Бывает и так.

Гарри. Я держал в руках Ежедневный Пророк и не верил своим глазам. Рита очень красочно описала похождения последнего из рода Принц. А так же мучения невинной омежки и… та-дам! — претензии на магический брак с соблазнившим его альфой, у которого он искал защиты от несостоявшегося насильника и маньяка из Италии. Как говорится: из огня да в полымя. Малькольм был настолько влюблён в мистера Снейпа ещё со школьной скамьи, что доверился любимому альфе, который сам предложил спрятаться в его родовом поместье, где стоит магическая защита. Мистер Снейп лорд Принц отказался жениться на М. Бэддоке (ах какой бяка!), а так же высказал сильные сомнения, что омега носит его ребёнка. Вы скажете, что стоит применить заклинание на выявление отцовства. Я бы тоже так сделал, как тогда с Джинни, но это противозаконно. Дети у магов — великая ценность, поэтому их защищают ещё в утробе матери и магически, и законодательно. Зародившаяся жизнь слишком хрупка и уязвима, поэтому разглашение срока и отцовства, если ведьма или омега не в браке, караются законом, да и, состоя в узаконенной связи, стараются помалкивать о своём особенном положении. Наказания самые разные, и меня ждал бы только штраф. Тот скандал спустили на тормозах только потому, что я Герой. Да и стоило Уизли поднять шум по поводу неправомерности моего колдовства, как я мог бы припомнить другой закон и не один. Причинение вреда древнему роду и попытка уничтожения истиной крови путём подмены крови наследника на кровь иного рода. Если бы у Джиневры всё получилось и мой первенец, который не мой ребёнок, выжил при магическом ритуале супружества, то он стал бы следующим лордом Поттер и дал бы жизнь следующему поколению, уничтожая исконную кровь этого рода. Магия такого не стерпит, появятся новые проклятья и откаты, скорее всего и у Гойлов тоже будет не всё гладко с родовой магией, как у ответственных за возникшее положение дел. Ситуацию могли бы исправить второй и последующие дети, но они вряд ли появились бы на свет от меня. И дело не в том, что Джинни не стала заниматься со мной сексом, а в конфликте магии и кое в чём ином, как оказалось, но я узнал об этом гораздо позже. Скорее всего и я и Джин стали бы бесплодными, магия наследника будет заботиться о своём носителе, чтобы не родился тот, кто уничтожит "захватчика". Рождённый ребёнок был бы защищён собственной магией и магией рода Поттер, но при этом одним своим существованием малыш уничтожал магию Поттеров, если не совсем, то сильно искорёжив и вывернув наизнанку, уничтожая дары от магии, накопленные и раскрытые за множество поколений, а так как крови Поттеров в ребёнке нет, то и дары умрут. Либо сама родовая магия, защищая признанного мною наследника, постарается уничтожить его, ведь этот малыш не будет являться мне родным ни по каким параметрам и критериям, признай я его хоть тридцать три раза своим наследником. Патовая ситуация. Магия рода будет рвать саму себя защищая и пытаясь уничтожить признанного, но не законного в её понимании наследника. Это приведёт к мучительной смерти рода Поттер и физически, и магически. Ну, а Гойлов заденет откатом за пособничество в уничтожении рода. Как-то так могло бы быть, прими я тогда Джинни с чужим ребёнком. Есть ещё обычный министерский брак, светский так сказать, но его не примут в элите нашего общества — среди аристократов. А я прекрасно знаю Джиневру, она чистокровная и слишком жаждет вернуть статус леди Уэлсли среди сливок магического общества. Могла бы попробовать вернуть себе фамилию Пруэттов, но она прекрасно понимает, что тот род примет только одного из старших братьев. Либо это мог быть Билл, либо Чарли. Ни одному из последующих сыновей Молли не взобраться на трон главы рода Пруэтт — им банально не хватит сил, упорства и знаний. Сама магия не примет их следующим главой. Даже образовать свой новый род они не смогут: на это нужно ещё больше сил, чем вступить в права наследника или главы рода. Снейпу не простят применение определяющего заклинания при свидетелях, даже после того, как его признали заслуженным героем последней войны. Для установления отцовства нужно разрешение от колдомедиков Св. Мунго и представителей Визенгамота, а так же куча других разрешений. И Снейп будет запрашивать на эти