Мрамор.

В прошлый раз вы плохо себя вели. У этого фика вообще мало просмотров. Короче жду ваших отзывов))) Итак, меня приняли на новую должность. Естественно, вы понимаете , что слово «должность» стояло в кавычках, показывая всю абсурдность ситуации. Поутру, привычно потянувшись, я с неимоверным ужасом понял, что совершенно некрасиво вчера вырубился, позволяя боссу сделать со мной все, что его гаденькой душеньке захочется. Осторожно приоткрыв глаза, я осмотрелся, затем приподнял краешек одеяла и облегченно выдохнул. Единственными вещами, снятыми с меня, оказались кеды. Это заставило меня улыбнуться, может, сама идея тут поработать не так и плоха. Мое тельца обнаружилось в небольшой хорошо освещенной комнатке с окнами на потрясающий сад. Я залюбовался красивыми цветами, умело рассаженными по клумбам. Видимо, планировался целый ансамбль, и я вам скажу, это вышло великолепно. Хотелось подорваться в сию же секунду и рвануть на свежий воздух к природе. Но я не мог себе позволить такую роскошь, как трату времени на всякие бессмысленные прогулки и солнечные ванны. Мне предстояло выяснить свои прямые обязанности, а так же систему оплаты и прочее, что меня волновало куда больше. Кое-как выпутавшись из одеяла, я решил подняться и, по крайней мере сегодня, осмотреть все владения моего непосредственного начальника. Только я ступил на ледяной пол и попытался сделать один шаг, как наебнулся с огромной силой, приложившись копчиком о мраморную плитку у кровати. Падая, я естественно не рассчитал всей опасности и приземлился на задницу, страхуя себя пораненной рукой, отчего взвыл как подстреленная собака и обматерил всех, кто в данный момент жил на белом свете. Запястье вновь опухло и разболелось, ко всему прочему я стал ходить прихрамывая. Плюс на попе все-таки появился синяк, будто меня туда специально пнули. Обида, затаившаяся где-то в глубине души, выползла наружу, и я от бессилия расстроился. Я уселся поудобнее на прохладном полу, который вполне мог сойти и за зеркало, ибо начищен был до блеска, и разревелся, как маленькая девочка. В основном из-за того, что меня выгнали из более-менее приличного места, где я мог жить и работать. Ну, а самым грустным бонусом оказалось то, что вдобавок к нерабочей руке прибавилась боль в копчике и неуклюжесть, которую искоренить не представлялось возможным. Баюкая ноющую руку опять, я постарался собрать остатки мужественности в кулак и гордо выползти из трижды проклятой мною комнаты, надеясь, что в коридоре пол совсем не мраморный. Когда я на карачках добрался до порога и приоткрыл дверь, а затем грациозно перевалился за невысокий порожек, на меня уставились два огромных глаза и лицо вытянутое в тихом – «оу». Парень выглядел миленько за счет круглого лица, пухлых губок и больших глазенок. На нем был фартук с дурацкой надписью «Чмокни повара», домашние спортивные штаны, кеды и толстовка, как раз прикрытая фартуком. Мы откровенно пялились друг на друга, пока я не перенес вес по случайности на прищемленную ранее и опухающую сейчас руку и не застонал. - Ох, когда ты успел пораниться? – заботливо поинтересовался мальчик, помогая мне подняться, - Пойдем на кухню, я посмотрю твою руку и подлечу тебя, хорошо? Он миленько улыбнулся, и , нет, я не перестану говорить «миленько». Мы двинулись по коридорам, в которых к всеобщему сведению не было мраморного пола. Я разглядывал картины, развешанные на стенах, вспоминая свои уроки по истории искусства, и подмечал, что все они не репродукции или копии, а именно оригиналы. Да и выбор самих картин не мог не радовать. Никого современного искусства, которые и за искусство считалось с большой натяжкой. Кухня, где творил мой новый знакомый без имени, была сравнима только со спортивным залом, в моем понимании. Посреди комнаты стоял разделочный стол, чуть поодаль основные шкафчики для посуды с прозрачными дверцами, возле