Глюк системы 2.0

***

      -.....Отдадут и упадут       Отдадут и упадут       Отдадут и упадут, как ты сааам.       Мерный стук и шум двигателя в ночной тишине. Тихая песня из магнитолы переливается звучанием, но что-то вклинивается. Кто-то. Рядом раздается напев в тон.       — Как мозг играет узнааай       И ты пал, не видя под собой дна       И ты пал, не видя…       ПО-МО-ГИ МНЕ       Осознать, в какой момент сошёл с ума       Док, не вижу в зеркале себя. — Доу негромко подпевал. Спящие в машине сокомандники не шелохнулись.       А Глич всё слышал и лишь сильнее проваливался в сон, убаюканный и спокойный. Дежавю оказалось забыто в мутных грёзах.       

***

      Аз дернулся и подскочил….неудачно вписавшись носом в переднее сидение. Пот лился градом со лба, а сердце всё ещё колотилось, как у зайца перед охотником. Аластор рядом столь же прерывисто открыл глаза. Тело его откровенно трясло, а по глазам было ясно, что сон и реальность игрок пока не различает.       — Парни…всё в порядке? — раздался неуверенный голос Доу с переднего сидения. Машина недавно остановилась, двигатель ещё тарахтел. Все взгляды были обращены на парней.- Вы метались…       — Всё в порядке, — Аз поморщился и помассировал виски.       — Всего лишь глупые сны, ничего существенного, — пришедший в себя демон улыбался как ни в чем не бывало, оперативно подавляя тряску.       — Уверены? Я могу посмотреть и поправить, если что, — Глич зевнул и чуть размялся. Дежурство сдавать было ещё нескоро, но, кажется, это случится раньше запланированного.       — Да-да, береги силы на что-то более стоящее, — мах рукой и открывающееся окно. Надо закурить.       ….       Сон.       Это был просто сон. Кошмар, если говорить совсем уж прямо. Только Аз четко понимал, что это явно не его — свои он помнил, мерзкие, серые, с привкусом крови и запахом железа, разнообразием те в последнее время не отличались.       Но этот.       Картины в памяти всплывали четко. Коридоры. Незнакомые коридоры переплетались лабиринтом черных проходов на фоне дорогих картин и тяжёлых портьеров, почему-то смешивающихся с типичными для хрущевок драными обоями в придурошный цветочек и коврами на стенах. Полная каша в голове.       За ними что-то гналось. Причем именно за НИМИ — хозяин сна присутствовал. Тщедушный подросток с испуганными глазами и нервной улыбкой, малолетняя трясущаяся нелепица в побитом жизнью смокинге.       Это что-то напоминало женщину поначалу. Ну, до того, как Аз пустил ей пулю в лоб. Винтовка возникла буквально из воздуха, сверкая голубым глазом на корпусе, спасибо старой сволочи хоть за это.       Возвращаясь к тому, что осталось от женщины….оно оплыло. Как свечной воск. Только бежать пришлось всё равно. И это было тяжело.       Гребанные сны, гребанные бесконечные коридоры, гребанный трясущийся балласт, который приходилось крепко держать за руку, чтоб эта хтонь, не дай Феликс, его не сожрала.       «Дверь, сделай гребанную дверь!» — рявк на грани мысли и голоса. Это ж его чёртов сон, пусть сам и помогает!       И это сработало.       Щелчок. Брюнет спешно запер все засовы и подпёр единственное их спасение ближайшим предметом. Вроде бы, это был стул.       Медленное сползание по стенке с прерывистым дыханием. В гробу он видал такие побегушки, особенно во снах. Нелепица же зажалась в угол и задрожала, обняв колени. Просить помощи у этого создания всё равно, что говорить с вазой — оба декоративные и бесполезные.       ….       Дверь была хорошей. Добротной такой, Глич б похвалил бы. Только от голоса это не спасало. Оно звало. Всё тем же женским голосом. Говорило с хозяином сна.       Аз не помнил точных слов и даже врядли вспомнил б голос, но суть упустить было сложно.       Оно уговаривало открыть дверь добровольно. А потом начало её выбивать, не переставая говорить с ними.       Что парень помнил точно — свои дрожащие руки, сжимавшие оружие и те секунды до слома единственного их щита. Помощи нет. Оно не часть сна. Оно тоже тут лишние.       И зачем Аз посмотрел в искаженные глаза?       Выстрел. Выстрел. Выстрел.       Крик до боли в горле.       «СДОХНИ, ГРЁБАННАЯ ТВАРЬ»       Это не помогало ничем, даже успокоением. Просто сливалось с грохотом и звоном в ушах. Адским пищащим звоном и бешеным темпом пульса, долбящим в висках.       Он даже не следил, сколько вогнал. Да и зачем? Оно казалось чем-то неизбежным, необратимым, как ураган или цунами. Серокожое, искаженное, пропускающее через себя его снаряды. И эти глаза…       Раздался ещё выстрел.       Бах. Бах. Бах.       Пистолетик в тощих жалких ручонках выглядел игрушечным. Но Аз смотрел на незарастающие дыры в теле сущи и слышал пробирающий до костей адский, надрывный крик.       Это пробудило их обоих.       

***

      — Ты понял, где он? — осторожно спросил Хьюго, придерживая шляпу в руках       — Агак.- Глич улыбался. Но эта улыбка…. что-то очень нездоровое посверкивало в выражении.       «Ладно, не зря отослали Сириуса в разведку»       — …я не знаю, точно, но мы сузим круг поисков. — он хрустнул шеей, потягиваясь после сна. — Это отродье сельхоза увело тело, я ж говорил, да? Ну так вот. Это тело нашего главного злодея.       — О, это и вправду сужает круг! — Хост чуть ли ни восторженно подпрыгнул, глаза загорелись воодушевлением.       — Значит, держим путь в Июль.- сорвался с губ задумчивый комментарий. Нда, сражаться с местным главгадом не хотелось б, но, видимо, придется.       -…у меня даже почти получилось вывести его из строя, — Поттер продолжил, словно не заметив, — но мне помешали. У него такой славный братик. Они вроде как друг друга ненавидят, если я правильно понял, а он всё равно защищать полез. Как мило.       Он хихикнул. Мурашки прошли по коже. Отчего-то, звучало это больно жутко.       -…давай-ка ты ещё поспишь, пока можешь, окей? — вздох, щелчок зажигалки, попытки уложить младшего обратно на спальник свободной рукой. Ему ещё не скоро до дежурства       — Да-да, я тоже хотел, — младший игрок активно закивал, натягивая обратно плед.- Что-то чувствую себя не очень, дебафов вроде нет, а все равно неприятно.       — Вот и отлеживайся, все равно моя очередь, — рука резким движением натянула одеяло на лицо.       ….       Опять что-то случилось. И опять молчит. Засранец.       

