Это всё Эрик-2. Его надежда

POV Хоуп После ухода Эрика, весь оставшийся день я думала о нём, о его прикосновениях и приказе прийти к нему в кабинет. Я сбита с толку и не знаю, чего от него ожидать. С одной стороны, это логично - встретиться и поговорить без посторонних глаз. Нас многое связывает. С другой стороны, после того, как он облапал меня в спортзале, я не уверена, что Эрик ограничится разговором. А спать с ним я не готова. Только не после Джанин. — Итак, новички! На сегодня тренировка окончена. Можете пойти привести себя в порядок и потом в столовую на ужин! — громко сообщил Юрайя. Мы уже повернулись на выход, как он прокричал: — Девушки, за мной! — и кивнул нам, мы устало поплелись вслед за ним. Покидая зал, я заметила недобрый взгляд Кристины. Да, мало приятного. Мы недолго петляли по коридорам. Пока не остановились около неприметной железной двери. — Новички, это ваша новая комната. — сообщил Юрайя и кивнул на кодовый замок: — Как уже говорила Кристина, в этом году вас, девушек-переходниц, всего трое, поэтому ради вашей безопасности руководитель Фракции распорядился вас поселить отдельно. Это кодовый замок, комбинация "321В", постарайтесь запомнить, дважды повторять не буду. Ваши комплекты одежды и гигиенические принадлежности уже перенесли из казармы, так что располагайтесь. Через полчаса вы должны быть на ужине. Не успеете - останетесь голодными до завтрашнего обеда. И да, последнее! Вам запрещено водить в комнату парней! Всё ясно? — Да! — пропели мы хором. — Тогда вперёд! — скомандовал он, набрал код на замке, открыл нам дверь и, дождавшись пока мы пройдём, ушёл. — О мой бог! — воскликнула дружелюбная девушка. — Девочки, вот это нам повезло! Спасибо тебе, Лидер! — она звонко рассмеялась и с разбега плюхнулась на кровать рядом с небольшим окном. — Вы не против? Просто на этой кровати лежат мои вещи, вот я и подумала... — извиняющимся голосом спросила она и заискивающе посмотрела сначала на меня, потом на Отречённую. — Всё нормально! — тихо ответила Отречённая, высокая и худая девушка с тёмно-русой косой. И посмотрела на меня. — Да, видимо, нас распределили без нашего ведома. Но нас всего трое, так что какая разница, где спать? — я улыбнулась и девчонки "расцвели" в ответ. Комната была небольшой, из мебели только наши кровати и тумбочки. Моя кровать стояла у входной двери. Ну да ладно, переживу, главное, не надо ночевать с кучей парней в одной казарме. Кровать Матильды напротив моей рядом с ещё одной дверью, наверное там санузел. — Меня, кстати, зовут Адель! Я из Дружелюбия! — спохватилась наша разговорчивая соседка. Но несмотря на болтливость, она мне понравилась, с короткими рыжими волосами и смешными веснушками, среднего роста, слегка пухленькая, но симпатичная. Настоящая дружелюбная. — Я Матильда, перешла из Отречения! — еле слышно представилась наша тихоня, скромно присев на край своей кровати. Отречение, что тут скажешь. Но в целом она приятная: тёмные длинные волосы, большие карие глаза, пухлые губы, довольно миловидная. Я улыбнулась ей, чтобы как-то расположить её, и хотела назвать своё имя, но меня перебила Адель: — А тебя я знаю - ты, Хоуп! Ты жила у нас в Дружелюбии на Базе Эрудитов, и ты часто с родителями приходила на наши праздники! Ты помнишь меня? — Извини, но... — замялась я, мне стало неудобно, я её совершенно не помнила. — Ничего страшного! Два года прошло, к тому же нас было много, все в одинаковых