Do We Need This?

Тиканье часов впервые бесило Джоша, а не успокаивало, как обычно бывало. Он сидел в классе для нарушителей, как будто ему снова тринадцать и нет ничего круче, чем попасть сюда среди уроков. Но ему уже семнадцать, а причина, почему он находится здесь — сидит с правой стороны, на соседней парте, и озлобленно пилит его взглядом. За учительским столом расположился самый бесстрастный и безэмоциональный учитель всех времён и народов. Мистер Херс сквозь очки читал какую-то книгу, иногда поднимая свои бесцветные глаза, окидывая взглядом класс, чтобы никто не переговаривался или не сидел в телефонах — в конце концов, это же класс наказания. Ученики тут должны сидеть и думать над своим поведением, в основном это казалось ученикам из средней школы, которые нашли в себе кучу смелости, чтобы дерзить учителю или поставить фингал своему однокласснику. Джош чувствовал, как его губа саднила, и чуть скосил ореховые глаза, чтобы посмотреть, как Тайлер держится за свою скулу. Да, они в который раз сидят в этом классе из-за того, что у обоих чесались кулаки. Дан до сих пор не мог прийти в себя после того, как увидел, что Тайлер «блять» Джозеф, изрисовывает его шкафчик чёрным маркером, который, к слову, почти не смывается. Кто бы не пришёл в бешенство от этого? Это проделка уровня восьмого класса, но капитан грёбанной команды по баскетболу решил, что это как раз для него. Поэтому на шкафчике сияло куча надписей не самого лицеприятного характера, упоминалась его внешность, особенно его новый цвет волос — жёлтый, который, если честно, он нанёс на голову только из-за спора с Хэйли. «Цыплёнок» исходило из уст Тайлера чаще, нежели сам Джош слышал своё имя от родной матери. Он в таком темпе и забудет, как его зовут на самом деле. Даже сейчас, когда Джозеф заметил его взгляд, хоть Дан и не пытался слишком сильно палиться, пухлые розовые губы произнесли, не издавая звуков: «цыплёнок». Услышать это со стороны Хэйли, Брендона или Даллона — типично, но, когда этот напыщенный мудак вообще раскрывает рот в его сторону, злость полностью заполняет разум желтоволосого, оставляя только агрессию, которая и выплёскивается на такого невинного, с первого взгляда, брюнета. Они махались кулаками примерно с класса шестого, сцепившись первый раз посреди школьной столовой, ибо Джош забрал десерт, который хотел Тайлер. Дан помнил это расстроенное выражение лица, поэтому не премянул этим воспользоваться, показав ещё язык. Десерт в ту же минуту оказался на грязном полу, размазавшись, и рядом с ним упало двое мальчишек, стараясь ударить своими несильными кулаками со всей мощью. И с этого глупого момента их стычки учащались с невероятной скоростью. Их семьи ходили в одну церковь, Джош хорошо относится ко всей семье Джозеф, ведь, как говорится, в семье не без урода. Поэтому он мог посылать обворожительную улыбку всем, а Тайлер удостаивался лишь средним пальцем, показанным, пока все отвернулись, обсуждая свои дела. Джош уже не посещает церковь каждое воскресенье, а входит в Храм Божий лишь по праздникам, когда нет возможности что-то наплести родителям, дабы избежать этого. Но Тайлер до сих пор становился на колени каждое воскресенье, произнося молитву вполголоса. Звонок прозвенел неожиданно, и мистер Херс, лениво потянувшись, кивнул головой на выход, куда сразу сорвались дети, расталкивая их, вылетая на коридор. Джош наклонился, поднимая портфель с пола, почувствовав сильный толчок бедром, отчего его таз врезался в угол одноместной парты. Желтоволосый зашипел, слыша сверху хихиканье. Ладони тут же сжались в кулаки, и парень выпрямился, выставляя руки вперёд, собираясь подарить такой же ощутимый толчок, но их прервал спокойный голос учителя истории. — Дан, Джозеф, — прогудел он. — Вы хотите провести ещё один урок здесь? — До свидания, мистер Херс, — отозвался Джош, толкая плечом Джозефа, проходя мимо стола учителя. Тот лишь кивнул, уткнувшись обратно в книгу. Как только он оказался на коридоре, к нему подлетел Тайлер, яростно выпаливая. — Если я из-за тебя, фрик, снова окажусь в этом классе, то и тебе, и твоим идиотским друзьям лучше будет свалить отсюда, — желтоволосый оказался прижатым к стене прямо около класса для нарушителей, и жалкие пару сантиметров, которые дают власть Джозефу, мелькают перед ореховыми глазами. — Тогда тебе лучше не приближаться к моему шкафчику, мудила, — фыркнул Дан, кладя руки на плечи баскетболиста, отталкивая его назад, в толпу, которая как раз потоком лилась по коридору, стараясь не обращать внимания на очередную стычку двух парней. — Что ты ещё придумаешь со своей командой одноклеточных? М? — он оскалил зубы, больше напоминая брюнету какое-то дикое животное. — Уебок, — фыркнул он в конце, отходя от стены, к которой прислонялся спиной. Он вошёл в поток людей, двигаясь в сторону лестницы, чтобы выйти к своему кабинету, на урок, где наконец-то не будет всяких Тайлеров. — Фрик! — крикнул он ему вслед. — Повторяешься! — лишь ответил Джош, показывая средний палец через плечо.