разрешения справки и иные бумаги, но Бэддок тоже не дурак. Он может просто отказаться проходить идентификацию отцовства, упирая на другие доказательства, а я не сомневаюсь, что они есть. Он далеко не дурак, к тому же учился на потоке Слизерина, а это определённая репутация и характеристика. Без доказательств Малькольм не стал бы затевать это дело, тем более против своего декана. И если он выиграет это дело (а я почти не сомневаюсь в этом) и заставит Снейпа жениться на себе, то вполне может пожертвовать этим малышом и родить следующего, уже от главы рода Принц и наречь его наследником. Выкидыш при ритуале уже не сможет ни на что повлиять. Но зародыш пострадает лишь в том случае, если он от другого альфы. Если отец Снейп, то… Я не хотел об этом думать. Мне было обидно и горько, когда я увидел их в постели, заляпанных спермой, усталых, но довольных. Там витал стойкий запах жаркого секса. И метка… Я сходил с ума от вида кровяных ранок на плече Малькольма. Мне не дано понять почему Север предложил мне брак и в тот же день поставил метку принадлежности другому омеге, подчёркивая позор нас двоих. Да, это считается позором, когда альфа метит не своего мужа, как бы признавая перед всеми, что муж не достоин принадлежать этому альфе, а меченый любовник омега не достоин войти в его род, приравнивая того к статусу временной игрушки. Некоторые моменты меня беспокоили, но я никак не мог сосредоточиться и выяснить какие моменты и что с ними не так. Моё состояние становилось всё более нервным. Я метался от невозможности помочь Снейпу… Я не хотел ему помогать оправдать себя, но вбитая в меня справедливость и чёткое разделение на чёрное и белое (а я уже думал, что переборол это) не оставили мне ни шанса остаться в стороне. Всё же я не желал Северусу такой жизни. Он достоин быть с любимым человеком, хотя бы за все те годы, что был одинок и жил долгие годы на кромке острого лезвия бритвы. За то, что когда-то пожертвовал своими большими чувствами и ещё большей гордостью. У этого человека никогда и ничего не было кроме боли, нищеты, одиночества и хозяев. Даже моя мать, его самый любимый человек на свете, поступила с ним гадко. Я не говорю, что хорошего не было, но плохого было больше, как это не печально. Что мне делать? Как поступить? По закону Снейп обязан жениться на Бэддоке, но если доказать, что это было мошенничество, то… Бэддоку ничего не будет, кроме общественного порицания и сочувствия, а Снейп станет свободным и вновь ринется искать меня… а может и нет. Не то чтобы мне было чего опасаться, я пережду его активность на Гриммо, а затем отправлюсь к деду, но если поиски затянутся, то выбирать альфу придётся из англичан. Я никак не мог определить своё состояние. Беременность выявить я не смог, но и в организме было не всё в порядке. Заклинания и артефакты давали сбой. Хорошо бы посмотреть на гобелен Поттеров. Гобелен Принцев мне не страшен по той простой причине, что мы не женаты и Снейп не знает о моём состоянии, а значит не может признать бастарда своим сыном перед магией рода, поэтому гобелен не видит малыша. Как когда-то ни один гобелен не видел нагулянных и не признанных ублюдков у предков любого рода. Гены второго отца останутся латентными, и ребёнок будет только Поттером. Вот внуки или даже правнуки моего ребёнка могут попробовать сесть в кресло главы рода Принц, но это при условии, что на тот момент не будет иных наследников. Я про то, что у Севера могут появиться признанные наследники от кого-то ещё. И я не говорю о Малькольме, с большой долей вероятности это может быть и ведьма. Я замер перед зеркалом, перестав суматошно бегать от стены к стене в раздумьях. На меня смотрел молодой худощавый мужчина. Зелёные глаза не скрываются более за очками. Дед избавил меня от надоедливых стекляшек перед самым окончанием срока учёбы у него. Точнее по истечении контракта на обучение, как я уже говорил Наставник остаётся Наставником до самой смерти. Так вот, этот молодой мужчина в зеркале был привлекателен и даже интересен и симпатичен, но выражение его глаз… В окно постучалась сова, отвлекая меня от созерцания своего облика. К её лапе было привязано какое-то официального вида письмо, всё в красных восковых печатях. «Уважаемый, мистер Поттер. Сие извещение