оранжевых и красных платьях, неудивительно, что ты меня не запомнила! — протараторила она в своей активной манере. — Так куда ты пропала? Мы слышали какой-то грохот на вашей Базе, а потом ты и твои родители исчезли! — Взорвалась лаборатория, папа с мамой погибли. Меня забрали в город в Эрудицию... — печально сообщила я, было больно вспоминать те события, и Дружелюбная это поняла: — Извини, я не знала, сочувствую твоей утрате. — тут же исправила она свою оплошность. — Просто нам ничего не говорили, понимаешь. Как ты сейчас? — Забудь, прошло два года, я смирилась. — я поспешила её успокоить, ненавижу когда меня жалеют. — А потом, мы теперь бесстрашные! Давайте лучше посмотрим комнату, похоже, это была чья-то квартира! — Да, здесь наверное есть ванная! — Адель бросилась открывать дверь, расположенную рядом с кроватью Матильды. — Точно! И есть душевая кабинка, и унитаз нормальный! — обрадовала нас Дружелюбная. Мы с Отречённой рванули к ней. — Ну что, кто первый в душ? — спросила я. Девчонки растерялись. — Тогда давайте в камень-ножницы-бумага? — Давайте! — мы посчитали до трёх и сыграли. Победила Матильда, так что она пошла в душ первой. Мы с Адель остались вдвоём. Мы сидели и рассматривали вещи, помимо двух чёрных спортивных костюмов из плотной джинсы и кожи, нам выдали чёрную и красную майки, две чёрных футболки. Два комплекта спортивного белья. Две пары носков. Две куртки - кожаную и джинсовую. Кроссовки и берцы. На тумбочке рядом с кроватью я обнаружила полотенце, шампунь, мыло, зубную щётку с пастой, пачку со стиральным порошком, расчёску, резинку для волос и упаковку тампонов. У девчонок стояли точно такие же наборы. Правда Матильда уже ушла со своими вещами в душ. — Хоуп, что тебе сказал Эрик? — прервала тишину Адель. Я вопросительно уставилась на неё. — Извини, но я видела, как он подошёл к тебе на тренировке... — она прикусила губу, её распирало от любопытства и она хотела ещё что-то спросить. — Что ты имеешь ввиду? — я решила уточнить, чтобы не наболтать лишнего. — Просто он стоял так близко к тебе, а потом, когда он ушёл, у тебя был такой потерянный вид... — пояснила она. — А ты про это? — я включила дурочку. — Да так, показывал, как правильно ставить корпус и бить по груше! — я не соврала, но и полной правды, конечно не сказала. — Ты не обижайся, но мне показалось, что он обратил на тебя внимание! — не унималась Адель, подтверждая постулат, что все дружелюбные - великие сплетники. — Разве? А мне показалось, что я его раздражаю, особенно после стычки с Кристиной! — О да, Кристина! — Адель взмахнула руками и закатила глаза. — Ты бы с ней поосторожнее! Она всю тренировку бросала на тебя злые взгляды и, по-моему, она тоже видела, Как Эрик лапал тебя! — Что? — вот тебе и дружелюбная, всё заметила, впрочем, у них во фракции это нормально, следить кто с кем... — Я не понимаю? — Хоуп, не принимай на свой счёт! Ты не виновата! Просто ты красивая, а Эрик - бабник, все об этом знают! Он даже в нашей Фракции переспал с несколькими девушками, когда приезжал к Джоанне. А в Бесстрашии, говорят, он меняет любовниц каждую ночь. И я готова поспорить на что-угодно, что с Кристиной он тоже спал. А ещё рассказывают, что Эрик может избить или изнасиловать, если ему кто попадётся под горячую руку. Так что будь осторожнее! — Да уж... Ну и дела... — если раньше я просто опасалась Эрика и Кристину, то после слов Адель мне стало не по себе. Чувствую, ничего