Глюк системы 2.0

      — Гарриии, Гаррриии! — послыался через пелену знакомый голос. — ….У меня получится, главное — хотеть посильнее надо Только бы отмучиться, столько лет болеть — я устала, правда, Скоро это кончится, нечё там лечить, — отозвался в ушах второй.       Глич не очень понимал, что происходит. Неловкие движения — он запутался. Не всмысле в себе, а всмысле в пледе. — Надоели страшно До чего же хочется всех вас проучить Я приду за каждым…. — СОХАТЫЫЙ, — почти громом раздалось где-то рядом, и парень вскочил, как ошпаренный. Наушники свалились на пол.       Первое, что его встретило — темнота. В комнате клубился уютный полумрак с одной единственной полоской света от раскрытой двери, и ту перегораживал силуэт крёстного. Гарри проморгался и сбросил с себя плед, будучи еще немного морально в тумане. Сириус смотрит на него. Он смотрит на Сириуса. Искра, буря… — Доброе утро?..- неловко спросил мальчишка. Глаза Блэка наполнились определенного рода отчаяньем. — Давно заполдень, Сохатик, — склонил он голову вбок с глубоким вздохом. — Доброго полудня?..- продолжил сонный Поттер. — Доброго, доброго, — невесело хмыкнул мужчина.- Я думал, ты тут умер. — Да я же спал просто…- коренился из стороны в сторону мальчишка, не надевший очки. — Пять дней ты спал, пять дней, — брякнул мужчина. Немая пауза… — Сколько я спал?! — сотряслась пыль со всех поверхностей комнаты. Мда. Захандрил. Чуток так совсем. — Да неделю почти, Кричер тебе еду таскал, да ты периодически и её не трогал! ….так быстро Поттер ещё не поднимался. И вскочил, и шторы открыл и попытался мусор в единую кучу собрать из штук десяти, рандомно раскиданных по комнате. Почему? Потому что хандра так далеко ещё не заходила. Несомненно, он в таком состоянии каждый год бывает, да только апатия его была…чуть более продуктивной. Не трупным валянием под сериал на ноутбуке. (Видимо, переезд от Дурслей расслабил) Сириусу оставалось только головой вертеть и не мешать, коря себя, что растолкать стоило раньше. После того…разговора, ему казалось, что стоило дать крестнику побыть одному, посидеть и подумать над жизнью. Подумал, блин.       До ванной Поттер бежал почти галопом. Душ помогал прийти в себя и будил мозг, особенно этим придурошным строением винтажных кранов и вентелей, которые ещё Викторию видели.       По коже бил почти кипяток.       Подытожим эту почти неделю. Гитара? Не выходит. Пацарапал пальцы, но все извлечённые звуки только по ушам резали.       Рисунок? Криво, косо, в целом уродливо. Последнюю попытку сжег.       Фото? ….просто нет.       Вязание? Запутался в нити, испортил ряд и распустил. Спицы отложил куда подальше.       Всё буквально портится и ломается под руками. И так каждый раз, за что бы он ни взялся. «Дерьмо.»       Случился зычный бах об расписную плитку с изображением чего-то крылатого. Нет, ну чтоб это сработало, нужны мозги, а Глич здраво осознавал. что свои оставил где-то далеко и придется в Изумрудный город за новыми идти.       Парень нервно хохотнул от этой мысли и сделал мысленную пометку попробовать успокоительные. ***       Вышел нескоро, был красный, как рак, зато чистый, в том числе и головой. — Сириус, а давай уборку устроим? — выдало мытое чудовище. Сириус подавился виски, Вальпурга запялилась с портрета. — Гарри… Сохатик….тебя Кричер покусал? — проникновенным тоном выдал Сириус, заглядывая мальчишке в глаза. — Меня накрыло просветьление в душе, и теперь я хочу нести его этому дому. — Но можно же Кричера… — Это не то. Нужно самому и руками, — оборвал его Поттер.- Не хочешь, не присоединяйся. — Ладно-ладно, уборка так уборка! — примирительно поднял он руки, здраво рассудив, что чем бы дитя не тешилось, лишь бы в комнате на неделю не запиралось. — Я сердечно извиняюсь, — послышалось вдруг с портрета, — но вы что там убирать собрались? Строгий взгляд, строгий тон, немая пауза. — Леди Вальпурга, обижаете, — протянул обнаглевший мальчишка, — Вы за кого меня принимаете? Я кружки со сколом выбросить не могу, а вы про семейные реликвии. Просто пересчитаем, может списки обновим, отсортируем, починим, никакого святотатства!       