объявляет о собрании Визенгамота шестнадцатого ноября сего года, в девять часов по Лондонскому времени. Просим вас появиться в аудитории десять для свидетельства по делу Северуса Тобиуса Снейпа лорда Принц. Вы заявлены свидетелем со стороны М. Бэддока. При невозможности участия в этом деле по независящим от вас обстоятельствам, просим прислать разъяснения письменно. Секретарь по общественным делам магической Англии К. Мр. Степлтон.» Вот и пришло время решаться на свои дальнейшие действия. Свидетель. Что я могу сказать им по этому поводу? Что являлся женихом-бетой, которого обманули и променяли на влюблённого в него омегу? Так они только покивают на это головами, одобряя действия Снейпа. Кто-то втихую похихикает над тупицей полукровкой Поттером, но думаю, что будут и сочувствующие. Сказать, что я омега и пара этому мизантропу? Этому точно никто не поверит. Я — бета. И эта истина так же незыблема, как земная ось. Но даже, если я предъявлю доказательства, то это не поможет Снейпу. При этом я открою себя для тех, кто желает себе в супруги омегу. И тут начнётся самый настоящий кошмар. Охота за моими рукой и плодородным чревом приобретут более широкие масштабы и сбежать станет ещё более тяжело. Нет, я не могу помочь таким способом. Выдать свою тайну и привлечь на свою голову ещё большее внимание не выход. Написать отказ? Там были Малфои, они должны помочь Северусу. Их вполне хватит для оправдания перед законом. Он слишком долго дружил с Люциусом, да и Драко является ему крёстным сыном. Что написать в отказе? Какая причина станет достаточной для моего отсутствия? Болезни лечатся на раз два. Заявить, что меня не будет в это время в Англии? Мне потребуются для этого доказательства, а их я предоставить не смогу. Порт-ключ заказывается заранее. Международная каминная сеть отслеживается, а это приведёт одного из альф ко мне, рано или поздно. Порталы, аппарация и прочие способы перемещения отпадают — их тоже легко отследить. Какую же вескую причину мне написать? А может пойти? Северус. Не делай добра — не получишь зла. Кажется так говорила наша старенькая соседка, когда я был мальчишкой. Когда я очнулся в постели с Бэддоком, то готов был ударить его… жаль, что сдержался. Комната пропахла его выделениями и цветочным запахом. Он был приятен, но не цеплял так, как запах Гарри. Этот простенький одноступенчатый запах не мог привлечь ни одного представителя из старинных семей. Мы редко размениваемся на таких, только если сложатся обстоятельства, что без омеги в семье никак нельзя обойтись. Гарри стоит на самой высокой ступени в градации омег. Его запах трёхступенчатый, при этом третий из них не имеет определённой привязки к миру. Его третий запах — свобода. Для каждого она пахнет по своему, и каждый воспринимает её по своему, поэтому невозможно конкретизировать третью составляющую запаха Поттера. Бэддока я выставил в тот же миг, как выпихнул из моей постели. И никакие уверения, что я изнасиловал его в эструс, не помогли ему. Он грозил, что подаст на меня в суд Визенгамота, грозился вызвать свидетелей, но когда я молча сжал челюсть, то его последний аргумент меня почти убил. Нас видел Гарри. Я бросился к камину, но не смог пройти на Гриммо. Каминная сеть была перекрыта. Дом я так же не увидел. Единственное, что я смог ощутить, — это мощные щиты, но какие так и не понял. Возможно, Гарри покинул этот дом, а может и страну. Он весьма болезненно переносит предательство дорогих ему людей, так же сильно, как и я сам. Выпросить его прощение будет очень сложно. Сегодня утром министерская сова принесла уведомление о суде. Бэддок исполнил свою угрозу, но у него ничего не выйдет. Доказать, что я отец ребёнка, если он вообще существует, будет невозможно. А принудить заключить брак можно, только доказав, что я изнасиловал невинную омегу и это подтвердят двое свидетелей. Колдомедик так же может стать свидетелем и определить сам факт насилия по косвенным признакам, но самый явный — это сперма, а её на поганце не могло быть. Свидетелей ему негде взять. Гарри не появится, тем более не станет говорить против меня. Я найду тебя, мой хороший. Подожди немного, я всё тебе объясню. Повторить свою ошибку я не могу. Твоя мама уже показала в прошлом, что такие ситуации нужно разъяснять