резко остепенился. Нашел работу, порвал старые связи и стал вести жизнь добропорядочного гражданина. Чуть позже, благодаря программе реабилитации, сумел сменить место жительства и переехал на Элизиум. Чуть позже увез с Терра Новы и свою родню. Перед отъездом на новое место жительства и работы засвидетельствовал у местного нотариуса своё пророчество. До чего дошли, а! Лишь бы денег заработать… На Элизиуме Панайот устроился работать коммунальщиком. Трудится и поныне в департаменте водоснабжения. Спокойно проработав на новом месте пару месяцев, Павлов немного продвинулся по службе, подкопил деньжат и разобрался в местных реалиях. Ну, а потом запилил свой сайт в экстранете и начал сектантскую агитацию. Не могу сказать, что он достиг больших успехов. Конечно в вопросе сект старый я понимал мало, да и яг шарил только в противозаконных. Тех, что качают из народа деньги, переписывают жилплощадь или балуются наркотой. Однако наших скромных знаний достаточно для вывода, что у Панайота дела идут явно не очень. Удалось установить, что, несмотря на приличный поток посетителей, постоянных «сектантов» у него с десяток. Собираются у него на квартире и болтают ночи напролет. О чем? Установить пока не удалось. Жучков мы ещё не понаставили. Просто не успели. Я сам-то об этих свидетелях узнал только сутки назад. А до этого всем было на них наплевать. Так что вся информация у меня из полицейских и городских баз данных. Ну и сайт, конечно. Небольшой такой. Содержит только пророчество, всякие мысли Павлова о будущей войнушке и её значении для рас галактики, о том, как надо правильно жить, ну и конечно, о Герое. Панайот всячески обсасывает его фигуру, дает толкования его действий и делает маленькие намеки на Шепарда. И ведь не постеснялся назвать его избранником Фарумара. Смельчак. Поясню за имя. Фарумар один из важнейших турианских культурных героев, без которого они не были бы теми, кто они есть. Немножко мифологии. В стародавние времена турианский народ страдал под гнетом злых духов, которые, заставляли несчастных поклоняться им и приносить всяческие жертвы. Но добрые духи, которых темные до этого зачмырили и загнали под ковер, решили, что хватит это терпеть. Добряки напряглись, изготовили набор волшебного оружия и связались со смелым юношей, что всем сердцем ненавидел тиранию злых духов. Им и был Фарумар. Духи вручили ему свои изделия, быстренько научили пользоваться и всё завертелось. О дальнейших похождениях Фарумара, его соратников и всей турианской расы повествует эпос не короче индийской Рамаяны. На его протяжении первый турианский воитель сражается со злыми духами, их культистами и разными хтоническими тварями, ищет и создает разные крутые артефакты, гоняет за погибшими товарищами в мир мертвых, ищет свою любовь и многе другое. Заканчивается история победой турианского народа над силами зла и основанием первого мифического царства, начало династии которого положил естественно Фарумар. Разумеется, после всех своих подвигов Фарумар был канонизирован, став после смерти духом-защитником турианской расы, одним из немногих, чьё имя можно произносить не только жрецам. До выхода в космос у туриков даже было почетное звание — избранник Фарумара. Ими назначались самые прославленные полководцы и государственные деятели. Стал он и персонажем массовой культуры. Эпос о нем экранизировали раз двадцать, да с таким пафосом и экзальтацией, что наш человеческий Геракл на его фоне просто лох, совершивший с десяток скучных подвигов, да ещё и в личной жизни невезучий. Конечно с прогрессом сложная система турианских верований упростилась и потеряла своё влияние, превратившись