Рецепт семейного счастья

С этими словами зельевар подхватил свой саквояж, принесенный и собранный домовым эльфом, пока они составляли список, и отправился в Хогвартс – отвлекать внимание директора от готовящегося путешествия. Настроение у Драко было просто отвратительное: мало того, что с ними не поехал рара, так еще и Северусу пришлось бросить все и отправиться к Дамбдору, а значит, теперь вся ответственность за подготовку к путешествию перекладывалась на его плечи. Пойди что не так, и крестный будет недоволен и спросит за совершенные ляпы с него, а младший Малфой знал, КАК это бывает и не имел ни малейшего желания испытать силу его неудовольствия на себе. Да еще и этот приставучий Андре. Вот кто тянул этого болтливого месье Антуана за язык? Так нет же, разболтал всё и о похищении, и про путешествие ляпнул… - Думаю нам лучше прямо сейчас отправиться в магазинчик старика Трелони, у нас не так-то много времени в запасе, а у него можно разжиться практически всем, что есть в этом списке! – вторгся в его размышления голос ненавистного месье. - И не смотрите на меня так, словно собираетесь съесть без соли и лука, меня этим не проймешь! – фраза окончательно взбесила Драко и он, уже не сдерживая себя, прошипел. - Будьте осторожней, месье, а то если вдруг я и в самом деле этого пожелаю, то вполне могу воплотить свои желания в реальность! К его вящему удивлению собеседник не испугался, даже не смотря на то, что выражение его лица было точь-в-точь как у рара, когда он собирался припугнуть своих оппонентов. А ведь перед Люциусом в такие моменты даже самые смелые не выдерживали и дрожали! - Что же. Если вы закончили демонстрацию своего доминирования, то мы, наверное, уже можем отправиться за покупками? – нейтральным тоном осведомился Андрэ. - И вы ни чуточку не испугались? – недоверчиво и чуть обиженно спросил слизеринец. - Думаю, если бы вы захотели и в самом деле нанести мне какой-либо вред, то не стали бы мешкать. Не тот вы человек, - дипломатично отозвался непонятный французишка и нежно улыбнулся ему. От неожиданности Драко фыркнул и, не удержавшись, тихо засмеялся, а Андрэ воспользовался ситуацией и смело подхватил его под руку, и они отправились за покупками в лавку месье Трелони. *** Солнечный луч, шаловливо скользнувший по лицу и одаривший теплом. Горячие губы, жадно целующие его. Гарри открыл глаза и зажмурился – хулиганистый лучик таки успел ослепить его и теперь он пытался привыкнуть к яркому дневному свету и рассмотреть, кто же это такой нетерпеливый разбудил его и нагло соблазняет. Вариантов собственно было два – Люциус и Северус и оба варианта устраивали его от и до. А еще лучше, если бы это были они оба и сразу! Подумал Поттер и улыбнулся своим не совсем приличным мыслям. Он почувствовал знакомый жар, постепенно скапливавшийся внизу живота, желание, словно вытеснившее кровь из вен и заполнившее освободившееся место и машинально облизал вмиг ставшие сухими губы. Тихий стон, раздавшийся в тишине спальни, тоже принадлежал ему, но гриффиндорец осознал это далеко не сразу. Знакомый профиль, словно выточенный из мрамора, серые глаза и платиновые волосы. Сомнений не оставалось – это Люциус. Чертов собственник! И за что такого можно любить? И тут же вспомнились пылкие объятия и сладкие поцелуи, полные любви и нескрываемой страсти. С теми, кто ему по-настоящему близок, старший Малфой никогда не прятался за привычными масками, напротив, полная открытость и откровенность. И первый раз, когда Гарри это увидел и ощутил, стал потрясшим его до глубины души откровением. И с тех самых пор он открывал в муже все больше и больше неизвестных дотоле черт характера и понимал, как фантастически ему повезло узнать поближе этого невероятного человека. Тонкие пальцы жадно пробежались по атласной коже Национального Героя, и он снова не сдержался: тихий полу задушенный стон нестерпимого наслаждения сорвался с его губ, а тихий смешок показал, что супруг сполна оценил его попытку. Горячие губы накрыли сосок, и все связные мысли мигом вылетели из головы Гарри. Нега и наслаждение заполнили каждую клеточку его возбужденного до предела тела. Поттер потянулся губами ответить на ласку сладким поцелуем, но в этот момент сильные руки потянули его куда-то назад и голос Северуса насмешливо проронил: - Не так быстро, малыш! Умелые пальцы скользнули к напряженному, полностью вставшему члену и прошлись по стволу тягучей, восхитительной лаской. Палец погладил атласную головку уже почти каменного от возбуждения члена и Поттер поплыл. Гарри всхлипнул и потерся попкой о вполне ощутимый стояк второго супруга. - Что ты со мной творишь…- жалобно прошептал он, откидывая голову на такое надежное и любимое плечо. В зрачках Люциуса вспыхнул неугасимый огонь страстного желания, которое тот и не пытался скрыть и, горячей волной опалил все у Гарри внутри. Пальцы Снейпа едва ощутимо царапнули, а затем ласково погладили поджавшиеся яички и гриффиндорец заскулил от невыносимого удовольствия. Этот удивительный мужчина умел завести его так, что от желания сносило крышу и в глазах вспыхивали звезды. Между тем возбуждающие ласки переместились к упругим ягодицам, между которыми тоже нашлось сладкое местечко, требующее особого внимания и подготовки. Вот только Люциус тоже не дремал: он потянулся и прикусил горошинку соска, тут же зализав место