Мавр ничего не знает: Невезение

      — Хочу утопиться… — депрессивно проговорила девчушка с копной длинных тёмно-русых волос, которые почти закрывали спину. Та лежала на бортике Мерри, туманно глядя на водную гладь.       — Ну и зачем тебе это? — скептично спросила её навигатор, попутно читая газету и поглядывая на девушку с шезлонга. В море Ист Блю царила сказочно тёплая погода, осадков даже не ожидалось, так как туч совсем не было. Этим и решила воспользоваться Нами, попутно тому радуясь.       — Как это, Цитрус?! — ощетинилась шатенка, подпрыгивая и грозно нависая над своей накама, которая закрыла газету и отложила ту в сторону, готовая внимательно выслушать наглую девчонку. Почти такую же, как она сама. — Ты хоть видела, кем меня теперь считает весь мир?! Это полный пиздо-о-ос! — и та схватилась за голову, а в её глазах тёмного шоколада промелькнул ужас. — Эти шизики — ебанутые на голову психи! Они меня с ума сведут!       Нами считала Мавр странной девушкой, которая постоянно что-то да знает, но ничего конкретного не говорит. Только советует делать то, не делать этого. А после… Всё оказывается правдой. Даже её небольшие предсказания насчёт повышения цен, которые жадный навигатор не ожидала, оказались правдой чистой воды. Это часто бесило рыжую.       Нами думала, что та действительно шпион, который может однажды погубить её и всю команду. Но чем чаще она наблюдала беспокойство в её глазах, то, как она грызёт ногти, даже не замечая этого, слышала её нервные речи, касаемые правительства, дозора или других пиратов, тем больше понимала, что шатенка только пытается помочь.       Хоть и очень своеобразно.       Однажды Нами слышала, как та смеялась, словно настоящий злодей. Нет, как королева всех злодеев и преступников. Иногда рыжей казалось, что она дочь какого-нибудь подпольного короля из Ист Блю. Но это была лишь теория, которую никак нельзя подтвердить.       Да и себе это дороже. Ей до сих пор в страшных снах снится её пение какой-то уж слишком матерной песни, которую та пела в её родной деревне после того, как татушку себе сделала. Откуда только она их берёт, размышляла Нами, никак не находя ответа на поставленный вопрос.       Но штурман команды знала одно — шатенка таким образом просто веселится.       — Ну, капитаном нашим считают, что с того? — скривилась Нами, поглаживая свои рыжие пряди. Столько она сил и нервов потратила, чтоб выкрасить волосы в свой естественный цвет! А ведь это всё из-за пакостей этой дурнушки!       — А с того, что меня захотят поймать или того хуже — убить! Уж лучше бы им Мартышку считали! — истерила та и попутно размахивала руками, шагая вдоль шезлонга. Ну, хоть загорать рыжей девушке в купальнике давала. — Грёбаная невезучесть! Почему я такая неудачливая?!       Нами не ответила, так как Мавр отошла от неё подальше, так как снова стала чихать из-за аллергии на цитрус. Штурману было жалко её из-за этой аллергии, но в то же время она понимала, что эта девушка тот ещё подарок с сюрпризами внутри.       И всё равно Мавр была грубой, невоспитанной невеждой! С добрым и заботливым характером, который пытается скрыть от других. И с последней мыслью о загадочной девушке «А по-моему, ты очень удачлива, раз встретила всех нас…» снова занялась чтением газеты, ворча на то, что предсказания чёртова советника сбылись снова.       Цены на товары быта снизились.       Мавр же направилась прямиком на камбуз, ибо точно знала, что только там её смогут утешить.       — Спиралька-сан! Срочно десерт Мавру! — крикнула с порога девушка, изобразив страдальца всемирного масштаба.       — Сию минуту, Мавр-туан! — сладко пропел мужской голос, полный любви.       