них дорогущая бытовая техника, начищенная до блеска, как с сведению и мрамор в моей комнате. Мальчишка подвел меня в высокому стулу и предложил сесть на него. Не желая показывать еще более уязвимую сторону, я постарался сесть так, чтобы не тревожить синяк на заднице, но только еще больше заскулил. - Ты сильно ударился? – очень осторожно спросил мой спутник. Мне хватило сил на высокомерный кивок, хотя по правде я хотел обнять моего спасителя. - Давай я посмотрю? Я часто имею дела с травмами, - предложил лупоглазик, улыбаясь мне, - Не волнуйся, я обещаю, ничего плохого тебе не сделаю! Кряхтя, как старая бабка, но упорно делая вид, что я все еще сексуален, я сполз со стула и позволил незнакомому парню спустить мои штаны и разглядывать синяк на ягодице. - Да, действительно сильно приложился… - подытожил поваренок, - Я дам тебе мазь, будешь втирать вечером и утром. Она хорошая, всегда помогает при таких травмах. Далее штаны вернулись в исходное положение, а меня развернули и принялись разматывать грязный бинт. Собственно на бинт старая тряпка уже походила с трудом. На кисти виднелись кровоподтеки и синяки, мне даже немного поплохело, когда я увидел весь масштаб трагедии на своей тыльной стороне ладони. Мальчик ни разу не растерялся, осторожно помассировал в каких-то точках руку, снимая боль, обмыл ее прохладной водой и натер мазью, замотав после новехоньким эластичным бинтом. - Ты голодный? – не унимался он, пока закреплял бинт, - Я могу приготовить тебе яичницу, если ты очень голоден, или можешь подождать Чанеля и поедите вместе. - А где Чанель? – внезапно вырвалось у меня. - Слава богу, ты умеешь разговаривать, - искренне обрадовался парнишка, - У Чанеля сегодня Американская Биржа или что-то вроде этого, он работал всю ночь, а теперь уже должен проснуться. - Он странный, - так же внезапно выдал я. - У него есть на это причины, - таинственно отвели поваренок, - Кстати, будем знакомы, До Кенсу, я повар Чанеля, домоправитель, уборщица и тд… и тп… - Ты один со всем управляешься? – восхищенно сказал я, - Да? Это же нереально! - Ну, конечно, нет. Уборщица я только в его спальне, остальные комнаты убирают нанимаемые работники. - А почему? - Потому! Узнаешь, - нахмурился он, видимо раскрывать тайны своего босса не входило в его планы. - Ладно, дождусь этого… Тем более он должен мне сказать каковы его планы насчет меня… - с толикой грусти сказал я, поглядывая на приоткрытый холодильник. Еда так манила к ней прикоснуться, попробовать на вкус, поискать что-нибудь на десерт и порадовать самолюбие. Кенсу хмыкнул, видимо заметил мои голодные глаза, приоткрытый рот и неконтролируемое слюноотделение. Спорить не стал, развернулся к раковине и принялся намывать посуду. Так остервенело намывать, что я даже замер, аки суслик на поле. От воды в мойке поднимался пар, мыльный раствор, как раз для этого, превращался в крутую густую пену, а паренек до скрипа водил мочалкой по тарелке, после чего ошпаривал ее кипятком из рядом стоящей кастрюльки, и только после этого ставил ее в сушилку, отдельную, между прочим, от остальной посуды. Пока я залипал на представление у мойки, в кухню дробь столовую дробь место хранения съестных запасов, спустился хозяин дома. Облаченный в красивый кашемировый джемпер, брюки по типу джинс, он прошествовал мимо меня босиком прямо к холодильнику. Я обратил внимание на то, что он был без перчаток. Выглядел Пак Чанель сонным и сосредоточенным, когда искал на полках, перекладывал еду без тени сомнения или опаски. Трогал овощи и фрукты, рассматривая их, пристально изучая. - Кенсу-я, когда будет завтрак? – мило пробасил парень своим заспанным голосом. - Скоро, Чанель, - улыбнулся мальчишка, - Скоро это значит через полчаса, я не думал, что ты так быстро проснешься. - Айщ, - протянул Чанель, - Ладно. Готовь. - Доброе утро? - поинтересовался я. - Ммм? – шатен повернул