укуса, от чего Гарри прошило, словно молнией, от ног до головы. Он так потерялся в испытываемом наслаждении, что уже не знал к кому из любовников податься, на чьи ласки реагировать первыми. И в этот момент он ощутил, как горячий язык проник в колечко мышц между ягодицами, растягивая и увлажняя их, и толкнулся в мягкую глубину. И он закричал... Закричал и проснулся. Прямо над ним склонился безмолвный джин, с любопытством энтомолога - естествоиспытателя, наблюдавший за происходящим. И разверзся ад. Персональный ад для отдельно взятого Гарри. Первым, что почувствовал гриффиндорец, были руки, жадно гладившие и ощупывавшие его тело под одеждой. Национальный Герой, еще не до конца проснувшись, слегка тормозил, не успевая сообразить, что же происходит. А дорвавшийся до аппетитного тела юноши Сулейман Абдурахман вовсю пользовался тем, что он не сопротивляется и с упоением тискал и мял отзывчивое тело: - Как давно я этого ждал! – жарко шептали губы джина. - Я так соскучился по молодому и сексуальному телу! В компании своей собственной руки это совсем не так приятно… Слегка пришедший в себя Гарри тут же стал яростно отпихивать от себя нахала и во все горло заорал: - Да отцепись ты от меня! Не лезь! Нечего меня тут лапать! У меня, между прочим, муж есть и не один! И я не собираюсь ни с кем кроме них заниматься сексом! Ловкое, тренированное тело ловца выскользнуло из нежеланных объятий, и Поттер откатился подальше от загребущих рук своего пленителя. Пусть даже он не мог ответить ему так, как хотелось – сказывалась нехватка магии, но навыки игрока в квиддич помогли избежать неприятных приставаний. Лицо Сулеймана исказилось злобой: - Ах ты, мелкая мошка! Человечишка! Я обратил на тебя свой благосклонный взор и приблизил тебя к себе, а ты смеешь мне перечить?!? – гневный голос набирал обороты. - Так я тебе покажу, как прекословить мне и не подчиняться! Будешь сидеть на цепи, словно собака, и кормить я тебя не буду! Посидишь, голодный и подумаешь о том, как ты себя ведешь! Это отучит тебя бунтовать и своевольничать! Щелчок пальцев и неведомая сила подхватила Национального Героя. Не успел он и глазом моргнуть, как снова оказался на кухне, сидящим на цепи у стены. В одиночестве думая, о том, что ждет его дальше. Однако долго ему скучать не пришлось. По привычке подобравшись к подоконнику, он с чувством сожаления понял, что из-за цепи забраться на него он уже не сможет. В этот момент на глаза ему попалась знакомая узколистая травка с желтыми цветами – александрийский лист и коварный план созрел у него в голове. Гарри усмехнулся и подумал: ну погоди, наглый джин, я докажу тебе, что даже не владея волшебством, я сумею научить тебя вежливости! Сулейман появился на кухне не скоро. Все еще не в духе от случившегося ранее, он, мрачнее грозовой тучи, возник у пустого стола и, молча, смотрел на Поттера. Национальный Герой не стал ждать, когда он прервет свое молчание и заговорил сам: - Послушай, Сулейман, - начал он нейтральным тоном. - Как-то глупо все у нас получилось. Я ведь не хотел тебя обидеть. Просто я сразу предупредил, что семейный человек и не смогу распоряжаться своим телом так, как если бы был свободен. Ты ведь не маленький и должен понимать, что такое обязательства и верность. Я просто поступил честно по отношению к тебе. А ты меня за это наказываешь. Но ведь я не сделал ничего плохого! Так за что же ты посадил меня на цепь? Сними ее и я приготовлю тебе обед. Мы ведь взрослые и разумные люди, и вполне можем жить мирно и без подобных чрезмерностей! Гриффиндорец заметил, что джин, вначале почти не обращавший на его слова внимания, стал с интересом вслушиваться, когда речь зашла о еде. - Я получил, благодаря тебе, столько знаний о всевозможных блюдах и раз уж так случилось, что я не могу покинуть это место, а ты не желаешь меня отпускать, то я вполне мог бы готовить пищу и разнообразить этим нашу жизнь! – тоном бывалого искусителя проворковал Гарри. - Сними с меня эту дурацкую цепь, и я приготовлю нам что-нибудь вкусненькое! Ну же! Я ведь знаю, что ты совсем не против попробовать снова мою стряпню! А уж я постараюсь, будь уверен! Джин окинул его долгим взглядом полным подозрений и процедил сквозь зубы: - Глупый мальчишка! Не воображай, что под предлогом приготовления мне пищи ты сможешь наесться до отвала! Я не такой дурак! Можешь готовить что хочешь – цепь тебе не помешает сделать это,– Абдурахман щелкнул пальцами, и она тут же истаяла, словно ее и не было. - Когда ты закончишь – все снова станет как прежде. И мой тебе совет: не вздумай пересолить то, что собираешься приготовить или как-то еще испортить еду! Если мне не понравится приготовленное тобой, то наказание будет куда как жестче, чем в этот раз! - Подожди! Но как можно что-то приготовить, совершенно не пробуя стряпню? – возмущенно вскинулся Поттер. Сулейман надменно усмехнулся: - Ну почему же не пробуя? – вкрадчиво поинтересовался он. - Пробуй, но понемножку! И на каждое блюдо у тебя будет только по три возможности снять пробу. Все, что свыше этого, магия посчитает за попытку набить брюхо и соответственно накажет тебя! С этими словами джин с издевательской улыбкой растаял в воздухе, оставив Гарри одного. Вот противное создание! Сердито подумал гриффиндорец и тяжело вздохнул: пора было приниматься за работу, если он хотел сделать ее вовремя.