***

      — Глупый ты, мальчик, глуууупый, — тягуче, но всё ещё тяжело для разбора произнесла существо.       Найвс Миллионс не мог пошевелиться. Даже вдохнуть. Только смотреть. В пустых глазницах напротив его лица горели огни. Он не понимал, чем оно разговаривало.       –…нельзя так что попало в тело пускать….не вытравишь же потом, — костлявая ладонь …нет, даже просто голый скелет кисти руки, проводил по его щеке.       Он снова маленький мальчик. Маленький, жалкий, неспособный защитить себя и брата.       Флауи где-то рядом. Он был целью этого нечта, и он же оказался обездвижен первым. Снова в той странной форме, напоминающей козлёнка.       -…как я сочувствую твоей будущей девушке. Ну ладно, это не моя проблема, — оно хохотнуло и отошло на пару шагов, лениво повернувшись в сторону второго обитателя тела.- А ты…хаха, нехорошо так всяких мимокрокодилов обманывать. Наобещал мальчику небось, а сам и сделать ничего не можешь.       Скелет щёлкнул пальцами. Форма монстра осыпалась прахом, оставив лишь цветок. И тот был в отчаянии.       — Сыграем в «любит-не любит»? Хотя…- взор снова оказался обращён на Миллионса. Блондин чувствовал, как что-то внутри сжалось. Это страх? Он давно не испытывал чего-то подобного, — …разберусь позже. А вот с твоим вместилищем надо что-то делать….прости, малёк, ничего личного.       ….       ….       Он жмурился. Нет сил сопротивляться. Жмурится сильно, до слез. Пока не случился взрыв….       Распахнувшиеся глаза увидели отражение, наводящее пистолет на существо.       Вэш?!       — У нас гости? Прелесть то какая. Братишку защищаешь? Молодец, так держать, — оно стояло как ни в чем не бывало. И уклонялось от пуль так же, абсолютно невозмутимо. Ни единого следа на одежде. — Ну ладно, раз уж меня прервали, продолжим в реальном мире. Спокойной ночи, мальки и цветочная сволочь.       ….       Всё кончилось?       Так Найвс Миллионс проснулся в поту, впервые за долгое время ощутив забытое чувство. Как же давно он не ощущал страха….       Флауи не комментировал. Флауи молчал. «Ты и так всё понимаешь».       *Вы не хотели смотреть в глаза смерти, но та решила иначе. Несмотря на всё, вы всё ещё полны РЕШИМОСТИ.       

***

      — Их снова нет на указанном месте.- строгий тон молодого человека с голубым каре раздался в едва различимом шуме пустоши.       — Правда? Жаль-жаль, — нечто усмехнулось, потягиваясь гибким юным телом.       — Зверь, признайся, ты специально водишь нас кругами?       — Что ты, Блусаммерс, конечно нет, — фырк глухо прозвучал из-под маски.- Зачем бы мне это понадобилось? Я же не виноват, что они быстро двигаются в последнее время.       — Ты бы давно мог сам их поймать или просто прикончить.       — Мог. Но не буду.       Лицо собеседника исказило форменное бешенство:       — Ты издеваешься? Весь план господина полетел червям под хвост, а ты ещё…       — С какой стати я вообще что-то должен? — существо грубо прервало словестный поток абсолютно спокойным тоном, — Я согласился помогать, но не нанимался в слуги. Приближаться к этой компашке не буду, даже не надейтесь, можешь и Найвзу так передать.       — …хотя бы ответь, почему? — притихший оппонент поднял взгляд, явно стараясь глушить внутреннее негодование.       — Среди них больные. Не хочу заразить этой гадостью колонию.              ***              Пустые коридоры, пролет за пролётом       Лаборатории. Не белые, грязные, в кровоподтеках, брошенные камеры и валяющиеся тушки тех, кого он уже обезвредил.       Сириус отстал и шел по другой дороге. Подаст знак, если что-то случится.       Аз старался пролетать быстрее. Намораживаемая дорожка льда для коньков оставалась позади. Какое же поганое место, видят боги. Почти кожей парень ощущал, сколько неудачных экспериментов видели эти стены, а их тени с сожалением видел игрок       «Ненавижу,» — только держалась мысль. И места, и мразотных докторишек, считающих себеподобных за скот.       Наука не двинулась б вперёд без этого. Но Аз имел полнейшее право их ненавидеть       В конце концов, его самого вскрывали на таких столах, и не один раз. Спасибо блокираторам, что те срабатывали исправно, и он не сошел с ума после первого же.       Хотя это было забавно, лежать и смотреть, как сволочь в белом просто роется в твоих кишках, будто дитенок в песочнице, а из мыслей при этом только «Фига я внутри страшный».       Нервный смешок вырвался из горла, но перекрывался двумя выстрелами — парочку болванчиков по его душу таки выпнули, во бедняги.       Посланные пули не убили б, только вырубили. Что ж, в этом прелесть оружия, завязанного на душе.       Пролёт, пролёт, беглый взгляд,…просвистевший мимо гвоздь.       О, а теперь что-то чуть более серьезное.       Маленькое чудовище вышло из-за угла. Прелестная белокурая девочка в платье-ночнушке. На деле просто маленькая злобная, но очень верная стерва.       — Это ж как меня не уважают, что натравили ребёнка, — издевательски протянул брюнет, надвигая маску поудобнее одной рукой. Вторая же плавила под летающий гвоздь до состояния капель.       Ту аж перекосило. Жаль, зря не дал бедняге покорчить из себя невинную заблудшую овечку. Но девчонка оскалилась и выдала почти торжественно под перекрестный град гвоздей и пуль:       — Обиднее будет сдохнуть от рук «ребёнка», да, Каратель?       Узнала тело, чертовка.       — Имя не мое, — он рванул вперед. Противный скрип и лязг почти не слышно. — И не бойся, никто не умрёт…       Гвоздь сбился с курса из-за пули и отрекошетил в какой-то монитор. Жаль, такой б Бэмби увезти.       -…я не убиваю соплячек вроде тебя, — очаровательная улыбка скрыта под маской, но вот девка бесится не по-детски, что-то даже отвечает, да только настроения на беседы не было.       Гмо-шница рвет, мечет и старается сократить расстояние. Искусственное существо, не совсем человек даже.       Хорошенькая, а как дерётся…к себе столь увезти? Выяснить как сделали, перевоспитать и вот тебе замечательный солдат. А уж когда вырастет…       Очередной нервный смешок. Не-не-не, не уподобляться тем кого презираешь, не-не-не       Резкий выпад и…либелла. Поворот в «ласточке». Хотя старик за такое использование этого элемента на него наорал б со всей имеющейся силой лёгких.       Полоса ледяных шипов встала меж ними. О, этот шок!       И резкий рывок под рёв пламени, выплавившего дыру. Слабоватая тушка отлетает в сторону и проезжает по льду получив удар крестом.       Занос дула и почти случившийся выстрел, но…       Тело внезапно пронзило болью и перекрутило. Рука всё ещё сжимала оружие, но сам он лежал на полу, чувствуя, как тело откровенно корёжит.       Самодовольная рожа на фоне неестественно-голубых волос и белой одежды. О, а вот и ее дружок. Легато Блусаммерс собственной абсолютно голубой персоной.       — Ты не могла справиться с этим отребьем? — эспер смотрит с таким презрением, что ещё уметь выдать надо.       — Заткнись, — шипит на него с пола девчонка, пытаясь встать, — …кончай с ним, если пришел.       »…окей, старый урод, вперёд, но ненадолго.»       ….       Легато с шоком смотрел, как искореженное тело поднимается, будто сломанная марионетка.       Как одержимые. Так движутся одержимые.       Маска демона упала, обнажив лицо. Искаженно, как и тело. Как вообще на нем может быть одновременно скорбное и улыбающееся выражение?       И глаза. Холодные, мертвые, голубые, слишком сияющие.       В помещении стремительно холодало, а пулемет в руках сломанной куклы трансформировался в меч, переплавляясь аспидово-серой амальгамой.       Тот, чьим основным оружием являются манипуляции с телом, честно пытался ответить в ближнем бою. И у него стремительно не получалось. Что-то уже перехватило контроль над противником и играло за него, словно кукловод.       Гвозди пришедшей в себя Элендиры не помогли. Он их не плавил, нет, с хирургической точностью их отбивал. Мечом. Абсолютно устаревшим для этой планеты оружием.       …       — Господин Найвз.....- хрипела побитая тушка, пока ее связывали. Напарница уже лежала рядам, скованная по рукам и ногам       — Ой да сдался тебе этот белобрысый паразит, — усмехалось чудовище с лезвием, затягивая узел на его запястье. — Не привязывайся, мальчик, к таким, не привязывайся. Найдет твой ненаглядный идол замену, будешь сидеть с разбитой надеждой и смотреть как он уходит с каким-то ублюдком, ха-ха, в красном! Боже блять, как ж я ненавижу красный!       