в простую, толерантную и необременительную религию. Теперь среднестатистический верующий отмечает пару праздников в году и в любой плохой ситуации говорит «духи…». Гаррус под описание подпадает. Всё это я говорю к тому, что за обращение к образу Фарумара Павлова никто трогать не станет. Просто скажут, что наглец. Это если хоть кому-то дело до него будет. Благодаря всем полученным сведениям, можно подозревать Павлова в попаданчестве. Резкое изменение линии поведения, понятное любому знакомому с Масычем пророчество и переезд туда, где имя Джона Шепарда известно буквально каждому. Слишком много примечательных моментов. Хм, вот уж не думал, что буду здесь не единственным нездешним. Вероятность этого была ненулевая, но к такому надо привыкнуть. Попаданцы — это неплохо. Потенциальные союзники как-никак... Вот только они же и могут волей-неволей порушить тебе все планы. Так что всё это нужно проверить как можно быстрее. Ну, а если окажется что это реально какой-то провидец, то не стоит расстраиваться, договоримся. Хоть в мистику я раньше и не верил, а здесь очутился. Мало ли что возможно. И знаете, я решил убедиться во всем сам. Выделил себе времени и перекинул дела на сотрудников. Буду звонить на другой конец галактики, с Хагалаза на Элизиум. До чего связь дошла, однако… Немного волнительно конечно, но будет очень приятно найти «своего». Код связи набран, программа изменения голоса активирована. Архив №84645…65454 Запись разговора AK494651 — Павлов слушает. Говорите. — Доброго времени суток, мистер Павлов. Я не помешал? — Немного. На Элизиуме раннее утро. — Простите. Просто ознакомившись с вашим учением, я очень заинтересовался и решил связаться как можно быстрее. — Приятно слышать. Но зачем было звонить на домашнее устройство? Для подобного есть отдельный код связи. — Да, я знаю. Но мне очень хотелось поговорить с вами так. — Ладно. А кто дал вам этот код? Судя по вашим словам, вы не с Элизиума. — Видите ли, мистер Павлов, я обличен некоторой властью, поэтому и смог получить ваш домашний код самостоятельно. — Даже так… И поэтому вы искажаете свой голос? Это слишком заметно. — Да. Видите ли, я публичный человек и открытая связь с вашим… культом может навредить моей репутации и карьере. — Я понимаю вас и могу гарантировать вашу анонимность. — Благодарю. — Так вы говорите, что заинтересовались. Вы хотите узнать больше, стать одним из нас или вам нужна личная встреча? — Возможно. Позвольте сначала задать один вопрос. — Спрашивайте. — Назовите пожалуйста имя дочери Самары? — Что? Самары… Погодите. <двухсекундная пауза> — Ха-Ха. У юстициара Самары три дочери: Моринт, Рила и Фалере. Я ответил на ваш вопрос? — Ответили, и я… рад что не один в этой галактике. — Да… Это взаимно. Что ж… мы действительно не можем встретится? — Наша личная встреча невозможна. — Есть причины? — Есть. И давай на ты? — С радостью. — Как давно ты здесь? — С семьдесят восьмого. Наркоша Панайот откинул копыта, а его место занял я. — Нелегко тебе было, насколько могу судить. — Ага. В башке каша, вместо тела полутруп, да и врачи с полицией осаждают. Зато под это дело никто не заметил смены хозяина. — Но ты выкарабкался. Мне было полегче. — Да брось ты. Не смущай. Жить захочется — не так раскорячишься. И родители у парня просто золото, не бросали его никогда. Всё пытались вытянуть, а он… тошнит с таких людей. Сейчас то я с ними в ссоре из-за секты… А ты сам как? — Я нормально. Сразу в дамки. Есть деньги, подчиненные. Не последний разумный в галактике, словом. — Завидую. В моём положении мало что можно сделать. А жопа-то всё ближе. — Это да. Кстати, а почему именно секта? — А