На камбузе как раз было только двое: Санджи, что порхал как пчёлка-труженица, готовя для своих накама обед, и Усопп, который что-то рисовал за столом. Последний в это время скептично посматривал на девушку, что плавно прошествовала к нему, усевшись напротив. Она надулась и чихнула, а после, опершись локтями о стол, опустила голову на руки.       Усоппу эта девчонка не нравилась. В первую же встречу испугала до чёртиков, так и продолжала травить его и подшучивать над ним. Хотя это случалось всё реже и реже. Снайпер Мугивар думал, что интерес к его персоне она потеряла, но не тут-то было. Мавр готовилась к более грандиозной проказе, в которую чуть позже она посвятила парнишку.       Мавр казалась Усоппу странной и озорной. У неё всегда были те или иные идеи буквально на всё на свете. Однажды он рассказал ей одну байку про непобедимых пиратов из Ист Блю, так она быстро раскусила, что это ложь, и всё расставила по полочкам. Мавр была умной, даже слишком. То, что она готовила для проказы, было чем-то сверхъестественным для длинноносого. И это вызвало у него уважение и восхищение. Мало кто мог такое придумать и продумать план «побега» после этого до мельчайших деталей.       Тем более, он понимал её, ведь они оба не обладали какой-то суперсилой и какими-либо сверхспособностями, не были самыми сильными в команде. Он понимал её страхи, ужасы и боязни. Она была такая, как он, так он думал. Но в то же время Мавр была храбрее его. Отчего-то в один миг она превращалась в храбрую и рассудительную девушку, которая давала советы. Пыталась помочь.       Усопп должен был признать, Мавр была отличным советником, и эта роль ей, как ни крути, шла больше, чем ему. Чего греха таить?! Он ей завидовал!       Но, несмотря на её плюсы, были и минусы: она была очень ехидной, любила издеваться над ним, да и не только, пугать его снова и снова. Рядом с ней он чувствовал себя жертвой, попавшейся в паучью сеть. И она вот-вот собирается тебя съесть, но появляется новая жертва, и та убегает ловить уже её. С каждым разом он убеждался, что шутить над самой Мавр не стоит, не то хуже будет.       Но разве не он должен стать Храбрым Воином Моря? Не об этом он мечтал? Вот и Усопп тоже собирался устроить грандиозную шутку над самой Мавр, чтобы та поняла, что с ним тоже шутки плохи. И пусть у него колени дрожат от одного только её грозного и серьёзного взгляда, как у мечника их команды.       — Чего такая кислая? — решился тот спросить, отрываясь от рисования.       — Ты уже и так знаешь, Врунишка, — тяжело вздохнула та, прикрывая глаза, стуча ногой по полу. Усоппу не очень нравилось его прозвище в команде, оно сразу показывало то, что он — врун и доверять особо ему не стоит из-за лжи, но в изобретательности он ей уступить не мог. Прозвища давала такие, которые сразу характеризовали человека по какому-то определённому параметру. И это длинноносому парню нравилось больше всего. — Теперь меня все считают капитаном. Это, конечно же, льстит Мавру, но всё равно — от этого одни только проблемы!       — Ну не знаю, — покачал головой снайпер. — А мне кажется это почётным. Хотя не могу не согласиться, что теперь за тобой будут охотиться в два или в три раза усиленнее, чем, например, за Луффи.       — В этом и причина… — уныло проговорила та и опустила голову на стол, ударившись ею. Усопп хмуро наблюдал за ней, не зная, что ей можно ещё сказать, а к ним только-только подошёл блондин в чёрном элегантном костюме.       — Не унывайте, Мавр-туан! Вы же знаете, что я всегда приду к вам на подмогу и не дам врагам даже и пальцем вас тронуть! — и поставил перед ней небольшое желе жёлтого цвета, которое немного двигалось из стороны в сторону. — Держите ваш десерт, который точно поднимет вам настроение!       Мавр вскинула голову и криво улыбнулась, но так тепло и спокойно, будто знала, что блондин именно это и скажет. Парни видели, что она искренне рада таким словам.       — Ты единственный человек, Спиралька, который точно готов следовать своим словам! — Она по-дружески ударила того в плечо и посмотрела на желе, которое немного болталось. — Ха-ха, желе! Спасибо, Санджи! Ты всегда знаешь, что мне нужно! И как тебя девушки сторонятся? Ты же настоящее чудо, а не кок!       Санджи был рад слышать такую похвалу от девушки из его команды. Он считал Мавр очень доброй и хорошей, пусть она и прятала эту свою сторону за колкими фразами и поступками. Он видел, что её часто что-то гложило. Но раскрывать того девушка не могла и не хотела, каждый раз отмахивалась или прикрывалась улыбкой, постоянно говорила одно и то же: «Мавр ничего не знает!»       Но все в команде знали, что это чистая ложь. Мавр знала буквально всё и потому пыталась помочь всем совершенно безвозмездно. Она не требовала ничего, кроме того, чтобы бы её послушали и приняли её слова. Хотела, чтобы пираты её слушали и видели, принимали Мавр такую.       И принимали, хоть иногда и сомневались в тех идеях, которые она выдавала. Чаще всего они были для команды безумными или… тупыми.       Кок видел, как девушка иногда терялась в догадках и сомнениях, ей был нужен некий толчок к чему-то, чтобы стать храброй, смелой и прекрасной Мавр-туан! И иногда кто-то из команды давал ей этот толчок.       Мавр всячески поощряла блондина, принимала его комплименты и говорила ему, какой он хороший. И в тайне ото всех она хвалила и других. Только кок слышал её похвалы и самые заботливые слова (с руганью и матами, конечно). Только ему девушка доверяла это, думая, что он не сдаст. И не сдал. Нарушить слово, данное леди, для него позор на веки вечные!       Мавр была хитрой девушкой, словно лиса, она пакостила его сопернику — Маримо. Было видно, что те не очень ладят уже давно, но только кок видел, какая связь есть между Мавр и Зоро. Они оба были опорой их капитану.       Оба были более дружны, чем кто-либо на этом корабле. Пусть это не было очевидно для всех, но через колкие фразы проскальзывало их полное доверие. Через угрозы становилось ясным, что они пытаются огородить друг друга от чего-то, что считают опасным. Через их удары чувствовалась их забота о других.       Об этом Санджи горевал больше всего. Тоже хотел, чтобы и он тоже мог быть рядом с Мавр, с этой удивительной девушкой, которая выпускала свои защитные иглы в виде нецензурной лексики. Ведь это просто её защита, ограждение не только от людей, но и от мира. Блондин не знал точно, что творилось ранее с шатенкой, через что она прошла, но видел, что она иногда просто смотрела грустно на море и о чём-то горестно вздыхала.       Она была загадочна, будто неизвестный цветок, который направляет на правильный путь, выставляя свои шипы, пытаясь оградить и других от себя. Отталкивает иногда, но сдаётся, видя упорство других. Часто прощает капитану его тупость, такие же проказы. Она умеет понять и простить. Это является её очень хорошим качеством.       — Ах! Мавр-туан меня похвалила! — Он был рад слышать её слова, его глаза снова стали сердечками. Её слова пронзали его сердце насквозь, заполняя уже своё израненное ранее в детстве добротой и любовью.       — Бабник… — и почесал свой нос Усопп, который с неодобрением смотрел на кока. Это и была его роковая ошибка.       — Ты чё вякнул, носатый? — вспылил Санджи, крепко сжимая в зубах свою сигарету, которая почти дотлела. Он кинул яростный взгляд на парня, который тотчас затрясся от страха. Сразу стало ясно, что начинается потасовка, в которой снайпер точно проигрывает заранее.       Под шумок Мавр ушла из камбуза с прелестным десертом. Она мысленно хихикала и хищно улыбалась. Её настроение точно поднялось до самых вершин Алтайских гор в её мире!       