Притворись моим мужем

      Пятый салон для свадебного торжества. Ни ему, ни ей ничего не нравилось. Конечно, о костюме и платье никто не говорит. Сейчас выбирается само торжество, как и где оно будет проходить. Ссор было больше, чем адекватных разговоров. У них двоих ничего не получалось: то ему не нравится, то ей.       Уставшая пара решила сначала забронировать ресторан, а потом как получится, и они поехали в свой любимый — «Сопрано». Он как раз создан для подобных мероприятий. Даже интерьер толком менять не надо. Договорившись с хозяином заведения, они вышли к машине.       — Кол, — Гвендолин нарушила эту немую тишину, которая тянулась уже прилично долго после последней ссоры, — поехали перекусим куда-нибудь, что ли?       — Хорошо, — кратко ответил он, затем продолжил. — Наше кафе подойдёт? Мы недалеко от него.       — Отлично, — согласилась она, и снова тишина. Им было много что сказать друг другу, но никто не знал, как и с чего начать. Так же молча они заходили в кафе.       — Кол?! — тревожно позвала Маерс.       — Да? — ответил вопросом. Посмотрев на него, она в голос засмеялась, не стесняясь, что кто-то, кроме официанта, увидит их или услышит. В этом кафе у них есть ВИП-зона, куда пускают далеко не всех. Но в её глазах Кол веселья не увидел. Скорее это было похоже на начинающуюся истерику. — Гвен?! Всё в порядке? — осторожно спросил он и получил в ответ положительный кивок.       Но Майколсон не поверил ей. После того, что сделал этот подонок в клубе и вообще, она сильно изменилась. Он уже видел её подобное состояние. Но тогда было хуже, тогда она не держалась так, как сейчас. Вмиг ему перехотелось заводить эту тему. Ей и так слишком тяжело.       — Ваш заказ, — прервал их официант, но под грозным взглядом парня поспешил удалиться, оставив тот на столе.       — Гвен, — спокойно начал он, — давай сделаем так, — всё тот же тон, но она подняла глаза, ожидая чего-то страшного. В её взгляде чётко виден страх, — начни разговор сама, если захочешь этого. Я лезть не буду, хоть мне до боли хочется услышать всё. Я хочу всё узнать, но пока ты сама этого не хочешь... Я подожду. Я не хочу тебя потерять. Всё то, что было... Оно всё прошло. Я понимаю, забыть невозможно, но надо. Тебе будет легче, когда ты расскажешь. Но, повторюсь, я не тороплю.       Маерс, уже не сдерживая эмоций, плакала, но не истерила, как в прошлый раз. Её мучило чувство вины перед Колом за то, что тогда не призналась про ребёнка. Может, тогда всё было бы по-другому и она не переживала бы этот кошмар.       — Кол, — хриплым полушёпотом сказала она, — прости, — девушка просила прощения, смотря ему в глаза.       — Как это мило! — откуда ни возьмись появился Ян. — У меня ты прощения не просила, когда спала с этим! — его тон становился всё выше. Дэморс, проходя к своей випке, услышал их разговор и задержался. Но, не сдержавшись, вошёл, чем всё больше злил Майколсона.       — Проваливай! — Маерс сорвалась. Она не различала, где они находятся. Но кроме ближайших ВИП-столов их никто не мог слышать.       — Не смей со мной так разговаривать, — пригрозил Дэморс и ударил её по лицу так, что она снова упала. Всё повторялось. Так было и в прошлый раз. Ругань... Удар... Падение... Слёзы от беспомощности.       Кол был на грани, но когда Ян перешёл черту, это стало последней каплей. Он нанёс один удар, за которым последовал второй, третий и последующие. Его некому было останавливать, он защищал Гвендолин. Свою Гвендолин.       Придя в себя, Маерс могла адекватно оценить ситуацию. Сейчас ей не страшно. Она взяла бутылку из-под шампанского, которое пара собиралась распить, и нанесла Дэморсу удар по голове. Бутылка разлетелась на маленькие осколки, а на лице девушки не отражалось никаких эмоций, только краснота после удара, которая всё ещё жгла кожу.       — Ты в порядке? — с тревогой в голосе она подбежала к Колу, обнимая крепче, чем обычно.       — Гвенни, всё нормально, — он через силу улыбнулся и обнял её в ответ.       На грохот, который недавно они устроили, прибежали официант и охрана. Но они застали обнимающуюся пару и лежащего в осколках парня. Заметив их, Майколсон и Маерс расплатилась за заказ и нанесённый ущерб и пошли на выход. Они сели в машину и поехали домой.