***

      Чужой напев отдавался эхом в зале и аккомпанементе пианино.       Найвз настороженно двинулся. Как он проник, если за главный ход ещё ведется битва?       Он узнал эту фигуру. Тёмно-синие волосы в хвосте, алый от крови плащ. Другой Легато.       — …та-та та-та та-та та-ра-ра-ра, — продолжал вторженец, но замолчал. Тяжело продолжить, если сдерживаешь удар лезвиями.       Щупальце, состоящее из концентрированной тени (как-то иначе Миллионс это назвать не мог) легко заблокировало удар.       — …какое грубое отношение к гостям. Без предупреждения и вот так, — он повернулся. И снова чернота заблокировала обычно летальные удары. Как и ожидалось, это не просто человек. Широкая улыбка смотрелась искаженно, неправильно, словно пришито. А глаза…- Хотя и с моей стороны было некрасиво входить без стука. Мне ооочень стыдно.       Театральное растягивание гласных раздражает. Но голос…у Миллионса возникло ощущение галлюцинаций. Тон слышался как как через сломанный динамик.       «Не удивляйся. Это всего лишь иномирец»— голос соседа по телу отдался в голове. И вправду. Удивляться уже нечему.       Найвс попытался скрыть следы напряжения. Нельзя сейчас показывать слабость.       «Да-да, больше пафоса, божественный ты фикус»— едкий тон Флауи чувствуется за километр. Тоже нервничает.       — Чем бы ты ни был, ты пожалеешь, что посмел осквернить это место своим присутствием, — властный тон, задранный подбородок и ленты лезвий, закручивающиеся под потолком. Надо же достойно встретить «гостя».       — Знали бы вы, как часто я это слышу, — вторженец склонил голову вбок. Найвс был готов поклясться, что видел у тени оппонента рога.       Эхо громыхало столкновениями лезвий и щупалец, вырвавшихся где-то из-за спины противника       — Вы сами прекрасно знаете, зачем мы пришли, — послышалось среди звона. Тени формировались в мелкие силуэты с светящимися глазами и начинали нападать, — и мы не уйдем, пока не закончим с ним.       Найвс ухмыльнулся. О да, лезвие по лицу было определенно понятным ответом.       — Как грубо и глупо, исход битвы же понятен, — нечто в чужом теле отступило на шаг. Тени накинулись вместо него.       — Я не проиграю какому-то жалкому человеку, — что-то вскипало в крови. Миг, всего секунда и резкое движение ветра, от фигур ничего не остается под шквальной атакой.       — Ох, дорогуша, я уже почти сто лет как не могу считаться таковым, — протянул иномирец и лишь шире ухмыльнулся. В руках заблестела старая модель микрофона. — Не недооценивай Радиодемона.       …тени стали нападать сильнее.       Лязг превратился в уже неощущающийся звук. Кокон. Эти твари пробивались даже через образованный лезвиями кокон.       Но это лишь будило ярость. Пространство комнаты слишком мало, а всё что в ней было превращено их боем в руины.       Не цепляться. Сентиментальность не поможет ни ему, ни сестрам. Если твари пройдут дальше, от мира ничего не останется.       Но это явно не то существо из сна.       Резкий рывок, развеивание существ в пыль резкой атакой — они с противником почти нос к носу, отступать ему, как тот делал ранее, уже некуда.       Оно скалится, защищаясь щупальцами и ими же пытаясь порвать Найвза надвое. И оба слишком хорошо увиливают, слишком хорошо уклоняются.       Но раздался выстрел.       — Хаха, Бэмби, тебе, кажись, всё ж нужна помощь? — знакомый прокуренный голос исходит от входа.       — Что-то вы не торопились, — хмыкнуло существо.       — Флауиии, я пришёёёл, — послышался мерзкий такой тон.       Найвс был готов уже рычать и метать. У существа из его ночных кошмаров было лицо и голос брата.       …       И Найвс Миллионс, и Флауи о конца надеялись, что не придется применять ИХ. Но надежды оказались тщетны.       ***       Он зашёл, сверкая неизменной улыбкой.       Флауи признал его по зрачкам. Цвет глаз и склеры. И голос. Отвратительно двоящийся и давящий на уши (чужие, но тем не менее).       Санс. Другой Санс. Иногда заходивший Санс. Он помнит его, он его видел.       Чудовище, уничтожившее всё.       Флауи знал о других вселенных, как и все, кто способен манипулировать временем. Да и в их вселенную забегал и другой Санс — нелепо-неукоюжий, с огромной кистью — этот иномирец появлялся чаще всех.       Защитничек, чёрт бы его побрал. И, кажется, реально побрал. В какой-то момент, он просто перестал приходить. Как и все другие гости из параллелей. Их «космос» вокруг вселенной просто вымер.       Цветка это не волновало. Его в тот момент вообще ничего не калышило — своих проблем было ворохом. В конце концов, случился истинный пацифист и слащавый хэппи-энд, после которого игрок покинул мир, оставив их доживать самостоятельно.       Флауи чувствовал, что этот хэппи-энд что-то сломал в нем.       Фриск не отставала от него. Это бесило. Жутко бесило. Первый год он, собственно, только и делал, что бесился с ситуации и своей немощности. Гребанное цветочное тело.       А потом оно треснуло. Что-то, переключилось. Цветок как сейчас помнил — в тот день ему было…смешно. Он посмеялся с какой-то дебильный шутки с телевизора. Она не была злой или циничной, просто глупой, в стиле того, что иногда выдавал улыбающийся мешок костей.       Потом почувствовалось…тепло. Зимние праздники. Подарок от Фриск. Отреставрированный медальон. Флауи впервые заплакал.       И это, опуская мелкие происшествия — удовольствие от вкуса, разочарование от пропущенного сериала, воодушевление от звёздного неба.       К своему ужасу, Флауи начинал ощущать эмоции. Непонятно как, непонятно почему и непонятно зачем.       Всё могло быть хорошо.       Могло, да не стало.       Катаклизм, трещина на месте барьера, странная болезнь. Вирус. Вирус, поразивший их вселенную. Причина странного вакуума вокруг.       Они заражались один за одним и превращались во что-то, что нельзя было остановить. Паника охватила всех и вся.       Он не мог заразиться. Оно поражало души, а таковой не было у Цветка.       Фриск хотела бороться. Фриск искала решения…Фриск не простила Флауи трусость и убийства.       Оно подобралось слишком близко.       Что ещё он мог сделать, чёрт подери? Бороться? Со штукой, что выкосила столько людей и монстров? Идиотизм! Полный идиотизм!       Им было уже не помочь, оно их сожрало и выплюнуло, оно перевалило их мир, что ещё оставалось делать?!       Оно убило их, и отца, и мать, и даже улыбающегося придурка с его костями! Оно убило и сожрало их!       Перезапуск не помог, всё было обречено, оно снова полезло!       Фриск злится, глупый ребенок! В чем он был не прав, когда перебил всех, кого позволяли силы, схватил её и души, а после сбежал прочь?! Глупо, жестоко, трусливо? Чёрт возьми, да! Да только те, кто остались, сгинули, а они вот, ещё живы! Чара не для того жертвовала собой!       …       И вот, оно тут. В обличии черного урода. В обличии обожаемого братишки его нынешнего «партнёра» по телу.       Они оба знают, что будет, если проиграть этой погани.       Флауи уже всё показал, что мог. Найвс боится, хоть и пыжится, как может. Если раньше он просто хотел отвоевать сёстрам свободу, то сейчас всё стало сложнее.       Что толку от свободы, если оно всех пожрет?       Они обязаны не пустить это дальше. Бежать уже некуда.       *Вы смотрите в глаза страху. Темнота вам улыбается. Вы чувствуете РЕШИМОСТЬ.       