голову на мой голос и секунд пять пялился на меня в упор, - О, Бекхен, доброе утро и тебе! Как спалось? - Спасибо, хорошо, - я опустил голову, чтобы скрыть странный румянец, возникший на щеках. И невольно глянул на его руки. Кисти покрывали тонкие шрамы и рубцы, будто его часто сильно били по рукам металлической линейкой. Не плашмя, а как мечом. - Бекхен? Я могу с тобой поговорить? Наедине… - пробормотал мой работодатель и выпихнул из кухни. - Что? – слишком резко ответил я, почти огрызнулся. - Насчет твоих обязанностей… - Да, я слушаю. - Ты не мог бы приступить к ним сейчас? – более уверенно произнес он, расправляя плечи и разглаживая невидимые складки на карманах. - В каком смысле? – переспросил я, покачав головой. - Мне нужен секс. - Оу. - У меня давно ничего не было, и это сказывается. Мне нужно расслабиться, отдохнуть, разрядиться, да, мне нужен секс. - Хорошо, - мягко сказал я, - Когда? Вечером? - Нет, - он переступил с ноги на ногу, а я оценил насколько они длинные. - Ну? Тогда во сколько? - Через час. У тебя будет время, чтобы принять ванну. Обязательно. - Л-ладно, - я почти заикался от негодования. Опять начались его выходки! Если он попросит меня одеть костюм телепузика, то я отрежу ему детородный орган к чертям собачьим. Чанель улыбнулся мне уголками губ и поспешил на кухню, откуда доносился великолепный аромат свежесваренного кофе, тостов и яичницы с беконом. Кенсу положил ему еду в посуду из специального шкафчика, налил ему кофе и аккуратно расположил все на столе, на том месте, где сидел владелец особняка. Я с упоением изучал завтрак, поражаясь навыкам маленького миленького поваренка. Аппетитные кусочки бекона блестели от растопленного жира, на подогретых помидорках полопалась кожица, и мякоть сочилась. От кружки с кофе отходил дымок, рядом лежащий тост на плоской тарелке ему вторил. Так вкусно я еще никогда не ел. Будь моя воля, я бы вылизал тарелку и Кенсу за то, что он такой прекрасный повар. Однако я вежливо поблагодарил парнишку за еду, убрал тарелку в мойку и, слегка прихрамывая. ушел. Спустя мгновение я услышал шлепанье позади себя. - Чанель попросил тебе помочь… - смущенно произнес мальчишка, - Подготовить тебя… - Ты не будешь совать пальцы мне в зад! – взвизгнул я, отпрыгивая от поваренка. - Дурак! – разозлился он, упирая руки в бока, - Принять правильную ванну! - А… - протянул я, - У него даже тут правила? Заскоки? Он будет меня бить? - Пойдем, я расскажу… Итак, меня привели в огромную ванную комнату, куда со спокойной совестью мог поместиться слон, хотя нет, кит. И ему бы еще хватило места плавниками отбить чечетку. Посередине располагалась глубокая ванна, белоснежная, словно подснежники, и вычищенная до блеска. На кромке виднелись кнопки для смены настройки душа. А сам душ обвивал тонкую металлическую стойку и крепился к потолку. Одну стену покрывало зеркало, полностью, от потолка до пола. Кто-то тут у нас очень себялюбивый. У противоположной стены устроились невысокие шкафчики и тумбы, в которых находились полотенца, годовой запас зубной пасты, мыла и дезинфицирующего геля, даже зубных щеток. На краю ванны висело полотенце красивого молочного цвета, а возле стоял стул, поверх которого положили сложенный махровый халат. Кенсу принялся открывать краны и набирать воду, мешая ее с чем-то из бутылочек, заботливо принесенных из смежной комнаты. Месиво приобретало мутно-белый оттенок, и воздух в комнате заметно нагрелся. Запахло хвойным лесом, а на поверхности разрасталась пена. - Раздевайся! – радостно завопил Кенсу, роясь в одном из ящичков и доставая оттуда мочалку. - Что, простите? – возмутился я, - Может еще и станцевать? - Давай, давай, - поторопил поваренок, - Если вода остынет, то придется начинать сначала, и мы в час не уложимся. - Но там почти кипяток! Я сварюсь заживо! - Я сказал – лезь! Он так грозно посмотрел на меня, аж сверху вниз, что