***

— Как же он меня, блять, бесит! — выкрикнул желтоволосый, подходя к своему шкафчику, рядом с которым уже стояли его друзья. Железная дверца жалобно скрипнула, когда нога в чёрном кеде встретилась с низом шкафчика. — Капитан команды таких же идиотов, как и он, — бурчал он под аккомпанемент смеха со стороны Хэйли, Брендона и Даллона. — Что?! — зарычал он, оборачиваясь к смеющимся друзьям. — У тебя, кажется, пар из ушей повалил, — хихикнула девушка с яркими рыжими волосами. — Если бы ты не прижал его к своему же шкафчику, то навряд ли ты бы сидел в том классе целый урок, — она пожала плечами, а желтоволосый осмотрел дверцу шкафчика, которая всё ещё сияла чёрным маркером. — Петух? — прочитал он одно из обзывательств на дверце. — Серьёзно?! — он хлопнул железякой, закрывая её, слыша, как что-то внутри падает. Он тяжело выдыхает, пытаясь прийти в чувства, пытаясь отогнать агрессию от себя. Парень, почти не поднимая ноги, двинулся в сторону класса английского, но в голове всё крутилось то, как он мог бы отомстить Тайлеру. Он любил английский, в частности из-за самого учителя, а именно то, как он преподносит урок. Ну и за то, что он даёт им много отдыха. Даже чересчур. Джош негромко выстукивал ритм карандашом, ударяя им о твёрдую поверхность одноместной парты. Рядом лежала книга по нужному языку, но раскрывать её парень не собирался — не было надобности. Мистер Уэй, сидящий за столом, уже рассказал то, что должен был, и был увлечён перепиской в телефоне. Учитель выглядел настолько расслабленно, словно он не находился в классе, ему бы ещё для вида ноги на стол забросить и будет полная картина. Следующим уроком была математика, и Джош судорожно выдохнул: он сам по себе математику не жалует, и вот удача, урок, где вместе с ним в кабинете находится Джозеф. Сидит со своими дебильными друзьями и хихикает над ним: внешностью, его дебильными друзьями и с того, как учитель пытается завалить желтоволосого вопросами. С миссис Фарелл у него отношения чуть более мягкие, нежели с капитаном баскетбольной команды, но миловидная на лицо женщина недолюбливала его именно за эту «фриковатость»: яркие волосы, пирсинг в носу и растянутые мочки ушей с чёрными тоннелями в них. Та наградила его характеристикой, как: мальчик, привлекающий внимание, и все производные от этого предложения. И удивительно, её любимчиком был Тайлер, который никогда не упускал возможности подлизаться к ней. На самом деле в выпускном классе подлизываться — достаточно хорошее умение, но Джош, увы, не научился засовывать свой язык в учительские задницы, чтобы они написали ему хорошую характеристику в колледжи. В кабинете математики всегда было душно, и окна открывать нельзя было, даже, если на улице стоит двадцатиградусная майская жара, и кабинет как раз находится на солнечной стороне. Но сейчас только начало весны, поэтому духота ещё терпимая. Желтоволосый переступил порог класса, и в глаза сразу же бросился Тайлер, быстро переписывающий домашнее задание до начала урока. Он изредка поднимал свои тёмные глаза на тетрадь сверху, и тут же опускался к своей, выводя на листах синей ручкой различные цифры и буквы. Джош ухмыльнулся, и двинулся к ряду, на котором стояла парта Джозефа. Подходя к четвёртой, он ощутимо толкнул её бедром, с удовольствием наблюдая, как через всю страницу проходит толстая синяя линяя, чуть смазанная к концу. Тайлер медленно поднял голову, тут же встречаясь с насмешливым взглядом ореховых глаз. И на правый глаз упала жёлтая кудряшка, перекрывая зрачок прямо посередине. Джозеф сжал ручку почти до хруста, и в момент встал из-за парты, кидаясь на Джоша, валя его на пол прямо посреди класса, ударяя по разбитой губе, из которой кровь снова потекла, размазываясь по подбородку. Джош зажмурил глаза, хватая баскетболиста за плечи, стараясь отпихнуть от себя, и у него это получается, парень спихивает Джозефа, и тот ударяется головой о ножку парты. Дан пихает его локтем в живот, пытаясь дотянутся до скулы, где уже разрастался синяк, чтобы донести ещё один удар в эту же точку, принеся больше боли. — Дан! — послышался визг учительницы, и желтоволосый фыркнул, но тут же почувствовал удар на грудной клетке. — Тайлер! Отпусти его! — Джош только что заметил, что парень держал его за ворот серой майки. Желтоволосый поднял глаза, встречаясь с озверевшим взглядом капитана, смотря на его искривленные злобой губы, раздувающиеся ноздри и покрасневшие щёки. И, конечно, шухер на голове. Тайлер опустил его, с грохотом валя на пол, и сам встал на ноги, плюя обыденное: — Фрик, — миссис Фарелл сразу же подбежала к ним, нависнув над желтоволосым. — Оба, — визг раздался по всему классу, — к директору! Я такого не потерплю от вас на своём уроке. Джош, хватаясь рукой о парту, поднялся с грязного пола, отряхнув пыльные чёрные штаны, и подарив безразличный взгляд математице, двинулся на выход, задевая плечом брюнета. В коридоре было тихо, и он не спеша шёл в сторону кабинета директора, понимая, что побудет там за сегодня уже второй раз за три часа. Своеобразный рекорд, можно сказать. — Придурок! — крикнул сзади Тайлер, спешащий к нему, придерживая одной рукой красный портфель. Он тяжело ступал на пол, его шаги отдавались глухим звуком по всему коридору, разнося эхо в тишине. — Ты совсем больной?! — вскрикнул он и Джош закатил глаза. — О, ты недостаточно сильно засунул язык в задницу старухи Фарелл? — хмыкнул он, когда Джозеф поравнялся с ним. — Она всё-таки тебя тоже отправила к директору? — Что ты несёшь? — оскалился парень. — Какой язык, я тебя так хорошо долбанул головой, что ли? — говорил он, поднимая руки, чтобы толкнуть желтоволосого в который раз, но Дан быстрее среагировал, перехватывая ладони, выворачивая их и толкая парня лицом к железным шкафчикам. От удара тела о дверцы по коридору раздался своеобразный громкий звук. Правая часть лица капитана баскетбольной команды была прислонена к железу и парень тяжело дышал, пытаясь вырваться. Но в этот раз у Джоша были преимущества в виде более накаченного тела, коим он прижимал парнишку к твёрдой поверхности. — Отпусти! — он дернул руками и головой, ударяя затылком лоб желтоволосого. Джош, совершив толчок телом брюнета в шкафчик, сразу же отошёл на пару шагов назад, видя, как тот потирает саднящую часть лица. Фыркнув, он развернулся, продолжая путь в сторону кабинета директора. Джозеф накинул портфель на плечи, и молчаливо двинулся за ним. Они подошли к нужному кабинету, постучавшись в дверь, которая вела сначала к секретарю, а оттуда уже была дверь к самому директору их школы. Секретарша окинула их привычным взглядом, сообщая, чтобы те подождали на коридоре, и она пригласит их, когда мистер Беллами освободится. Джош снова закатывает глаза, словно их директор такая важная и занятая персона, но всё же послушно шагает на коридор, присаживаясь там на диванчик. Рядом с ним падает Тайлер, и они сразу же рассаживаются на противоположные стороны твёрдой кушетки, на которую не поскупилась школа. — Меня могут вытурить из команды из-за тебя, — пробурчал баскетболист. — Мне насрать, — лишь ответил желтоволосый. Они молчали, уткнувшись в свои телефоны, где каждый писал жалобу друг на друга своим друзьям. Дверь раскрылась и перед ними показалась полная женщина, в деловой юбке-карандаше, которая облегала её ноги в телесного цвета колготках. Оба одновременно встали и прошли за секретаршей, проходя следом в кабинет директора, где их встретили закатанные глаза мистера Беллами. — Второй раз за три часа, Джозеф и Дан, — кратко произнёс он, кивая на стулья рядом с его широким столом. Подростки оказались напротив директора, и тот оглядел своими синими глазами сначала одного, затем второго. — Итак? — вопросительно приподнял брови мужчина. Оба молчали, и внимательный взгляд оценил увечья на лице парней. — Вы подрались, — директор констатировал факт, — снова, — быстро добавил он. — В чём же причина на этот раз? — Дан — редкостный придурок, — начал Джозеф. — Он толкнул мою парту, — Джош хмыкнул, и мистер Беллами выжидательно перевёл взгляд на него. — Джошуа? — Он исписал мой шкафчик, — пожал плечами желтоволосый. Мужчина тут же откинулся назад, поднимая ладони к лицу, потирая ими глаза и щёки, и уставший выдох выпустился из его узких губ. Оба подростка молчали, ожидая привычного вердикта директора, вероятнее всего, их уже не отправят в тот класс для нарушителей, а скорей всего позвонят родителям, и те снова будут пилить их нравоучениями несколько недель. — Парни, — обратился он к ним, — мне совсем не хочется звонить вашим мамам и папам, — мужчина убрал руки от лица, положив их ладонями вниз на стол. — Вы уже взрослые люди, последний год. Тайлер, я, если не ошибаюсь, ты хочешь получить баскетбольную стипендию? — Да, сэр, — кратко кивнул капитан. — Ну, а ты, Джошуа, метишь в музыкальный колледж? — желтоволосый кивнул и со стороны Джозефа не вовремя вырвался смешок. — Вам пора начать вести себя чуточку взрослее, чтобы добиться своих целей, — произнёс мистер Беллами. — Для начала: перестать кидаться друг на друга из-за мелочей — это, скорее, предупреждение, если вы не хотите быть отстранёнными от занятий в конце выпускного класса, — холодные глаза предупреждающе заблестели на свету. — Но для профилактики я вам предложу вот что: вы убираете классы четыре раза в неделю, — он удовлетворённо улыбнулся, — после уроков, — добавил мужчина, — в течение трёх недель, я думаю, с вас будет достаточно. Оба злобно пыхтели, никто из них не хотел проводить время тет-а-тет друг с другом. И особенно, если это связано с уборкой. Но оба кивнули, ибо это лучший вариант, нежели отстранение от уроков.

***

Дом его встретил двумя сидящими в телефонах сёстрами и пустым холодильником, который должны будут заполнить родители после прихода с работы. Дан раздражённо хлопнул белой дверцей, слушая, как валится бутылка подсолнечного масла, наводя грохот внутри, но желтоволосый сейчас очень зол, чтобы заострять на этом внимание. В гостиной полулежали-полусидели Эшли и Абигейл, строча что-то в своих телефонах, изредка улыбаясь сенсорному экрану. По телевизору шёл какой-то смутный ситком, и девочки почти не обращали внимания на шутки на экране, когда смех за кадром просто разрывал звук телеящика, показывая, насколько уморителен юмор. Парень поднялся наверх, открывая дверь в свою комнату, с уставшим взглядом покосившись на барабаны, стоящие в углу. Они занимали примерно половину пространства, из-за чего личная комната Джоша казалось в несколько раз меньше. Он обогнул стул, стоящий около стола с ноутбуком, падая на двухспальную кровать, позволяя желтым волосам растрепаться по подушке. Джош и поверить не мог, что ему придётся оставаться после уроков уже начиная с завтрашнего дня, чтобы отдирать жвачки из-под парт, и мыть полы, когда школа специально нанимает для этого людей. Руки снова сжались в кулаки, а ведь это всё лишь из-за сраного Джозефа, которому его чёрный маркер не давал жить, шепча, что он должен сделать гадости ему, желательно, на шкафчике. Парень до сих пор не смог до конца стереть: «фрик», «цыплёнок» и «педик», буквы различных слов были смазаны на железной дверце, но вполне можно было понять, что там написано. Телефон завибрировал и Дан тут же достал его из кармана, читая сообщение: Хэйли: слышала, вы с джозефом снова сцепились Вы: именно. теперь оставаться после уроков четыре раза в неделю Хэйли: дерьмово., но мы с тобой, чел ;) Хэйли: эшли пришла. прости. пока. Джош раздражённо откинул телефон, придумывая, чем бы он мог заняться до прихода родителей, вместо того, чтобы обдумывать, как ему получше будет убить Джозефа. Но в жёлтую голову лишь приходила смазливая мордашка, поэтому парень со злым рыком упал лицом в подушку, шумно выдыхая, хоть и ткань заглушила этот звук.

