Причины, по которым можно полюбить физику

В школе я не могла найти физика, а потом, волею судьбы, а точнее Астафьева, меня занесло в район, где учатся младшеклассники. — Да тут он был, — Миша шёл близко к стене и тут дверь резко открывается. — Я чуть не умер... Дверь открылась в миллиметрах от лица Астафьева. — Дети, не бегать, — я услышала голос физика. — На первый и третий этаж не ходить. Мы тихо зашли с Астафьевым в кабинет: учитель сидел на парте и смотрел на первоклассников властным, но добрым взглядом. — Илья Васильевич, — маленький белобрысый мальчик, тоненький, как спичка, но до жути милый, подошёл к нему. — Я когда вырасту... — он ещё букву «р» не выговаривает. — Стану таким же, как Вы. — Ну, давай, — он с улыбкой погладил того по голове. — Только для начала, нужно не бояться у доски стихи рассказывать, никто тебя не съест. — Да знаете, знаете, — начал мальчик, он как-то странно разговаривал. — У меня такие проблемы-ы... Такие проблемы, — и пацан, схватив пенал девочки, убежал, с адским хохотом. — Большие проблемы маленького человека, — улыбаясь, произнёс он. — А вы чего пришли? — А что вы тут делаете? — спросил Астафьев, садясь рядом. — Я к вам на историю приду, через урок, — он посмотрел в щенячьи глаза Миши. — Готовься. — Это с чего? — А с того, Миша, что историк ваш заболел, — Миша перекрестился. — Ты чего? — Она странная, — физик удивлённо поднял светлые брови. — Почему? — Её зовут Изольда Бенедиктовна, — физик отвернулся от Астафьева и начал ржать: — У вас плечи дергаются, — к Мише подошёл маленький, черненький мальчик. — Чего тебе? — Девочка, а почему ты такая страшная? — физик даже ржать не мог, ему не хватало для этого воздуха. — Она уроки не делает, — вытирая слёзы от смеха, ответил учитель. Когда мальчик убежал, Миша с грустью в глазах посмотрел на физика: — Я страшная девочка? — Есть немного, — физик смотрит на Астафьева и старается не ржать. — Я б с тобой не стал встречаться. Миша уложил огненно-рыжие волосы на бок и сделав губы уточкой, спросил: — А так? — Чтобы в вас, девушка, влюбиться, нужно иметь больную фантазию... Это как минимум, — Миша махнул на учителя рукой. *** — Пойдёт к доске... — весь класс начал судорожно листать параграф по истории. — Благородное животное, с красивой шерстью, золотистого отлива... Надя, — и тут я ахренела, — не шуми. Иди, Астафьев. — Меня ещё никто так завуалированно оленем не называл, — поднимаясь, ответил Миша. — Заметь, ты сам себя оленем назвал, я только сказал «благородное животное», — по классу прокатилась волна сдерживаемого смеха. — Уняли ликование! Астафьев глаголит! *** Вечером я сидела в обнимку с физиком, он что-то объясняет по своему предмету, а я не слушаю – медленно засыпаю от тембра его голоса. — Надя, — он убрал учебник в сторону. — Сколько ежей я насчитал? — я тут же проснулась. — Каких ежей? — Немного проснулась? — я киваю и он опять рассказывает. Тема такая нудная, что мой мозг её не понимает! — Что с Леной будем делать? — он замолчал. — Не знаю, день ещё есть, — его голос заметно помрачнел. — Возможно, как вариант, стоит согласится с её предложением...