хорошего меня не ждёт в Бесстрашии. — И когда ты успела всё узнать? — я усмехнулась, стараясь перевести всё в шутку. — В прошлом году к нам в Дружелюбие перешли две урождённых Бесстрашных, я с ними подружилась, они много чего рассказали. — Тогда удивительно, что после всех этих ужасов об Эрике, ты всё равно перешла в Бесстрашие? — Ну, во-первых, я не в его вкусе, так что вряд ли он на меня позарится! А во-вторых, у меня здесь старший брат, мы с ним с детства мечтали стать бесстрашными. И мой отец - урождённый бесстрашный! — похвасталась дружелюбная. — Тогда понятно! — согласилась я. — Девчонки, я всё! Кто следующий? — из душа вышла довольная и посвежевшая Матильда. — О, это я! — подмигнула мне Адель и, подхватив полотенце с шампунем и мылом, побежала в ванную. — Я быстро! Мы с Матильдой немного поболтали ни о чём, пока Адель не освободила душ для меня. После водных процедур мы все трое - свежие и довольные отправились в столовую. Нас встретило огромное помещение, напоминающее улей с шумным роем пчёл. Все столы были заняты, бесстрашные громко болтали и смеялись. Мы втроём застряли в проходе между рядами, не зная, куда податься. — Девчонки, давайте к нам! — мы обернулись на голос и увидели светловолосого высокого парня, он махал нам рукой и указывал на свободные места за его столом. Кажется, его зовут Ричард, переходник из Искренности. С ним сидели ещё два парня, их имён я не помнила. Мы с подругами пошли к ним. Я села рядом с Ричардом. Матильда осторожно приземлилась около мускулистого брюнета с голубыми глазами. А Адель села напротив крепкого зеленоглазого шатена. — Я Ричард, перешёл из Искренности! — громко представился мой сосед. — Это мои друзья Джон и Марк, они так же переходники из Искренности! Как мы поняли, брюнет - это Джон, шатен - Марк. Мы с девчонками тоже представились по очереди. Потом все как-то сами собой разбились по парочкам. Адель болтала с Джоном, Матильда с Марком, точнее - Марк что-то увлечённо рассказывал, а Отречённая ему кивала и изредка поддакивала. Меня же "развлекал" Ричард. — Хоуп, как тебе в Бесстрашии? — начал он с банального. — Не тяжело? — Нормально, я знала куда шла. — улыбнулась я. — Как думаешь, эти котлеты съедобные? — я с опаской подцепила одну на вилку и переложила к себе в тарелку. — Вроде да! Здесь, говорят, неплохо кормят! — обнадёжил он насчёт местной кухни. — Конечно, не так изысканно как в Эрудиции или у нас в Искренности, но уж точно лучше, чем в Отречении! — пошутил он и любезно пододвинул мне тарелку с десертом: — Вот, попробуй шоколадный торт, это фирменный рецепт бесстрашных! — А ты? — я не привыкла есть одна. — Я с тобой! — рассмеялся блондин. Мы ели котлеты, потом торт, и я поняла, как сильно проголодалась за день, ведь после церемонии выбора в Бесстрашии нас сразу отправили на тренировку, даже не покормили. Суровые нравы. — Ну как тебе торт? — спросил Ричард и неожиданно протянул руку к моему лицу, и убрал выбившуюся прядь волос за ухо. Я затаила дыхание. Близость с парнями для меня всё ещё была в новинку. Родители воспитывали меня строго, да и Джанин следила и никого не подпускала ко мне. Впрочем, я и сама никогда не была распущенной. Я всегда улыбалась парням, и это был мой максимум, большего я не позволяла. И если не считать инцидента с изгоем Эдвардом, то я ещё ни с кем ни разу не целовалась. В Эрудиции за мной ухаживал Калеб Прайор - помощник Джанин, но он мне не нравился, какой-то