Это всё Эрик-2. Его надежда

POV Eric Я настолько зол на неё, что теряю контроль. Не замечая никого и ничего вокруг тащу эту дрянь по коридору за волосы и не могу поверить в происходящее. Когда Тори проболталась о том, что увидела Хоуп целующейся с пацаном из Искренности, я вскипел, но решил проверить и смотался до диспетчерской. И на камерах слежения всё увидел своими глазами. Пропасть. Хоуп. Ричард. Их поцелуй. И шуганувший их Юрайя. Интересно, а если бы Педрад-младший их не застукал, как далеко они бы зашли? И эта маленькая сучка ещё выговаривала мне за трах с Джанин?! Как она могла? А как же её пресловутая любовь? Какой я идиот! Поверил малолетке! Да ещё и племяннице Джанин. Знал же, что порода Метьюз насквозь фальшивая. И с чего я решил, что на этот раз "яблоко от яблоньки далеко упадёт"? — Эрик, пожалуйста! Мне больно! — скулит девчонка и упирается ногами, а я не обращаю внимания на её скулёж и продолжаю тащить за волосы. Дотащу до Шпиля, потом на лифте в свои лидерские апартаменты. Там-то я с ней разберусь. К чёрту обещания, она нарушила договор первой, значит и мои обязательства аннулируются. — Эрик! — завизжала, когда я её особенно сильно дёрнул. — Хватит вопить, дрянь! — я толкнул девчонку в лифт, она упала на колени и стукнулась лбом о зеркало. — Зачем ты это делаешь? — пропищала сквозь слёзы, потирая рукой ушибленный лоб. — Ты обещал, что больше не тронешь меня! — А ты решила этим воспользоваться, и задрала юбку перед первым попавшимся молокососом! Маленькая шлюха! — меня распирало от гнева и я до боли сжимал кулаки, чтобы не прибить её. — Прекрати! Я ничего такого не делала! — закричала она. — Не ври мне! — я заорал так, что сам чуть не оглох. — Ты сосалась у пропасти с ублюдком из Искренности! Ну как он целуется? Понравилось? — лифт остановился, я схватил её за шиворот и снова потащил по коридору. Девчонка перестала упираться, неужели поняла, что накосячила и смирилась с неотвратимым наказанием. Я открыл двери своей квартиры и одним сильным толчком впихнул её внутрь. Девчонка сделала несколько мелких шагов, но на середине комнаты споткнулась о собственные ноги и снова упала, стукнулась коленями о паркет, и зашипела от боли. До чего неуклюжая! — Ты грубый мужлан! — фыркнула она, отползая к окну. — Сегодня своим поведением ты перечеркнул всё впечатление о себе за два года! Как же я тебя ненавижу! — она устроилась у подоконника на паркете. — А мне плевать! — снова заорал я, мысленно себя уговаривая успокоиться. — Я пытался быть с тобой терпеливым! Но ты этого не заслуживаешь! Не успел я ослабить вожжи, как ты пошла по рукам, шлюха! — она вздрогнула от моего крика, ощетинилась и бросила на меня злой взгляд. — Во-первых, я не пошла по рукам! — глядя на меня с ненавистью в глазах шикнула Хоуп. — А во-вторых, кто бы говорил?! — она перешла на крик. — У меня никого никогда не было! А вот по скольким рукам прошёл ты? Есть вообще хоть кто-нибудь в этой фракции, кого ты не трахнул? Пользуешься тем, что ты Лидер и тебе нельзя отказать, да?! — Заткни свой поганый рот, дрянь! — вот уж не ожидал от неё подобных нападок, смелый воробей. — Я мужчина и я могу себе позволить! И бабы сами ко мне липнут, я никого не тащу на аркане к себе в постель! — Ха-ха! И это ТЫ говоришь мне? — она рассмеялась мне в лицо, я сжал кулаки. — Как у тебя совести хватает? Хотя о чём это я, какая у тебя совесть? Давно ничего не осталось, да, Эрик? Вы с