***

В среду, после последнего урока, Джош распрощался со своими друзьями, мирно шагая в сторону кабинета мистера Беллами, ибо он им не сказал, где убирать классы, чем, и сколько именно по времени. Только он подошёл к кабинету секретаря, как оттуда, ударив дверь о стену, вышел Джозеф, хмуро окидывая желтоволосого, выдавливая из себя: — Идём, — парень махнул рукой, и Джош скривился от этого действия, но впервые решил не возникать, смиренно топая за баскетболистом. Они подошли к какой-то каморке, и Тайлер открыл её ключом на верёвочке, и Джошу было даже плевать, откуда он взял его, просто наблюдая, как парень заходит во внутрь, доставая две швабры, что-то, наподобие шпателя, ведро и чистящее средство. Когда брюнет там скрылся в последний раз, в голове у Дана возникла смешная мысль, чтобы запереть капитана в этой каморке, забаррикадировав дверь той же шваброй. Но мысль была настолько детской, что парень тряхнул жёлтыми кудрями, пытаясь её убрать подальше. — Мистер Беллами сказал начать сегодня с кабинета истории на первом этаже, — произнёс Тайлер, подхватывая ведро, где в нём лежало чистящее, и швабру, оставляя шпателя и вторую швабру на Джоша. — Только один кабинет? — спросил Джош, и это была единственная минута за столько лет, когда они не перебрасывались оскорблениями или не пытались ударить друг друга. — И это он тоже упомянул: работы, говорит, там навалом, — хмыкнул баскетболист, подходя к лестнице, спускаясь вниз. Как только они оказались на первом этаже, Тайлер попытался впихнуть ведро в руки желтоволосому. — Иди набери воды в туалете. — Почему я? — ощетинился Джош. — А почему нет? — огрызнулся Тайлер. — Руки отломаются? Иди, — он снова попытался впихнуть ведро, в итоге уронив швабру, которая с громким звуком распласталась на твёрдом полу школы. — Эй! — начинал злиться он, видя, как желтоволосый отходит назад, чтобы не брать ведро. — Дан, ты идиот, возьми ведро! — Сам иди! — крикнул желтоволосый, обходя баскетболиста, подходя к кабинету истории. Пройдя пару шагов, парень почувствовал, как брюнет подбегает к нему сзади, и в этот же момент ведро, с чистящим внутри, оказалось на его желтой голове. Дан с яростью снял его, откидывая на пол, глядя на заливающегося смехом Джозефа, и откинул в сторону швабру со шпателями, кидаясь на Тайлера, хватая за грудки, припирая к стенке, встряхивая, заставляя удариться головой о голую стену. Брюнет зашипел, раскрывая тёмные глаза, которые тут же сощурились, и тот поднял одну свою руку, запуская в жёлтые волосы, наматывая кудри на кулак, оттягивая голову парня назад. Джош зашипел, разжимая руки, наморщив нос, пытался ударить парня по руке. Тайлер лишь наслаждался болезненным видом, но резко взвизгнул, почувствовав чужие зубы, что сомкнулись на его запястье. Выпустив из сжатых пальцев кудри, он отдёрнул руку, глядя, как Джош встаёт в полный рост, выпячивая грудь и показушно сплёвывает на пол белую слюну, прямо под ноги Тайлеру. — Дерёшься, как девчонка, — хмыкнул желтоволосый, приглаживая взъерошенные волосы. — Ты меня укусил! — крикнул Джозеф, прижимая руку к груди, на которой виднелся отпечаток зубов Джоша. — А ты меня за волосы тянул! — вторил ему Дан. — Уебок, — он поднял с пола швабру и шпатели, открывая пинком класс, оставляя на коридоре капитана баскетбольной команды с лежащим на боку ведром, чистящим и шваброй. Негромкий рык вырвался из его груди, и Тайлер со злостью поднял с пола ведро, топая в сторону мужского туалета, дабы набрать воды, залив в неё потом столько чистящего средства, чтобы нечаянно опрокинуть ведро на стоящего рядом Джоша, и химикаты разъедят его кожу. В классе, опираясь задницей об учительский стол, стоял Джош, переписываясь с кем-то в телефоне. Он поднял голову лишь тогда, когда ведро с водой громко стукнулось о пол рядом с ним, расплёскивая мыльную воду по окружности, попадая на носки его кед. — Эй! — прикрикнул желтоволосый, брезгливо осматривая обувь. — Эй! — перекривлял его Тайлер, беря в руки шпатель и тяжело вздыхая. — Я из-за тебя пропускаю тренировку по баскетболу. — И ты снова говоришь так, словно мне не насрать, — парировал Дан, оглядывая Тайлера с ног до головы. — Ты совсем не выглядишь, как спортсмен. Сколько членов нужно было отсосать, чтобы попасть туда? — хмыкнул парень, видя, как сжимаются кулаки парня. — И как часто подставлять свою задницу, чтобы стать капитаном? — Завались, Дан, — прорычал Джозеф. — Я, в отличие от тебя, хоть чего-то добиваюсь. — Будешь великим баскетболистом, Джозеф, — пропел желтоволосый, опускаясь под парту со шпателем в руках. — Блять, — произнёс краткое он, опускаясь полностью на колени, начиная отдирать розовую жвачку под деревянной партой. Тайлер отвернулся, опуская вниз голову, чувствуя, как дрожат его ноги, а желчь подступает к горлу, и быстро занял ту же позицию, что и Джош, с брезгливостью оглядывая некогда белые пластинки с различными вкусами. Тяжело вздохнув, он принялся за работу. Они отдирали жвачки в полной тишине, Тайлер только и слышал, как Джош через зубы матерился, и когда им оставалось по последней парте, желтоволосый слишком резко дёрнул на себя рукой, отрывая жвачку, отчего его голова дёрнулась вверх, сталкиваясь с деревянной поверхностью, раздавая глухой удар по всему классу. После этого со стороны баскетболиста был слышен смешок, на который Дан сразу же оскалил зубы и, потирая ударенное место, прошипел: — Завались, Джозеф, — он встал в полный рост, пиная парту, словно это она была виновата в его неосторожности. Со стороны Тайлера снова был смех в себя, но Джоша это разозлило лишь сильнее. — Ты не слышал, что я тебе сказал? — парень повернулся в сторону Джозефа, стоящего на коленях около парты. Тот выглянул из-под неё, окидывая желтоволосого насмешливым взглядом, и уголок его губ снова дёрнулся вверх. — С каких пор я вообще должен слушать тебя? — приподняв брови, спросил он. — Идиот, — кинул брюнет, откладывая шпатель на стол, подходя к швабре, окуная в мыльную, уже прохладную воду. На часах уже было около четырёх вечера, и тренировка заканчивалась через час, может быть, он успеет на последние полчаса, если этот Дан не стоял бы столбом, жалея себя и набитую шишку на желтой голове. — Ты собираешься убирать или нет? — швабра всё ещё покоилась в ведре, и Тайлер упёр руку в бок, осматривая парня, стоящего в другой части класса. — Отвали, — скривил он губы. — Уберёшь свою половину, и пожалуйста, — он развёл одной рукой, другой всё ещё удерживая пластмассовую швабру. Джош закатил глаза, преодолевая весь класс, хватая свою швабру с пола, окуная в мыльную воду, вызывающе глядя в тёмные глаза Тайлера. Они закончили мыть класс в полном молчании, относя все принадлежности обратно в каморку. Внизу, в фойе, сидел охранник и кивнул им, сообщив, что мистер Беллами попросил его проследить, как будет проходить уборка помещений. И судя по всему, этот старик даже не сдвинется с этого места, но он точно доложит директору, что эти двое закончили примерно в половину пятого. Джош толкнул дверь школы, отмечая, что Джозеф двинулся наоборот — обратно в глубь — уходя в сторону спортзала. И это его не волновало.

