Россыпь подарочных однострочников

Танцует девушка, лег ее шаг. Переливается платье, словно оно живое пламя. Отброшенные уверенной рукой волосы опадают на спину словно водопад. И нет никого, кто притягивал бы взгляды больше чем она. Дьявольская плясунья, зовут ее люди. Добрая сестра, зовут ее бродяги морей и суши. Для каждого своя, призрак уходящей эпохи. И поет невидимая скрипка под ее танец. Она разражается громким звучанием в начале, отбивает ритм резким падением в середине. Низкие, басовые ноты, разрывают тишину над толпой, и тогда она готовится падать на мостовую, чтобы со следующим страстным звуком взлететь чередой движений. Ее невозможно поймать, невозможно увидеть, если желаешь этого больше всего. Ведь хранима она всеми – обитателями морей и океанов, друзьями, что не уходят и остаются рядом. Именно они дарят недостающую танцу мелодию – дьявольская мертвая скрипка, страстная упрямая гитара и чарующе-мелодичная и опасная свирель. И танцуют лепестки ядовитой сафлоры всякий раз, когда она смеется и исчезает. Ты знаешь, что если искать ее намеренно и постоянно думать о ней, ты никогда ее не увидишь. Но если отпустить мысль о ней дальше и приостановить лихорадочный поиск в чужих глазах, буквально этим же вечером ты вновь услышишь звуки скрипки, вдохнешь запах цветов и увидишь танец. Марко давно знает ее. Сестру Эйса, лихую девчонку с пламенем в глазах. Последнюю Королеву Пиратов. Его фрукт не дает ему умереть, а ее память не дает ей уйти. Они зациклили друг друга в долгом существовании. И путешествовали вместе и путешествовали раздельно. Но больше никогда не собирались на кораблях. Она теперь путешествует тенями мира мертвых, что ей открывает дорогой друг, а он летает сам. Давно уже умерли прежние враги и друзья. Прошли десятилетия с момента ее коронации. Давно уже покрылись пылью их корабли. Потихоньку зарастают травой могилы. Но связь их памяти нерушима. И поэтому они не одиноки. Трое остались с ней. Не захотели уйти, раствориться. Музыкант команды Мугивар. Напевающий Брук, Дьявольский скрипач. Он водит ее тропами мира мертвых, из тени в тень. Он играет только на скрипке. Археолог команды Мугивар. Дьявольское дитя Нико Робин, Ядовитая свирель. Она осыпает каждый шаг ее пути лепестками цветов и смотрит-смотрит-смотрит. Только на нее. Мечник команды Мугивар. Когда-то Охотник на пиратов Ророноа Зорро. Когда она умирала, он вырезал всех кто пришел за ней. Никого не оставил в живых. И поэтому он навеки остался Дьявольским мечником. Он все еще хранит ее и играет на гитаре. Гитара выдает низкие, тягучие мелодии или несет на лихой волне, отражая мятущуюся душу вечной странницы. Дьявольский квартет приходит в те города, где готова поселиться тьма и прогоняет ее. Не позволяет остаться. Заливает каждый темный уголок светом дикого костра и заглушает стылые голоса громким смехом и музыкой. -Ты смирился? Луффи перебирает бусины браслета. Она собрала его из бусин ожерелья брата, они разошлись по рукам тех, кто был на площади в тот далекий день. Хоть и больше половины бусин уже другие – те рассыпались пылью или пеплом. -А ты все еще надеешься? Вечный диалог. Марко не меняется и ему тяжело вливаться в поток времени. -Я никогда не отпущу эту надежду. Она живет не только во мне. Луффи качает головой, и он снова засматривается на черный шелковый водопад. -Тогда я отдаю свое смирение в костер твоей надежды. Они знают. Однажды, на осколках умирающей эпохи, держа в руках драгоценные бусины воспоминаний, они сгорят в последнем танце и пойдут дальше. Ну, а пока, у них есть еще немного времени, всего лишь маленькая зацикленная вечность.