Джанин - два сапога пара! Ах да, забыла! Ещё есть Кристина, тоже как раз по тебе, такая же злая, как цепная собака! А скольких я не знаю?! Говорят, у тебя в каждой фракции отдельный набор любовниц?! — Лучше заткнись! Ещё слово и я за себя не ручаюсь! — я еле сдерживался и сам не понимал почему, раньше у меня не возникало проблем с тем, чтобы садануть кому-нибудь по физиономии. Но Хоуп я не мог ударить, несмотря на все её косяки, не мог... — Ты сама провоцируешь меня, Хоуп! — Ты всё равно меня изнасилуешь или изобьёшь! — крикнула она в ответ, и её голос был полон боли и отчаяния, у меня сжалось сердце от этого. — Так я хотя бы получу удовольствие от того, что всё выскажу тебе! — Ты сама нарвалась! — я пытался выиграть эту словесную битву и искусственно сам накручивал себя. — Ну как этот Ричард? Стоило увидеть симпатичную мордашку и ты поплыла? — Ты ничего не знаешь, чтобы делать выводы! — крикнула она также отчаянно. — Я ни от кого не плыла! — Я всё видел, дрянь! — злость снова вскипела во мне и я сделал шаг назад, подальше от Хоуп, я боялся сорваться. — Что ты видел? И откуда ты вообще узнал о Ричарде? — она опять рассмеялась, но её смех больше напоминал истерику. — Запомни, Хоуп, даже у стен есть глаза и уши! Мне сообщили, но я не поверил, поэтому сходил в диспетчерскую и просмотрел камеры видеонаблюдения. И что я там увидел? А Хоуп? Что молчишь? — Хочешь правду? Ладно! Да, это было! Но это он меня поцеловал! — она бросала мне эти фразы в глаза, словно острым ножом полосуя сердце. — А мне хотелось узнать, как это бывает, когда тебя целуют нежно и трепетно! — И что поцеловал? Нежно и трепетно! — съязвил я. — Да, поцеловал! — снова полоснула ножом по сердцу. — Тебе этого не понять! Потому что ты не способен на нежность! — Значит, нежности захотелось? — она сверкнула на меня своими огромными голубыми глазищами. Я не знаю почему, но её злой взгляд меня остудил. И до меня вдруг дошло, что она маленькая девчонка, которая ищет романтики, и не найдя её у меня, она попёрлась искать её у других. Вот только меня это нихуя не устраивает. Видимо придётся менять тактику. — Хоуп! — я некоторое время молчал, не мог выдавить из себя эти глупые никчёмные слова. Но я понимаю, если не извинюсь, то ничего не добьюсь. И я решился: — Хоуп, прости меня! — Что? — от удивления у неё расширились зрачки так, что глаза стали чёрными. — Прости меня! Да, я вскипел! Но я не могу тебя видеть с другим! Вспомни, как ты себя чувствовала, когда увидела меня с Джанин? — я замолчал, прошёл и сел на диван. Девчонка по-прежнему сидела на полу у окна. Мои слова её задели. И она напряжённо всё обдумывала. Мы сидели и молчали, кажется, целую вечность, пока Хоуп не заёрзала на месте и первой не нарушила тишину: — Да, Ричард меня поцеловал. Но ты не знаешь главного... — тихо начала она. — И чего же? — просипел я хриплым голосом, нервы сдавали, я устал от этих разборок. — Я ничего не почувствовала! А знаешь почему? — она взглянула на меня с вызовом и ... с надеждой? — И почему же? — что-то треснуло во мне от её слов, я жаждал, чтобы она призналась, что ей никто другой не нужен, и она призналась: — Потому, что это был не ты, Эрик! Потому что я дура, я вижу какой ты деспот и тиран, но я всё равно мечтаю о тебе! И я ничего не могу поделать с собой, я такая же идиотка, как все, как Кристина, и как все остальные твои любовницы! — она бросала мне обвинения и заливалась слезами, нет, она