Ответ портрет удовлетворил (но не Кричера. Так и бурчал, что наследники дурью занимаются, а ему сделать не дают. Бурчал бы громче, если б Гарри давно еще не изъял медальон). Так началась Великая (непременно с большой буквы) уборка. ***       Хомяк проснулся первым. Хомяк истерил, пищал, верещал и издавал прочие не в меру счастливые звуки. Книги. Много книг. Незащищенных от копирования иномирной магией. Можно было прямо там лечь и умереть.       Про артефакты и говорить не стоило. Много говорящего отрылось в брошенных комнатах. Честно говоря, Гарри и не ожидал, что здание окажется внутри таким большим — принятие наследия Сириусом, фактическое воскрешение Регулуса (показатели стабилизировались, осталось немного подлатать покусанную душу. Парень даже знал, у кого попросить помощи в этом) дали особняку пробуждающего пинка, иначе эти резкие изменения и не назвать.       В чертовски пыльных комнатах лежали чертовски пыльные вещи. Платья, мантиии, украшения на разные возраста, безделушки и артефакты, многочисленные записи и личные библиотеки, крошечные, но свои. Почти ничего воистину ценного, но тем не менее внимания заслуживало.       Когда-то этот дом дышал.       «Интересно, как там мои?”- промелькнула мысль на переферии. Величественный особняк, старое родовое гнездо, добытые в бою богатства, многочисленные потомки, которых к его старости в том мире набралось под сотню в сумме…. Поттер набрал ворох колдографий. Вот молодые сестры Блэк, Вот Сириус, вот Регулус и Орион, оба со слегка нелепыми кружавчиками, вот…наброски карандашом, выпавшие из старого дневника. Забытая юношеская вещь заставила взгляд старой ведьмы с портрета потеплеть. Это ее набросок был. Орион нарисовал. Задабривал после ссоры.       Ссоры. ****       Она на него наорала.       Глич даже не знал, что Инк так умеет.       И ведь против ничего не скажешь, права, он самонадеянный дурак (плевать, что в те разы он был почти прав. Плевать, что ни Сириус, ни Инк, ни Аз не смогли бы что-то сделать). Мало того, что дурак, так и лжец. «…Я родился очевидно вовсе не в свое время Я часть общего, я и есть сама система.”- звучало в наушниках. Темнота коридора сгущалась. Он уже проверил эти комнаты. Даже кабинет себе приметил.       Плевать, что молчал он ради защиты. Плевать, что не хотел подвергать лишнему риску того, у кого меньше опыта. Плевать, плевать, плевать. Это он тут дурак, да? Ей нужно просто остыть. Он подождёт. Всем иногда надо набеситься и излить злость. Природа такая. Её можно понять. Имеет полное право. Имеет. Он тоже, чёрт подери, имеет! «Та же деталь, только с одной проблемой — Слишком обычный ток идет по моим схемам»       Ей поковырялись в мозгах так, что это не увидел Глич, когда заходил по приглашению. Вмешались прямо в код, разработчики хреновы.       Сбавили агрессию, чтоб она не злилась при встрече с ним после перерождения. Как удаляют триггерящее. Как снижают реакцию на боль, на время, на потерю. Как устанавливают предохранители, чтоб игрок не слетел с катушек раньше положенного. Он знал о части такого. Трудно не знать, когда испытываешь на себе. Но это…да, это мерзко.       Но почему она кричала на него?       Будо ей одной в мозгах рылись! Будто ей одной выдрали кусок, будто ей одной всобачили лишнее, на что он никогда не согласилась бы! Бесит. Бесит. БЕСИТ. …тут…тут всегда было так темно?       Потемневшие обои замкнулись бесконечным проходом. Зелёные, в потрепанный цветочек. А Глич чувствовал, как у него спирает дыхание и напрягаются все мышцы тела. В глотке резко пересохло. — «В голове единственная мысль кажется бесценной: Я мечтаю стать со всеми вами единым целым»       Музыка играла невпопад и сливалась в разуме в фоновой белый шум.       Оно стояло там и смотрело. А он смотрел в ответ на обезображенное тело.       