***

Тайлер успел как раз на последние двадцать четыре минуты, и тренер, хоть и неприветливо смотрел в его сторону, всё же кивнул — капитан в конце концов. Джозеф любил звук, что раздаётся повсеместно по залу: скрип спортивных кроссовок, стук мяча о пол и крики его команды. Тайлер чувствует мяч в своих руках, ему нравится отталкиваться от пола, закидывая оранжевый шар прямо в кольцо, чтобы тот проходил чисто, не дотрагиваясь до сетки или не ударяясь о прозрачный щит. Парень продолжает это делать даже после того, как вся команда отправилась в раздевалку переодеваться. Тайлер не чувствовал себя натренированным, поэтому ударяет мяч о пол, ловко перехватывая его руками, и снова кидает в кольцо, улыбаясь попаданию. — Джозеф! — позвал его тренер. Мяч с гулом ударился о пол, и парень, схватив его, направляется в сторону мужчины средних лет. — Я слышал о твоём наказании, но, надеюсь, это никак не повлияет на твои способности. Ты как раз успеваешь хотя бы на полчаса, — кивнул он, и Тайлер поддержал его слова своим кивком головы. — Посмотрим, как ты будешь справляться, — Джозеф прикрыл глаза, с благодарностью отвешивая тренеру ещё один кивок, передавая ему баскетбольный мяч, отправляясь в раздевалку. Там было тихо и, хоть команда уже ушла, запах пота и грязной одежды никуда не пропал, поэтому парень, морща нос, быстро переоделся, думая, что примет душ дома. Подхватив красный портфель, он устремляется на выход из раздевалки. Чёрные наушники были втыкнуты в его уши, и все внешние звуки были полностью перекрыты, Тайлер шагал по прохладной улице, вдалеке, на западе, на небе распластался оранжевый закат, не перекрывая полумесяц. Парень проходил мимо знакомой церкви, куда приходит каждое воскресенье, и упрямо прошёл мимо, даже не удостоив Храм Божий взглядом, ускоряя шаг, выходя на свою улицу, приближаясь к своему дому. — Как тренировка? — Тайлер увидел, как шевелятся губы его матери и тут же снял наушники, переспрашивая, Келли едва заметно цокнула, повторяя слова. — А, — потерянно отозвался он, — хорошо, — кивок успокоил парня, и тот взобрался по лестнице к своей комнате. Родителям он о наказании не сказал, думая, что и так будет намного лучше. Комната его ощущалась пустой, над кроватью висела икона и небольшой крест, Джозеф слегка поморщился, но тут же ущипнул себя за руку, наказывая себя за такое действие. Он опустил взгляд на запястье, где был виден слегка заметный отпечаток зубов Дана. «Идиот», — пронеслось в голове у брюнета, и он закрыл укус рукавом кофты. Он провёл остаток вечера, сидя за уроками, а затем в ноутбуке, удобно устроив его на коленях, нервно поглядывая на дверь, включая очередной фильм. Дверь тут же открылась, и видео было поставлено на паузу. На пороге комнаты стояла Келли, уперев руки в бока, сморщив нос, оглядывала помещение. — Я тебе же говорила, чтобы ты убрал, — она вошла во внутрь, начиная поднимать разбросанную одежду. Тайлер не шевелился, наблюдая за мельтешащей матерью. — Разве? Вроде нет, — он перешёл быстро на пустую вкладку гугла. — А самому нельзя догадаться? — фыркнула она, скидывая одежду на кровать, закрывая выглядывающие стопы сына. — Иди на ужин, а затем уберись здесь. К нам приедут гости в пятницу, — как только женщина покинула территорию комнаты, Тайлер со стоном убрал ноутбук, выходя за ней, спускаясь по лестнице. За столом уже сидела Мэдди, и парень не упустил шанса, чтобы потрепать её по голове, растрепав волосы, отчего девочка захихикала, пытаясь убрать руку брата; Тайлер опустился прямо напротив неё, улыбаясь. — Тай, а что ты мне подаришь? — улыбалась она, наклонившись чуть вперёд, поставив локти на стол, хлопая глазками. — А разве можно говорить об этом? — ответил он ей, на что младшая Джозеф лишь надулась, и отодвинулась от стола, позволяя матери поставить перед ней тарелку с их ужином. Девочка в последний раз с надеждой глянула на старшего брата, но тот лишь приложил указательный палец к губам, произнося тихое: «тс-с».

***

Отработка в четверг проходила в той же тишине, что и в среду. Только теперь к шпателям, швабрам, прибавились ещё тряпки, чтобы протереть шкафы сзади класса, на что оба парня лишь закатили глаза за спиной мистера Беллами. Тайлер чувствовал, как дрожат его руки, а Дан ни разу не посмотрел в его сторону, занимаясь отдиранием жвачек из-под стола. Он почувствовал себя невидимкой, ибо Джош сегодня был явно не в настроении для перепалок или драк, но Тайлера это наоборот — не устраивало. Он получил невысокую оценку по химии, отчего злость на учителя накопилась в его теле, и к этому ещё добавились тупые друзья желтоволосого — в особенности та рыжеволосая девушка, голова которой больше напоминала факел, чем нормальные волосы; девица решила, что достаточно умная, чтобы принизить Тайлера на этом же уроке, заставляя брюнета краснеть перед мистером Айеро. Как будто все в этой школе должны были знать химию, в самом деле. И брюнет отчего-то был уверен, что Джош решил подговорить свою подругу выставить Тайлера идиотом. Джош хмуро продолжал отдирать белую резинку, вляпываясь в неё пальцами, на весь класс выкрикивая громкое: — Блять! — жвачка липла к пальцам, и растягивалась на тонкие ниточки, прежде чем желтоволосый смог её стряхнуть и прилепить на шпатель. Тайлер захихикал, протирая пыльные шкафы, которые, вероятно, никто не думал трогать до их прихода. — Ебало завали, Джозеф, ибо эти жвачки сейчас окажутся в твоих волосах. — Я не виноват, что ты настолько неуклюж, что вляпался в сраную жвачку, — парировал брюнет, звонко чихая от пыли, витающей в воздухе. Стул, на котором он стоял, чтобы протирать верхнюю часть шкафов, угрожающе покачнулся, и Тайлер не успел схватится за что-либо, поэтому тяжёлым камнем полетел вниз на пол. Джош тут же обернулся на грохот, хмыкая, глядя на распластавшегося капитана, и вскинул брови, расплываясь в злорадной ухмылке. — Не думаю, что мы доживём до конца наказания, — пробормотал он, отворачиваясь обратно к парте. Говорил он достаточно тихо, практически себе под нос, но их в помещении всего двое, поэтому слова отлично долетели до Тайлера. Тот негромко рассмеялся, вставая с пола, смотря на замершего Джоша. Оба поняли, что только что произошло. Тайлер посмеялся над шуткой желтоволосого. Молчание снова повисло в классе.

***

В пятницу Джош был особо зол и одновременно в поникшем состоянии, снова увидев свой исписанный шкафчик, где самыми огромными буквами было написано злое: «пидор». Он провёл ладонью по маркеру — и тот не был смазан — успел засохнуть. Обнажив идеальные зубы, желтоволосый со злостью прорычал, хлопая железной дверцой, ударяя по ней ещё и ладонью, разнося оглушающий и неприятный звук по шумному коридору. Подростки обернулись, чтобы поглядеть на источник шума и, увидав надпись, издевательски посмеялись себе в кулаки, тут же отворачиваясь, делая вид, что занимаются своими делами, когда Джош оглядел каждого человека в этом коридоре. Джозефу повезло, что его тут не было, ибо в этот раз всё не ограничилось обычным наказанием или проведением урока в классе для наказания. На отработку он пришёл с опозданием, врываясь в нужный кабинет, где с недовольной миной пребывал Тайлер, стоя на коленях, отдирая жвачки из-под стола. Парень вошёл жёлтым вихрем, игнорируя слова капитана баскетбольной команды, поднимая его за плечи, чтобы оттолкнуть лёгкое тело в сторону старых шкафов, которые угрожающе тряхнулись за спиной младшего. На шкафчике желтоволосого добавилось знакомое: «цыплёнок», и теперь он точно был уверен, чьих это рук дело. Поэтому он уже заносил кулак, который идеально бы вписался в красивую скулу брюнета. — Я сказал тебе не приближаться к моему шкафчику, — выкрикнул он, попадая в щёку, заставляя голову Тайлера дёрнуться, вписавшись левой щекой в шкаф. Тот поднял тёмный взгляд на ореховые глаза, сжимая кулаки, набрасываясь на желтоволосого, припирая бедром к парте, отодвигая ту силой. Бедро Джоша жалобно заныло, и парень вцепился в рубашку младшего, пихая обратно к шкафу, в котором пару книг повалилось от слишком сильного удара, а стекло задребезжало. — О чём ты говоришь? — выкрикнул Тайлер, пихая желтоволосого в живот локтем, пытаясь вырваться из цепкой хватки сильных рук, опуская взгляд на сцепленные пальцы на вороте рубашки. — Нахрен мне к нему подходить?! — крикнул он, когда Джош снова его ударил спиной о шкаф, и Тайлер чисто инстинктивно дёрнул назад головой, прижимая пушистые волосы к твёрдой поверхности шкафа, чувствуя, как упирается ручка от дверцы ему в позвоночник. — «Цыплёнок», ничего не напоминает? — рыкнул желтоволосый, и Джозеф, вскидывая брови, еле зашевелил языком, вырывая из себя шутку: — Да, — произнёс он, чуть помолчав, — тебя. Ручка упёрлась сильнее, и Тайлер подумал, что она вероятно сейчас просто проткнёт его кожу, оказываясь внутри, и он уже представляет, как много крови из него может вылиться, и с каким выражением лица на него будет пялиться этот Джош. Он поднял свои глаза, сталкиваясь с прищуренным взором ореховых глаз, и желтоволосый парень, удерживая его за ворот рубашки, подаётся вперёд, накрывая своими идеально-розовыми губами его пухлые, чуть влажные, ибо брюнет прикусывал их каждый раз, когда его спина соприкасалась со шкафом. Одна рука разжала ворот рубашки, ложась на челюсть капитана, сжимая её с такой силой, что младший всё-таки разжал зубы, пропуская горячий и настойчивый язык к себе в рот, пытаясь думать о том, насколько слюняво это выходит, а не о том, что его язык сам хочет поддаться этим прикосновениям, сплетаясь сильнее. Только Тайлер хочет сомкнуть зубы, дабы прикусить чужой язык, как желтоволосый парень отстраняется, сплёвывая напоказ, как тогда, позавчера, когда он укусил брюнета за руку. Вязкая слюна падает прямо перед кедами Джозефа, и тот даже не успевает поморщиться, как раскрасневшиеся губы Дана произносит презрительное: — Ну и как тебе? Понравилось быть «пидором»? — слова выбираются из его рта как рой ос, которые жалят тебя во все открытые места. Тайлер до сих пор без понятия, о чём говорит Джош. И тот явно не собирается объяснять, попросту отходя в сторону лежащей тряпки.

