Притяжение

      Сражение с Грехом было тяжёлым и разрушительным, город лежал в руинах, сотни погибших, тысячи раненых, и всё это было уже не исправить, не отменить, ведь у принца больше не было сил повернуть время вспять. Цена победы оказалась высока, но всё же она стоила того. Нельзя жить в вечном страхе, принося новые и новые жертвы. Рано или поздно Брая вырвалась бы на свободу, заполучила бы власть, и тогда миру пришёл конец, он погряз бы в жестокости, алчности и пороках, сгнил, а вместе с ним и все люди. Давно стоило сокрушить монстра, но лишь сейчас людям хватило на это сил, знаний, желания и любви. На то, чтобы всё подготовить ушло слишком много времени, времени, которое бежало по кругу долгие циклы.       — Всё кончено? — Леви рухнула на колени, ноги больше не держали её. Тело девушки, не привыкшей сражаться, била нервная дрожь, а от вида крови и ошметков тел становилось дурно. От Греха осталась лишь огромная безобразная туша, да отсечённые щупальца, всё ещё пытающиеся двигаться и уползти, но это уже была посмертная агония.       — Да, Мелкая, всё кончено, — Гажил опустился на колени рядом с девушкой, отбрасывая в сторону меч, в котором больше не было надобности. — Иди сюда, — мужчина обнял Леви, позволяя той дать волю слезам и рыданиям. Всё кончено, теперь можно расслабиться и вспомнить о том, что все они могли погибнуть, проиграть и потерять свой мир.       — Даже не верится в то, что нам удалось, — Грей с сожалением смотрел на то, что осталось от чудовища. В некотором роде он был повинен в его появлении, ведь его отказ спровоцировал леди Локсар. Но с другой стороны, если бы не это, нашёлся бы другой повод — это было неизбежно во всех кругах. И всё же, печально видеть, до чего доводят желания…       — Если бы не дракон, — Лаксас поёжился, от вида огромного ящера ему становилось не по себе, казалось, что он не менее опасен, чем поверженный Грех. Всего одно движение хвоста или крыльев, и от них не останется мокрого места. От воспоминаний того, как дракон рвал монстра на части, вгрызался в его мерзкую тухлую плоть, даже у опытного воина кровь стыла в жилах. Это было сражение двух чудовищ люди лишь вмешивались, чтобы помочь одному из них.       — Если бы не Эльза, — тихо поправил Жерар, подходя к алому дракону вплотную. Он смотрел на любимую, которая даже в этом облике была прекрасна. Его любовь к Багряной деве оставалась неизменной, они связаны и в этой жизни, и во всех последующих. Эти чувства поставили мир на грань гибели, но они же стали ключом к его спасению.       Дракон опустил морду вниз, чтобы лучше видеть мужчину. Эльза всё понимала, чувствовала, но сказать ничего не могла, теперь из её пасти могло доноситься лишь утробное рычание, но не слова. Девушке, пожертвовавшей своим счастьем, столько всего хотелось рассказать, но даже этой возможности у неё не было, Багряная дева могла лишь смотреть на любимого во всех кругах мужчину, запоминая его образ, чтобы навечно сохранить его в памяти. Им не суждено быть вместе, но у неё останутся воспоминания, которые она будет бережно хранить, лелеять в своем сердце. Глаза дракона наполнились слезами — до чего же больно! Они через столько всего прошли, любили, ненавидели, умирали, предавали и сражались, и всё равно им не суждено быть вместе, урвать свой кусочек счастья. Багряная дева вновь стала жертвой по собственной воле, ради того, кого полюбила всем сердцем, и пусть сейчас она жива, легче от этого не становилась.       — Я люблю тебя, — Жерар ласково провел ладонью по чешуйчатой морде.       Эльза лишь вздохнула, она хотела бы сказать то же самое, но была не в состоянии сделать это. Больше она не человек и не должна находиться в Фиоре, ей стоит улететь туда, где она никому не помешает, никого не напугает и сможет попытаться найти умиротворение. Дракон отстранился назад, расправляя рубиновые крылья — чем раньше она исчезнет, тем лучше. Так будет меньше боли… Хотя сердце уже сейчас разбито вздребезги и хочется рычать, кричать и крушить, взывая к справедливости от судьбы. Вот только всё бесполезно, ставший однажды драконом никогда не будет человеком, тут уже никакие боги не смогут помочь.       — Постой, — Жерар слабо улыбнулся. — Не улетай, ты нужна мне…       Эльза лишь покачала головой, давая понять, что это неправильно, что так не должно быть. Она зверь, ей не место рядом с человеком, так будет лишь больней.       — Не улетай без меня, — Фернандес отошел на пару шагов назад. — Я ведь не всё тебе рассказал.       Дракон склонил голову на бок, непонимающе смотря на мужчину. О чём он говорит? Чего хочет от нее? Эльзе было больно, но она медлила, ведь в её душе осталась крупица надежды, отчаянно не желающая угасать.       — Моя сила — дар Бельзериона, но временем не могут повелевать люди, так что мне пришлось заключить сделку… Для меня это была жертва, ведь плата могла лишить меня возможности быть с той, кого я люблю. Но ради того, чтобы ты жила, я готов был пойти на что угодно… Даже на то, чтобы отказаться от тебя, Эльза. Теперь я знаю, что это был подарок хитрого дракона, он с самого начала знал, что будет именно так.       — О чём он? — прошептала Леви, задавая вопрос, терзающий всех.       — Лишь драконы способны повелевать временем, — догадался Бикслоу.       — Да, настоятель, лишь драконы, — Жерар улыбнулся, смотря прямо в глаза алого дракона. — Я не говорил тебе, чтобы не пугать, чтобы ты верила, что у нас есть шанс. И теперь он есть, мы оба принесли свою жертву… Неважно в каком обличии, но мы будем вместе.       Острая, жгучая боль пронзила тело принца, начиная необратимый процесс преображения. Он больше не будет человеком, но разве это имеет значение, когда твоя возлюбленная дракон? Послышались вскрики, грохот и шум, но всё это было мелочами, ведь Жерар стал свободным от всего, он стал драконом и теперь мог понимать Эльзу, говорить с ней, любить её, быть рядом целую вечность и даже больше.       — Я люблю тебя, моя Багряная дева!       — Дракон? Ты… ты тоже?       — Это моя плата за возможность спасти тебя… Удачно, правда?       — И что теперь? — Эльза воспрянула духом, она была счастлива и душа, что, казалось, была порвана в клочья, вновь ликовала.       — Теперь мы найдем себе новый дом, где будем лишь мы, моя прекрасная Багряная дева. Вдвоём до конца… Не улетай без меня, давай сделаем это вместе.       — Люблю тебя, всегда любила… — в этих словах было всё, что хотел слышать Жерар, всё, что хотела сказать Эльза.       Два дракона взмыли в небеса, кружась в дивном танце, пытаясь обогнать друг друга и сам ветер, для них уже была неважна судьба королевства и людей, они сделали для этого мира достаточно, принесли жертву и получили за неё награду, отныне их счастью ничего не угрожало. История Багряной девы и принца всё-таки обрела свой счастливый конец, а если точнее — новое начало. ***       — Старый хитрец! — воскликнул Двуликий, не веря своим глазам. Даже он не додумался бы до такого. — Ты все продумал заранее, в тот самый день, когда дал ему силу!       — Да, я знал, что его чувства достаточно сильны для того, чтобы принести себя в жертву, а ещё знал, что та, в чьих жилах течет моя кровь, примет верное решение, - не скрывая гордости, ответил бог-дракон.       — Хитрец! — не скрывая восхищения, повторил бог.       — Учись, пока я ещё жив. Любая жертва должна вести к достойной награде — это справедливо.       — Но что дальше? — Двуликий не скрывая беспокойства, взирал на мир, с которым так сложно совладать. — Род Фернандесов прервётся, ведь Антонио больше не может иметь детей. Кто будет править дальше, что ждёт мир?       — Ха-ха-ха! — расхохотался Бельзерион. — Это уже твоя проблема! Мое время прошло, так что я предпочитаю наблюдать, пока у меня ещё есть на это силы. Прошу лишь об одном, думай, что делаешь, второй раз я уже не смогу исправить твои ошибки… Сын…       Дракон не знал, что ждёт мир дальше, да и не хотел знать. Но в том, что Эльза и Жерар будут счастливы, не сомневался ни одного мгновения, ведь драконы умеют любить по-настоящему.