Кап. Кап. Кап. Он не слышал, только видел, как кровь капает с того месива, что осталось от головы. Фантомные запахи ударили в нос. Кислые, солёные, стальные, сладко-гниющие. Футболка. На нем была футболка, когда-то серая, но теперь с бурыми пятнами. Он видел сероватые ткани, проглядывающиеся через излом кости, раскрошенной, будто дешёвое печенье. Тёмные волосы слиплись и паклями свисали нижним рядом. Оно улыбалось. Не хватало пары зубов. Белое, с синими следами. С алыми пятнами. Живое, протяни руку и коснёшься. «Но любая цепь будет разрушена одним движением Если в ней присутствуют бракованные звенья»       Тело мелко затрясло, дыхание сбило. Оно не реально. Это…это просто боггарт. Просто боггарт, черт подери. Дрожащая рука пыталась поднять палочку, но как выйти заклинанию, если мандраж сбивает рисунок. Да и само заклинание….он просто запнулся. Просто не мог вдохнуть. Перед глазами начало плыть. Ослаб. Не восстановился.       Оно сделало шаг ему навстречу, а Поттер явственно ощутил холод по коже. Горло сжимало до болезненного кашля. Гарри зажмурился и после увидел, как боггарт становится…им самим, но из этой жизни. Им, залитым чёрной жижей. — Ридикулус, — отчеканил голос сзади. Блэк.       Оно не пропало, лишь снова на миг стало круговоротом чёрного песка а потом обрело черты Джеймса Поттера. «Это твоя вина”- читалось по губам под ненавидящим взглядом. Глич почувствовал, как его прижали к телу. Сердце крёстного колотилось так же, как и его собственное. –РИДИКУЛУС МАТЬ ТВОЮ, — повторил он громче. Призрака ужало до размера куклы, обратило в марионетку.- Мордредовы боггарты… Кричер, изгони эту дрянь!       А Поттер так и жался, хватаясь за края пиджака под руками. — Тш-тш, всё хорошо, этого больше нет…- послышался успокаивающий шепот как сквозь вату, и это при выпавших наушниках. Они потихоньку двигались на свет главных комнат. *** — Сохатик, слушай, тут такое дело… — Ась? — отвлекся от какао Поттер и повернул голову. Сириус отводил глаза. На столе лежала связка ключей (часть дверей в доме Блэков открывалась именно так, а не по кровному замку) — Я тут связку перебирал, проверял, что от чего, и нашел вот это, — он показал один из ключей, более новый.- Это старый от дома дяди Альфарда. — И к чему ты клонишь?…- парнишка склонил голову вбок. — Он мне дом завещал. А дом на берегу моря, — недловко почесал затылок Сириус.       Воцарилась тишина. -…и ты молчал всё это время? — почти хрипло проговорил Поттер, поднимаясь со стула. — Я сам забыл! Забегался тут с этой аристократическо-наследной фигнёй, — Бродяга поднял руки.- Так ты хочешь? Предложение никто даже вслух не проговаривал. И так понятно. — Спрашиваешь ещё, — Глич откровенно просиял.       Так запланировалась первая в этой жизни вылазка Поттера на море. ***       Спускающиеся сумерки медленно уносили за собой рыжину света, проходящего через окна.       Крестник притих в соседней комнате, уснув за книжкой раньше обычного. День сегодня был слишком насыщенным, вот и сморило.       А Блэк стоял, смотря в окно и вертя в руке небольшой предмет. Маленький черный ключ.       Он не должен был подойти хотя бы просто по размеру, но….он подходил к каждой двери. Да только вел куда-то не туда.       Сириус открыл дверь, и в нос ударил запах утренней свежести, зелени и цветущих деревьев. Терраса пригородного кафе утопала в нежно-белых цветах.       За столиком сидели двое. Шатен в очках и рыжая девушка. Блэк шагнул из прохода. ****       Соленый воздух бил по носу Они где-то меж Норфолком и Кембриджем. Под антимаггловскими чарами.       Чайки, прибой, тепло без жара, белый песок — красота. — Ну как? — Поттер почувствовал руку Сириуса на своем плече и обернулся, чуть улыбаясь. — Офигенно. После чертовой пустыни самое то.       Ну а что, раньше же все болезни лечили курортами и минеральными водами. В его состоянии это может даже сработать. Вода правда не то что бы теплая, но это не проблема.       Для Поттера сейчас почти все не было проблемой.       