***

Тайлер пропускает тренировку, стараясь закончить отработку как можно быстрее. Сегодня День Рождения у Мэдди, и к ним приезжают парочка родственников, завтра будет вечеринка для друзей девочки и куча двенадцати-тринадцатилетних детишек оккупируют дом, и младшая-Джозеф будет, конечно же, доставать Тайлера, чтобы тот развлекал их всех. Но спешил сегодня по двум причинам, и одна из них домывает этот класс, опуская швабру в грязную мыльную воду, осматривая брюнета, задавая немой вопрос: «скоро ли он закончит?», и Тайлер отскребает последнюю жвачку. Они шагают к каморке, и после прощания с охранником, Джозеф срывается на быструю ходьбу, спеша домой, зная, что вполне сейчас успевает на их домашние посиделки, но желтые волосы и ореховые глаза только поторапливают его. Парень в этот раз оказывается около дома достаточно быстро, он даже не доставал наушники, и как только переступает порог дома, на него несётся уже двенадцатилетняя девочка, в действительно красивом платье, и обнимает брата за пояс. — Эй, я пропускаю ради тебя тренировку, — улыбается он, поглаживая по голове, но в этот раз старается не растрепать её причёску, которую мама делала с особым усердием. — Тайлер, подарок! — кричит она, и старший брат резко опускается вниз, обхватывая девочку за ноги, закидывая к себе на плечо. Та смеётся и бьёт его по спине кулаками, но не так сильно, чтобы причинить ему настоящую боль. — Отпусти! Я не маленькая, чтобы меня так нести! Тайлер проносит её мимо гостиной, где расположились родственники, здороваясь с ними, начиная угрожающе раскачивать сестру на своём плече. Та завизжала, вцепившись в рубашку пальцами, крича про то, чтобы он её спустил на пол. Они вместе поднимаются наверх и Тайлер старается игнорировать дрожащие ноги, донося Мэдди до своей комнаты. Спустя пару часов, отец подзывает его к себе, прося помощи в поездке в супермаркет, чтобы докупить еды на завтрашнюю вечеринку. Парень кратко кивая, скрываясь в своей комнате, переодевая рубашку, напяливая тёплую байку, задерживая на светлом воротнике некоторое время взгляд, и сжимает её в руках, выходя к ванной комнате, бросая в корзину для белья. Брюнет поворачивается в сторону высокого зеркала, и чуть наклоняется вперёд, всматриваясь во все недостатки своего лица при верхнем освещении, который выделяет пару прыщей и синяки под глазами. Он слегка дотрагивается до сухих губ пальцами, и снова ощущает то чувство, когда чужой язык парня побывал в его рту. Тайлер отворачивается, бросая взгляд на белый туалет, пытаясь перебороть желание опуститься на колени, засовывая два пальца себе в глотку, надавливая на корень языка, вызывая рвоту, очищая себя изнутри, наказывая за пагубные мысли. Брюнет мотает головой, чувствуя тяжесть в животе, и резко выходит из ванны. «Только не на День Рождения Мэдди», — оправдывает себя Тайлер, спускаясь к отцу.

***

Джош шёл по мокрой улице, совсем недавно моросил противный дождик, который начинается каждые два часа, и этим самым весна слишком сильно напоминала начало серой осени. Желтоволосый спрятал свои кудри под чёрной кепкой, надевая её козырьком назад, а куртка была расстёгнута, показывая всем чёрную байку с надписью. Руки парня были в карманах лёгкой парки, и там он сжимал телефон, перебирая по нему пальцами. Заворачивая в белое здание, в нос сразу же ударил знакомый запах лекарств и стерильности. Кивнув медсестре, которая была сегодня на вечерне-ночной смене, парень надел белый халат, просачиваясь в пустой коридор. Многие женщины, обличённые в униформу медсестёр знают его тут, пропуская к нужной палате, сопровождая одновременно жалостливым и уважительным взглядом. Сейчас там стояла миссис Бретт, она всегда приветлива с Джошем, и в основном берёт смены на вторую половину дня, поэтому парень иногда может перекинуться с ней парочкой слов, стараясь не затрагивать тему к которой он сейчас торопится. Приоткрыв светло-коричневую дверь, Джош с улыбкой заглядывает во внутрь, стараясь убрать колючий ком из горла, видя ответную, изнеможённую улыбку со стороны больничной койки. Карие глаза смотрели с теплотой на вошедшего, и Дан старался не смотреть на чистую, бритую голову, которую, вроде бы, не так давно, покрывали чёрные мягкие волосы, чуть закрывая правый глаз. Джош запер за собой дверь, подходя к койке, присаживаясь на край, здороваясь: — Привет, Рай, — ноутбук был уже отложен на прикроватную тумбочку, и желтоволосый с удовольствием заметил, что сегодня к Россу не подключено никаких медицинских штук, в том числе и капельниц. — Джо-ош, — радостно протянул он, протягивая руку. Она казалась ещё меньше, чем две недели назад, и словно стала ещё бледнее, но Джош сжал её в своих тёплых ладонях, чувствуя холод тела. — Как ты? Парень окинул взглядом своего друга, полусидящего на белых простынях, прикрыв свою больничную сорочку таким же белым одеялом. Белый цвет символизирует чистоту, поэтому больницы окрашены этим цветом, но белый для Джоша — это отчаяние, которым всё здесь окрашено. Желтоволосый опирается спиной о вытянутые ноги парня под тёплым одеялом, рассказывая о днях, о школе, об учителях, стараясь смотреть только в его теплые, древесные глаза, не заострять внимания на лысом черепе, не оглядывать бледные губы, как будто их покрыли пудрой. — Как Брендон? — вырывается обычный вопрос из Райана. Тот смотрит на него с небывалой надеждой, и Джош даже забывает, насколько раньше этот парень был заносчив и язвителен. Теперь он внимает каждому слову, постоянно интересуясь делами, кто ему важен. Желтоволосый с ненавистью в себе замечает, что он снова будет врать тому, кто этого совсем не заслуживает. Больной Райан Росс не заслуживает лежать здесь. Не заслуживает ложь о Брендоне Ури, который попросту его заменил другим человеком после того, как бывший брюнет поселился в этой больнице, питаясь лекарствами из капельницы, которые, не очень-то и помогают, смотря по состоянию. Брендон всегда хорошо относился к Райану, позволяя себе прикасаться к парнишке, пока тот не начал отстраняться от его рук, отворачиваясь от его лица, а позже — отказываясь тусоваться вместе с ними. И только полтора года они узнали, что у него рак, и Росс просто хотел отдалиться от своих друзей, уничтожая себя одиночеством. И он лежал тут уже с начала августа, достаточно долгий срок, доктора бились с надеждой, что у парнишки шестнадцати лет может начаться ремиссия, помещая его в больницу, но состояние только ухудшалось. К нему приходили его родители, пару раз друзья и только постоянным посетителем был Джош. Они сидели в его палате каждую пятницу, и парень уходил почти под ночь, когда дежурная медсестра не начинала его выгонять. — Он… кхм, нормально, — Джош опустил глаза вниз, чтобы теперь не натыкаться на карие глаза. — Спрашивал о тебе: как ты, — желтоволосый послал поддерживающую улыбку, получая в ответ негромкое: — Передай ему, что я бы хотел, чтобы он пришёл, — паренёк прикрыл свои глаза, облизывая пересохшие губы, и Дан резко отвернулся, натыкаясь на инвалидную коляску, стоящую в углу, недалеко от ванной комнаты. — Эй, хочешь мы сделаем кое-что? — Джош повернулся к Райану, приподнимая брови, улыбаясь. — Давай, оденем тебя, — парень вскочил с койки, и Росс растерянно наблюдал за мельтешащим парнем, который подскочил к обычному, невысокому шкафу, сделанному из светлого дерева, доставая оттуда тёплую кофту и чёрные штаны. Внизу пылились чёрные конверсы. — Ты… ты что делаешь? — спрашивает паренёк, смотря, как тот подкатывает к нему инвалидную коляску. — Выходить на улицу уже нельзя, — пылко проговорил он шепотом, словно боясь, что его сейчас услышат, и всё их веселье и планы рухнут. — Я помню, где тут запасной выход, — подарив свою обезоруживающую улыбку, кивнул Джош, откидывая одеяло парня, просовывая худые ноги, почти как палки, в штанины. Больничную рубашку они решили не снимать, поэтому наверх просто была надета та тёплая кофта. Джош приподнял Райана с койки, пересаживая на инвалидное кресло, опускаясь на колени, надевая носки, а затем и кеды, завязывая шнурки. Схватив куртку из шкафа, тот прикрыл дверцы, давая вещь Россу. Последним штрихом была кепка Дана, которую он снял со своей головы, обнажая жёлтые кудри, и та сразу же поместилась на лысую голову Райана, и пальцы Джоша щёлкнули по козырьку, опуская его вниз, заставляя парня снизу крикнуть возмущённое: «эй!». Они осторожно выехали из палаты, и Дан завернул в противоположную сторону от главного выхода, катя инвалидное кресло по пустому коридору, заранее выглядывая из-за углов. На запасном выходе, на удивление, никого не было, и парни воспользовались этим, проезжая там. Толкнув тяжёлую дверь, Джош кое-как вытащил их на улицу. От асфальта пахло сыростью, а темень уже опустилась на них, заставляя фонари включаться, освещая улицы тусклым светом. — Ну куда двинем? — весело спросил Джош, сжимая ручки коляски, толкая вперёд. — В город? — Как скажете, капитан, — он разогнался, заставляя смазанные колёса скользить по ровной дороге, и через минуту они выехали за территорию больницы. Райан чуть повернулся, оглядывая противное его душе здание, и поднял руки, весело улюлюкая, когда Джош набирал скорость и холодный воздух, перемешанный с мелкими каплями бил ему в лицо. Парни ехали по прямой, вниз по улице, лавируя между людьми: некоторые только шли с работы, некоторые на неё, а кто-то просто решил расслабиться пятничным вечером. Джоша это совсем не волновало, он разгонялся, летя вниз по тротуару, заставляя пешеходов самих расступаться. У них вся жизнь ещё есть, а Райан должен насладиться этими моментами прямо сейчас. Росс в какой-то момент показал рукой на знакомый Тако Бэлл, и желтоволосый без промедления завернул туда. С трудом открыв стеклянные двери, парни въехали в забегаловку, и Джош был готов вытряхнуть все свои карманные, обеспечивая их хорошим ужином, состоящим из фастфуда. Они заказали себе по огромному тако, колу и горячий картофель фри с сырным соусом, занимая огромный стол, который обычно рассчитан на несколько персон. Некоторые посетители не могли не коситься в их сторону, но подростки были больше увлечены своей едой, нежели жалостливыми взглядами. На часах было только половина девятого, поэтому они, выбросив мусор, отправились дальше по городу, рассекая яркие улицы, заставляя некоторых людей бросаться им вслед злыми словами, проклиная бешеных подростков. В какой-то момент они выехали к супермаркету, и желтоволосый предложил купить несколько сладостей, что обычно продавались на развес. Заехав в магазин, парни очень долго спорили о том, какие желатинки лучше купить, но в итоге набирали в прозрачный пакет всего, что только не попадалось под руку. Как только они достигли кассы, то желтоволосый поднял глаза, сталкиваясь с настойчивым, кофейным взглядом, пилящим его из начала очереди. Рядом с ним был его отец, Крис, говоря о чём-то сыну, но тот не особо его слушал, будучи больше заинтересованным в том, чтобы оглядывать картину, представшую перед ним. — Пойдём в другую кассу, — фыркнул Джош, и Райан тут же повернулся в сторону очереди, не понимая, что не устроило его друга. — О, это Джозеф? — спросил Росс, и желтоволосый сдержанно кивнул, становясь в пятую кассу, где очередь была даже значительно меньше. — Вы же с ним всё ещё враждуете? — продолжил парень. — Ага, — просто ответил Дан, инстинктивно облизывая губы, придерживая прозрачный пакетик одной рукой. — Чего бы мне перестать это делать? — Откуда мне знать? — буркнул Райан. — Может, потому, что вы уже выросли. — Не дождёшься, — посмеялся желтоволосый, толкая коляску, оплачивая сладости. Они выехали из супермаркета на парковку, и Джош опять начал набирать скорость. Различные сласти в пакетике лежали на коленях у Росса, и тот снова радостно улюлюкал, поднимая вверх руки, подставляя лицо ветру. Они проехали прямо мимо машины Джозефов, где младший складывал пакеты в багажник, долго провожая двух парней тяжёлым взглядом. В его голове никак не могла уложиться картина Райана Росса в инвалидной коляске и искренне улыбающегося Джоша Дана, — это всё казалось бессмысленным и нереальным, что он просто тряхнул головой, хлопая багажником машины.