не рыдала, просто кричала, а слёзы сами по себе ручьями текли по щекам. Такая маленькая и беззащитная. Её признание меня потрясло. Злость, что бушевала во мне совсем недавно, окончательно улетучилась. И теперь я не мог поверить, что девчонка фактически призналась мне в любви, и я счастлив это слышать. Не понимаю, что со мной происходит? Почему это так меня волнует? Я точно не влюблён, но девчонка определённо мне нравится. И как ей удаётся так мной манипулировать? Будь на её месте другая, я бы давно её трахнул и забыл, или разукрасил бы хорошенько и выкинул нахер из фракции. Но с девчонкой Метьюз всё не так! Даже стукнуть её нормально не могу, рука не поднимается. — Не молчи, скажи что-нибудь? Я только что призналась тебе в своих чувствах! И не говори, что тебе наплевать! Я знаю, что это не так! — выдала она, вытирая слёзы. Я не знал, что сказать. Мы снова молчали, пока мне в голову не пришла неожиданная мысль. Я встал, подошёл и присел рядом с Хоуп. Девчонка напряглась. — А если я тебя поцелую, нежно, как ты хочешь? — я взял её за подбородок и заставил посмотреть на меня. — Ты позволишь мне сделать это, Хоуп? — Эрик, я... — девчонка была ошарашена. — Да! — согласилась она. И я понял, что мне нравится в ней то, что она не врёт. По крайней мере, мне. Не юлит. Говорит то, что думает. Делает то, что хочет и отстаивает свои принципы до конца. Я не могу взять её силой, я хочу взаимности. Это я "слепил" её, она "произведение" моих рук, два года нашего сотрудничества не прошли даром. И я хочу, чтобы она снова смотрела на меня восторженными сияющими глазами, как тогда, когда я приезжал к ней в Эрудицию. Я не могу допустить, чтобы она ненавидела меня. Поэтому я постараюсь усмирить своего внутреннего зверя и показать ей всё самое лучшее во мне. — Закрой глаза! — она опустила ресницы и затаила дыхание. — Хоуп, это всего лишь поцелуй. Тебе нечего бояться. Просто выдохни и расслабься! — я постарался произносить слова как можно мягче, чтобы она уже перестала напрягаться. И это, похоже, подействовало. Хоуп выдохнула, черты лица расслабились. Я осторожно обхватил её лицо ладонями, притянул к себе и прикоснулся к её губам, нежно и трепетно, как она хотела. Я никого и никогда так не целовал. Но почему-то именно ей я готов был подарить такой ванильный поцелуй. Я ласкал её губы, сладко обводя языком. — Эрик! — выдохнула она мне в губы, приоткрыв рот, и я этим воспользовался и углубил поцелуй, проникая в её ротик языком. Мне хотелось со всей страстью и пылкостью изучить её всю, впитать её вкус. Но я сдерживался, продолжая сладко ласкать её, сплетаясь с ней языками в причудливой игре. Чувствовалось, что девчонка совершенно не опытна, поэтому я взял на себя инициативу, а Хоуп просто подчинялась мне и повторяла мои действия. Мы целовались осторожно, нежно, и что самое удивительное, мне это понравилось. POV Хоуп — Солнышко! — выдохнул Эрик, прерывая поцелуй, когда нам нечем стало дышать. Он смотрел на меня таким тёплым взглядом, что если бы я не знала Эрика, то подумала бы, что он также влюблён в меня, как и я в него, так много нежности было в данный момент в его глазах. — Я так хочу тебя! Чёрт, я так сильно хочу тебя! — прошептал он мне в губы. — Эрик... — я не знала, что сказать. Мне было страшно. Я ещё ни с кем не была, и совершенно естественно боялась первого раза. Но Эрик так сладко меня поцеловал, мне так сильно это понравилось. И я поняла