Дом дядюшки Альфара, ныне покойного, явно видел времена и получше — темновато, мрачновато, побитая мебель и насекомые. Легко решаемо парой заклинаний и получасом работы руками, после даже жить стало можно комфортно. Что делать на пляже оба представляли смутно, тот же Сириус на воду смотрел с долей опаски и задумчивости — можно выдрать человека из Азкабана, а Азкабан из него уже нет. Впрочем…       Чары стазиса, покрывало на песке, у одного в руках пиво, у второго — молочный коктейль. ***       Гарри заходит в море. Вода прохладная обвивает его ноги, чуть обдавая холодом. Хорошо. Небо не серое, бледно-голубое, слегка болезненное — погода в этот год не задалась. А он всё стоит. Обдуваемый ветром.       С берега что-то кричит Сириус. Не слышно. Только чайки орут, надрываясь. Шаг. Шаг. Шаг. Ещё один Вода поднимается по телу, медленно, аккуратно, почти незаметно. Вода трепещет буйные пряди. Хорошо. Спокойно. Родно. Прохладно. Как там. В нём. ……       Очнулся он уже на руках у Сириуса, что испуганно произносил его имя. Гарри даже слышал, как колотится сердце в груди. Задумался и не заметил.       Блэка трясло даже сильнее чем его. … — …зачем? — крёстный смотрел на него побитой собакой. — Прости, это была не попытка того, о чем ты подумал, — только выдавил из себя Поттер. И так старался не смотреть в глаза. — А что это было?       Действительно. А что. — …душевный порыв, — нашел как ответить игрок.- Если что, просто знай, что мой «работодатель» за попытку суицида сделает со мной много невеселых вещей. И если б я ну очень хотел, я б сделал это где-то в подворотне Лондона, а не ждал возможности поехать в красивое место. — Нашел чем успокоить, — вымученно усмехнулся Сириус.- Не делай так больше…хорошо? Я после Азкабана почти не поседел, но с тобой чую доползу цветом волос до Павлина. — Хах… Прости пожалуйста. Честно, не знаю, что на меня нашло, — Поттер крепко его обнял. Универсальный успокаивающий жест, Сириус заметно расслабился, как только тощая тушка подростка прижалась к его телу. В груди зрел кашель. **** — Сохатик, да что ж такое, Моргана задери! — брякнул Блэк.       А Поттер лежал на кровати с видом глубоко умирающего и кутался в одеяло. К сожалению, не притворялся. Тело знобило, нос заложило, в горле встал ком. Немного туманилась голова.       Вообще, обычно это лечится быстро. Флакон бодроперцового — и человек на ногах. Но Поттер не считался человеком, а ходячей катастрофой, так что чуда не случилось, и он лежал уже второй день, шмыгая носом и заходясь хриплым кашлем. — Да ладно, само пройдет, — протянуло чудовище под одеялом. — Само прошло б от зелья. Может, всё-таки в Мунго? Мало ли драконья оспа или…- начал Сириус, но был перебит. — Это не она, не беспокойся. Просто неудачно в море окунулся, — фыркнул Гарри. — Скажем так, у меня есть возможность видеть, чем я заболел. И это всего лишь простуда. Сириус…Сириус уже привык к иномирности крестника и даже подозрительно не удивлялся ни единому аспекту, с этим связанному. — Надеюсь…но почему зелье не берет? — Видимо какой-то сбой. Бывает, не обращай внимания, — Гарри снова махнул рукой.- Попробую маггловскими таблетками лечить. Достать некоторые сможешь? У меня есть, но не все. — Конечно смогу! — оживился Блэк.- Какие хочешь достану. — Спасибо, — чуть улыбнулся Поттер. Сириус пропал в дверном проёме, послышался звук активации камина. На пару секунд в домике у море стояла тишина.       Тишина, рассеченная после приступом удушающего кашля. Гарри с кривой ухмылкой посмотрел на собственную руку. Черная жижа на ладони поблескивал в свете ламп. Все заболевания тела всегда указываются в статах игрока. Всегда. И сейчас эта графа пустовала. …       Он ни за что не расскажет об этом Сириусу. Просто потому, что сам не знает, как справиться. Что в таком случае вообще мог бы сделать Блэк? Только зря волноваться за поддельного крестника. …       Через пару часов, по возвращению Блэка, выяснилось, что и ибупрофен не то что бы работал. *** — Меня так постоянно откатывать придется? — Глич устало перевел глаза на визитера.       