***

Выходные Джош провёл в своей комнате, отказываясь выходить на прогулку, или к Брендону, где они собирались почти каждые выходные. Перед ореховыми глазами мельтешили картинки вчерашнего вечера, он видел, насколько плохо выглядел Райан, и парень понимал, что сейчас просто не в состоянии видеть друзей. Те даже не знали, что Дан наведывается к их давнему другу в больницу каждую пятницу, поэтому и не совсем понимали отказ Джоша провести время вместе. Хэйли: Джошуууа Дааан Хэйли: отвечай, задница Хэйли: мы реально тебя ждём Парень оставил сообщения Уильямс без ответа, убирая телефон на подушку, зарываясь под одеяло. Время уже перевалило за отметку час дня, а желтоволосый даже не поднимался с кровати, спускаясь хотя бы позавтракать, а дело уже близилось к обеду. В дверь кто-то постучал, и в комнату просунулась кудрявая голова младшего брата. Тёмные волосы были растрёпаны, создавалось впечатление, что паренёк сам недавно встал с кровати. — Мама интересуется: собираешься ли ты сегодня поесть? — спросил он, оглядывая грязную комнату, косясь на барабаны в углу. — Вероятно, — прогудел желтоволосый со стороны кровати. Джордан закатил глаза, отвечая: — Тогда вставай и иди есть, задница, — брат оставил дверь открытой и Джош мог услышать стук шагов, грохотавших по деревянной лестнице. Дан откинул одеяло, хватая домашние спортивные штаны с пола, натягивая на ноги, и встал с кровати, потягиваясь, запуская руку в лохматые кудри, еле передвигая ногами в сторону выхода из комнаты, дабы спуститься на кухню. Внизу суетилась его мать, одаривая старшего сына подозрительным взглядом, как только тот присел за стол, где перед ним стояла тарелка с вкусным завтраком, хоть сейчас уже было далеко не утро. — Милый, ты не заболел? — поинтересовалась она. — Мм, — промычал парень, принимаясь за пищу, и покачав головой в знак отрицания, — я… — желтоволосый замялся, — я вчера был у Райана. Лаура замерла буквально на секунду, но тут же продолжила заниматься своими делами в виде готовки для своей семьи. Не поворачиваясь, она спросила: — Ну как он? — вопрос был по-настоящему глупым. Но она, как мать, всё-таки должна спросить именно это. — Не знаю, — лишь ответил Джош, опуская взгляд в тарелку. — Он не выглядит лучше, мам, — парень сжал вилку сильнее, и женщина тут же решила перевести тему: — Тебе там Брендон звонил, я сказала, что ты ещё спишь… — она хотела продолжить, но старший сын её прервал, отвечая краткое: — Спасибо, мам, — он встал из-за стола, оставляя тарелку с наполовину съеденным завтраком. — Я хочу провести этот день в своей комнате, — желтоволосый улыбнулся, поднимаясь наверх к себе. На телефоне его встретило ещё несколько непрочитанных сообщений, и он просто спрятал его под подушку, игнорируя настойчивую вибрацию. Воскресенье он провёл в одиночестве, сбегая из дома до того, как все домашние соберутся, дабы поехать в церковь; они садились в машину около одиннадцати часов дня, отъезжая от дома, и в одиннадцать ноль семь Джош возвращался в дом, наслаждаясь тишиной двухэтажного дома, бродя из комнаты в комнату, оглядывая стопку домашнего задания, но в итоге заваливаясь в гостиной, смотря телевизор. Уроки он предпочитал делать под вечер, а лучше вообще, утром в понедельник, прямо в школе. Обычно парень ещё позволял себе садиться за барабанную установку, наигрывая знакомые ритмы из различных песен любимых групп, но в этот раз желтоволосый позволил себе разлагаться на диване, оправдываясь в групповом чате перед друзьями, почему он не пришёл к ним в субботу. Брендон: у тебя завтра есть отработка? Джош застонал в голос, вспоминая ещё и уборку классов вместе с самым «замечательным» и «дружелюбным» человеком во всём этом сраном мире. Вы: да, я свободен только во вторник Во вторник они могли позволить себе остаться после занятий музыки в классе, разбредаясь по своим инструментам, в надежде сыграть хоть что-то дельное. Брендон: отлично. Даллон, ты здесь? Даллон: именно. Брендон: никуда не уходи во вторник из школы Джош убрал телефон от себя, спокойно доживая остаток воскресенья, в надежде, что оставшиеся две недели пройдут с той же скоростью, и ему не придётся лицезреть рожу Джозефа больше, чем следует.