я резво начал расстегивать одежду. И этот маленький проказник не сводил с меня сурового взгляда все время, пока я изображал стриптизера с обострением артрита: пальцы отказывались подчиняться командам мозга. То есть пуговицу на джинсах я отколупал нафиг от ткани. Да и эластичный бинт я размотал криво, запутал в нем обе руки, и Кенсу, скривив рот, принялся меня вызволять. Вода адски обжигала, будто я поместил задницу к сатане в джакузи, но я терпел. Морщился, молился привыкнуть побыстрее и не считать секунды. При погружении я создал небольшое цунами, так что в нос мыльный раствор попал сразу. В параллель с этим Кенсу рассматривал мои пальцы и ногти, каждый в отдельности. - Кенсу, почему Чанель… - Такой? - Да… - резко выдохнул я, когда на меня обрушился ушат воды. - Ну, если коротко, то он – гермофоб, - тихо проговорил Кенсу, не отвлекаясь от осмотра конечностей. - Это…? – я вопросительно изогнул бровь. Хотя я и был образованным, но с этим столкнулся впервые. - Человек, который боится заразиться, боится микробов, - сосредоточенно повествовал поваренок, - Только у него особая разновидность, он боится заразиться через руки. Он постоянно носит перчатки и только дома их снимает. - А шрамы? – не унималось мое любопытство. - Его мамаша постаралась. Она вовсе не была плохой или злой, но она прочно помешалась на чистоте. А Чанель был подвижным ребенком, ползал, бегал, прыгал, падал, ударялся, пачкался, и ее это нервировало. Она отмывала ребенка дочиста в горяченной воде, а затем била по рукам. Все бы ничего, но она так часто мыла ему руки с мылом, по нескольку раз, иногда после проказы полоскала его часами. И его кожа стала очень тонкой, трескалась, ранки не заживали, были постоянно влажными, как струпья. Чем его она била по рукам, я не знаю, да и не стану спрашивать, но кожа трескалась сильнее. Это привело к тому, что он стал очень бояться микробов, а поскольку слабым местом являлись руки, то все внимание переключилось на них. Вот. -Оу, так он из-за своей фобии меня всего истыркал… - Скорее всего, - кивнул Кенсу, - Он всегда все проверяет досконально, особенно тех, кого пускает в свой дом. Если он привез сюда, значит по его стандартам ты чистый. Все, вылезай… Причина, почему меня запихнули в чан бурлящей воды, не оставила меня равнодушным, хоть я и старался максимально соответствовать образу. Выдавливал из себя сплошное недовольство и пренебрежение. Будто вокруг меня идиоты, а сам я королевских кровей. Меня даже почти не волновало, что я стоял голышом перед парнем, с которым познакомился два с половиной часа назад при не самых нормальных обстоятельствах. Милый паренек в мгновение ока укутал меня в халат и усадил на стул, выуживая из недр шкафа фен. Еще минут три мы безбожно потратили на якобы укладку, которой на самом деле не существовало. Зато волосы прекрасно пахли и были невероятно теплыми. Потом мы выделили тапочки и подтолкнули в сторону второй двери. Как я сразу не заметил, что ванная комната оказалась смежной? - Все, иди, он уже ждет, - заверил меня Кенсу, похлопывая по плечу, - Только не говори ему, что уже в курсе…Ты понял, о чем я… Я, соглашаясь, кивнул и робко отворил дверь, боясь вновь заскользить на мраморной плитке и рухнуть, как подкошенный. Спальня Чанеля выглядела иначе, чем та, в который я очнулся. Стильная, современная большая кровать с балдахином, что в принципе странно для взрослого мужика, но это попросту не мое дело. Одинокий торшер возле изголовья, пара книг и графин с водой. Чанель действительно уже был в комнате. Я заметил его, приблизившись к краю. Широкие плечи, сильную спину с выделявшимися мышцами, проступающие позвонки, накачанные в меру руки. Я за милю почуял напряжение, исходившее от него, словно это не его собирались ублажать. Мне оставалось скинуть халат и забраться под одеяло, ну, и ждать своей участи. Именно так я и поступил. Как-то так.