Сидевший рядом, с закатанными рукавами и собранными заколкой волосами, Хьюго выглядел менее идиотски, чем обычно. Хотя слабая и такая же нелепая улыбка все ж появилась: — Да, через какое-то время придется повторить, но нескоро, пока все в порядке. Просто старайся сильно не нервничать… — Интересно, по чьей же милости я нервничаю? — сорвался с губ хриплый ядовитый смешок. — Прости…- только пробормотал администратор. — Мне твоё прости, как собаке пятая нога, — фыркнул хозяин мира, отворачиваясь, — Ты всё? — Да, почти закончил. Сейчас перезагрузится, поспишь, думаю, Сириус сможет о тебе позаботиться, когда вернётся.       Голос уже слышался как через вату. «Вернётся?..Но он же…» — только успел подумать Поттер, как тут же провалился в сон. ***       Ветер колышет стебли цветов на клумбе у уединённого французского кафе. Он уже третий раз приходит сюда….       Как он только не заметил? — …это отродье? — Джеймс широко раскрывает глаза с удивлением, но потом расслабляется.- Да ладно, Бродяга, какое тебе дело до этого выкидыша темномагического? — Отродья? — Сириус шепчет одними губами. В груди что-то болезненно сжимается. Тук-тук.       Что-то не так. — Ну да, ты забыл? От него ж фонило. — И он шипел! — присоединяется Лили.- Прямо в кроватке, и змею приманил в саду! Мерзость. Блэк замирает. Мозг переваривает услышанное медленно и неохотно. Фвантомный треск стекла. — Слава Мерлину, профессор помог избавиться от такого подарочка в роду, — Поттер хмыкает и улыбается. — Да, пусть теперь из него это Туни выбивает, — его жена с искренним и слегка злорадным весельем хихикает. Бродяга тяжело дышит и оглядывается. Картинку потряхивает. Отчего-то всё начинает казаться таким…неестественным. Неправильным. Он смотрит на них. А это точно его друзья? Всё так же, всё по-старому, от каждой веснушки до завитка на волосах. Но почему всё вдруг стало таким…деревянным? Фарфоровым?       Неживым.       Скоро из глаза кровь пойдет. Картина слишком сюрреалистична, слишком искажённа и неправильна. Мочку жжёт. Эмин просился наружу, чувствуя его эмоции. Что-то слишком не так.       Это не могут быть они. Просто не могут. Это подделка. — Неужели забыл? Ты сам помогал тот ритуал ставить, — склоняет голову вбок Джей.- Который родовой, у вас им врагов казнили. — Который выкачивает магию, — Лили поллается вперед, кивая.       Тук-тук, тук-тук       Для Блэка это звучит выстрелом. Он помнил этот ритуал. И то, что проклятый им может прожить много лет, мучаясь от утечки собственных сил, а потом болезненно умрет. — Как вы могли? — наверно, глаза у него бешеные. По крайней мере, Сириус видет эту реакцию по лицам парочки. Они пугаются. Видит по сузившимся зрачкам. — Бродяга, ты чего?…- с искренним недоумением привстал Джеймс. На лице тускло посверкивает натянутая улыбка. И ведь так невинно не понимает, в чем проблема. — Это ребенок, Джей. Твой ребенок. Родная кровь, — собственный голос как сквозь толщу воды. — Это проклятье, Сири. Не ребёнок, просто отродье, — снова эти слова, снова от того, от кого не должны.- Мы пока ждем, но скоро заведём нормальных.       Нормальных.       Одно произношение, а так портит целое слово. ….       Что-то порвалось. Рык. Он рычит. Сам не помнит что, уже не своим голосом. На щеке ощутилось тепло. Кровь, даже касаться, чтоб проверить, не надо.       Он привстает. Тело как ватное, совсем плохо слушается Тук-тук, тук-тук, тук-тук.       Колотиться, пульсирует. Пелена перед глазами расходится, как рябь на воде.       Эмин скользит по руке серебряной змейкой.       Он не видит, что происходит. Не осознает. Послышались испуганные крики и звуки борьбы. В нос бил соленый запах. Эмин ведет руку вперёд, удерживает подкашивающиеся ноги. Писк. В ушах болезненный писк. — Ну всё, Бродяга, пора заканчивать, — слышится другой голос. И пелена пропадает.       Его руку обхватили чужие ладони. — Сохатик…- зашевелились пересохшие губы. Его так куда-то и уводили, пока затуманенное зрение потихоньку рисовало лицо.       