Эй, Док!

POV Андрей       Мой рабочий день начинался как обычно: ранний подъем, следом завтрак, приготовленный домработницей, быстрые сборы, и вот я уже еду в частную клинику своего отца. В последние годы своей жизни у него было плохое здоровье, надо было ездить в госпитали за рубежом, ведь только там были лучшие врачи своего дела. Но так как болезнь развивалась слишком быстро, у отца не было возможности переносить долгие перелёты. Тогда он решил открыть свою частную клинику, набрав лучших специалистов. Конечно, было сложно переманить их в Россию, но средства, что отец перевёл на счет каждого, были баснословыными. Лечение продлило его жизнь на несколько лет, но все мы прекрасно понимали, что это лишь временно. Когда отец умер, инвестиционную компанию унаследовал Рома, а ко мне в руки перешло руководство клиникой. Конечно, этому поспособствовало и медицинское образование, но я все же питал смутные надежды, что получил данную привилегию не за просто так. Я сидел в своём кабинете, разбирая кое-какие бумаги, когда телефон начал вибрировать. О, это же мой «ненаглядный» братик звонит, — подумал я, глядя на экран, — и что ещё он от меня хочет, ведь у него все прекрасно. С мелким они уже как два года живут вместе, а я, в свою очередь, смирился с мыслью о том, что, пожалуй, не буду портить счастье Ромы. После того случая, я понял, что все же не хочу становиться преградой между этими двумя. Каждый день они смотрели друг на друга с ещё большей теплотой и нежностью. Да, я завидовал им, но поймал себя на мысли, что это была белая зависть. Ведь человек может прожить жизнь, даже не встретив свое истинное счастье, не испытать тех трепетных чувств, что появляются при виде любимого человека. Черт возьми, для меня было слишком несвойственно размышлять на такие сентиментальные темы, поэтому, отбросив розовые сопли на задний план, я взял трубку. — Что случилось? — я не очень любил пустые разговоры, поэтому сразу переходил к делу. — Мне нужна твоя помощь, — в тон мне отчеканил брат. С такими просьбами он обращался крайне редко, а если и приходилось делать это, то повод действительно был серьёзным. — Приезжай, — ответил я и положил трубку. Мда, вот и поговорили. Через пол часа Рома уже стоял у меня в кабинете, взволнованно что-то обдумывая. — Я не смогу тебе помочь, если ты не расскажешь, — требовательно произнёс я, от чего взгляд мужчины стал сосредоточенным, и он перешёл к делу. — Дима уже второй раз за последние три дня падает в обморок, — ни один мускул на лице брата не дрогнул, но в глазах читалась тревога. — Есть ли какие-то симптомы, сопровождающие обмороки? Или, может быть, он часто нервничает в последнее время? — стал уточнять я. Рома нахмурил брови, хаотично перебирая мысли в своей голове. — М… может быть… — призадумался мужчина. — Он мне рассказывал об одном парне, с которым дружит со школы, у него сейчас какие-то проблемы, и мелкий очень переживает за него. — Ммм, неужели Диме наскучило твоё общество, и теперь он решил переключить своё внимание на другого парня? — на мою колкость Рома ответил скептическим взглядом, поэтому подняв руки, показывая, что сдаюсь, я лишь улыбнулся. — Ладно, я пропишу кое-какие таблетки, пусть принимает утром и вечером по одной капсуле. Это что-то типа лёгкого успокоительного, так что он трезво сможет оценивать ситуацию. — Спасибо, — благодарно улыбнулся брат. Я хотел было ответить, но наш разговор прервали. — Женщина, я же сказала, что вам сюда нельзя! Андрей Александрович не принимает посетителей! — одна из моих сотрудниц вцепилась в руку женщины, пытаясь остановить её. — Меня это не волнует! Я буду сюда приходить до тех пор, пока он не возьмёт на лечение моего ребёнка! — выкрикнула женщина, выдёргивая руку из хватки девушки. Ну, началась… Эта особа каждый день приходила ко мне в клинику и просила взять её сына на лечение. Возможно, я бы с радостью выполнил просьбу, будь у неё деньги. Все-таки я владел частной клиникой, а значит и все лечение в ней было платное. В основном здесь лежали богатые люди, которые очень требовательно относились к тому, как по их мнению должны проходить оздоровительные процедуры, с чем, собственно, мои врачи прекрасно справлялись. Я не мог принять какого-то оборванца с улицы, если за него не заплатят кругленькую сумму. Да, жлоб, но ведь деньги не растут на деревьях. Женщина, при виде Ромы бросилась к нему навстречу и с надеждой в глазах стала умолять за сына. Брат непонимающе уставился на неё, а потом осознав всю нелепость сложившейся ситуации, чуть не подавился от смеха. — Андрей Александрович — это я. — сказал я, указывая на себя пальцем. Женщина потупив взгляд, посмотрела сначала на меня, потом на брата, потом снова на меня, и когда до неё дошло, в чем же дело, с тем же рвением обратилась ко мне. — Доктор, прошу вас! У него очень серьёзные проблемы с сердцем! Если… если вы не возьмёте моего сына, то он… он… — женщина не могла побороть волнение. После последней фразы, произнесённой ею, из