немедленно. Гарри. Сегодня начнётся заседание суда, а я так и не решил идти или нет. Отказ я отослал, так и не придумав внятного объяснения. Ничего и так прожуют и проглотят. Но что мне делать дальше? Я хочу пойти и это самый удобный момент удрать магловским способом. Просто сесть в самолёт, на поезд, теплоход и рвануть из Англии в неведомые дали. Я рвался к свободе, но чувство неудовлетворения не отпускало. Во всей этой истории было что-то не так. Что-то царапало, заставляя пристальнее вглядываться в факты. Я подумал и решил, что могу присутствовать на открытом слушании об изнасиловании. Тем более я знаю, что Бэддок никакой не невинный. У него уже двое детей от других альф, да и многие слизеринцы и не только могут подтвердить своё непосредственное присутствие и участие во время эструса и без оного в кровати этого омеги. Тогда… Зал был заполнен под завязку. Я нашёл местечко слева от мест для председателей. Колдокамеры время от времени сверкали вспышками. Люди переговаривались, создавая ровный гул. Кто-то здоровался, кто-то негодовал, кто-то многозначительно молчал. Малькольма ещё не было, как и председателей Визенгамота с секретарём. Но ему и его адвокату оставили места справа от мест председателей. Севера возьмут под стражу только здесь и либо отпустят по окончании заседания, либо отправят в предварительные камеры аврората. Кресло стояло всё там же — посередине небольшой площадки внизу, навевая неприятные воспоминания. За высокой кафедрой возвышается только одна спинка от кресла, сегодня состав судей будет урезанным. Пока не докажут, что он виновен, сделать ничего не смогут. Но изнасилование — не тот вопрос, для которого нужно собирать полный состав коллегии. — Встать, суд идет! — громыхнули слова под потолком. Я не заметил, как пришёл секретарь, разглядывая смутно запомнившееся помещение. Все встали, воцарилась тишина. Север вошёл и гордо прошествовал к креслу после того, как трое уселись на места судей. — Прошу садиться. — Итак, приступим. Северус Тобиас Снейп лорд Принц, вы знаете какие вам предъявлены обвинения? — Да. Меня проинформировали об этом в письменном виде, сэр, — он презрительно взглянул на Малькольма. — Я утверждаю, что невиновен в том, в чём меня обвинил Малькольм Бэддок. — Хорошо. Давайте разбираться. Кто так собирает материалы, всё спутано и половины не хватает?! — бодрый старик открыл папку с документами. Я не знал этих волшебников, поэтому слегка напрягся. Второе кресло занимал мужчина с аккуратной курчавой бородкой, а с другой стороны сидела женщина в том возрасте, когда ещё не старуха, но далеко уже не молодая женщина. Она привстала и участливо подала вторую папку, затем приготовила чистый блокнот и перья. Для чего это нужно я не понял, ведь подробные записи вёл секретарь. — Ах, вот и пропажа. Ну кто так работает?! Нашёл. Заявление Малькольма Брайана Бэддока. Он обвиняет вас в том, что вы воспользовались его состоянием и совратили его, в последствии отказавшись взять на себя ответственность за содеянное. Так ли это? Мне показалось, что председатель благоволит к Северу. В сторону Малькольма он не смотрел, а со Снейпом разговаривал спокойно и уважительно. — Нет, сэр. Я отрицаю, что вступал в связь интимного характера с мистером Бэддоком когда-либо, — мой зельевар гордо вскинул подбородок, а я усмехнулся. Вот же ж… — Так, так. С его стороны заявлено три свидетеля, которые застали вас двоих в пикантной ситуации. Гарри Поттер отказался давать свидетельские показания. Я так понимаю, что слухи о вашей помолвке — не пустой звук? — Север удивлённо приподнял бровь. Он не знал, что Малфои тоже их видели и появились они там даже раньше меня? — Я сделал ему предложение, но мистер Поттер попросил время обдумать это предложение ещё до недопонимания с мистером Бэддоком. Прошу не впутывать его в это дерь… дело, — он чуть поморщился, а мне показалось смешным, как он морщит кончик носа. Сейчас он не казался холодным или жестоким. Всё же я ничего не знал о нём, но стало очень приятно, что сейчас он защищает и оберегает меня, даже сидя в кресле подсудимого. — К сожалению, это невозможно, так как он является вашим женихом, — зал загудел. — Поздравляю вас с выгодной партией, — дедок залихвастски подмигнул. — Благодарю вас, сэр Аддингтон, — Север