Немного уставший, но смотрящий на него с таким вселенским спокойствием, что монахи в горах кажутся более гневными. — Это не он, он бы так не сказал, — проговаривает Блэк, словно оправдываясь.- Он бы так не сделал, Сохатик, он… — Мы в соседней параллели. Это другой Джеймс Поттер. Один и тот же человек в разных вселенных может иметь противоположный характер, — продолжает мягко объяснять Гарри. Хватка мужчины становится болезненной, но Гарри все равно умудряется гладить сидящего перед ним Сириуса по волосам. Другой? — Я?..я…- слова не подбираются. Но немой вопрос Поттер понимает и без них. — Выбил ему передние зубы, оставил на лице незаживающий шрам, выдрал ей клок волос и повредил обоим руки, — шепчет мальчишка.- Ты никого не убил. Никто кроме них не пострадал. Я тебя вывел. «Выбил зубы….повредил руки….оставил шрам….» — Всё хорошо, всё хорошо, дыши, — мерный голос крестника раздается над ухом.- Ты не сделал ничего слишком страшного. Они пытали его, ты же помнишь?       Наверно, сейчас до мужчины дойдет и он начнет раскаиваться, но… — Бедный ребенок, — прошептал Блэк. И ясно о ком. Местный Гарри действительно был глубоко несчастен, судя по таким родителям. — Да, бедный. Но ты за него отомстил, — тон разливается спокойствием.- А теперь главное дыши. Глубоко, раз-два…       Ну, Сириус в итоге и вправду занимается дыхательной гимнастикой, только Поттера под себя поджимает, словно надеясь нащупать хоть что-то своё, материальное в этой жестокой параллели. Бродяга цепляется за знакомый запах, как за соломинку. — У них ж раны не заживут…- бормочет он, поднимая глаза на крестника. — Не заживут. Ты сам так захотел, — Гарри лишь спокойно подтверждает. Что-то щелкнуло. Не в реальности, где-то в глубине. И становится пронзительно-тихо. — Ну и ладно, — снова хрипло выдают потрескавшиеся губы и искривляются в болезненной ухмылке.       Фамильное безумие? Скорее всего. Его, стоявшего на коленях, всё ещё обнимают. Ничего уже не важно. — А теперь пошли домой? Хорошо? Сириусу остаётся только кивнуть. **** -…то есть я тебя успокоил и вывел? — осторожно уточнил Глич, кутаясь в одеяло и не сводя взгляда с крёстного. Сидящий перед ним Блэк выглядел как побитая, но слишком активная собака. — Ага, — быстро кивнул мужчина. — Во-первых, почему ты не сказал, что обзавелся вундервафлей? — начал младший, кивнув на ключ в руках Сириуса.- Мало ли куда тебя занести могло, а мне потом искать по всем параллелям. Во-вторых….посмотри на меня, послушай мой голос. — Я не понимаю…- немного опешил он. — Как он звучит, Сириус? — мягко уточнил Глич, будто неразумному ребенку объясняя. — Хрипло, — последовал очень неуверенный ответ. — Прааавильно. А ещё пару часов назад, до того как коллега мне лекарство притащил, я вообще кашлял через слово и звучал как туберкулёзный шахтер с медных рудников, — протянул игрок и подался вперёд.- А тот, кто тебя вывел, звучал и выглядел здорово. Так что вопрос, кто это, чёрт побери, был? — Но связь…наша связь, я чувствовал её! — встрепенулся Блэк, хотя по взгляду ясно, что начало доходить. — Потому что у твоего провожатого возможно есть кусок меня. Подытожим… — Звиздец, — ёмко произнес Сириус, смотря в пол. Ощущение хождения по лезвию, особенно в постфактум, оказалось так себе. — Я хотел сказать другое, но тоже подойдёт, — нервно хихикнул Поттер.- А хочешь ещё подкину? — Что случилось?..- кажется, Бродяга не был готов к ещё большему количеству новостей. — А ты смотри, что Кричер принес, — кривоватая улыбка сопроводила показ свежей газеты.       «Прорыв из Азкабана. Кто выпустил легендарных преступников?» — гласил размашистый заголовок над фото изрядно поврежденной крепости. — Мерлин и Моргана….- сипло выдал мужчина, сразу увидев среди беглецов «любимую» сестричку. — Нет, ну по сравнению с твоей ситуацией это конечно не так страшно, но по-моему тоже тянет на звиздец, — Гарри снова хохотнул.       Продолжение лета обещает быть чертовски весёлым.