21 глава. Реальность - слишком коротка для сна
19 ноября 2018 г., 15:04
Цените тех, которые умеют видеть в Вас три вещи: печаль, скрывающуюся за улыбкой, любовь, скрывающуюся за гневом, и причину Вашего молчания.
Ясность грядущего заката, тонкой нитью пролегающей под широким небосводом, слегка томно освещающий верхушки тянущихся к небу деревьев. Она ещё никогда не задумывалась о завтрашнем рассвете, холодными лучами скользящий по изящной фигурке. Не задумывалась ни о чём важном, считая это пустой тратой времени. Лишь только стоило забыть о всех грядущих проблемах, как мысленно утопаешь среди колыхающейся травы, волнами подающийся невидимому крылу горного ветра. Пятно всё ещё помнит беспокойный рокот грома, разрывающий тишину над облаками. Беспокойные, зелёные глаза сверкали незаметной горечью в полумраке душной детской. Она всё ещё её помнит. Соболезнует о том, что очутилась так далеко от родного леса, наполненного в пору Голых деревьев голодом и страхом. Буря уносит с собой запах отчаяния, поселившегося в глубине племени. Очарованная переливом тонкой каймы, постепенно переходящая в тёмную вышину, Пятно с нетерпением посматривала на простирающиеся долины, прикрытые слоем снега. Моменты ушедших красот, замеченные однажды зорким янтарными глазками, невозможно сравнить с нелюбимыми сердцу границы. Пятно завистливо вздохнула, обвив лапами пушистый хвост. Воительница «отсиживала» своё время до наступления царствования Звёздного племени, дабы хоть глазком взглянуть на рассеянные облаками небо. Такое, когда она в жизни не сможет увидеть. Если бы Огнезвёзд послушал воительницу, то наверняка согласился переселится возле маленького обрыва, круто уходившего вниз. Возле стены земли уютно об устроились громадные валуны, которые она в свои небольшие луны считала за целые скалы. " — Вот вырастишь, станут лапки подлиннее, тогда обязательно обойдёшь весь мир и сможешь защитить своё племя! " Кто же ей это сказал? Рыжая бестия называемая матерью? Может не уступающий по рыжести Огнезвёзд? Точно Пятно не помнила, но осознала в тот момент, что под силам маленькому котёнку покорять новые вершины. Кажутся такими недосягаемыми, а на самом деле, до них легко дотянутся лапой. В глазах пёстрой кошки заклубилась печаль, смешиваемая необычным чувством. Ощутить на своей шкуре жизнь бродяги? Постичь всю прелесть и горький вкус скитаний? Разве так можно издеваться над воином, уважающего воинский закон? Сама понимая, что должна отдавать всю силу ради блага Грозового племени, отдать всю себя долгу, написанному ещё до её рождения, но всё равно… Безнадёжно. Краешек желтизны, слепящий пару мгновений назад исчез, скрывшись за горами в белых шапках. Множество раз Белка говорила о солнце, о Звёздном племени. Яркое светило засыпало, уступая предкам наблюдать за спящими соплеменниками и охранять их блаженный сон. Холодное мерцание прокатилось по небу, а тёмная пелена укрыла белых овечек, превратив их себе подобных. Пятно хорошо понимала произошедшее недавно. То-ли дар, то-ли проклятье свалившийся с небес на несмышлёную голову, но осознавать, что внутри тебя сидит давно погибшая целительница и ждёт своей участи. Для чего Пестролистая вернулась обратно? В такие моменты трудно дышать, возможно лишь наблюдать со стороны, как твоим телом управляет чужой разум. Принять практически невозможно. Невозможно и принять то, что теперь её внешность изменилась под влиянием воспоминаний и явного желания вернуться в незабываемый период. Грозовая воительница возвела в памяти зрелище. Помутневший глаз, не такой яркий, как его правая сторона, а у Пестролистой тоже самое, только на правой стороне. Близнец давно умершей кошки, чьё племя восторженными голосами восхваляли целительницу. — Ты ещё здесь сидишь? — от горестных мыслей Пятно отвлёк голос. — Здесь красиво, — пёстрая кошка слегка поникла, сдерживая подкативший комок. — Ты права, жил-бы здесь с… — Крап подошёл к кошке, смотрящей вдаль заснеженных высот. Он осёкся и замолчал, разглядывая Пятно. — С кем-бы жил? — воительница вопросительно на него посмотрела, с