День был чудесный, тепло было, дул несильный ветер. Но, блядь, как же её удручал тот факт, что её считают капитаном! Хотя поначалу-то было всё просто опупенно! Сбылось то, о чём Мавр даже не мечтала! Стать хоть ненадолго, но капитаном самих Мугивар, — это просто чудо какое-то. Так Мавр думала первые два дня, потом она осознала всю бренность бытия и поняла, что нихуя не круто.       И тут она спотыкается обо что-то, её такое долгожданное желе выпадает из рук. Она с округлыми глазами смотрит на то, как оно медленно летит на пол, да и сама тоже летит вниз. Но хвала богам, или просто надо бы сказать «спасибо» тому, кто спас этот десерт.       Рядом с ней сидел Ророноа Зоро, спокойно смотревший на её падение, но по случайности поймавший вместо неё желе на тарелочке. Даже ложку не уронил. А девушка смачно ударилась лицом о палубу, не успев закрыть его ранее руками.       Вот что значит невезение…       — Зеленуха… — произнесла Мавр, пока медленно вставала, потирая ушибленные подбородок, локти и колени. — КАКОГО ХРЕНА ТЫ ТУТ РАЗЛЁГСЯ?! Ты тут не царь-батюшка, чтобы ложиться там, где захотел! — возмущённо орала та, резко вскакивая на ноги, но снова падая, только на этот раз падая на самого накама.       — Слезь с меня, долбанутая, — прохрипел мечник, на которого свалилась Мавр, что бурчала себе под нос самые лестные слова в сторону невезучести.       — Следи за словами, имбицил мускулистый! — Она, переведя дух, начала собираться с силами, чтобы встать и наконец полакомиться желе. — Мавра тут обижаешь! Хоть бы извинился!       Каким-то неведомым образом сладкий десерт остался нетронутым и неиспорченным. Тарелочка с жёлтым желе мирно лежала на полу, ничего не было потеряно, разве что Мавр уже держала ложку в руке. При падении она успела только её поймать.       — Тебя только за смертью посылать! И я не собирался тебя тут обижать! — Не остался в долгу Зоро и просто скинул медленную девушку с себя, которая чуть лицом в желе не угодила. За это она сделала ему подсечку, когда на ноги тот собирался вставать. И потому Охотник на пиратов упал на пол палубы лицом.       — Ги-хи-хи! Знай наших! Не перечь Мавру, Зеленуха! — Девушка быстро поднялась, подхватывая своё лакомство и ускакивая прочь от злого, как сотня чертей, Ророноа.       Для мечника Мавр всегда была и остаётся назойливой, ленивой, поганой, мелкой занозой в заднице. Она постоянно огрызается, ругается матом, иногда воображает себя пупом земли, считает, что все вокруг неё рабы. Слишком самовлюблённая, настолько, что говорит о себе в третьем лице и в мужском роде. Это не нравилось Ророноа, он видел фальшь в её фразах, понимал, что та бессовестно лжёт почти всегда, когда говорит, что «ничего не знает».       Пусть та постоянно что-то делала недоброе для него, но всегда была готова выслушать или поддержать других. Мечник видел это всего раз или два своими глазами, но сомневаться в том, что она причинит вред кому-то из команды, уже не было нужды. Да и в первое время она заботилась о мечнике и капитане, хотя это вряд ли можно было назвать заботой. Скорее, вынужденная помощь.       Но салатовый парень видел и другое. Видел её переживания за других, её настороженность. Слышал её предсказания и советы, пусть та не очень осознавала, что давала советы и направляла ребят по безопасной дорожке на их пути, она была рядом и оказывала поддержку. Парень не знал, намеренно или нет, но это было неоспоримым фактом.       Пусть он и недолюбливает её, пусть они и цапаются постоянно, пусть ругаются, но он доверяет ей. Но он точно знает, что она не предаст.       Зоро считал Мавр настоящим ящиком Пандоры. Она могла выкинуть всё, что угодно. Но он доверял ей. Отчего-то юноша знал, что она ни за что на свете этого не сделает. Почему? Может, это интуиция ему подсказывала, но наверняка он ответить не мог, потому больше к этому не возвращался.       