почему поцелуй Ричарда меня не впечатлил. Я ощутила разницу. От поцелуя Эрика внутри меня всё затрепетало, мозг охватила невиданная эйфория, а по телу разлилось тепло. Я впервые почувствовала, что значит возбуждение. Я захотела Эрика. Я захотела прикасаться к нему, обнимать, целовать его везде. Его кожа, его запах... Мне всё нравилось в нём. И я захотела, чтобы он целовал меня ещё и ещё, прикасался ко мне, не отпускал, не останавливался: — Эрик, я... — наверное, от всего происходящего я потеряла голову и дар речи заодно. — Тише, солнышко! Просто позволь мне... — Эрик не договорил и снова поцеловал меня, и я растворилась в новом поцелуе. Это так сладко. Я наслаждалась этим. Я не хотела, чтобы он останавливался. Мы целовались сначала осторожно, нежно, не спеша познавая друг друга. Но постепенно из трепетного наш поцелуй стал превращаться в страстный. Эрик сильнее обнял меня и его руки начали путешествовать по моему телу. А губы оторвались от моих губ, и он поцеловал мою шею, сначала едва прикасаясь, а потом сильнее, немного прикусив зубами. Наверняка останется след. Я не удержалась и простонала от небольшой боли, но эта боль мне понравилась. А потом я ощутила, что от моего стона Эрик ещё разгорячился и стал активнее. Его руки скользнули под майку и нашли мою грудь, стали мягко её ласкать. Это было чудесно, я не хотела, чтобы он прекращал. Но где-то в глубине души я понимала, что это неправильно, я не могу, ещё не могу... — Я ещё не готова, Эрик, — прошептала я, когда он попытался снять с меня майку. Он замер, и я слышала, как он шумно и часто дышит. — Ты злишься? — Хоуп, я не маленький мальчик, я переживу! — сказал он хриплым возбуждённым голосом, но в его тоне не было злости или обиды, и это меня успокаивало. Но я всё равно чувствовала неловкость. — Вот именно, ты взрослый мужчина, Эрик! Я не готова дать тебе то, что ты хочешь, поэтому ты пойдёшь к другой! — не знаю почему, но я это ляпнула. Вырвалось само собой. Глупо... — О, солнышко, да ты ревнуешь?! — Эрик оторвался от меня и посмотрел мне в глаза, он не смеялся надо мной, но улыбался во все тридцать два зуба, его забавляла моя наивная ревность. — Нет! То есть, да! — я почувствовала как покраснели мои щёки и загорелись уши, вот я дура, надо же было ляпнуть такое. — Мне стыдно, но это так! Ты знаешь о моих чувствах к тебе, и я ничего не могу с этим поделать! — виновато призналась я. — Но ты же говорила, что разочарована мной? — Эрик продолжил подкалывать меня, он уже восстановил дыхание и явно взял себя в руки, теперь он был настроен на шутки и игры. — Да, я разочарована тобой, но это не перевесило моих чувств к тебе, — пробурчала я, уставившись на свои колени. — Эрик, я не знаю, что мне делать?! Я зря перешла в Бесстрашие! Лучше бы я ушла в любую другую фракцию, если мне нельзя было остаться в Эрудиции! — это был мой крик души. — Почему? — он взял меня за руку и чуть-чуть сжал её в своей ладони. — Потому, что в Бесстрашии ты! И я теперь каждый день буду видеть тебя! — отчаянно призналась я, набралась смелости и посмотрела ему в глаза. Он переживал. — И это плохо? — он улыбнулся, по-доброму. — Это пытка! — я задохнулась от переизбытка чувств, ну как сказать ему, что я не могу видеть его с другими, что я хочу, чтобы он был только со мной, именно поэтому сегодня я не смогла довериться ему до конца. — Я не могу... Видеть тебя и знать, что ты, что ты... — Хоуп, что я? — спросил он