он скользкий и неискренний. Были ещё поклонники в школе, на них я тоже не обращала внимания. Я, глупая, была влюблена в Эрика... — Хоуп?! — напомнил о себе Ричард. — Да, торт очень вкусный! — спохватилась я и в сотый раз за ужин улыбнулась парню. Ричард мне понравился, красивый. Из под чёрной куртки угадывались рельефные мышцы. Чувствуется, тренировался перед тем, как перейти в Бесстрашие. У него приятный бархатный голос, хорошие манеры, и от него веет мужской уверенностью. Ему явно не откажешь в уме и сообразительности. И ещё у него очень красивые глубокие глаза синего цвета. В них можно утонуть. — Хочешь ещё? — он потянулся за добавкой для меня. — Нет-нет, не надо! — прыснула я. — Ты хочешь, чтобы я растолстела от сладкого? — Хоуп, если ты беспокоишься об этом, то не стоит! Нас здесь так загоняют, что можем хоть килограммами лопать торты, всё равно на тренировках всё сгоним. — и он положил мне новый кусок торта на тарелку. — Ладно! — я потянулась к лакомству, но в этот момент сзади меня кто-то грубо толкнул в плечо, так, что я выронила вилку. Мы с Ричардом синхронно обернулись. Кристина... — Что уставились? — рявкнула мулатка. — Эрудитка, подъём и на выход! — бесцеремонно приказала она. Я нехотя встала и поплелась за ней. Даже со спины чувствовалось, что Кристина в ярости, и я догадывалась почему. Эрик... Мы вышли из столовой и пошли по неизвестным коридорам. Кристина громко чеканила шаги по каменному полу, я тихо семенила за ней, стараясь прикинуться тенью. Мы петляли по подземелью, пока не оказались в маленьком тёмном закутке. Кристина вдруг остановилась, повернулась ко мне и, резко схватив меня за кисть, заломила мне руку. От боли я застонала. — Значит так, сучка белобрысая! — зашипела мулатка. — Эрик приказал привести тебя к нему, и я вынуждена исполнять! Но не думай, что это хорошо для тебя! Если ты только попробуешь подкатить к нему, знай, случайно упадёшь в пропасть! Держись от него подальше! Поняла? — и она сильнее вывернула мне кисть. — Да! — прохрипела я, сжимая зубы от боли. Мне казалось, ещё чуть-чуть и Кристина сломает мне руку. Мулатка была маленького роста, ниже меня на голову, но крепкая и ловкая. А я так глупо пропустила момент нападения. Хотя, кого я обманываю?! Я неофит, и даже если я могу дать отпор, всё равно должна терпеть... — Вот и хорошо! Узнаю, что ты мутишь с Лидером - убью! — она резко отпустила мою руку и толкнула меня вперёд. — За поворотом большая железная дверь справа! Сама дойдёшь! — фыркнула она и скрылась в темноте коридора. Я выдохнула, размяла повреждённую кисть и пошаркала в кабинет к Эрику. И чем ближе я подходила к его двери, тем страшнее мне становилось. Сердце колотилось в бешеном темпе, во рту пересохло, дышала я через раз. Я урождённая Эрудитка и не верю в бога, но сейчас я молилась... POV Eric День выдался, пиздец, тяжёлый. Сначала прибыли неофиты. Потом мне доложили, что в квартале изгоев опять беспорядки, пришлось отправить туда дополнительные патрули. После позвонил правдолюб Джек Кан и потребовал соблюдать законность, и не расстреливать аффракционеров-нарушителей, а отправлять их в Искренность для суда. И вдобавок ко всем проблемам Джоанна Рейес запросила личную встречу. Она потратила три часа моего времени, выпрашивая усилить охрану Дружелюбия. Джоанна жаловалась на участившиеся набеги изгоев на их поля. Да я и сам понимал, что в Чикаго с каждым годом становится опаснее. Слишком