Мятная жвачка с привкусом кофе

       До отъезда Мун осталось три дня, — вдруг проносится в голове Криса, и он с силой бьет кулаком в стену, совершенно не волнуясь за свою руку.        Ему совсем, чертовски не хочется её отпускать. Отпускать её запах, к которому он привык как к родному; отпускать её медные волосы, почти всегда собранные в гульку; не хочется отпускать её прекрасную улыбку, смущенный цвет лица и глаза цвета мяты. Она слишком хороша для него. Он слишком эгоистичен для неё.        Крис оглядывается по сторонам, выглядывая медного цвета макушку в толпе. Он уверен, что она не придет, но с надеждой вглядывается в незнакомые лица, пытаясь найти то самое — её. Он набирает на телефоне практически наизусть выученный номер Мун, и через несколько секунд возле него появляется Ева, попутно отклоняющая входящий вызов.        — Я думал, ты не придешь, — честно признается Крис и широко улыбается, но Ева видит лишь фальшь, которую уже хорошо могла уловить в поведении Шистада.        — Я не собиралась, — помедлив несколько секунд, отвечает Ева, — но Нура настаивала.        — Что ж, нужно будет сказать блондинке спасибо.        Крис выглядит каким-то отрешенным, а в его взгляде Ева видит только разочарование и холод. Он не спешит что-либо говорить. Она не спешит что-либо делать.        Ева выуживает из джинсов пачку сигарет и поджигает одну из них, внимательно следя за реакцией темноволосого. Он улыбается. И это так странно. Потому что его улыбка настоящая. Мун протягивает еще одну сигарету Крису, а потом выпускает дым ему прямо в губы — такие желанные и такие запретные.        А потом всё идет словно по кругу: сигареты, поцелуи, жвачка, кофе, постель. И так продолжается все три дня, пока Ева не говорит, что ей пора собираться. Пока Ева не отдаляется от него настолько, чтобы сделать больно. Но ведь Крис Шистад ничего не чувствует, верно?        Она долго собирает чемодан, пытаясь ничего не забыть, — но разве это возможно? — и прокручивает в голове весь учебный год. Когда Юнас перестал для нее существовать? Когда Крис стал для нее первым — во всех смыслах? Когда Ева поддалась на чары Шистада? Когда она стала зависима от него, словно от наркотика? Один и тот же вопрос крутился в её голове, не давая покоя: когда ты, Ева Квиг Мун, оказалась во власти Кристофера Шистада — мальчика-для-поцелуев-с-третьего-курса? Она не знает ответ на этот вопрос.        Провожать её приходят четверо: Нура, Вильям, Исак и Юнас. Ева с каждым прощается около пяти минут. Вот она обнимает Нуру, шепчет ей что-то про Вильяма; потом целует Исака в щеку, беря обещание общаться с ним по скайпу; Вильяму она просто бросает мягкое «прощай»; с Юнасом прощается дольше всего. «Кучерявый бровастик», как то ли в шутку, то ли от злости, называет Юнаса Крис, долго стоит и смотрит на Еву Квиг Мун. Это продолжается до тех пор, пока Ева не делает первый шаг: подходит и обнимает его. Так крепко и сильно, насколько может.        Она счастлива — нет. Счастлива, что улетает — нет —, счастлива, что её пришли проводить её друзья — нет, ей лучше было бы одной, и легче —, счастлива, что Крис Шистад не пришел на «прощальную встречу» — нет.        Она уже разворачивается и идет в сторону самолета, как слышит пронзительный крик её имени из его уст. Ева замирает, боясь пошевельнуться, боясь обернуться и застыть, боясь пропустить свой рейс, только потому, что не может отпустить его, боясь быть брошенной снова, боясь почувствовать ту боль, недавно причиненную им. Она боится. Очень боится.        — Ты думала, я так просто тебя отпущу? — дыша ей в плечо, запыхаясь спрашивает Крис и целует Еву в шею. Как раньше, когда их ничего не связывало, лишь коньячные поцелуи и секс.        Он протягивает ей маленький пакетик, шепча что-то на ухо вроде: «не открывай, пока не сядешь в самолет». А она кивает, повинуясь его словам, и разворачивается, когда Крис отходит на шаг назад.        Еве слишком тяжело, чтобы не поцеловать его. Крису слишком грустно, чтобы не обнять её на прощание. Они улыбаются, смотря друг другу в глаза — янтарные и мятные, как его жвачка, лежащая в кармане её куртки. На мгновение мир вокруг становится слишком далеким для них, и они растворяются в этих секундах.        Крис целует её в шею, щеку, губы, нос, лоб, вдыхает запах её медных волос, накручивая локоны на свои пальцы. Ева дышит полной грудью, втягивая носом весь воздух, боясь задохнуться. Ей слишком сложно отпустить его. Ему слишком сложно убедить её остаться. И они расстаются, уходя в разные стороны, но потом все равно оглядываются и лучезарно улыбаются друг другу, словно они еще встретятся.        Ева скрывается в самолете, садится на свое место и смотрит в окно, а потом на её телефон неожиданно приходит смс-ка от Криса.

Загляни в пакет, Ева

 — и она смотрит, а потом быстро строчит ответ.

Я знала, что нравлюсь тебе, Крис Шистад

Я знал, что ты поймешь, Ева Квиг Мун

       А в пакете лишь его тяжелые сигареты и упаковка мятной жвачки, а в голове лишь воспоминания о его коньячных поцелуях в шею.