улыбнулся и все в зале выпали в осадок. Он оказался особенно притягателен, когда не строит из себя беспринципную высокомерную сволочь и улыбается как сейчас. Снейп вздрогнул и резко повернул голову в мою сторону, его глаза уставились на меня и я откровенно улыбнулся ему. Мой образ сегодня был несколько непривычен. Я выпил оборотное с волосом какой-то старушки. Божий одуванчик с пушистыми седыми волосами, собранными в пучок и прикрытые кокетливой шляпкой, ощерилась красивыми сохранившимися белыми зубами… Единственная из всех присутствующих она улыбалась подсудимому, в то время как остальные шокировано застыли либо строчили в блокноты. Неожиданная вспышка колдокамеры привела всех в более менее приличное состояние духа, а он всё смотрел на меня, как будто был убеждён, что это я. Вот знал, что нужно было садиться за его спиной, а не так чтобы видеть его лицо. Малькольм изменился в лице и закричал: — Как ты посмел! Ты поставил мне метку! Зачем ты укусил меня, если не собирался жениться на мне?! Ненавижу! Нет, нет, прости меня Се-е-ев, я люблю тебя, — его голос потонул в выкриках с мест, громогласно ударил молоток. Адвокат усадил парня и подал ему стакан с водой, что-то тихо говоря ему. — Тишина в зале. Мистер Бэддок, если вы не можете держать себя в руках, то вас попросят удалиться вон. Представлять вашу сторону останется ваш адвокат, — строго бросил председатель. — Итак. У меня тут справки, что у мистера Бэддока во время эструса появились микроразрывы ануса. На плече присутствуют следы зубов альфы. Характерные ранки клыков и резцов во время гона либо эструса. Хм. Есть семенная жидкость Северуса Снейпа внутри прохода и несколько синяков и ушибов. Так, это подтверждение о беременности. Меня вот что интересует, мистер Бэддок. Какой сравнительный материал был предоставлен для определения вашего насильника? — Сравнительный… что? — он растеряно глядел на судью. — Кто подтвердит, что в вас была сперма мистера Снейпа? — терпеливо разъяснил Аддингтон. — Но как же. Из меня извлекли… сперму, — он попытался покраснеть, но только напыжился. — Кто может подтвердить, что это сперма мистера Снейпа? — Колдомедик. Что непонятного в этом деле?! Он изнасиловал меня, но я… — Мистер Бэддок, я не спрашиваю вашего мнения. Я спрашиваю где заключение о заборе материала от самого мистера Снейпа, заверенное магической подписью колдомедика? — адвокат встал. — Уважаемый суд. Мистеру Снейпу было выслано оповещение о том, что нужно подойти определённого числа к колдомедику в кабинет на третьем этаже в частной колдоклинике Блаженной Аристы. Но он не явился. Все последующие приглашения были так же проигнорированы. — Я не получал ваших приглашений. И почему частная практика? Святого Мунго вам уже мало? А может там легче подтасовать результаты? — Тишина! Мистер Снейп, первое предупреждение. Меня интересует по какой причине все справки не заверены магической подписью? Готовы ли вы, мистер Снейп, пройти процедуру подтверждения? — Готов, ваша честь. — Пригласите мистера Гиппократа Сметвика из Святого Мунго. Объявляю перерыв на десять минут, — раздался удар молотка и старик склонился к женщине. — Мисс Олдфорд, не попить ли нам чайку? — Сейчас всё принесу, Кассий, — женщина шустро удалилась, а дед обратился к мужчине по другую сторону от себя. Север сидел и сверлил меня взглядом. На его губах цвела загадочная улыбка. Он не мог подойти сейчас, но после окончания мне нужно будет свалить очень быстро. Как он меня вычислил. Ну старуха, ну блаженная любительница сплетен. Пахнуть от меня не может. Все бы вокруг всполошились, стоило учуять запах омеги. Я вновь посмотрел на Снейпа. « — Ты не сбежишь, » — он сказал это только губами, но я словно услышал его бархатный голос, что шепчет мне в ухо. Думаю, что мои глаза были несколько больше, чем им положено. Этот паразит улыбнулся и отвернулся, скучающе разглядывая трибуну перед собой. Малькольм всё это время рыдал на руках адвоката. Гиппократ Сметвик капнул крови в пузырёчек с прозрачным зельем. Записал что-то на листке, коснулся его своей палочкой и протянул его судье. — Пожалуй, продолжим, — хлебнув последний раз из тонкостенной чашки Аддингтон, принял листок с записями. Судья вёл себя эксцентрично и невероятно непосредственно, по