много наплодилось аффракционеров. Два года назад нам удалось стабилизировать ситуацию, разгромив Лагерь сопротивления и разогнав кучу изгойских гадюшников. Но с тех пор эти ублюдки снова расползлись по городу, как раковая опухоль, нарушая правопорядок. Став Первым Лидером Бесстрашия, я потребовал у Совета фракций - ввести рабочую повинность для изгоев и разрешить им ремонтировать и селиться в заброшенных домах, а их детей допустить на Церемонию выбора. Ибо нехуй просто так слоняться по улицам. Отсюда и преступность. Но эту инициативу на корню убил глава Совета Маркус Итон. Разумеется, нахер тогда сдалась его фракция, если изгои смогут сами о себе заботиться. Ещё я требовал ужесточения законов по отношению к нарушителям. Но Искренность с Отречением настаивали на лояльности. А Дружелюбие придерживалось нейтралитета. Джанин вроде поддерживала меня, но как-то неохотно, я видел, она что-то замышляет. — Блядь, как всё заебало! — крикнул я в сердцах и стукнул кулаком по столу. — Пойти в тир пострелять, что ли? Или покидать ножи? — я встал, убрал бумаги в сейф, закрыл его и направился к двери. Только я взялся за ручку, как с другой стороны еле слышно постучали. Я немедля открыл двери и уткнулся в испуганное личико Хоуп Метьюз. Вот это сюрприз! Девушка стояла и в шоке хлопала своими длинными ресницами. Это очаровательно. — Я... — пролепетала она и резко заткнулась. — Хоуп? — мне стало интересно и забавно смотреть на её неловкие попытки что-то сказать, настроение заметно улучшилось. — Ах, да! Совсем забыл, что вызвал тебя вечером! — О, тогда я пойду, если я не вовремя! — обрадовалась, что соскочит девчонка и уже намылилась в коридор, но я быстренько перехватил её за локоть. — Стоять! — гаркнул я. Может за делами я и забыл о её визите, но я совершенно не хотел, чтобы она уходила. — Проходи, раз пришла! — приказал я и подтолкнул её в кабинет. Девчонка нахохлилась, как воробей и, обиженно надув губки, протиснулась мимо меня. Я захлопнул двери и незаметно запер их. В несколько шагов прошёл к окну и, оперевшись на подоконник, стал рассматривать мою гостью. — Я рад, что ты пришла, Хоуп! — сказал я вполне миролюбиво, чтобы немного разрядить обстановку, уж очень девчонка напряглась, замерев немой статуей посреди кабинета. — И я рад, что ты выполнила последнее условие нашего договора и перешла в мою фракцию! — У меня не было выбора... — пробубнила себе под нос, но я услышал. — Разве? — съехидничал я. Хотя прекрасно знал, она не рискнула бы ослушаться. — Ты сказал, что убьёшь меня, если я не выполню твои условия! — подтвердила мои мысли девчонка. — Милая, ну когда это было, может, я передумал?! — я решил её подразнить. — Если бы это было так, ты не отправил бы ко мне Зика перед Церемонией выбора! — возразила она. — Точно! А ты соображаешь, не зря урождённая Эрудитка! — она меня даже повеселила. — А что, неужели ты хотела остаться с Джанин? — Ты сам сказал, я урождённая Эрудитка, и тест показал Эрудицию, так что я бы лучше осталась там! — она огрызнулась и первый раз за весь разговор прожгла меня недовольным взглядом. А глаза у неё красивые. И сама красивая, особенно когда злится. Конфетка просто. — А что в Бесстрашии совсем не понравилось? — я продолжил её испытывать. — Ты хочешь услышать правду? — смело заявила она и с вызовом зыркнула на меня. — Разумеется! По-моему мы с тобой с самой первой нашей встречи договорились не врать друг другу! — с нотками