***

Понедельник, как учебный день, всегда пролетает достаточно быстро, но уборка класса биологии проходила чересчур медленно, и в помещении как обычно сохранялось упрямое молчание, пока Тайлер не задумал раскрыть свой настойчивый рот, роняя интересующий его вопрос: — Кхм, — позвал он желтоволосого, но тот никак не отреагировал, продолжая отдирать жвачки. — Так, что с Райаном Россом? — выдал быстро он, всё-таки сумев привлечь внимание. Тот вынырнул из-под парты, с удивлением оглядывая капитана баскетбольной команды. — Что… что ты сказал? — процедил Джош, вставая на ноги, оглядывая Джозефа в противоположной стороне класса. — Какая тебе, нахуй, разница? — почти звериный рык вырвался из груди Дана. Тайлер замер с тряпкой в руках, оглядывая приближающегося к нему Джоша, тот так яростно к нему подходил, что сердце младшего забилось в бешеном темпе, и впервые он укорил себя за выпад в сторону Дана, хоть это и был реально интересующий его вопрос, а не повод для издевательств. — Эй! — выкрикнул брюнет, как только желтоволосый оказался прямо напротив него. — Это просто вопрос, — негромко проговорил он, глядя на серебряное колечко в левом крыле носа, а темные ноздри угрожающе раздувались. — Что? Снова меня попытаешься унизить засосав? — в сердцах выплюнул Джозеф, поддаваясь вперёд, словно беря на слабо желтоволосого. Паренёк яростно щипал себя за руку, уничтожая себя этим лишь за желанием, скрытое под этим напором слов. Он не должен хотеть, чтобы эти узкие розовые губы коснулись его, с напором целуя, агрессивно, как и их постоянное поведение. Но в следующий момент они целуются уже во второй раз, а ведь не прошло и даже недели, Тайлер сам кусает нижнюю губу Джоша, заставляя того зашипеть ему в рот, зубами цепляя кончик языка младшего, который просунулся в чужой рот. Снова выходит очень слюняво, но Джозеф продолжает вылизывать рот своего недруга, пытаясь причинить ему больше боли. Он поднимает руки вверх, хватаясь за жёлтые кудри, чувствуя ещё один укус — это уже меньше походит на поцелуй, и больше на очередную драку. В какой-то момент Джош отстраняется, и его губы невероятно, блять, влажные, и Тайлер просто опирается спиной об ещё один застеклённый шкаф, в котором хранятся различные экспонаты, смастерённые на скорую руку. Мягкие, пушистые волосы примялись к прохладному стеклу, и младший смотрит на Дана сверху вниз, пытаясь отдышаться. Пухлые губы чуть приоткрыты, заново маня к себе, и Тайлер не может сдержаться, чтобы не провести по ним кончиком языка. Джош, не отдавая отчёта своей желтой голове, снова делает шаг вперёд, притягивая наглого парня к себе за шею, впиваясь в его губы. Руки младшего сначала всё также безвольно висят, но он быстро находит им применение, хватаясь за ворот майки старшего, потянув её на себя так сильно, что до их ушей доносится негромкий звук рвущейся ткани. И такой мелкий звук словно их отрезвляет, оба отстраняются в одно время: Джош расцепляет хватку на шее, а Тайлер на майке. Желтоволосый опускает взгляд на ворот, оглядывая небольшую дырочку, где разошлись швы. — Ты мне должен новую майку, — лишь кидает он, разворачиваясь, отходя к нужной парте, продолжая отковыривать жвачки от внутренней части. Как будто ничего и не произошло. Тайлер летит на тренировку по баскетболу сразу после класса, не обращая внимания на крики Джоша сзади, что он, вообще-то, должен помочь занести это дерьмо в кладовку. Джозеф хочет заткнуть уши, и просто кидать мяч в корзину, наслаждаясь одиночеством спортивного зала. Команда всё ещё тренируется, когда брюнет выбегает к ним, знакомые парни радостно улюлюкают, встречая капитана, и у них есть полчаса, чтобы немного сыграть. Тайлер по привычке остаётся в зале, слушая лишь свой скрип кроссовок и удар мяча о деревянный пол. Оранжевый шар точно попадает каждый раз в кольцо, не отбиваясь от щита и не пролетая мимо. И Тайлеру становится от этого скучно.

***

Райан Росс умирает в понедельник вечером. На часах было почти одиннадцать вечера, и миссис Бретт, та самая, которая постоянно брала ночные смены, лично оповестила об этом Джоша. Он уже давно попросил, чтобы женщина оставила у себя его номер, если с Райаном случится что-то не то. Та, конечно, очень долго отнекивалась, говоря, что он даже ему не родственник, но спустя пару посещений Джошем парнишки, всё-таки согласилась, забивая номер некогда красноволосого мальчишки к себе в телефон. Джош закрывает глаза, прислоняя мобильник к тёплым губам, оставаясь в душащей тишине своей комнаты. Наклоняя вперёд голову, он чувствует, как его жёлтые кудри свисают вниз, а ком в горле взрывается, заставляя слёзы течь по щекам. Откидывая назад телефон, он утыкается руками в лицо, размазывая слёзы и сопли, шмыгая носом каждые несколько секунд. И после начинает мычать себе в ладони, громче и громче, раскачиваясь взад-вперёд. В какой-то момент комната раскрывается, и в неё влетает Лаура, оглядывая своего старшего сына. И тут же садясь рядом с ним на кровати, обхватывая за плечи своего мальчика, прижимая к себе. — Райан умер, — прогудел Джош, всхлипывая. Лаура, не сдерживая слёз, лишь кивнула, даря поцелуй в жёлтую голову, вдыхая запах шампуня своего родного сына. — Он не тот, кто должен был умирать, — продолжает парень, прижимаясь к своей матери. — Теперь Райану будет легче, милый, — шепчет она в сердцах, — ему же было больно, да? Теперь ему хорошо. Джош не может заставить себя кивнуть, начиная рыдать сильнее, закрывая красное и опухшее лицо руками. Во вторник он не появляется в школе, оставляя в общем чате друзей лишь короткое сообщение: Вы: Райан умер. Весь день и родители, и сам Джош позволил себе провести день в кровати, намачивая наволочку непрошеными слезами, которые скатывались по его щекам постоянно. В час дня, когда родители были на работе, а брат с сёстрами на учёбе, внизу раздался звонок в дверь, но у желтоволосого не было никакого желания спускаться вниз и общаться с другими людьми. Но звонок нещадно повторялся, нервируя Дана, тот закрыл подушкой голову, но через несколько минут услышал странный звук снизу, как будто кто-то неумело раскрывает окно. Вскочив, он подхватил бейсбольную биту из комнаты Джордана, спускаясь вниз, резко выруливая из-за угла в гостиную, встречаясь там со всей шайкой. — Джош! — взвизгнула Хэйли, зажмурившись, когда парень замахнулся битой на своих неожиданных гостей. — Ты чего? — Чего вам? — хмуро буркнул желтоволосый, поведя подбородком, оглядывая каждого, останавливая взгляд на поникшем Брендоне, который держался ничком, за высокой фигурой Даллона. — Ты не пришёл в школу, — начала рыжеволосая, замявшись, — и нам… жаль, — девушка опустила глаза вниз, — по поводу Райана. Откуда ты узнал, его родители же ни с кем не связываются уже как полтора года? Джош кинул биту на диван, уходя в сторону кухни, троица тут же двинулась за ним, как утята за уткой, располагаясь около стола, неуверенно косясь на сломанного друга. — Мне позвонила медсестра, — наливая воды из-под крана, ответил просто Джош, вываливая сразу всю правду. — Я ей оставил свой номер несколько месяцев назад, вот, для такого случая. Друзья молчали, они не приходили к Россу с лета, отмазываясь каждый раз. — Я бывал у него каждую пятницу, — продолжал Дан, боковым взглядом замечая, как странно дёрнулся Ури, и желтоволосый поджал губы, чувствуя нарастающую злость. — Он… мне очень жаль, — послышался голос со стороны Брендона, и Джош прикрыл глаза, говоря себе, что лучше бы его друг даже не открывал сейчас рта. — Да, я вижу, — процедил он, — тебе, видимо, особенно жаль, Брен. Парень потупил взгляд, уткнувшись в спинку стула, царапая обивку ногтем, Даллон повернулся в сторону своего парня, заглядывая в его лицо. — Он спрашивал о тебе постоянно, — ком вновь нарос в горле, а нос неприятно закололо, — интересовался, когда же Брендон, всё-таки придёт к нему. Я не хотел его расстраивать, поэтому говорил, что ты постоянно интересуешься им, — стакан со стуком был поставлен на керамическую столешницу. — Ты бы мог сказать, что идёшь к нему, мы бы собрались, — пытался себя оправдать Ури. — Заткнись! — крикнул резко Джош. — Ты мог бы и сам сходить к нему. Ты же взрослый мальчик, Брендон, почему тебе было так сложно зайти буквально на час к нему?! — Джош! — вскрикнула Хэйли. — Нам всем сейчас сложно, Райан был замечатель… — она не успела продолжить. — Убирайтесь, — вымолвил Дан, теряя эмоциональность. — Просто уйдите сейчас, я не хочу с вами ссориться. Вы не можете говорить о нём со мной, — Хэйли попыталась сделать шаг в сторону желтоволосого, — используйте эти слова при разговоре с другими. Троица, оступившись, всё-таки двинулась на выход, и дом огласил негромкий стук закрытой входной двери. Джош вышел из кухни, закрывая неряшливо открытое окно, смотря на спины уходящих друзей. Прикрыв лицо руками, парень рухнул на диван, поджимая по себя ноги, сворачиваясь калачиком.