сравнению с началом заседания. — Дорогой мой, я же ничего не понимаю в этой мудрёной галиматье. Вот эти бумаги от частного колдомедика. Но я бы не доверял им. Они не подписаны. — Даже если и так, — задумчиво проговорил мужчина в лимонной мантии, бегло просматривая бумаги. — При тех данных, что написали здесь и полученных при свидетелях, которые протестировал я, могу сказать, что это два разных человека. Более того, материал, по данным на этой справке, взят от магла. Хм. Это окончательное заключение, — зал взорвался негодованием, но тут же наступила тишина. Сметвик сел недалеко от меня. Секретарь довольно поправил артефакт на столе и в ожидании посмотрел на судью. — Спасибо, мистер Деррик. Итак, продолжаем. Мы выяснили, что справки даны о другом человеке, более того — магле. Мистер Снейп — полукровка, не сквиб, не магл. Он волшебник. Как вы объясните это? — судья повернул голову в сторону Бэддока. Адвокат подскочил и затараторил. — Мы сделали всё по правилам. Мистер Бэддок обратился в мою контору рано утром. Его тело было истерзано. Мы обратились в ближайшую колдоклинику. Рядом с моей конторой есть только одна такая — Блаженной Аристы. Там мистер Бэддок впал в истерию и его забрали колдомедики. Я объяснил всю ситуацию, и мне выдали эти заключительные бумаги. Откуда я мог знать, что они… — Север фыркнул. — А он вообще адвокат или так… зашёл выразить сочувствие? — самому себе тихо проговорил он, но его услышали все. — Вот и мне интересно, — поддержал его судья. Он тяжело вздохнул. — Мы выяснили, что изнасиловал вас не мистер Снейп. Тогда встаёт вопрос кто это был? — Это он! Его видели Малфои и Поттер! — закричал Малькольм. Аддингтон опять тяжело вздохнул. — Староват я стал. Вызывается для дачи показаний Гарри Поттер. — Кассий, он прислал отказ, — тихо сказала вторая судья. — О, совсем забыл. Весьма, весьма интересный молодой человек. Мне не приходилось с ним сталкиваться, но Минерва дала о нём очень исчерпывающую характеристику. Представляешь, мисс Олдфорд, он оказывается оме… — Ваша честь! Давайте не будем отвлекаться, — Снейп опять улыбнулся и это вновь вызвало шокирующую реакцию у присутствующих. — Да. Мистер Деррик, пригласите Люциуса Абраксаса Малфоя, — секретарь коснулся палочкой пергамента и двери распахнулись, пропуская старшего Малфоя. — Прошу сюда, мистер Малфой. Думаю, что вам здесь уже всё привычно, — захихикал старик. — Представьтесь. — Люциус Абраксас лорд Малфой, — он встал в шаге от кресла, со стороны Малькольма. — Расскажите как было дело, мистер Малфой, — судья намеренно опустил титул. Перед судом все равны. — Мой сын пришёл ко мне ночью. Мистер Бэддок прислал своего эльфа с запиской… — Да, есть такая, — судья вытащил огрызок пергамента, — Люциусу не понравилось, что его перебили, но промолчал по этому поводу. — Омега учился в Хогватсе и его опекали всем факультетом… — А мистер Снейп был у него деканом, если я правильно посчитал год. — Да, это так. Северус не выделял его среди остальных учеников, но оберегал по мере своих сил и клятв. — Клятв? — Я состою в Попечительском совете и достоверно знаю, что профессора дают клятвы оберегать и защищать учеников. Ни о каких домогательствах с их стороны не может быть и речи. Клятвы обязали Северуса заботиться и о мистере Бэддоке, но ни о каких чувствах не было речи. Только поэтому я предложил ему спрятать мистера Бэддока не так давно, когда он попал в беду. — Какую беду? — вновь встрял судья. — Он сильно проигрался в карты, а отдать долг в ближайшее время не мог. Нужно было время для того, чтобы собрать проигрыш. До того момента омега мог довериться только тому, кто уже оберегал его. Северус был не против приютить его в своём замке. На время эструса он ушёл и остался в гостях у своего жениха. Я не знаю что случилось той ночью, но могу предположить, что он вернулся неверно высчитав окончание эструса у своего гостя. Когда мы пришли, то они лежали обнажёнными в постели, по комнате витал запах мистера Бэддока, отметину мы заметили позже. При этом уже присутствовал мистер Поттер, — я чуть не подскочил. В комнате был действительно только запах этого придурка. Севером там не пахло, хотя запахи при таких упражнениях должны были смешаться, но пахло только цветочками. Он его опоил, заколдовал или