Зоро спокойно сел на палубу, хмуро потирая свой подбородок, которым несильно ударился. Ророноа всё ещё не знает, почему Луффи взял её к себе в команду, почему вдруг так всё закрутилось и почему та идеально вписалась в быт пиратов, будто знала, что так и будет.       Парень глубоко вздохнул и посмотрел на яркое голубое небо. Там было тихо и мирно, как и сейчас на палубе. У него была твёрдая уверенность в том, что с приходом Мавр стало веселей. Будто без неё было б не так весело, как сейчас, будто что-то таинственное и невезучее не могло у пиратов быть.       Но слишком много думать и размышлять он не мог, потому, прижав к себе свои катаны, он улёгся рядом с бортиком Мерри и уснул богатырским сном. Разбудить его мог только капитан.       Кстати о нём. Юный пират, что так мечтал и грезил о том дне, когда сможет стать Королём пиратов, только что спрыгнул со своего любимого места, носа Мерри, и, гонимый «просьбами» желудка, направился в сторону камбуза. Оттуда чувствовался замечательный запах мяса и других блюд, названий которых он не особо запоминал. Нафиг они ему нужны?       По дороге к камбузу встретил своего советника, которая, сидя на полу, наслаждалась десертом. У парня пошли слюнки, он стал жадно вглядываться в это прыгучее желе.       — Ма-а-а-авр, — по-детски протянул Мугивара, мигом оказываясь рядом с девушкой, которая икнула и едва не выронила десерт из рук. — Дай попробовать, а?       — Мугивара… — прошипела та, грозно посмотрев на по-детски надутое личико брюнета. — Не мешай Мавру спокойно есть! — Она поставила ногу на лицо резинового парня, который своими руками тянулся к манящему десерту, а его желудок «подговаривал» его попробовать желе. — Иди к Спиральке, раз жрать хочешь!       — Окей! — и сразу отстал от девушки паренёк, а после сразу же побежал на камбуз. Но мигом оттуда был выпнут с криком: «Пшёл нахуй отсюда!» Он приземлился совсем рядом с шатенкой, которая с довольным лицом едва ли не промурлыкала:       — Ах, наш Спиралька такой красноречивый!       — Ты соврала, что он мне даст десерт! — обиженно проговорил Монки, продолжая сверлить девушку своим огорчённым взглядом. Но та лишь пожала плечами и спокойно стала поедать свой десерт, мысленно ликуя и благословляя повара до небес.       Луффи смотрел на неё с завистью и обливался слюной. Она особо жалости к нему не питала и потому спокойно поедала желе дальше. Парнишке оставалось лишь тупо пялиться на сладость, которая исчезала с неимоверной скоростью.       Иногда парень задумывался, почему иногда его накама так жестоко поступала с ним и с другими. Постоянно что-то отрицала, особенно свою причастность к его команде, отказывалась что-либо делать, но, в конце концов, сдавалась. Пусть все и думали, что Луффи раздолбай, но даже он иногда задумывался о многих вещах.       Он и сам задавался вопросом, почему Мавр до сих пор на его корабле, в его команде. На самом деле она всегда могла уйти и не вернуться. Но что-то её держало тут, будто она чего-то хотела. Луффи чувствовал, что она что-то хочет то ли сказать, то ли сделать. Но что? Мугивара никак не мог понять.       То она вела себя как стерва, у которой слишком завышенная самооценка, то она становилась слабой девушкой, не обладающей какой-то крутой силой, которая могла бы поразить многих. Она дразнила всех, «вставляла палки в колёса», но вместе с этим…       Луффи стал замечать, как Мавр всё чаще улыбается, но искренне, по-доброму относится к нему и пытается его научить ругаться так, чтобы уши у всех вяли. Она помогала всем, чем могла, рассказывала о многом, что парень никогда не слышал. Однажды даже увидел, как она укрывала пледом Санджи, когда тот свалился без сил на гамак. Он не знал, с чего такие резкие перемены, но был рад, что девушка была тут и могла веселиться вместе со всеми.       