***

      Пространство вокруг искажается.       Лозы оплетают стены.       Кажется ещё немного, и зазвучит тема боя с боссом, только….вместо нее слышен лишь хохот. Искаженный двоящийся хохот.       — Серьезно? Омега Флауи? Оригинальнее быть не можешь? — Глич смотрел на фигуру под монитором.       Справедливости ради, от Омеги оно отличалось. Лозы переплетались с лезвиями, под монитором с лицом виднелась фигура человека в «распятой» позе. Этакий симбиоз.       Ответом стала лишь атака.       Очень невежливо, оооочень.       Короткая телепортация, выстрел и вспышка — как удобно, когда противник не двигается.       — Если тебе удалось их уничтожить, это не значит, что я тоже дамся легко, улыбающаяся мусорка! — Омега соизволил заговорить. Тоже двоящимся голосом. И опять так неоригинально.       Глич оскалился.       Он ненавидел свою прошлую работу всеми фибрами души, если б она была. Но сейчас…он был в своей стихие.       Почему-то так хотелось смеяться.       Удар, удар, выстрел — гадина умудряется скрываться за неким подобием щита. Видимо способность от злодея, либо же от зелёной души.       Резкая боль и столкновение со стеной. Его ранили? Вот ужас.       “Это всё? Флауи, ты жаааалок!» — вырывается заливистый хохот.       Союзники вроде отстреливают на фоне — Глич различал пламя бывшего наставника и росчерки алого от Эмина. Но все уходило на второй план.       Оно умрет.       “— Я заставлю тебя умирать раз за разом, жалкая пародия на живое существо!" — стало ответом от оппонента. Звучит смешно.       Выстрелы, выстрелы, выстрелы, боги, всё просто сливается и изредка разбавляется телепортом.       Тело движется как механика. Опять.       Оно ранит раз за разом, а тушка всё бросается вперёд, рвёт лозы, принимает пули и лезвия, рвется через психодел вспышек и смены цветов. Полоска хп и маны скачет.       Раньше всё было по-другому. И в битве, и в игре.       Больно.       БОЛЬНО.       Вытерпеть. Как в игре. Всё как в игре.       *Вы зовёте на помощь       *Но никто не пришёл       Непонимание. Как так, что случилось со сценарием?       Парня вновь отбросило в сторону и столкнуло с балкой.       *Вы снова зовёте на помощь.       ….       ……       *Но никто не пришел.       «Помощь? Ты надеешься на их помощь?!”- теперь уже Омега захохотал, -”Тебя бросили свои же союзники. С чего ты взял, что ОНИ захотят тебе помочь?»       И вправду. Никого рядом нет. Он один против остался.       …       Ну и хорошо. Ну и ладно. Это его бой и их выбор. Не сейчас. Уничтожить.       Лиана подхватила его ногу и несколько раз швырнуло об ближайшую стену. Что-то хрустнуло.       Больно. Злость ударяет в голову со сбитым дыханием и шумом в ушах.       Не хотят? Хорошо. Заставим.       .хехе. Не Флауи тут главный герой.       Вывести. До потерь.       Оскал и демонстрация первого. Глич слышит гневный крик.       “ЧТО ТЫ С НЕЙ СДЕЛАЛ?!»       Медальон-сердце оказался на шее. Глупый был вопрос в их ситуации. Довольство внутри разгорается и греет.       Демонстрация второго. Прости, Малек, не гарантирую сохранность твоего братишки.       Ярость начинает смешиваться с отчаяньем. Амальгама болезненных цветов.       Сестрёнку жалко? Мне тоже. Но это твоя вина.       Идеальное состояние.       Несколько росчерков старым кинжалом.       Протянутые нити вцепляются в экран. Главное установить связь.       Он злится. А оно трепещет. Душа боится грубой хватки. Времени нежничать нет.       Зелёный свет покинул Омегу.       ….оно сопротивляется. Оно пытается вырваться из рук и вернуться к цветку. Глупенькое. Совсем немного попутало стороны. Больше нитей — оно покорно замирает в руках. И страх теперь исходит не от души, а от противника. Глич видел глаза. Шок, непонимание. Не ждал, что так можно? Хаха, это ещё не всё.       Щита у тебя больше нет.       Флауи язвит, но даже экран отражает панику. Глич улыбается. Насмешливо. Он чует. Этот отчаянный ужас. Зверь почуял пущенную кровь и страх раненого.       Они покидают его за одним. Точнее, Глич вырывает их. Под градом ударом по отсутствующему щиту. Полоска хп скачет.       Нити опутывают сопротивляющихся. Они рвутся обратно. Наверно, внушение от этой сладкой парочки. Ну ничего, потом Глич обязательно извинится.       Но пока сопротивление гаснет в удушении и тонких голубых нитях.       Желтый сдался последним.       «Нет, нет, НЕТ, ТОЛЬКО НЕ СЕЙЧАС», — на Глича накатывает эйфория от этого надрывного крика, — Я НЕ МОГУ ПРОИГРАТЬ ЭТОМУ ОТРОДЬЮ»       Победа на кончиках пальцев….срывается в один миг. Перед глазами всё смазалось в единую кашу.       Время. Кто-то отмотал время.       

***

      — Не мешайте нам.       Невысокий силуэт отдавался помехами и отстреливался черными сгустками, стекавшими кляксами по щиту. Но атаки шли.       Аз, чёрт подери знал.       Оно разрастается.       Доу, гребанная сволочь.       Аластор постепенно выбивался из сил и заходил за спины товарищей. Потому что первый, потому что приставлен был следить и великолепно справился со своей задачей первых атак уже второй раз.       Эта тварь метила на души, которые притащил прошлый «кандидат» на статус источника заражения.       Не попасть под сгустки. Ни в коем собачьем разе не попасть. Тьма уже начинает расстилаться под ногами, уничтожаемая лишь огнем и Эмином.       Сириус тут, хотя больше всего хотел бы быть в соседнем зале с крестником.       Тьмы все больше. Они не справятся.       