груди вырвался ели сдерживаемый всхлип, оповещающий о приближающейся истерике. Блять, вот именно поэтому ненавижу баб! Они все время плачут, надеясь тем самым добиться нужного результата. Но я не был падким на женские слёзы, поэтому, равнодушно уставившись на женщину, стал слегка покачиваться на стуле. Какая же она жалкая. Да прикажи я ей вылизывать мои ботинки, она тут же б бросилась к мои ногам. Женщины готовы на все, только б достигнуть своей цели. Мрази. — Я оплачу лечение, — прервал мои раздумья брат. Женщина, совсем было отчаявшаяся, бросилась к мужчине, чуть ли не падая пред ним на колени. — Спасибо… — одними губами произнесла она. Её всю трясло. Из-за постоянного недосыпа, под глазами залегли тёмные круги, а лицо было бледным, словно у мертвеца. Губы женщины дрожали, и из них слышалось тихое бормотание. Будто в бреду она повторяла одни и те же слова. Рома подхватил женщину за руки, призывая тем самым подняться на ноги. Он успокаивающе похлопал её по плечу, а после протянул ей в руки упаковку таблеток, что я прописал мелкому. — Вот, возьмите. Принимайте их утром и вечером по одной таблетке. Это поможет вам стабилизировать нервы, — произнеся это, мужчина лучезарно улыбнулся. Женщина благодарна кивнула, а после, покинула помещение. — Ну и что ты, блять, творишь? — во мне кипело раздражение. С годами я должен был привыкнуть к вечно-всем-помогающему-брату, но эти его доблестные поступки доводили меня до белого каления. — Знаешь, случись такое с одним из нас, я поступил бы так же. Ты ведь знаешь, что она чувствует? Ты ведь помнишь, как переживали мы, когда отца положили в больницу? Это был наш отец, а это её ребёнок. Я даже представить боюсь, что бы я испытывал на её месте. Мы обязаны проявлять хоть капельку сочувствия к тем, кто не имеет возможности делать все, что заблагорассудиться. Неправильно ставить материальное положение главной целью в своей жизни. В мире есть множество прекрасных вещей, которые невозможно заменить деньгами. Нельзя купить улыбку матери, когда она видит счастье своего чада. Нельзя купить радость ребёнка, когда тот узнает новость о своём усыновлении. Нельзя просто так взять и купить любовь другого человека. Чтобы достичь всего этого, надо приложить непосильный труд, который ты так же не можешь приобрести за ничего не значащие купюры. Да, может быть, у тебя есть дорогая машина, квартира, и ты ни в чем себе не отказываешь, но разве в этом счастье? Скажи мне, в этом? Ты ведь всегда был таким циничным и меркантильным, тебе казалось, что деньгами можно купить все, и совсем не обязательно прикладывать какие-либо усилия на пути к этому. Совсем не обязательно как-то по особенному, по доброму относиться к людям. Не надо им помогать, отвечать взаимной улыбкой на благодарность, или подбадривать их в трудную минуту. Нет. Все это не правильно, понимаешь? Ведь не зря говорят, что человек социализируется именно в обществе. Общаясь с другими людьми, он познает новые для себя открытия, о которых раньше даже не подозревал. В обществе он учится любить, прощать, ценить и дорожить каждым мигом, проведённым с окружающими. Все те счастливые и радостные моменты, все улыбки, все тёплые, человеческие чувства, дают нам люди, но не деньги. Улыбнись, и мир к тебе потянется, — закончил брат свой монолог и вышел из кабинета. — Таблетки забыл, идиот, — выдохнул я, запрокидывая голову назад. Да, я понимал, что брат как всегда был прав, но так не хотелось плясать под его дудку, строя из себя отзывчивого и доброго дядечку. Настроение было к чертям испорчено, поэтому, отложив в сторону бумаги, решил немного размяться, пройдясь по коридорам собственной больницы. Все вокруг суетились: санитары везли кого-то на носилках, на ресепшене взволнованные родственники закидывали девушку вопросами, что да как с их родными. Вот какой-то пожилой старик идёт с капельницей, видимо, желая размять старые кости. А у меня на душе от чего-то было так паршиво, что непроизвольно захотелось устроить вечер забыть-все. Нашарив в кармане халата сотовый, я набрал знакомый номер. — Алло? — прерывисто ответил хриплый голос на другом конце. — Привет, ты сегодня свободен? — спросил я у старого друга. — Конечно… Кхм… Андрюх, а что, ты хотел встретиться? — мужчина делал какие-то странные паузы между словами, что меня тут же напрягло. — Э… у тебя все хорошо? Что там за шум? — поинтересовался я, но в этот момент ответ сам прозвучал мне в ухо. Чье-то сдавленное дыхание повторяло одни и те же слова: «Ещё, сильнее… ещё… не останавливайся!» — Блять, хренов кабель, почему как я не позвоню, ты все время с кем-то трахаешься? — с наигранной злостью произнёс я, но на губах тут же заиграла хищная усмешка. — Ну, бля, чувак, такой ты везучий… Мм… — Так, ладно, сегодня идём в клуб, мне срочно нужна подзарядка, если ты понимаешь о чем я, — мужчина гортанно засмеялся в трубку, после чего нажал на отбой. — Ну вот и договорились, — вслух подытожил я и отправился на вечерний осмотр пациентов.