Но он не понимал ещё одно: почему ребята не знают ещё одно имя Мавра — Вика. По сути и Зоро должен был его знать, но тот впервые слышал его. Складывалось впечатление, что только он да Коби знали о нём. Второго здесь на Гоинг Мерри не было ни разу. И потому Луффи становился единственным, кто знал «страшную тайну» Мавр. Отчего-то это только радовало его, а не огорчало. Будто она дала ему на сохранение самый важный её секрет.       Ещё он искренне не понимал, как она может быть такой слабой. Он видел, как Мавр, преодолевая свои страхи и сомнения, становилась храброй и сильной (он помнил, какая у той тяжёлая рука), и не понимал, почему она такая слабая, хотя на многое способна. И потому стал думать, что у той есть суперприёмчики, которые от него и ребят скрывает.       — Вкусняшка, — облизнулась Мавр, доев до конца желе. А после, закрыв один глаз, посмотрела на обиженного на весь свет Луффи. — Не гипнотизируй Мавра, Мартышка, — спокойно сказала та, вставая и выпрямляясь. Мугивара моргнул и встрепенулся, отгоняя ненужные мысли. А сама девушка с тоской посмотрела на пустую тарелку. — Эх, ты жрать ещё хочешь?       — ДА! — Тут же поднялся на ноги Монки, предвкушая нечто весёлое. И жрать он хотел всё сильнее. Худшая пытка для голодного парня — смотреть, как едят другие, потому он был слегка обижен на Мавр, но если та угостит его чем-нибудь, то он может простить ей все грехи.       — Отлично! А то я не наелась десертом, а до обеда ещё час или два… — хищно улыбнулась Мавр, что означало, словно та кое-что забавное придумала. — Пошли грабить холодильник! Я отвлекаю Спиральку, а ты еду крадёшь! Всё пополам! — и она протянула руку для пожатия, с азартом заглядывая в глаза Мугиваре. Парню нравилось то, что девушка такая маленькая, он всегда мог посмотреть на неё свысока, но иногда ему хотелось, чтобы они были равны. Они же накама, а так всегда было немного неудобно, шея немного затекала.       — Конечно! Ши-ши-ши! — и радостно пожал ей руку без всякий дальнейших раздумий. Обида на неё сразу улетучилась. Луффи всегда нравилось то, что предлагала Мавр, всегда думал, что это очередное приключение. Ему нравились авантюры, в которые втягивала его и команду шатенка.       — Супер! — широко улыбалась Мавр, злобно смеясь и отпуская руку Луффи, сразу потянулась к его уху, чтобы нашептать план, как по-тихому украсть еду и остаться незамеченными. План был простой, как пробка из-под шампанского, такой был, что даже Мартышка с первого раза понял!       Обрадованная таким исходом, Мавр сразу направилась на камбуз, чтобы подготовить их кока к тотальному разносу. А Мугивара, всё ещё стоя на месте, устремил свой взгляд на удаляющую спину девушки, которая шустро и упрямо шла вперёд. На миг к нему пришла в голову мысль, что Вика только-только начала открываться всем.       Она только начала показывать свою душу. Настоящую себя.       И это обрадовало Монки, заставляя ухмыльнуться, надвинул свою старую шляпу на глаза. Он был уверен, что Мавр ещё покажет себя, она станет знаменитой пираткой, обманщицей и самым лучшим советником Короля пиратов на свете.       Луффи не любил о чём-то размышлять, но когда видел своих накама, своих ребят, беспокойство в его сердце отчего-то не отступало. Он беспокоился за всех, а за Мавр, Усоппа и Нами больше всего, ведь те не были бойцами. Они могли попасть в передрягу, а он с остальными не мог быть рядом с ними постоянно. Он мог опоздать, чтобы спасти их…       Парень покачал головой, выгоняя негативные мысли, что внезапно посетили его. А после снова ярко улыбнулся, вспоминая, что сейчас Мавр отвлекает его повара и он должен украсть еду до обеда. Он тут же сорвался с места, широко улыбаясь и предвкушая, что на корабле всё же не будет скучно и его мечты о пиратской команде становятся явью.