***

      — …давай договоримся? Тут правда нужна твоя помощь, — оно положило руки на стекло. Пульсация отдалась в ответ.       — Я понимаю. В смысле, ваше человечье я понять не очень могу, но гнев вполне осознаю.       Лепестки по ту сторону стекла начинают расходиться.       — Ваша зараза уже тут. Она их убьет. Ты же не хочешь, чтоб они все умерли?       Она смотрит. Та, что сейчас заключена в сосуде.       — Да. Как у вас. Тут ещё есть шанс, так что подсоби. Мы хотим жить, они хотят жить, а ты хотела бы с этим покончить, разве нет?       Отклики эмоций. Мертвый человеческий ребенок это всё ещё мертвый человеческий ребенок. Зверь находил это утомительным, но сейчас от этого ребенка зависла жизнь планеты.       Облегченный выдох       — …хорошо. Спасибо, Фриск.       …       *Вы хотите вернуться на точку сохранения?       /Да       Нет       

***

             Как…как так вышло?       Глич смотрел на происходящее и просто не мог осознать картину       Вирус…он ходил все это время с ними?       Пересеченные взгляды. Доу. То, что им было. Он смотрит на него с надеждой. Вирус, чёрт подери, смотрит на него с надеждой и будто ждёт помощи!       «Мы хотим тебе помочь»— раздаются в голове словно чужие мысли.       Шум. Звуки атак уже просто слились в фоновой шум. Его обвели вокруг пальца. Всё сходится.       Сны. Во всех тех снах был он. Тот покой и тьма — это вирус, его проникновение, потому те объятия и умиротворение казались неправильными.       Он присоединяется к бою.       *Вы встречаете Братскую Могилу       Какое странное название.       После первого выстрела гастер-бластера оно смотрит слегка расстроенно.       «Они же сделают тебе больно. Дай нам защитить»— снова чужое внушение       Противоестественная злоба вспыхивает в груди.       Чёрное воплощение мировой чумы окончательно потеряло человечий облик, но Глич и сейчас ощущает…чужую печаль. Оно всё ещё старается попасть в него, но не так, как в других.       Голова. Адски раскалывается голова. Грохот, звон, мерцание, вспышки — это уже что-то другое. Не он хозяин боя. И бабочки…мельтешат перед глазами. Кажется, его атака.       Злоба горит, но в угол загнали уже его.       Барьер по стенам поблескивает зеленоватым. Кто-то поставил, уже не разобрать кто.       Гул нарастает.       «Пожалуйста.»       Силы расходуются слишком быстро.       Мимолётный взгляд — замирание сердца. Сириуса отбросило к барьеру. Зачем он вообще в это влез, зачем Поттер вообще позволил ему пойти в этот чертов мирок?!       Аз сопротивляется сильнее и активнее. Дальний бой и обстрел как через мутное стекло.       Секундный шок. Лозы и лезвия. Флауи тоже тут, хоть и не в форме Омеги.       Он ошибся, когда принял его за разносчика заразы., идиот…       Тьма тянет руки. Фантомное тепло.       Головная боль сильнее. Дышать всё тяжелее.       Они не выстоят.       Это не может быть конец.       И снова все замерло. Буквально. Парень не смог пошевелиться, а со стороны бывшего наставника послышался бранный недоумевающие возглас.       Вперёд под всеобщий блаженный ахе…шок вышел Хьюго.       Они заодно? Зов о помощи был просто ловушкой.       

***

      — Лаз, я …- он пытается что-то сказать.       Хор сотен голосов прерывает, беспристрастно:       — Его здесь нет.       — Я вытащу тебя оттуда, только…       — Его. Давно. Нет,— начинает проступать ощутимое раздражение. Оно сковано. Оно злится.       — Ты же слышишь меня, я знаю!       Никто вокруг не понимает, что происходит. Но ничего, он всё объяснит позже       Оно начинает говорить другим голосом. Это Лазарь, точно он, никак иначе!       Лазарь зовёт его, хнычет на холод. Но ничего, он вытащит его, вытащит…       Ноги несут в сторону существа сами. Не слыша предупреждений, не внимая лишним голосам       — Всё будет хорошо…- шепчут губы, пока поддельный Хост смотрит в темноту.       — Нет, не будет, — отвечает Темнота, снова сотней голосов.- Мы пошутили.       Удар по солнечному сплетению. Мир заволокла темнота.       

***

      Всё началось по новой.       Вскрики, вспышки, бой, дым.       Голова болит. Гудит сломанной техникой, звенит фанфарами и бьётся чем-то неосознаваемым, но ужасно хрупким       Плохо. Глич чует, скоро не сможет держаться. Что-то мешает. Он уже жутко мажет.       Он уже падает.       «Тебе хватит. Они заставляют нас сражаться. Давай быстрее это закончим?»       Закончить, значит. Ну да, он это закончит.

***

      — СОХАТЫЙ! — полный горести вой послышался сквозь выстрелы.       — БЛЯТЬ, ГЛИЧ! — вторил другой.       Сириуса пришлось держать. Ничего уже не сделаешь.       Силуэт парня медленно поглощала чернота.       На секунду, всё заражение ушло в одну точку. В человеческий силуэт.       «Затишье перед бурей, чтоб его»       Обновленные щиты, подключение к накопителям с чисто-армейской сноровкой. Хотя б одну безопасную зону. Души, станции — тут слишком много источников энергии, которые оно может украсть. Пламя защищает, но оно же не всесильно.        Флауи смотрит с неестественной для бездушного тревогой.       И тут случился взрыв. Меж чёрным и фиолетовым, абсолютно ядовитыми цветами.       Силуэт искажался, рос, ломался. Человеческая мясорубка ломающихся костей, проявляющихся ребер, позвонков и рук. Сначала черная смешанная масса, хлюпающая и искажающаяся, потом собирающаяся во что-то однородное, человекоподобное — без головы, лишь с туманом выше подбородка, с множеством конечностей, множеством глаз, множеством ртов. И каждый что-то говорил.       Их слова сливались воедино. Оно звучит. Голоса заполняют пространство.       *Дирижёр       Атк -??? Зщ -???       Вы не понимаете, что это, но оно полно гнева.       Голубые нити потянулись к стенам.       

***

      «Мы просто хотим помочь»       Удушье. Что-то сдавило горло, обжигая лёгкие.       Вдох. Вдох. Вдох. Ни единого выдоха, просто вдохнуть даже не выходит.       Оно гудит, как улей. Гудит голосами, обрывками фраз и чужеродными мыслями.       «Почему ты не хочешь принять это от нас?»       Жадно, жадно ртом он хватал воздух. Почти тонул. Темнота. Вокруг слишком темно.       Оно всё громче. Он слышит это не ушами, а каждой клеточкой тела. Просто закрыть каналы не получается.       Они смеются, плачут, поют, говорят. Сотни языков, тысячи тонов, бесчисленное количество эмоций и разрозненных кусков памяти.       Слезы из глаз идут сами.       Заомолчитезамолчитезамолчите       Голос существа слышен слишком ясно, как гром, как отдельная тональность.       «Мы сделаем всё для тебя. Просто позволь. Мы не враги»       Разодрать. В клочья разодрать, заставить замолчать.       