что же ещё? В армию ни так, ни сяк не возьмут, у самого ни денег, ни связей. А с сектой будет проще. Ну, я так думал. Да и должен же кто-то о простых людях позаботится. Они же во время Жатвы будут гибнуть только так. — И как успехи? — А сам не знаешь, шпиён? — Не особо. Об этом трудно разузнать. — Могло быть и хуже. Доверившихся мне людей всего десять. А так у меня бывает человек пятьдесят, эти не верят мне нихрена. Видят, что не псих, но и не верят. А так они… Я с ними… Эх. — Что? — Ну как тебе сказать. У нас тут двадцать второй век, а люди всё те же. Кто-то не знает, чего хочет от жизни, кого-то всё достало, есть потерявшие родных во время Блица или просто по жизни одинокие. Короче всё то же, что и у нас, только декорации другие. — И что ты для них делаешь? — Да проблемы их выслушиваю, взаимопонимание налаживаю, взаимопомощь развиваю. Доброе и вечное несу, короче. Никогда таким правильным и понимающим раньше не был, а теперь чисто батюшка. — Мило. Я бы даже порадовался за тебя, если б не грозящий нам кирдык. Но сдается мне, что эти люди слишком адекватные для сектантов. Тебе не кажется, что ты занят немного не тем? — Может и так… Но я думаю, что, когда всё завертится, они мне поверят. — Поверят. Но этого недостаточно, тебе нужны немного другие разумные. — Ты про маргиналов всяких? — И про них тоже. В секты обычно идут немного иные люди, чем к тебе. Сейчас ты делаешь ставку не на тех людей. Так я думаю. — Может и так. Но не умею я со всякими неадекватами общаться. — Мало кто хочет, но на данном этапе тебе именно они и нужны. Пока Иден Прайм не атакован, нормальных людей и тем более инопланетян ты к себе не затащишь. — Я учту. — Хорошо. Ты извини, но у меня поджимает время. Думаю, ты понимаешь, что нам стоит объединиться. — Думаю стоит. А чем ты можешь помочь? — Многим, друг мой. Я дам тебе денег, могу найти полезных людей. Они твоим последователям такую промывку мозгов организуют… И из сайта твоего унылого конфетку сделаем. — Ну-у это здорово, конечно, но промывка мозгов… — Брезгуешь? Ты скажи, не стесняйся. — Есть такое. — Я тебя не виню, но ты сам должен понимать, что нам угрожает. У нас тут не игра, и уж если хочешь выжить — делай всё возможное. — Понимаю, но… — И я понимаю. Эта галактика… Она классная. Серьезно, несмотря на всё имеющееся дерьмо, она отнюдь не пропащая. И я хочу её спасти, несмотря на то, что она по факту нихрена не моя. Я мог бы просто свалить и отсидеться где-нибудь, но не буду. — Ты в азари что ли угодил? — Ага. — И как? — Жить можно. Ну, а ты-то что думаешь? — Не в том я положении, чтобы отказываться от помощи, тем более от своего. Я по сути точно так же думаю. Жить в Альянсе вполне себе можно. Боялся, что хуже будет. И короче, я согласен работать с тобой. Но только давай без перегибов. Я — человек добрый, в большую грязь лезть не хочу. Если что, просто пошлю тебя, несмотря ни на что, не обижайся. — Чего уж там. Мне союзники тоже на вес золота. Ты точно готов? Трудиться придется много и, самое главное, что жизнь будет под угрозой. Я буду тебя защищать, но сам понимаешь… — Жить конечно хочется, но если бы я так уж боялся, то ты обо мне бы и не услышал. Но Церберу или Посреднику достаться не хочется. — Сделаю всё возможное. И Терра Нову твою мы от астероида спасём. — Хех. Да я бы так и так переехал. Здесь же Шепарда так любят, что памятник не ставят только потому, что живой. — Ну да, ну да. Жди письма с указаниями. Там будет инфа о том, как и с кем связаться. Это мой сотрудник, с ним будете решать, что будете делать. — Понял. Всего доброго. А мы так и будем без имен общаться? — Позывные будут. Бывай. Конец записи.