***

В среду Джош вернулся в школу, и совсем без желания бродил в этом учреждении, ловя многочисленные взгляды. А шкафчик сегодня был чист. Все знали о случившемся, поэтому никто не трогал его. Даже троица его друзей, они держались ничком от него. Джош сам не хотел ни с кем говорить, и совсем безэмоционально вошёл в нужный кабинет для отработки со всеми нужными предметами: вёдрами, тряпками, швабрами и шпателями. Он оглядывал кабинет истории, осматривая висящие карты и некоторые распечатанные картинки портретов великих людей. Не дожидаясь Джозефа, он принялся убирать пыль с грязных шкафов, лениво двигая рукой, смахивая толстый слой, и он разлетался в воздухе, мерцая на достаточно ярком весеннем солнце. Дверь со скрипом отворилась и в класс, почти как призрак, вошёл Тайлер, не издавая ни звука. Он осмотрел широкую спину Дана и желтый затылок, подбирая шпатель, подходя к первой парте, начиная отскрёбывать жвачки. Когда желтоволосый закончил стряхивать пыль со шкафов, и помог дочистить парты, Тайлер с Джошем столкнулись взглядами, когда двинулись в сторону ведра и швабр. Без слов Дан сделал шаг вперёд, окольцовывая шею брюнета, притягивая его голову к себе, врезаясь губами в чужие. Тайлер раскрыл рот без излишнего сопротивления, позволяя резвому языку проникнуть к нему, сплетая их, и он совсем не следил за собой, потому что во время того, как они отстранились друг от друга, Джозеф прошептал краткое: — Мне жаль, — ореховые глаза тут же были подняты на его миловидное лицо, и на вид хлипкая фигура капитана, была оттолкнута к углу, рядом с учительским столом. Тайлер подумал, что желтоволосый просто его оттолкнул, не желая слышать жалость, но широкая грудь тут же прижалась к нему, и Дан ворвался в его рот злым привычным поцелуем. Джозеф уже не был против целоваться, хоть и пальцы в какой-то момент в наказание щипали мягкую кожу, но когда тёплая рука опустилась на его член, сжимая через ткань чёрных джинсов, брюнет резко запротестовал, пытаясь оттолкнуть тяжёлое тело Джоша. Пальцы сжимали наливавшийся кровью орган, отчего Тайлер начал краснеть и задыхаться от приятных прикосновений, но в то же время напрягаясь, чтобы оттолкнуть настойчивого желтоволосого. Дан лишь прикоснулся губами к уголку его губ, тут же втягивая в новый поцелуй, кусая нижнюю губу, сталкиваясь с зубами младшего, который, хоть и отвечал на поцелуй, но явно хотел высвободиться из тягучих оков старшего. Джош чувствовал под своей ладонью бугор, и сжал его сильнее, ощущая укус на своих губах. Желтоволосый отстранился, продолжая массировать вставший член, оглядывая лицо Тайлера, эмоции которого переливались всеми красками, от смущения до наслаждения. — Не кусайся, — это звучало скорее как предупреждение. — О-отпусти меня, — пальцы вцепились в новую майку Джоша, и тот слегка напряг руки, дабы оттолкнуть парня, но ладонь снова сжалась сильнее. Джош полностью игнорировал его, пытаясь довести до исступления. Вторая рука снова обхватила его шею, заставляя пухлые и влажные губы прильнуть к нему. Тайлер пытался сделать так, чтобы его голова перестала кружится и стала вновь тяжёлой, но ни рука, ни губы Джоша Дана не давали этого сделать. Он запаниковал ещё сильнее, когда пальцы, сместившись с стояка, переметнулись к ширинке, расстёгивая её, и рука скользнула сразу же под боксёры. Прикосновение голой кожи к его чувствительному члену тут же выбило всю почву из-под ног Тайлера, заставляя того упереться сильнее в стену, вжимаясь в неё, и всё внимание было сосредоточено лишь на руке, которая размазывает его естественную смазку по длине его же члена, мягко проводя по тонкой кожице, оттягивая вниз. Рука, из-за не спущенных штанов и самих боксёров, не могла дотянуться до основания члена, поэтому пальцы в основном скользили по головке, очерчивая её. — Н-нет, — выдавливал из себя Тайлер, чувствуя капельку пота на своём виске, которую Джош, не кривясь, слизал, проводя языком по его скуле, оканчивая свой путь на губах младшего. — Дан, нет. На весь класс раздавался характерный звук, когда Джош начал дрочить капитану быстрее, размазывая смазку сильнее, паренёк задрожал в его руках, и желтоволосый понял, что Тайлер уже близко, и сейчас достигнет явно нежеланного оргазма. Сжав его член, желтоволосый чувствовал лёгкую вибрацию, и как самого Джозефа трясло, и сперма уже стекала по пальцам Дана. Тот вынул руку из штанов младшего, демонстративно вытирая свою руку о светлую рубашку капитана баскетбольной команды, полностью избавляясь от белого семени. — Мне жаль, — краткость сходит с его губ, и Джош отходит от него, наклоняясь к швабре, лежащей на полу, опуская её в мыльную воду. Тайлер сглатывает, всё ещё ощущая дрожь во всём теле, и трясущимися руками убирает обмякший член обратно в боксёры, застёгивая ширинку. Он откашливается, и подходит к своей швабре. Тайлер впервые пропускает тренировку, несясь на всех порах домой, чувствуя, как его ноги всё ещё слишком слабые.

***

Похороны будут в субботу, вспоминает Джош, будучи в школьном туалете во время урока английского. Он умывает лицо, ополаскивая его прохладной водой, чувствуя, как он горит словно изнутри. В туалете темно, лампочки еле работают, но света хватает на то, чтобы увидеть подростка, что зашёл в туалет. Их взгляды сталкиваются в зеркале, и Джош не может удержать себя от комментария. — Не мог дождаться отработки? — хмыкнул он, и Тайлер закатывает глаза, оставляя руки в карманах, словно это делает его круче. — Это случайность, — он уходит в сторону кабинок. Джош остаётся на месте, стоя над раковинами, и услышав звук слива, закрыл кран, внимательно провожая взглядом Тайлера, который подходит к тем же раковинам, чтобы помыть руки. Тот чувствует его настойчивый взгляд боковым зрением, и как только поворачивает смеситель, то был припёрт к холодной и грязной стене. Губы снова столкнулись, и Тайлер, подгоняемый самой дикой мыслью в его голове, схватился руками за майку Джоша, ведя за собой в одну из кабинок, в предпоследнюю. Они закрыли дверь, и места почти не оставалось, Джозеф, укусив старшего за губу, насладился его болезненным видом. И опустился на колени, расстёгивая ширинку, спуская штаны с задницы, а за ними и боксёры. — Ты…что, — Джош подавился своими же словами, как только Тайлер, с напыщенной самоуверенностью коснулся языком его головки, беря тут же в рот, очерчивая контур языком. — Сука, — прошипел он, хватаясь за чёрные пушистые волосы. — Потянешь — откушу член, — предупредил Тайлер, снова обхватывая своими влажными губами орган старшего. Пальцы больше не касались его волос — были прислонены к стенке кабинки, пытаясь схватиться хоть за что-то. В итоге одна из рук была поднята вверх, и идеальные зубы впились в кожу на ладони, прикусывая её почти до крови. Тайлер зажмурил глаза, пытаясь взять глубже, и в его рту была уже половина члена, и младший чувствовал тошноту, тут же отстраняясь, вылизывая сочащуюся головку, слизывая смазку. Он чувствовал мальчишечий запах, исходящий от члена старшего, даже смешанный с потом и едва заметным дезодорантом. — Чё-ёрт, — протянул парень сверху, дергая головой, ударяясь макушкой о стенку кабинки. — Джозеф, блять, я сейчас кончу, — предупредил он, и Тайлер заработал языком усерднее, обхватывая одной рукой бедро желтоволосого, ощущая ту самую дрожь, которую он вчера испытывал в кабинете истории. Тёплая белая жидкость пролилась ему в рот, Тайлер без зазрения совести всё проглотил, выпуская с легким пошлым «чпоком» его член, поднимая древесные глаза на лицо желтоволосого, полное незримого наслаждения. Тайлер встал с коленей, и пока Джош не мог ничего произнести, поцеловал его, передавая свой вкус через слюну, и когда отстранился, Дан, застегнув ширинку, лишь произнёс, спеша на выход: — Гадость. Тайлера посетила ухмылка, и тот лишь остался стоять в кабинке, слыша, как хлопает дверь туалета. Опустив глаза на грязный белый туалет, Джозеф во второй раз опускается здесь на колени, засовывая два пальца в рот, дразня корень языка, надавливая на него до такого степени, пока рвота не оказывается в его горле, и Тайлера рвёт в этот унитаз, выводя его завтрак и сперму Джоша. Тайлер снова наказывает себя.