***

      — Ма-ам?! — Гвендолин несколько раз позвала мать. Обойдя дом вдоль и поперёк, она увидела только записку, лежащую на кухонном столе:

«Гвендолин, мы с отцом уехали к родителям Кола. Там мы проведём время до свадьбы. Если нужна будет помощь — звони.

Мы тебя любим! Твои папа и мама!»

      — Коротко и ясно, — проговорил Кол, и, несмотря на то, что сегодня произошло, пара весело заулыбалась, ведь они снова одни.       Пока Гвен перечитывала письмо, парень подошёл к ней со спины, кладя руки ей на плечи. От прикосновений она вздрогнула. Его губы прикоснулись к её шее; она отклонила голову ещё больше, позволяя его губам изучать шею. Повернувшись, девушка заняла главенствующую роль в этой пытке и, зарывшись рукой в его волосы, крепко поцеловала. Кол на мгновение дал ей возможность побыть главной, но потом перехватил инициативу и впился в её губы, опуская руки ниже талии. Он посадил её на стол, продолжая поцелуй.       Настойчивая трель дверного звонка заставила их прерваться. Выругавшись, парень открыл дверь, за которой стоял старший Сальваторе.       — Скажи, что тебя Гвендолин скалкой побила? — увидев лицо друга, Дэймон засмеялся, но резко успокоился, увидев девушку. — Что случилось? — уже серьёзно спросил он.       — Ничего, — кратко ответила она и ушла наверх.       — Так, а если серьёзно? Кол, мне с кафе звонили, рассказали, что вы там устроили, — спокойно ответил Сальваторе, ожидая ответа, которого не последовало. — Не хочешь говорить ты, я тогда спрошу у неё, — Кол резко одёрнул его, давая понять, что лучше ближайшее время к ней не лезть.       — А что в пакете? — с любопытством спросил Майколсон, но ответа не дождался. Дэймон по-хозяйски прошёл на кухню за стаканами. Вернулся он так же быстро, как и ушёл. Парень достал первую из пяти бутылок бурбона и начал разливать её в три стакана.       — Зови пострадавшую, — спокойно сказал он. — Будем лечить её.       Кол нехотя пошёл за Гвендолин. Он знал, что она вряд ли спустится, но попытаться стоит. Подойдя к двери, он услышал всхлипывания. Когда Майколсон зашёл, она сидела на своём любимом подоконнике, поджав колени. Девушка не заметила, как он вошёл, поэтому продолжила плакать. Но когда Кол был в шаге от неё, он услышал еле слышный шёпот. Она плакала, повторяя одно и то же слово — «ненавижу», и чем дальше, тем больше этот плачь становился истерикой.       — Гвен! — довольно громко сказал Майколсон, всеми силами пытаясь обратить на себя внимание, но ответа не было. — Всё в порядке? — попытки тщетны. Не выдержав, он снял её с подоконника, взял за плечи и слегка тряхнул, от чего Гвендолин пришла в себя. — Ты в порядке?       — Нет, — кратко ответила она, пытаясь скрыться от парня. Но он не сдаётся. Он наплевал, что ей сейчас плохо. Ей нужно развеяться. Кол перекинул её через плечо и понёс в гостиную, где сидел Сальваторе.       — Гвен, я толком не знаю, что случилось, но если ты не успокоишься и не присоединишься, я через силу начну заливать бурбон тебе в горло, — ясно сказал парень, но она и не собиралась сопротивляться. Девушка не стала размениваться на стаканы. Ей было очень плохо и больно, но в то же время она чувствовала себя защищённой. Она взяла бутылку и под удивлённые взгляды парней пригубила её. Дальше всё как в тумане: алкоголь с реактивной скоростью кончался, но всем было весело на протяжении половины ночи, пока все не заснули там, где сидели.