***

      В клуб мы приехали за полночь. Макс, лучший друг и по совместительству близкий товарищ, заказал нам алкогольные напитки, чтоб немного расслабиться. Опустошив свой бокал, я направился на танцпол в поисках жертвы сегодняшнего вечера. Ну, «девочки», кто из вас будет лучше всех отплясывать, тот и станет моим сегодняшним ужином. Пробравшись сквозь толпу мокрых и пьяных людей, я оказался в самом эпицентре событий. Немного осмотревшись, подошёл к более-менее выгодной партии и стал прижиматься сзади, покачиваясь в такт музыки. Блондин резко обернулся. — Эй, ты! — протестующе выкрикнул он, чтоб я мог слышать. Когда парень рассмотрел меня получше, его губы расплылись в соблазнительной улыбке, а руки обвили мою шею. — Что, уже передумал? — спросил я, ухмыляясь. — Ну кто ж знал, что ты такой красавчик? — промурлыкал парень, вовлекая меня в поцелуй. Если честно, в этом он оказался не ахти. Меня даже не завёл его проворный язычок, проскользнувший мне в рот. Тяжело вздохнув, решил не портить парню настрой и открыл глаза, продолжая целовать блондина. Пока тот активно прижимался ко мне всем телом, я стал наблюдать за людьми, танцующими вокруг нас. Внезапно, мой взгляд заметил двух парней, плотно прижимающихся друг к другу. Спереди стоял парень, лет 25. Его огненные волосы обрамляли правильные черты лица. Запрокинутая голова, лежала на плече парня, стоявшего сзади. Глаза закрыты, а рот слегка подрагивал, что давало понять, как сильно он был возбуждён. Жадные руки прошлись по его стройному стану, задевая очаги страсти. Парень выгнулся и будто бы почувствовав мой пристальный взгляд, открыл глаза. Я оторвался от блондина, который теперь положил мои руки к себе на талию и стал слегка покачиваться в такт музыки. Я не отрывал взгляда от рыжеволосого парня, что так сильно вызывал у меня желание завладеть им. В одно мгновение наши глаза встретились. Будто разряд прошёл между нами. Парень облизнул нижнюю губу, а после закусив её, стал с вызовом во взгляде смотреть на меня, не забывая при этом тереться о парня, стоявшего сзади. Наша «игра» продолжалась мучительно долго, пока возбуждение не накрыло меня с головой. Я хотел этого парня. Хотел безумно. Оттолкнув уже давно забытого мной блондина, я рванулся к паре. — Отвали от него, — процедил я, дергая рыжего на себя. Тот, даже не сопротивляясь, прижался ко мне всем телом. Я мог чувствовать насколько сильное возбуждение он испытывал. Его горячее дыхание опалило ухо, от чего по телу прошла волна мурашек. Блять, как я могу так остро реагировать на какого-то мальчишку?! — Эй, че за дела? Это мой парень, —бывший партнёр паренька был явно не доволен сложившейся ситуацией и стал активно наступать на меня, пытаясь тем самым отвоевать своё. — Уже нет, — я развернулся и потащил рыжего за собой, решив уйти подальше от столь раздражающей толпы. Когда мы дошли до уборной, не в силах больше терпеть, я с силой прижал парня к стене, жадно впиваясь в его губы. Томно простонав рыжий стал активно отвечать на поцелуй, ничем не уступая моему напору. Ого, а он не из пассивных, — подумал я, — Но это даже к лучшему, люблю, когда партнёр принимает активное участие в процессе. Мои руки пробрались под кофту парня и стали исследовать подтянутое тело, прощупывая каждый сантиметр атласной кожи. Парень закусил мою губу и начал активно посасывать ее, доставляя мне неописуемое наслаждение. В голову ударила новая волна возбуждения, и я, не сдержав порыва, сильнее налёг на паренька, от чего тот ударился затылком об стену. — Ай, — выдавил он, разрывая поцелуй. Парень устремил на меня свой помутневший взгляд. В его глазах читалась паника. — Я… забыл… — процедил он тихо, а потом я почувствовал, как его тело