неподдельным интересом улавливая искринки клубящиеся в океане полных надежд. Крап переминался с лапы на лапу и то и дело раскрывал рот хотя что-то сказать, но отворачивал голову, словно это «жить с кем-то» казалась слишком тяжёлой ношей для Пятна. — А… Так… С кем мне ещё жить кроме… Тебя наверно, — Речной воин улыбнулся, прищуривая глаза. " Волнуется что-ли? " — не поняла Пятно. По виду и так понятно, что самой вырвалось из непоседливых уст, но такой реакции она никогда не видела. Точнее такого конфуза. Как же они долго блуждали по лесам? Натура Крапа, его характер в каждую секунду поднимали ей настроение. Даже в тот момент, когда Пестролистая нежданно завладела телом он не стал ничего спрашивать, видя выражения полной растерянности и страдания. Он не стал спрашивать… Ни о чём более, замечая поддельную улыбку на морде. " — Ты как? — мордашка Крапа оказалась перед Пятном, возвышаясь над неё в несколько мышиных хвостах. — А, ничего страшного, — промямлила она, с облегчением ощущая, как боль в горле проходит. Выдавив кое-как улыбку, кошка встала, отряхнувшись от приставших к шерсти снегу. Так вот как умерла Пестролистая! Ужасно ощущать это на своей шкуре и замечать страх, отразившихся словно в зеркале. — Ох, я аж переволновался, — выдохнув Крап, неожиданно для Пятна утыкаясь в её тяжело вздымающийся грудь. " — Я бы не отказалась, — задумчиво протянула Пятно. Она погорячилась на счёт Крапа, считая его последним мышеголовым Речным котом. Разве кто-то сможет понять её лучше чем он? Припоминая шаловливого задиру не упускающего случая пустить в Пятнышко очередной колкостью, рядом сидящий товарищ стал поистине нужным. Полосатик — братишка её лун от которого проблем-то не наберёшься. — Правда что-ли? — Невозможно отказаться от тебя, Крап. Даже и не знаю, как я смогу выжить без тебя в своём племени, — воительница тепло улыбнулась, впитывая разгоревшийся огонь внутри. Сердце забилось чаще, когда кот нежно прильнул к ней, обвив мягко хвостом. — Я… Люблю тебя, Пятно.***
Крупными каплями, ливень спускался с свинцовых туч разбиваясь о сгорбившиеся спины соплеменников. Между кронами деревьев разлетались шумное карканье ворон, сопровождаемые пронизывающим до костей ветром. Перешептывание зеленеющей листвы резко перешло на приглушённый крик, разлетаясь по поляне амурной атмосферой. Верхушки деревьев слегка пригибались под напором создаваемой буйством погоды. Огненная шерсть прилипла к щуплому телу, выделяя тонкие рёбра из-под шкуры. Коты сидящие на поляне поглощали тишину, прерываемые нарастающим ливнем. Начался совсем недавно, а уже укрыл тёмной пеленой лазурное небо, сияющее превосходством среди яркого диска солнца. Она совершенно не чувствовала холода, крупные капли проходили насквозь, словно она и не существовала на земле. — Огонёк, успокойся, — имя озарило Пятно, стоящую неподалёку от всей понурой процессии. За всё время, проведённое среди соплеменников, она так и не поняла, что здесь происходит. Неужели снова воспоминание Пестролистой? Ситуация накаляла, заставляя мелко подрагивать от каждого шороха рядом. В жизни не видела ничего подобного, что можно сравнить только… С передаванием тела земле? Почему она знает, что это такое? Присмотревшись ко всей группке, воительница разглядела огненный силуэт яро выделяющийся среди всего, что находилось на поляне. Сгорбленные плечи и стиснутые зубы, вот что видела кошка в своём дедушке, смотрящий на своё племя уважением. Не смотря, что это произошло много лун назад, картина не уплывала с глаз так долго, как-будто переживала ни раз. Подойти поближе желания не было. Что-то отталкивало Пятно рассмотреть зрелище похлеще, чем острые клыки волков, напавших на неё однажды. Вспомнив предсказуемый случай, пёстрая кошка невзначай боковым зрением взглянула на лапу, покрытую рубцами, не заросшие шерстью. На данный момент, лапа не тревожит обладательницу, но в любой момент разорванная конечность даст о себе знать. Как не хочется снова ощутить на ней злосчастные клыки. — Самый нелюбимый момент. Воительница вздрогнула от неожиданности произнесённого