лёгкого флирта в голосе я напомнил ей о наших прошлых встречах. — Тогда скажу правду - нет, мне не понравилось здесь! — честно призналась она и уставилась в пол, нервно сплетя пальцы на животе. — Кто-то уже обидел? — догадался я. — Ты сам всё прекрасно знаешь. — тихо ответила она, всё ещё не глядя на меня. — Кристина? — предположил я, вспоминая утренний инцидент. Хоуп промолчала. — Значит, всё-таки она! — по её реакции я всё понял. Девчонка слишком гордая, жаловаться не будет, но и не надо, я и так знаю, кто там воду вечно мутит и как злая собака кидается на всех более-менее симпатичных баб во фракции. Кристина давно нарывается, и меня достала со своими подкатами. Надо с этим кончать. — Не бойся, я с ней разберусь. Кристина больше не подойдёт к тебе! — Не надо, я сама в состоянии постоять за себя! — вспыхнула девчонка и недовольно прикусила пухлые губки. Зря она это сделала. — Я так не думаю! — я невольно повысил голос, пытаясь отвлечься от её губ. Девчонка вздрогнула, и я продолжил спокойнее: — На этом закроем тему! — Хорошо! — пролепетала она и, робко посмотрев на меня исподлобья, поинтересовалась: — И что дальше? — Дальше, солнышко, тебе придётся забыть об Эрудиции и привыкать к новой фракции! — пропел ехидно-бархатным тоном я, а потом строго спросил: — Поняла? — Да... — кивнула она несмело. — Ладно! — я подошёл ближе, обошёл её вокруг, рассматривая, какой она стала. Хоуп довольно высокая, всего на полголовы ниже меня. Стройная. Вижу, из-за моего внимания она чувствует себя неловко, покраснела, дышит через раз. Такая желанная и притягательная. У меня нестерпимо зачесались руки, захотелось прижать её, потрогать эти аппетитные изгибы, грудь. Я нервно сглотнул, почувствовав то самое резкое и необъяснимое возбуждение, которое испытываю каждый раз рядом с ней. — Может присядем? — я медленно прошёл вглубь кабинета и удобно устроился на диване. Хоуп не шелохнулась. — Иди сюда! — громко приказал я, она опять вздрогнула и медленно развернулась ко мне. — Живее! — Хоуп недоверчиво подошла ближе. Такая пугливая. — Эрик, может я лучше постою... — тихо промямлила девчонка, глядя на место рядом со мной. — Что ты, дорогая! В ногах правды нет! Присаживайся! — я похлопал рядом с собой. Девчонка нехотя двинулась ко мне, но стоило ей подойти ближе, я изловчился, схватил её за руку и дёрнул на себя. Хоуп вскрикнула и приземлилась прямо ко мне на колени, инстинктивно схватив меня за плечи, удерживая равновесие. — Эрик, прекрати! — взвизгнула она и хотела подскочить, но я настойчиво усадил её обратно. Тогда она начала дёргаться и толкаться. — Хоуп, сиди спокойно! — рявкнул я, сильнее хватая её за бёдра и уворачиваясь от её рук. — Или я сделаю тебе больно! — Пошёл ты к чёрту! — крикнула она и продолжила вырываться. Смелый воробей. — Я предупреждал, солнышко! Сама виновата! POV Хоуп Я догадывалась, что ничего хорошего меня не ждёт в кабинете Эрика, но я надеялась на лучшее, всё-таки мы многое прошли вместе. Но зря. Сейчас я видела того самого Эрика, который остервенело трахал Джанин на её рабочем столе. С той разницей, что теперь в его руках была я, а не моя тётка. И никто мне не поможет, кроме меня самой. — Эрик, хватит! Прекрати! — закричала я в десятый раз за нашу короткую встречу, но он лишь сильнее распалялся. Я сопротивлялась, извивалась, закрывалась руками, пыталась соскочить с его колен, и мне это почти удалось. — Блядь! Да прекратишь ты или