Притяжение

      — Отец, не ожидала тебя увидеть, — Скарлетт натянуто улыбнулась, она уже поняла, что Фабио не отступит и будет служить королю до самого конца. Верный солдат принесет её в жертву снова — это было неизменно во всех витках развития событий. Девушка не могла винить его за это, но и позволять ему снова исполнить свой долг — тоже. Это будет очень тяжёлый и долгий день, который сложно пережить.       — Почему же? Это мой дом, где же мне ещё быть? — мужчина смотрел на жену и дочь, двух горячо любимых женщин, которых готов был потерять во имя преданности Фиору и спасения мира. Это его долг, жертва их семьи, которую они готовы приносить снова и снова, вне зависимости от того, насколько это больно. Переведя взгляд на Фелицию, мужчина холодно поинтересовался. — Она всё знает? Так ведь?       — Да, — нервно сглотнула женщина, испытывая животный страх. Что же теперь будет? Лучше бы Эльза не приходила за ней, не пыталась спасти. Всё только усложняется и теперь, кажется, им обеим не спастись.       — Что ж, значит, нам придётся действовать иначе, — Фабио потянулся к оружию. Он предпочел бы, чтобы все сложилось иначе, и его девочка хотя бы перед смертью была счастливой и не волновалась ни о чем. Увы, это останется лишь мечтами. — Эльза, тебе придется пойти со мной. Раз ты всё знаешь, то должна понимать, что это необходимо. Это твой долг, долг Багряной девы.       — Полюбить и быть растерзанной, — мрачно усмехнулась девушка, резко срываясь с места и бросаясь вперед. Она не сдастся без боя и не важно, что перед ней отец, научивший её всему. Скарлетт намеревалась бороться, как положено любому из её рода! Это их суть — ничто это не изменит.       Эльза ловким ударом ноги выбила пистолет из руки отца, в следующее мгновение её кулак уже устремился в челюсть врага. Действовать было нужно быстро и стремительно, не давая Фабио опомниться, непрестанно атаковать. Удар за ударом, девушка безжалостно нападала на отца, с лёгкостью парировавшего все её удары. Это была не просто драка, а бой двух профессионалов, ни один из которых не мог убить второго. Багряная дева должна умереть на алтаре и никак иначе, а Эльза не собиралась причинять вред своему отцу, для которого долг оказался превыше всего.       — Смирись, Эльза, это твоя судьба!       — Нет! — от сильного удара прямо под дых девушка согнулась пополам, но тут же отскочила в сторону, уходя от очередной атаки. Отец не мог убить её, но это не значит, что нельзя покалечить! Фабио не собирался щадить дочь, бил все сильнее и яростней, давая понять, что уважает её, как воина и солдата. Поединок становился все ожесточённей, удары — всё резче и сильней. Никто не собирался отступать или сдаваться. Двигаться становилось всё трудней, мебель мешалась под ногами, дышать становилось тяжелее, но прекратить означало проиграть.       — Это приказ! — Фабио бросился в атаку, он буквально налетел на дочь, повалив её с ног и навалившись на неё всем своим весом. В следующее мгновение на Эльзу обрушился град мощных ударов, от которых искры плясали перед глазами, а во рту появился солоноватый привкус горячей крови. — Ты обязана подчиняться старшему по званию! Ты же не забыла о своем долге!!!       — Нет! — с трудом произнесла Скарлетт, в глазах которой загорелся огонь противоречия и гордости. Она никогда не могла победить отца, но надеялась, что на этот раз всё будет иначе, она всё ещё надеялась на победу и не собиралась сдаваться. — Я больше не солдат! Вы сами так решили! Отныне я подчиняюсь лишь тем приказам, которые считаю правильными.       Отец и дочь стали непримиримыми врагами, а их цели — кардинально противоположными. Все не могло сложиться иначе, но всё же, Эльза точно знала, что Фабио любит её. И оттого сложнее было драться и смотреть в его глаза. Когда все кончится, они попытаются всё исправить, наладить отношения и всё наверстать.       — Тогда мне не остается ничего иного…       Мужчина умолк и с грохотом упал рядом с дочерью, так и не закончив фразу. Он не двигался и если бы не едва заметное дыхание, то можно было бы решить, что он умер. Над телом Фабио стояла дрожащая Фелиция, держа в руках обломки стула, который обрушила на мужа. Женщина глупо улыбалась и, казалось, сама не верила в то, что сделала. Она всегда была против насилия, но сегодня ей пришлось позабыть о своих убеждениях. И демон её подери, это было невероятно приятно! Кажется, она начинает понимать своего мужа и дочь.       — Мама? — Эльза с трудом поднялась на ноги, в голове гудело, её лицо было всё в кровоподтеках, но она была жива и всё ещё могла стоять и двигаться, а это значит, что ничего не потеряно.       — Иди, я позабочусь о нем, — обломки стула выпали из ослабших рук. — Не всё же ему меня связанной держать, я тоже могу этим заняться. В конце концов, у нас равноправие, и жена имеет право на то же, что и муж. — Фелиция обняла дочь. Больше она ничего не могла сделать для неё, лишь держать до поры, до времени Фабио взаперти.       — Уверена, что справишься?       — Да, мне как раз нужно выучить новую роль… Вот он и станет моим слушателем, — женщина отстранилась от девушки и принялась связывать мужа. В её взгляде застыли горечь и печаль, вселенская тоска, но вместе с тем решимость, достойная истинного воина. — Он никогда не любил театр и мои выступления, а ещё говорил, что я переигрываю. Так что… Думаю, нам будет полезно порепетировать вместе, так сказать, чтобы сблизиться и попытаться наладить наш брак… Ступай, Эльза… Ступай и ни о чем не думай, ты должна выжить несмотря ни на что.