обмякло. Непонимающе уставившись на парня, с ужасом заметил, что рыжий потерял сознание и стал сползать по стенке. — Сука! — выругался я, подхватив парня. Аккуратно уложив его на пол, стал прощупывать пульс. Так. Штирлиц, у нас проблемы. Быстро набрав номер на своём телефоне, позвонил Максу. — Эй, бро-о, ты где пропадаешь? — шумно протянул парень, пытаясь перекричать музыку в клубе. — Макс. У меня проблемы. Я в клинику, потом при встрече все объясню. — Но… — друг не успел ничего возразить, так как я бросил трубку. — Ну что, рыжий, поехали? — спросил, поднимая его на руки. Парень не слышал меня, все так же прибывая в бессознательном состоянии, но почему-то я считал нужным сказать последнюю фразу. Наверное, из-за беспокойства за мальчугана. — Ну ничего, сейчас все сделаем, все исследуем и будешь как новенький, — успокаивающе произнес я, выходя из клуба с парнем на перевес.

***

— Свяжитесь с родителями больного и доложите о сложившейся ситуации, — приказал я девушке на ресепшене. Кажется, её звали Марина. — Конечно, Андрей Александрович, — девушка тут же стала набирать какой-то номер на стационарном телефоне, а я направился в свой кабинет, решив сменить одежду на рабочую. Через минут 15 меня оповестили, что прибыли родные мальчика. — Где они? — спросил я, собирая последние бумаги на парня. — В палате больного, — ответила Марина, — Мне сказать, что вы зайдёте чуть позже? — Нет нужды, я прямо сейчас иду туда. — процедил я и отправился в нужную мне палату. Я всегда холодно относился к своим подчиненным. По моему мнению, тёплые отношения между работником и начальством не допустимы. Они должны были видеть во мне строгого и сосредоточенного руководителя, который не допускает ни одной оплошности. Они должны ровняться на меня. В общем-то, мне нравилось внушать страх своим поведением. Да, садистские наклонности во мне были, но я никогда не видел в этом проблему. Приблизившись к нужному помещению, резким рывком открыл дверь. На койке лежал рыжий все ещё пребывая в отключке, а над ним склонилась женщина. Её плечи слегка подрагивали, давая понять, что она плачет. — Здравствуйте, я лечащий врач вашего сына, мне очень жаль, но… — я поднял взгляд на женщину, которая теперь смотрела на меня во все глаза. — Вы? — удивлённо произнёс я. Передо мной сидела та самая сумасшедшая мамаша, которая каждый день врывалась ко мне в кабинет с мольбами о помощи. — Мой сын, он… Он забыл принять таблетки, поэтому все так обернулось, — из глаз женщины не прекращали идти слезы. Так вот что он хотел сказать тогда в клубе. Я не знал, что делать. Как-то меня напрягала вся сложившаяся ситуация. — Это ведь вы спасли его, да, доктор? — с благодарностью во взгляде спросила женщина, хотя сама, давно знала ответ. — Я ещё никого не спас, — отчего-то мне стало неловко. Если бы она знала, что я собирался сделать с её сыном час назад, вряд ли бы она так на меня смотрела. — Я просто оказался в нужное время, в нужном месте. Мне с вами надо будет обсудить кое-какие детали насчёт вашего сына. Буду ждать вас в своём кабинете завтра в 10:00 утра, — подождав, пока женщина утвердительно кивнёт, я вышел из палаты. Оставаться больше не было сил. Меня распирало чувство вины за то, что я сделал. Этот молодой паренёк совершенно не должен был находиться в том клубе, но что-то мне подсказывало, что его присутствие там было намеренным. Мда… Как все забавно складывается… Ну ладно, подождём, когда парень придёт в себя, а там и поговорим. Согласовав с собой все свои дальнейшие действия насчёт рыжего, я накинул пальто и отправился домой. День был слишком насыщенным, и сил не оставалось даже на поздний ужин. Поэтому, придя домой, я рухнул в свою постель, сразу же погружаясь в глубокий сон.