нет, рыпаться?! — он заорал на меня и, подхватив меня под рёбра, поднял и бросил на диван, и следом навалился сверху, придавив меня своим не маленьким весом. Я видела его потемневшие от возбуждения глаза и искажённое злостью и похотью лицо. Это было страшно. — Нет! Эрик, хватит! Отпусти! — я упёрлссь ладонями в его железную грудь, он выругался и больно скрутил мне руки. Но я не намерена сдаваться, пускай он изобьёт или даже убьёт меня, но по собственной воле я не дамся. — Хоуп, последний раз прошу - прекрати сопротивляться, я не хочу делать тебе больно! — Эрик сильнее прижал меня и потянулся к застёжке моей куртки. — Расслабься и тебе понравится! — Нет! Я не сдамся тебе! Не по своей воле! Можешь убить меня! — я кричала и брыкалась ногами, не давая стащить с меня куртку. Каким-то чудом я высвободила руки и со всей силы вцепилась ногтями ему в лицо. — Сука! — закричал Эрик и с размаху ударил меня в висок. Я почувствовала резкую боль и в глазах потемнело. Пришла в себя я от болезненных ударов по лицу. Я открыла глаза и увидела Эрика, он нависал надо мной и бил меня по щекам. — Очухалась? Дура! — рявкнул Эрик и с облегчением выдохнул. — Говорил же - не нарывайся, и я тебя не обижу! Он осторожно погладил меня по щеке, я в отвращении отвернулась и вдруг увидела, что лежу в одних трусиках. Сволочь! Пока я была без сознания он меня раздел! Подлец! Я резко дёрнулась и попыталась руками прикрыть обнажённую грудь. — Ну что ты, девочка! — обманчиво ласково прошептал Эрик и убрал мои руки, больно зафиксировав их над головой. — Не бойся, моя хорошая! Если бы ты знала, как я долго этого ждал, и скучал, Хоуп! — он шептал что-то ещё нежное и пошлое, но я перестала различать его слова, я была в шоке. Он меня ждал? Он скучал? Лжец! — Ты трахаешь Джанин! — крикнула я ему в лицо и снова дёрнулась изо всех сил. — Ненавижу тебя! — Эрик на секунду замер, видно не ожидал, что я знаю об этом. — Забудь о ней... — наконец выдохнул он. — Мне пришлось спать с ней... — как-то виновато прохрипел он. — Но больше у меня с ней ничего не будет! Обещаю! — он улыбнулся мне, странной, несвойственной ему улыбкой и, опять резко пригвоздив к дивану, поцеловал меня. Я запищала и замычала, сильнее сжимая губы и зубы, и вертя головой, не давая ему меня целовать. И Эрик психанул. Не успела я в очередной раз ударить его, как он схватил и связал мне запястья моей же майкой. А потом взял меня за подбородок и большим пальцем надавил на челюсть. Я закричала от боли. И Эрик, воспользовавшись тем, что я открыла рот, снова впился мне в губы. Грубо и нагло проникая внутрь языком. Его действия были опытны и, наверное, мне должно было понравиться. Но у меня внутри всё кипело. Он насиловал меня! И я не могла ему позволить! Я должна сражаться до последнего! — Нет! — я укусила его за губу. Эрик зарычал и ещё отчаянее впился в мои губы, его язык продолжил хозяйчинять у меня во рту, смешивая слюну с его кровью. Мне нечем было дышать. Я задыхалась и металась под ним. Но силы были неравны. Кто я против огромного и сильного Эрика? Я сопротивлялась из последних сил, а он не обращал внимания, продолжая меня целовать и нахально лапать. Такое ощущение, что его руки были везде - на груди, талии, животе, бёдрах, и даже на спине. — Эр-ррик! — прохрипела я совсем задыхаясь, и он прекратил меня целовать, давая мне глотнуть спасительный воздух. — Я хочу тебя, Хоуп! Я так хочу тебя! — прорычал он, переключившись на мою