что-то ещё? — Северус уже спал, а мистер Бэддок выглядел счастливым. Гарри Поттер принёс кольца для помолвки, что оставил Северус и видел эту сцену. Он отдал кольца моему сыну и быстро ушёл. Я прекрасно его понимаю, увидеть своего жениха в объятьях другого это… неприятно. Драко отдал мистеру Бэддоку кольца и мы ушли. О какой беде написал омега, я так и не понял. — Какие кольца, Люциус? Я не получал никаких колец. Ты уве… — Я думал, что ты заказал их для нас у мастера Ворона, Сев, — Снейп поморщился на исковерканное имя. Я тоже сократил его имя, но оно хотя бы не стало похоже на кличку собаки. — Вы украли кольца, мистер Бэддок? — холодно спросил мой альфа. — Я не крал. Вот, возьми, — он кинул коробочку в Снейпа. Тот взмахнул рукой и поймал шкатулку, совсем, как ловец в квидиче золотой снич. В зале вновь поднялся ропот в который раз, артефакт на столе секретаря уже не справлялся. — Всё понятно. Вы можете добавить что-то ещё, мистер Малфой? Нет? Тогда прошу присесть. Стоит ли вызывать второго свидетеля? — он обратился к мужчине судье. — Думаю, что нужно вызвать. Малфои знатные франты, пусть покрасуется перед людьми, — он ехидно покосился на Люциуса. Секретарь кивнул и вновь коснулся пергамента. Двери впустили Драко. Хорёк не зашёл, он вплыл, как пава. Я чуть не захохотал смотря на этого лицедея. — Ваше имя. — Драконис Люциус Малфой. — Что вы можете рассказать по данному делу? — Аддингтон вздохнул и подпёр голову рукой. — Малькольм был влюблён в нашего декана почти с первого курса. Он же не обращал на Малькольма подобного внимания, не выделял его среди остальных. Если уж говорить о внимании Северуса Снейпа то его удостоился Гарри Поттер, как никто другой. Ничуть не удивлён их воссоединением… — Заткнись, Малфой! Сев только мой. Я не отдам его какому-то полукровке-бете… — Мистер Бэддок, помолчите, — зашипел Снейп. — Я тоже полукровка, если вы помните. Не смейте оскорблять моего жениха и лорда своих родов. Заметьте, не одного. Когда вы не удосужились не то что создать свой, но и войти в любой иной род. — Так. Здесь всё понятно. Прошу присесть, мистер Малфой, — судья пожевал губами, полистал оставшиеся документы в папке. — Вызывается мистер Бэддок. Мы слушаем вашу версию произошедшего. — Я очень люблю Сева. С самого первого дня в замке я влюбился. Наш декан действительно не выделял меня среди всей этой элитной толпы с зелёными знаками отличия. И всё же я был особенным даже среди избранных магией. Я долго ждал и дождался. В свой последний эструс я не ожидал увидеть Сева, но это случилось. И я понял, что это судьба. Поэтому я не стал сопротивляться, когда Сев стал… ко мне… приставать. Потом всё случилось, как в угаре каком-то. А утром он проснулся и прогнал меня, сказав, что я всего лишь игрушка на ночь. Ваша честь, я не мог защитить себя. Поэтому не смог сопротивляться, когда меня выгнали прочь. Я бродил какое-то время и набрёл на контору уважаемого адвоката. Именно он вдохнул в меня храбрость и дал мне силы пойти до конца. Я не отступлю… — И можете поклясться своей магией, что Северус Снейп надругался над вами и сделал вам ребёнка? — перебила его мисс Олдфорд. — Что? — Поклясться магией. Если вы солгали, то перестанете быть волшебником. Ваша магия будет судить вас. Если вы чисты, то по решению суда вы вступите в брак с мистером Снейпом, если же вы солгали, то станете сквибом либо маглом, в зависимости от глубины провинности вашего поступка. — Нет! Я не могу. А вдруг магия решит, что виноват, но я-то не виновен! Как же мой ребёнок? Как я рожу без магии? Я отказываюсь! — Мы поняли… — Я могу, — Северус встал. — Я могу поклясться, что никогда не вступал в интимную связь с мистером Бэддоком. Ваша честь, я прошу для этого вернуть мне палочку, — старик кивнул и Севера окружили авроры. Один из них протянул ему палочку. — Я клянусь своей магией, что никогда не вступал в интимную связь как по доброй воле, так и под принуждением с мистером Бэддоком. Слова отзвучали в зале и все вновь поражённо замерли. Север улыбнулся мне. Посмотрел на судей и поднял палочку. Замысловатый росчерк. — Люмос. Нокс. Как видите, моя магия осталась при мне. А вот у меня есть вопрос. Чем вы дунули мне в лицо перед тем, как я потерял сознание? — Что? Я ничего не делал, — парень