тихо, но в его коротком вопросе прозвучало поощрение к правде, и я решилась: — Что гуляешь с другими! Это сводит меня с ума! Ты сейчас пойдёшь к одной из своих любовниц, да? Ты говорил у тебя их полфракции! — я выдала всё на одном дыхании, на большее у меня не хватило бы смелости. — Хоуп, забудь, что я тебе говорил, я ляпнул к слову! — Эрик не смеялся, но моя глупая ревность его забавляла, или его как взрослого мужчину забавляла моя детская наивность. — Мне нравится, что ты меня ревнуешь. Но я в состоянии контролировать свои эмоции и потребности. И если ты готова быть со мной, то и я буду честен с тобой. — он говорил спокойно, как будто объяснял и успокаивал своё нерадивое дитя. — Я хочу быть с тобой, Эрик! — опять решилась и призналась я. — Но я не смогу простить, если ты предашь меня... — добавила я тише. — И не надо, я же сказал, я буду честен. — он по-прежнему был спокоен, и от того, я ему поверила. — И кстати, я подожду пока ты будешь готова к близости. — он улыбнулся и крепче сжал мою руку. — И я тоже не прощу предательства! Так и знай, Хоуп! Ещё раз увижу с Ричардом, сброшу его в пропасть! Убью любого, кто посмеет прикоснуться к тебе! — последние слова он прошипел сквозь зубы, я мельком взглянула на него и увидела, как в его глазах на секунду промелькнул нездоровый блеск. Взгляд зверя - так я называю про себя этот взгляд, когда он теряет контроль. — Эрик, неужели ты думаешь, что после сегодняшнего я смогу быть с кем-то другим? — сказала я уверенно и прикоснулась к его щеке рукой. Он поймал мою ладонь своей и поцеловал её. — Надеюсь, что не сможешь! — печально хмыкнул он, потом встал и потянул меня за собой. — Давай спать, этот долбанный день меня окончательно вымотал. — устало выдохнул он и повёл меня к кровати. — Эрик, но как я объясню своё отсутствие в общежитии? Что я скажу девчонкам? А Юрайе? От придёт нас будить утром! — я немного напряглась, я не готова была ночевать в одной кровати с Эриком. — О боже, а если Кристина заявится? — Хоуп, прекрати кипишить! — Эрик снял с себя футболку, скинул ботинки, спортивные штаны, и завалился на кровать. И я впервые увидела его полуобнажённое тело - красивые рельефные мышцы, гладкую кожу, татуировки. Я неосознанно таращилась на него. Эрик это заметил и довольно улыбнулся. Я покраснела. — Ложись! — он поймал меня за руку, дёрнул на себя и я плюхнулась рядом с ним. — Уйдёшь к себе за полчаса до подъёма, я поставил будильник. — он притянул меня к себе ближе и крепко обнял. — Засыпай, и ни о чем не беспокойся, в конце-концов я глава фракции и смогу тебя защитить! — свободной рукой он нашёл одеяло и накрыл нас. — Тебя больше никто не тронет! — Спокойной ночи, Эрик! — прошептала я, уткнувшись щекой в его грудь. Он был таким горячим и приятным. В его объятиях было уютно, впервые за два последних года я ощущала себя дома. — Сладких снов, Хоуп! — ответил он мне, втянул носом запах моих волос и поцеловал меня в макушку. Мне стало неловко, но в то же время приятно. Мы лежали в объятиях друг друга, я слушала размеренное дыхание Эрика, пока не поняла, что он заснул. Я потихоньку подняла голову и посмотрела на него. Спящий Эрик не был похож на грозного Лидера фракции, скорее на безмятежного юношу. Красив и расслаблен. — Будь таким, Эрик, — прошептала я. — Таким я тебя люблю! Я лежала и любовалась Эриком. И в этот момент я была счастлива. Целых два года я мечтала об этом мужчине, и вот он со мной!