шею и ключицы. Он оставлял болезненные засосы, пока не спустился к груди и не прикусил мне сосок. Я простонала, но не от наслаждения, а от боли. — Тшшш, девочка! Расслабься! — прошептал он и продолжил влажно целовать мою грудь. — Нееет! — я опять закричала, и мне удалось ловко увернуться от его поцелуев. Видимо, это в конец взбесило Эрика и он, оторвавшись от моей груди, зло уставился на меня. — Хоуп! — он шумно выдохнул через ноздри, как разъярённый бык. — Я был терпеливым, но по-хорошему ты, я вижу, не понимаешь! Ты будешь подчиняться или нет? — заорал он, я даже подскочила от неожиданности. — Нет! — нашла в себе смелость и пискнула я, но от страха меня было еле слышно. — Ну как знаешь! — процедил он сквозь зубы. — Я хотел быть нежным, но ты толкаешь меня на грубость! — Эрик, пожалуйста! Не поступай так со мной... — я стала его уговаривать, всё это время я держалась, наверное на адреналине, но сейчас у меня из глаз хлынули слёзы. — Ты же спас меня от изнасилования! Почему сейчас ты сам это делаешь? — я уже не сдерживала рыданий, пытаясь достучаться до того Эрика, что нёс меня на руках подальше от Лагеря изгоев. — Хоуп, тогда ты была маленькой... — теперь Эрик начал уговаривать меня, но постепенно он стал распаляться: — А сейчас ты взрослая, так что перестань строить из себя оскорблённую невинность! Тебя всё равно здесь трахнут! Это Бесстрашие - у нас на одну бабу пять мужиков! И я - лучший вариант для тебя! Покорись, и я стану твоим защитником! — он фактически поставил мне ультиматум. — Эрик, я тебе не верю! Поэтому - нет! Лучше убей меня! — конечно, умом я понимала, что если изнасилование неизбежно, а в моём случае оно неизбежно, то лучше расслабиться и получать удовольствие. Но моя гордость не позволяла так низко пасть. Лучше побои... — Девочка, ты такая глупая! — Эрик по-звериному оскалился и с удвоенным энтузиазмом скрутил и навалился на меня. Я всё ещё продолжала дёргаться и извиваться, но его руки нещадно лапали меня, а поцелуи обжигали ядом. Это было насилие и потому его "ласки" не приносили мне никакого удовольствия. — Эрик! Открой! — прозвучал спасительный женский крик за дверью, а потом громко постучали. Скорее всего стучали давно, но мы не слышали. — Тори, сука! — тихо выругался Эрик, и упал на меня, уткнувшись носом мне в плечо, он пытался отдышаться. — Эрик, у нас чрезвычайная ситуация, открой! Я знаю, что ты там! — не унималась женщина за дверью. — Тори, перестань орать! Я тебя слышу! Две минуты! — крикнул Эрик в ответ и, наконец, встав с меня, он развязал мне руки и, быстро собрав в кучу мои вещи, отдал их мне. — Быстро в ванную! — он кивнул мне на боковую дверь. — И чтобы ни звука! — я кивнула, и опрометью бросилась в спасительную комнату. POV Eric Блядь, ну что за невезуха! Девчонка уже была на крючке! Такая невинная, сладкая! Я привёл себя в порядок и пошёл открывать двери. На пороге стояла встревоженная Тори. Она лишь мельком взглянула на меня и захихикала. — А я думала, ты не позволяешь себя царапать?! — съязвила она, и я мысленно сматерился, значит, девчонка всё-таки разукрасила мне рожу. Вот маленькая дрянь! — Заткнись, это тебя не касается! — я поставил Тори на место, чтобы не зарывалась, хоть я её и трахал время от времени, это не давало ей никакого права смеяться надо мной. — Что случилось? — Ладно, извини! — сдалась Тори. — Джанин приехала, требует немедленной встречи с тобой! А вот это уже нихуя невесело...