***

      Грёбанный ад.       Это был грёбанный ад, не мельтешащее нечто из Хазбина.       Какофония звуков, оров, и всё это сверху полито чёрной жижей.       Их осталось трое. Сириус за барьером, Хьюго утерян (да и черт с ним). Аластор старается перетягивать внимание и шмалять чем может — его атаки практически бесполезны. Цветок через вой поддерживает барьер и тоже почти бесполезен — лезвия не берут нити, души нельзя использовать.       Нити. Повсюду гребанные нити.       Он уже в них вляпался.       Дерьмово.       Пламя выжигает, но урона наносит мало. Оно стало сильнее, поглотивши…       Поток огня стал интенсивнее. Руки трясутся от бессильной ярости. Не вернуть, не вернуть его теперь, гуй подери!       Раздраженное шипение вырывается само, теперь уже из-за мельтешащей точки. Грёбанный бемби, словит ж…       Нить. Нить вонзилась. Силуэт в обагреном замер, как подстреленный.       …       — Эй подожди куда ты, подожди куда ты, молодость мояяя, — тянула девушка растянувшись на диване. Опустошенная бутылка пива живописно теснилась среди дивана и камода, на фоне ковра на стене и кружевной салфетки под телевизором.       Он сидел рядом, у изголовья, тихо писал домашнее задание, никак не реагируя на пение.       Тщедушное тельце дернулось. Рука у тети была тонкой, изящной, с острым маникюром. Она трепала его волосы, а он лишь поддавался касаниям.       — Ой Сашка, Сааашка…запуганное ты дитё.       Она улыбается. Губы алые, помада поблескивает в свете люстры, в отблесках белых пенопластовых панелей сверху .       Ему хорошо. Дом тут. Не в коттедже, не с родителями, не в доме с портьерами и позолотой.       Будь его воля, он сжёг бы каждую штору, каждую картину, выбил бы каждое окно и сломал рояль кувалдой. Но приходится терпеть.       Он может потерпеть.       Пока есть, куда сбежать. Хоть на часик, хоть на денечек. Здесь тепло.       ….              В руках демона с неяркой вспышкой материализовалось ружье. Держащие оружие руки начали почти припадочно дрожать.       Дуло уперлось в подбородок.       Казалось, весь мир замер в этот момент       Эти глаза. Он не хотел это делать. То видно в треморе по телу, то видно в животном страхе, замершем в глазах, то видно в натянутой, буквально пришитой улыбке. Демоническая нить, держащая ее, проявляется, и явно скоро порвётся. Тьма ползет по его ногам.       Взгляд. Они пересеклись. Слезы. Аластор сейчас заплачет, поддастся истерике под содрогания безвольного тела. Кажется, даже сквозь гул в ушах отдается чужое сердце, колотящееся на пределе. Палец на куртке начинает давить и раздается выстрел.       …       Это было не его ружье.       Резкий рывок вперед с сшибанием тела с траектории. Нить порвана выстрелом духовного орудия. Рука с ружьем отлетела прочь и нелепо, словно в видеоигре, лежала среди черной жижи. Рана кровоточила не опаленными местами, остановившись лишь от прижигания. Неудачливый самоубийца даже не дернулся. Смотрел вперед пустыми глазами и дышал.       Чернота отступила       То, что называлось дирижером, смотрело в их сторону.       Кажется, что-то сломалось. ОНО сломалось.       ***       — Саша, меня зовут Саша…- слышится хрип полумертвого.       Имя. Из первого мира имя, видимо. Многие его забывают после второго же захода, а этот молодняк ещё, помнит. Сентиментально.       Боится, что оно окажется забыто вместе с ним.       — Заебись, а я Андрюха, рад знакомству, — быстрая параллельная обработка раны. Этому хоть бы хны, ничего не чувствует, — А теперь давай сделаем так, чтоб это было не последнее, что мы друг другу скажем.       Существо на фоне сходило с ума.       ***       Пробежка с обстрелом продолжилось, но существо уже было изрядно не в себе. Хаотичность на пике, и он с цветочным придурком посреди поля, замечательно.       Да.       Просто отлично.       "Зашибись”- пронеслось в мыслях. Нить торчала из груди игрока, как минут пять назад у Рогатого. Существо металось, словно разрываемое изнутри. Вот и фора в полминуты.       Бессильный рык и зарытая гордость. Опять, гуй подери.       «Разрешаю. Только попробуй что-то вытворить»       Меч довольно звякнул. Контроль над телом ушел из рук.       «Сволочь.»       Тактика боя изменилась с поведения танка на откровенные тычки. Хотя всё уже стало проще.       Оно отозвало атаки, оно корчилось в конвульсиях, меняя тональности и с трудом умудряясь сохранять целостность. Что-то очень хотело уйти. И это что-то дало себя атаковать.       Серебряный росчерк — Флауи вырывается от пограничья, начиная брать нечто в кольцо, не лезвиями, лепестками. Почуял слабину.       Аз смотрит за этим как в видеоигре, и играет даже не он сам, а мажористый сосед, пригласивший в гости, или какой-то стример. Пламя, столпы выстрелов, хаотично движущаяся аморфная чернота….и среди всего этого что-то не так. Звук какой-то другой, более осмысленный, и атаки…       Озаренье подкралось незаметно.       Эта хрень атаковала под ритм, как в игре, а гомон становился темой боя!       Парень чувствовал, как оскал сам возник на лице, а пламя рвануло раньше хозяина. «Стример» внял чужому комментарию.       Хотя имело ли это значение? Что-то уже вылезало из существа, как цикада из кокона. И Аз даже знал, что именно. И этому «чему-то» надо помочь.       

***

      «Давай»       Рука с палочкой поднимается в взмахе.       «Это обязано получиться»       Концентрация, росчерк. Что-то хорошее. Главное вспомнить. Силуэты перед глазами. Их комната в спальне Гриффиндора. Школа, почти каникулы. Все живы.       Его лицо видно даже сквозь закрытые веки. И он снова ухмыляется, с той самой непередаваемой искрой, вдохновляющей и светящей другим.       Как ж тогда было хорошо.       «Продолжай пытаться»       Сириус чувствует на своей руке чужую. Полупрозрачно-прозрачную. Поворот головы — Сириус видит, как Джей уверенно кивает ему, не убирая ладони.       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! — слышится даже в гуле и грохоте.       Серебряный пёс срывается молнией с конца палочки. Фантомные клыки впиваются в условную шею существа.       То, что рвалось из него на свободу, наконец освободилось.       ...       *Паук       Атк-??? Зщ-???       Вы чувствуете надежду. И он тоже.              

***

      — Прекрати, пожалуйста, нам больно! — оно снова смотрит на него с глупой надеждой, глупой нелепо, по-детски, и сжимает его руки своими ладонями, пока тот старается вырваться.       Он не отвечает, рычит лишь. Ему тоже больно, но существо это не волновало.       Реальность глючит и осыпается осколками, как разбившийся снежный шар. И это хорошо. Оно тоже глючит. Юное лицо с неумело остриженной челкой меняется то на чёрный провал, то на картину разбившегося об асфальт месива.       Звуки давят на уши. Шумы из какофонии, что-то больное само и делающее больно ему.       Он не сдерживает улыбки, злобной и довольной. Такая противоестественная ненависть греет всё естество. Пусть мучается, пусть страдает оно заслужило это хотя бы за то, что пыталось украсть его лицо! Жалкое, слабое и отвратительное, но всё ещё ЕГО.       Звон в ушах и мелькающие краски не спасут. Оно почти плачет.       — Они сделали что-то с тобой! Они сделали и сделают снова!       — А ты нет? — срывается смешок с губ и становится безумным сломанным хохотом.- А ТЫ НЕТ?       Тошнит. Буквально подступает к горлу с головной болью. Картинку перед глазами нещадно мутит. Но он всё и так замечательно видит.       Оно напугано. Смешно. Резкая смена позиций — теперь его руки держат существо за запястья, раня когтями до крови. Держит костлявыми, черными руками.       Пространство становится песком от разбитых стёкол. Снежный шар таки упал.       — Прости, — оно смотрит в упор тем местом, где были глаза.       — Убью, — выплёвывает он, подавляя ощущения. Горит внутри, рвётся наружу.       — Они заставили тебя.       — Ты мешаешь мне, — он замахивается. Картинка искажается сильнее. Кашляющие удушье.       — Мы уйдем.       — Не пущу.       — Мы придем тебе на помощь. Только позови. Мы найдем способ спасти.       Он хочет порвать это на куски, но оно растворяется в руках, распадается на сотню мотыльков, напоследок посмотрев на него болезненно знакомым лицом в обрамлении рыжих волос. Он рвал воздух конечностями, пытаясь зацепиться, поймать, растерзать.       Но ничего уже не было.       Почему-то стало казаться, что он по кому-то скучает.       