заплакал и это выглядело неприятно. Малькольм размазывал сопли по лицу и рыдал уже в голос. — Мистер Сметвик, не затруднит ли вас определить содержимое этой шкатулки? — Гиппократ подскочил, сверкая глазами от любопытства. Сунул нос в приоткрытую шкатулку и чихнул. — Ну надо же. Я никогда не думал, что смогу увидеть такую редкость. Это пыльца фэйри. Существа легендарные, но увы, их не осталось на нашей земле. Пыльца с их крыльев даёт сильный эффект, как от ритуала плодородия. Если омега опылит ею альфу, то он испытает гон, а если дунуть ею на омегу, то у неё начнётся эструс. Всё это наступает немедленно и результат всегда один — беременность омеги. Откуда у вас это? — Я же всё сделал как надо! Почему Сев не набросился на меня, как двое других? Так нечестно! — Потому, что я нашёл своего соулмейта, мистер Бэддок. И это Гарри Поттер, — Северус холодно взглянул на истерящего омегу и отвернулся, пытаясь скрыть брезгливость. — О, поздравляю, Северус. Гарри очень тебе подходит. Надо же, соулмейт. Это такая редкость. Прости за бестактность, а какой у тебя рисунок? Это важно. — Демонический феникс. У Гарри огненный феникс, — вот те на. И где же он у меня нарисован, что я его не вижу. Глаза невольно скосили вниз. На заднице что ли?! Не-не-не. Я не согласен. — Это многое объясняет, но я всё расскажу при личной встрече, — Гиппократ был возбуждён открытием. — Ну надо же, два феникса. Ох, какая удача… — Объявляю решение суда, — вдруг громыхнул деревянный молоток. Пока все слушали восторженные лепетания Сметвика, судьи совещались и договорились до окончательного решения. — Претензии мистера Бэддока отклонены. Мистер Снейп освобождён в зале суда и с него сняты все обвинения. Мистер Бэддок приговаривается к штрафу в пять тысяч галеонов за попытку опорочить доброе имя англичанина и лорда, конфискации пыльцы фэйри и передаче её в Отдел Тайн. Заседание объявляю закрытым. Ну, мисс Олдфорд, а не перекусить ли нам? — Дедушка, мама сказала, что сегодня будет жаркое. — Дедушка?! Какой я тебе дедушка… — Да-да, я поняла. Ты просто Кассий, дедушка. — Несносная девица, — заворчал старик. — Идём и его позови, я желаю ещё раз поговорить о сегодняшнем деле. — Хорошо, дедушка. — Встать, суд удаляется, — я ждал только этих слов и засеменил, лавируя среди взорвавшейся криками толпы. Люди повскакали с мест и перекрикивая друг друга обсуждали только что увиденное. Гарри Поттер опять не сходил с их уст. Я почти сбежал. — И куда же так спешит мой… моя леди? — этот голос… Голос моего альфы. — Вы меня с кем-то… — Гарри, мы связаны крепче, чем канатом. Мы соулмейты, и я тебя чувствую даже под личиной. — Я под модифицированной обороткой! — возмутился я и только тогда понял, что прокололся. Север хихикал и поглаживал меня по плечу. — Тебе не сбежать. Пей своё противоядие, а то меня обвинят в растлении старушек. — Да-да, ты настоящий… Пожиратель сердец. — Кто тут у нас, — визгливый голос блондинки ввинтился в уши. — Стоило отзвучать последним словам оправдательного приговора, как Северус Снейп пустился во все тяжкие. — Рита, дорогая, — я глотнул из фиала и преобразился на её глазах. — Ты ведь помнишь свою клятву? А Север — мой жених. Будь паинькой, не дразни магию. Пока, дорогая, — я отчётливо слышал, как у неё заскрипели зубы, так сильно она стиснула челюсти. — Север, твои Малфои опять вывернулись. Они рассказали только то, что видели, но умолчали о чём-то ещё. Может, мы узнаем, о чём они так мило промолчали? — Как скажешь, родной. Один момент, — он вынул палочку и в несколько росчерков изменил мою одежду. — Эта шляпка очень тебе идёт, но только когда ты был блондинкой. К твоим истинным волосам пойдёт вот эта лента. Зелёная бархатная полоска обвязалась вокруг волос, стягивая их в низкий хвост. — К Малфоям? — я попытался разогнать хмарь в голове. — А может просто отравим их и забудем? — Север, ты испугался что ли? — мне не хотелось к этим павлино-хорькам. Я хотел целоваться с Северусом. — Ага. Спрячь меня у себя дома, лучше всего в кровати, я даже готов лежать смирно и поддаваться на твои провокации. — Уговорил, — я схватил его за руку и потащил к каминам в атриум. Кажется, у меня всё будет хорошо. Может мне и не нужен будет «Сон зверя». Я подумаю ещё раз. Теперь у меня много времени.