голоса. Мертвенный, тихий. Убивающий хрупкую душу. — А, испугала, — облегчённо вздохнула Пятно, заметив справа от себя своё отражение. Пестролистая держалась более бойко, но пустой взгляд стекляшки пугали в глубине души. Проследив за её взглядом, кошка неожиданно для себя отметила, что она смотрит на Огонька. Так из-за него, целительница снова захотела взглянуть в даль зеленых лугов, расстилающихся в глазах Огнезвёзда. — Не хотела показывать тебе этот момент, — Пестролистая глянула помутневшим взглядом в Пятно, явно ожидая реакции. Сказать в такой момент совершенно нечего. Так значит, она попала в момент смерти Пестролистой. И вправду, воспоминание, не имеющее право всплывать когда-то на поверхность. Мы неосознанно сортируем все проделатые дела, воспоминания по полочкам. Удивительно, а ведь мы чаще вспоминаем то, что хотим всей душой забыть и выкинуть в глубину памяти. — Ну что поделаешь? Всё равно когда-то я бы это увидела, — в сотый раз вздохнула Пятно. — Тебя это совершенно не волнует? — вопросительно качнула головой Пестролистая. — Меня волнует лишь то, что ты мне это показываешь, — с досадой выпалила она. — Я не решаю, что тебе показывать. — А кто тогда? — не поняла Грозовая воительница, косым взглядом внимательно разглядывая фигуры котов. — Не знаю, но это плохо действует на тебя. Лучше вообще тебе не смотреть мои воспоминания. Ты же хочешь вернуться домой невредимой? — последние слова она произнесла с ясной зловещностью, пробившей тело в дрожь. — Ты о чём вообще? — То, что ты, возрождение меня и делает твою судьбу нелёгкой. А воспоминания и мысли, которые ты видишь делают это ещё опасней. Запомни, что всю боль, что я пережила отразится на тебе. «Это что же значит?» — самой ответить на мысленный вопрос ей не удастся, но пришибленный вид Пестролистой говорил за своё. — Моё желание исполнило Звёздное племя, но оно не сотворило его полностью. Моя душа должна была отразится в пустом теле, а попало в твоё. Я чувствую, как оно начинает трескаться… Возможно скоро… Тебя не станет.***
Пятно широко открыла глаза от волн жаркого пламени прокатившегося по всему телу. Шерсть прилипла в некоторым местам, а сбивчивое дыхание вырывалось наружу сгустками пара, растворяющимеся в крыше «дырявого куста». Боль накатило в районе горла, заставив вскрикнуть. Сон длился вечно, она попала в его мёртвую хватку, вцепившись со смертью. Острые иглы насквозь прошли сквозь Пятно, заставив скривиться. Настолько реалистичное видение. В глазах Пестролистой пролетало множество птиц, искрящихся некой грустью. Воительнице никогда не понять своего двойника, умершего прямо на глазах. Хоть это и не была полноценная смерть, но представление имеется. «Слишком просто легкомысленно думаю об этом» — Пятно осознала это совсем недавно, поразмыслив над всем этим. Смерть — обыденная вещь, а засевшая душа, встретившая все преграды жизни привычное дело. Неужели её совершенно всё равно на свою судьбу? В нос ударил металлический запах витающий по временной палатке. Аромат крови сгущался с каждой секундой, а боль нарастало до невыносимого пульсирования в горле. Только оглянувшись по сторонам, Пятно удивлённо заметила сидевшего рядом Крапа и с неподдельным ужасом смотревшего на неё. — Что-то не… — вопрос кошки прервал тугой кашель сводивший горло, воительница присела на подстилку из собранных откуда-то промёрзшего мха. Запах крови не давал нормально дышать, но заметив причину сего запаха, Пятно осознала слова Пестролистой. «— То, что ты, возрождение меня и делает твою судьбу нелёгкой. А воспоминания и мысли, которые ты видишь делают это ещё опасней. Запомни, что всю боль, что я пережила отразится на тебе.» В свете яркой луны, кошка разглядела слипшиюся шерсть, окрашенную в бордовый цвет. Кровь стекала с раны на горле, всё это время пульсирующую словно от ударов. Сердце содрогалось неясной погибелью, загибая тело в несколько раз. Привкус крови. Пёстрая кошка снова разразилась в кашле, выплевывая на белоснежный снег капли бардовой субстанции. «Запомни, что всю боль, что я пережила отразится на тебе.»