***

      Эгоистично было желать обоим вечного приключения, когда один хотел лишь наконец уснуть.       Он винил себя и надеялся, что ты выживешь, что тебя найдут, что ты пойдешь на поправку и проживешь счастливо в ремиссии. Но ты предложил уйти вместе под руку тогда, когда он просто не мог отказаться.       Это ты во всём виноват. Ты никогда не умел его слушать. Ты сам понимаешь это.              Наваждение сошло. Хьюго с трудом открыл глаза под страшный шум.       

***

      — СТОЙ СВОЛОЧЬ! — Аз уж было рванул вперед, но его удержали лозой.       — И как ты это ловить собрался?! — Флауи отбросил его назад. Оба могли лишь наблюдать, как аморфная тьма…удаляется через портал. Сама.       Оно сбежало. Хотя кто угодно сбежал бы от того, что рвалось следом. Скелетообразное, столь же многорукое и многоглазое. Паук. Огромный, сильный, чертовски злой, еще пару минут назад страстно желавший разодрать существо на куски.       Оно и сейчас хочет, но не выходит, связано по рукам и ногам.       — Сделайте что-нибудь, я больше не могу! — голос нового действующего лица послышался сквозь рев того, что пыталось убить чудовище.       Шарф, крупная кисть в руке, атаки чернилами, трансформирующимися в кандалы. Флауи с определенным удивлением признал ту самую версию улыбающегося придурка….почему-то сейчас принявшую вид двойника Найвза Миллионса. Хотя чему сейчас удивляться.       Существо извивается, перекручивается и шевелит всеми конечностями, вертя обнаженным «плачущим» черепом вместо головы.       Хозяин призрачной собаки (вроде бы, это называли патронусом) смотрит с ощутимым беспокойством и откровенно трясет брюнетистого придурка, кажется, пытаясь понять, что делать.       Но раздаются щелчки затвора фотокамеры.       Флауи честно думал, что тот идиот, пытавшийся дозваться до того нечта, помер в самом начале. Но он был жив, и сейчас бодро щелкал камерой, а существо под объективом замирало, будто замороженное. Последняя вспышка — перед дураком возникает консоль, в которую тут же начали вводить какие-то команды.       Хруст. Мерзкий хруст послышался в комнате. Кости ломались и деформировались, как в обратной съемке. И оно кричало, чувствуя каждое изменение. Лишнее врастало обратно с звучными щелчками, нарастала кожа, возвращались остатки одежды и волос. (А брюнет на фоне закрывал глаза товарищу) Вскоре, бессознательное тело на земле стало выглядеть абсолютно человечьи.       Неужели…всё кончилось?       

***

      — Ты меня узнала, — Глич чувствует, что очень глупо улыбается.       — Да, я б тебя везде узнала, — хмыкнула Инк, щуря глаза на чуждом лице       — Даже если б я был тараканом?       — Да.       — И наступила бы…       — Даааа.- протянула он, недобро улыбаясь.       — Очень злишься? — нервный смешок вырвался из горла       — Оооочень.       

***

      — Еперный крот, мы выжили, гуй подери, мы выжили! — проорал Аз, не веря, и залился крайне нервным хохотом.       Без этого, на бывшем поле боя была бы душащая тишина. Повреждений было не так много — работа барьеров. Люди/нелюди кое-как приходили в себя.       — Все живы? Так, собираемся плотнее, Бэмби, гуй подери, куда пополз? Умиральную яму жирафы копают, а ты-то олень! — бодро выдавал брюнет.       Где-то на фоне Глич подавал признаки жизни:       — Айайай, лежачего не бьют!       — Так ты не лежал, ты сидел, — гневно попытался его пнуть Инк.       — Как слышу, несостоявшийся ужин хтони в порядке, — приблизился к ним Сворд_Мастер. И слегка преувеличил — половина лица, часть руки и торса у бывшего подопечного были оплавлены до мяса — Аз уловил знакомый запах и чуть поморщился.       А потом поморщился от добротного подзатыльника:       — А меня-то за что?       — Я же просила меня тоже звать! Почему я опять узнаю о вылазке из уведомления, что мой «наставник» на грани смерти? — личико младшему игроку шло идеально, мимика была столь выразительна, что собеседнику захотелось закопаться поглубже.       — А это так работает? — старший игрок с любопытством влез в перебранку.       — Давайте обсудим это дома, окей? — Глич, пошатываясь, поднялся, почти упал, но был подхвачен подоспевшим Сириусом, — Спасибо, крёстный, извини, что втянули…       — Ничего, — одно слово от мужчины, но тревожностью веяло за километр. — Главное…главное, что живы…ты особенно.       — А меня не жалко? — Аз фыркнул, но беззлобно, лишь слегка вредно. Он выглядел весёлым, даже слишком.- С боевым птср-ным крещением, кстати. И тебя, и Оленя.       Блэк на это нервновато хихикнул.       — К слову, ну и каково это, оказаться внутри хтони? — протянул брюнет.       — Как будто меня сунули в стиральную машинку и кинули туда сломанную музыкальную шкатулку, которая играла и попадала мне по бошке. Ах да, и все это в радуге и блёстках. Розовых.- невесело усмехнулся Поттер.       — …ты точно описал внутренности хтони, а не приход? — бывший наставник склонил голову вбок.- Кстати, Бродяга, Надо будет те имя покрасивее подобрать. Назовем тебя «Разящий меч кровавого дождя»       — А можно чего попроще? — Блэк слегка растерянно моргал.       — Нет, Сири, это традиция. У меня имя было даже длиннее и изящнее, — задрал он голову       — Ага, зелёный гоблин, жрущий в ночи, — ленивато добавил Глич.       — Не важно, что говорят кисы за спиной у кры…тьфу, наоборот! — брякнул брюнет, пытаясь зажечь сигарету треморными руками, и засмеялся со своей же ошибки.       С ним явно что-то было не так.       — А теперь поговорим о чем-то более серьезном…       

