Причины, по которым можно полюбить физику

Прошло два дня: Я согласилась переехать к Илье, он сам просил его так называть. И имя у него такое странное, само по себе... Илья, Илюша, Илюха... После пропажи Лены, её родители не могут найти себе места. Сегодня они приходили в школу и ждали, что она появится там. — Я волнуюсь, что с Леной, — я лежала на ногах физика. Он проверял мой тест. — Заявление о пропаже примут только завтра, — он убрал листок с тестом и посмотрел на меня. — Тебе не кажется, что без Лены как-то спокойнее? — Кажется, — он смотрит в листок с тестом, потом на меня. — Ты где-то списала? — Нет, там все правильно? — удивлённо подпрыгиваю я, и выхватываю листок. — Блин, две ошибки... — Надя, всего две ошибки! — он обнимает меня и убирает листок на журнальный столик. — Ты меньше, чем за неделю смогла нагнать курс седьмого класса! — Седьмого? — Да, я тебе тест седьмого класса случайно дал, — в моей голове появились те весьма приятные воспоминания, как он мне что-то обещал. — Илья Васильевич, — я разворачиваюсь, и сажусь ему на колени. — Вы мне что-то обещали... Помните? — Что-то припоминаю, — он улыбается и целует в ключицу, медленно засовывая руки под футболку, а потом резко убирает, словно дразнит. — Но ты не писала за шестой класс... — Я за седьмой написала! — А за шестой не писала, — он дразнит, и мне это нравится. — Где эта тварь? — я хватаю первый попавшийся листок, и вот удача! Он за шестой класс! — Так...Как обозначается плотность? — он улыбается, а его изумрудного зелёные глаза игриво смотрят на меня. — Если я подскажу, то результат не засчитывается, — он кладет руки на мои бедра и дарит такую насмешливую, но притягательную улыбку. — Маленькой русской «р», а читается, как «ро», — он молчит, он знает, что где-нибудь я облажаюсь. Но я не сдаюсь. — Что тяжелее, железо или алюминий? — он задумался, буквально, на секунду. — Железо. — Точно? — спрашивает он, и я начинаю паниковать, а точнее мой мозг. — Да, — неуверенно отвечаю я, и он берет мой листок. Он всматривается в буквы, а потом переводит свои глаза на меня. Он такой задумчивый... Я хочу забрать тест, и тяну к нему руки, но он не даёт. — Что-то не так? — Подожди, — серьёзно произносит он. — Тут есть задачи, и устно их не решить... А я вижу, что ты знаешь... Но, если брать в счёт, что мы знаем друг друга где-то месяц, а встречаемся и того меньше...— он поднимает свои яркие глаза на меня. — Надя, ещё слишком рано. — Как рано? — Я знаю, что обещал. Но тебе всего шестнадцать, и я не хочу, чтобы ты совершала такую ошибку, — он гладит по голове, и его улыбка пропадает. — Я рано или поздно совершу эту ошибку, так почему не сейчас? — он делает все, что бы я не видела его настоящих эмоций и переживаний. — Надя, ты пойми меня правильно... Но любовь, как ни печально, проходит. Где гарантия того, что мы всегда будем вместе, или то, что не расстанемся через месяц, год? — И что? Мне это не важно, — он аккуратно сбрасывает меня на диван. — Ты потом можешь действительно пожалеть, — он смотрит прямо в глаза, и его слова режут, но не тело, а душу. — А если я не буду об этом жалеть,— он убрал прядь светлых волос с лица. — А где гарантия? — и его слова отбивают все желание. И на душе так пусто, одиноко. — Надя, ты мне очень дорога, но давай узнаем друг друга получше? — А ты прав, — я улыбаюсь и стараюсь всем видом показать, что мне не больно, но он чувствует... Или я такая плохая актриса. — Надя, я не хотел тебя обидеть, — он поднимает мое лицо за подбородок и всматривается. — Но обидел. — Брось, — я прижимаюсь к нему. — Ты правильно все сказал, а у меня ещё нет такого опыта и, все хорошо. Нам действительно стоит узнать друг друга по ближе, — у него зазвонил телефон. Их разговор был минутным, он положил сотовый в карман и серьёзно сообщил: — Лену нашли.