***

      Попытку уйти прервал пролетевший у уха нож.       А потом чужая хватка на шее.       — Ну-с, господин-администратор, когда собирались сообщить, где, в чем и как хотели нас использовать? — игрок тягуче произносил гласные, сильнее сжимая пальцы.       Блондинистое недоразумение в руках дергалось и пыталось что-то сказать. Ну, тяжело это сделать, когда тебя за шею не просто схватили, а аж приподняли.       — Знаете, скажем так, ко мне заявился один местный житель и ооочень вежливо попросил избавиться от той дряни, что мы притаранили на его территорию. А так как его территория — вся планета, это подтверждает подозрения, что среди нас затесалась грёбанная тварь, — столь же тягуче продолжал он. Эйфорическое веселье сменилось нестабильным гневом буквально по щелчку пальцев.- Вы когда это сказать собирались?       — Отпусти его, а то он ничего уже не скажет, — послышался голос Глича. Парня всё ещё придерживал Блэк.       Под команду тело грузно упало, будто мешок, и истошно закашляло, сжимаясь в позу эмбриона. Поднятый взгляд был полон испуга. Все глаза были обращены на него, но говорил пока лишь старший игрок — остальные либо наблюдали, либо тихо перешептывались меж собой, отойдя в сторону (Аластор, кое-как оклемавшийся, пытался объяснить произошедшее для новоприбывшего).       — Я…я не хотел вас зря пугать сначала, а потом…- запинаясь, начало недоразумение.       Но…       — О, не напугать? Поздравляю, ты продолбался, у меня седые волосы! — рассмеялся мужчина.       — Это было не специально. Я не думал, что так получиться….       — А ты вообще думать умеешь? — рявкнул Аз так, что собеседник вздрогнул и съежился. Впрочем, брюнет быстро получил подзатыльник и рыкнул на источник. Глича это никак не тронуло.       — Ты хочешь ответы или бессмысленный словесный понос? — Поттер, откровенно уставший от шума, даже как-то безучастно смотрел на полного ярости товарища. А потом перевел взгляд на запуганного администратора.- Продолжай.       — Изначально, это были лишь останки зараженных, пошедшие за источником энергии и здоровым существом, — он неловко кивнул в сторону Флауи. А у него на фоне был свой скандал, с красноватым невысоким призраком.- Но потом пришли вы. И оно пришло за вами вслед.       — И ты конееечно нам не сказал, — протянул курильщик и выпустил струю дыма в лицо Хьюго. И снова тот истошно завился кашлем.- Такая неважная деталь, да?       — Мне жаль! — вскрикнул он.- Мне правда жаль, я всего лишь хотел…       — Вытащить своего любовничка из этой срани. Да-да, охрененная цель. Плевать, что переварило.       — Он ещё мог быть там…я же смог вытащить Глича из поглощения.- блондин чуть отполз назад.       — Меня? — Гарри дернулся вперед. И, кажется, начал понимать.- Тот раз на башне?       — Да, хехе, — неловко улыбнулся Красный Пегас.       — Так вот, кто это был…многое объясняет…- призадумался раненный.       — А что за раз? — Сириус напряженно посмотрел на крестника, у которого возникла та же неловкая усмешка.       — Я всё объясню. Но сейчас рассказчик не я, — примирительно поднял руку и улыбнулся он.- Продолжай.       — Когда он зашел, я подумал, что лучше пока сохранить в секрете, чтобы не спугнуть….я надеялся поговорить с ним…       — И он отпнул тебя в стенку. Хороший разговор, могу повторить, — ну вот очень не хотел замолчать Аз.       — Но был шанс! К тому же…я надеялся, что Глич сможет достучаться до него…ну или добить.       — Во-первых — с чего это я, — начал Поттер с кривой усмешкой, — должен был помогать незнакомцу?       — Но ты же помогал тем на прошлых ивентах, — Хьюго смотрелся еще более растерянно.       — Потому что хотел или меня хорошо просили. А не вот так, как само собой разумеющееся, — фыркнул он, — И с чего это я должен был добить его? Я не всесилен, даже как игрок ещё маловат.       — Ну…в тебя встроен антивирус….- хост начал отодвигаться.       — А на кой ляд в меня встроен антивирус? — воздух вокруг Поттера, кажется, начал сгущаться. А перманентно шокированный Сириус, кажется, начинал поддерживать желания Аза в отношении блондина.       — Ну…э…тут…- начал мямлить Хьюго, а глаза Аза вновь загорелись истерическим весельем.       — Давай-давай, мы все внимательно слушаем! — оскалился брюнет и повернулся назад, — Хэй, олень, идентифицирующий себя жирафом, и святая женщина, идите сюда! Дело пахнет ахерительными историями! Давай, сволочь, вещай, мы видим, что ты всё знаешь!       И снова хост попытался сжаться и выглядеть меньше, чем он есть:       — Глич…в этой штуке кусок твоей души. И он хочет тебя всего. Чтоб оно соединилось и…       — Вы выдрали из меня кусок? — прозвучало в гробовой тишине. Потому пробрало всех.       — Это был способ лечения «зацикливания», этот кусок был сломан и его заперли с остальными и они….       — Что за кусок вы вырвали из меня? — глаза казались пустыми.       — Это не столь важно, главное что…       — Какой. Кусок. Вы. Выдрали, — он проговорил по слогам. И теперь это было похоже на рычание.       — Привязанность к той, о ком ты уже подумал. Она не дала тебе пройти, — с каждым словом хоста, взгляд парня пустел.       «Так вот, почему так спокойно. Вот, почему не поранил.»       — Оооо, так нас чуть не убил дерьмодемон из чужих осколков?! Отпад, господи, блять, прости! — нервный смех Аза вновь зазвучал следом.       Глаза Сириуса наливались кровью. Кажется, не будь у него крестник считай на руках, он полез бы бить это смазливое испуганное лицо. Он всё прекрасно понял, хоть и по-своему.       — Мне жаль, мне правда жаль! — вскрикнул блондин, но это никого не проняло.       — Ты подверг нас и наши миры риску из-за своей прихоти, а ваша гребанная шайка еще и порылась в мозгах у моего подопечного, кому твое «жаль» усралось? — старший игрок буквально над ним нависал.- Ребят, все слышались? Эти сволочи у нас в мозгах рыть могут. Небось всем тут что-то подкрутили!       Испуг. Злоба. Непонимание. Шок. Ненависть.       Отменный коктейль.       

***

      Пальцы сжимали чужую шею, пока блондин смотрел с нескрываемым страхом, едва шевеля губами в попытках что-то произнести.       Аз не услышал бы даже если б хотел       Сейчас. Всего одно движение. Шея тонкая, лишь надавишь пальцами — раздасться хруст, дергающееся, заливающееся слезами тело обмякнет, прекратится дыхание, остановится сердце.        Тонкая тщедушная шея, как у какой-нибудь курицы.       Да и ума у этого уродца было не больше, чем у курицы. Нелепый, уродливый, залитый кровью.       

***

      Всё закончилось. Всё наконец закончилось.       Поттер сжал кончик одеяла.       Аз почти избил администратора. Тот ничего не сделал. Потому что если узнают о попытках поговорить, ему тоже будет плохо. Сириус очень хотел помочь Азу, но удержался. В конце концов, старший перенервничал и его тело «угнала» сущность из меча, чтоб он не натворил лишнего.       Флауи освободил тело. И сейчас запечатан вместе с душами у него в инвентаре. Глич не особо знал, что так вообще можно. Флауи выглядел более адекватно, да и души ему доверились. Кажется, тот самый «местный житель», что давал Азу наводку, как-то с ними всеми договорился.       Аластор вернулся к себе. Надо будет его проведать. Кажется, ему было нехорошо.       Вирус пропал. Просто исчез с радаров администратора. Хотя, с объяснением его природы всё стало немного логичнее. Это буквально братская могила. И он в ней. И оно хочет его целиком. Хаха, даже подтверждение есть — он говорил с ними через песни. Как Глич. Намекал и смотрел, дойдет ли, но чтоб подозрения смотрелись просто паранойей к чужому музыкальному вкусу. Гарри видел свой стиль. И те перемены и словно не свои мысли…внушение, сраный «антивирус».       Сириус и Инк требуют объяснений. И Гличу придется их дать. Уже завтра. И это просто паршиво.       Дерьмо.       …       Композиция в плеере сменилась. Знакомый мотив и текст.       " — Черт, то, что перекинул Доу. Надо удалить."       Да. Надо удалить.       

***

      — Слышишь? Я смеюсь над тобой       Ничего ты не поймешь,       Ничего ты не поймешь.       Никогда и ничего ты не поймешь.       Вот, я бегу от тебя,       Не пойму я, не пойму я никогда,       Не пойму и не приму я никогда.       Протяжный крик раздался в наушниках. И Хьюго вновь с печалью взглянул на обложку. Ему достаточно сказали.       

***

      — Сука, заебал входить без стука! Хоть б предупреждал, когда вселяешься, а то изнасявкал и не краснеет! — под гневные слова, меч отлетел в стену.       /Получено достижение «Уважение колонии».       Получен бафф «Благословение роя» (+60% к контролю существ, связанных общим разумом)/       — …это, конечно, замечательно, но на кой ля…хотя, перед кем я цензурюсь? На кой хуй мне оно надо?