Это всё Эрик-2. Его надежда

POV Eric Есть люди, которые умеют виртуозно отравлять жизнь одним своим появлением. Это Джанин-сучка-Метьюз. Пришла, плюнула в душу, и свалила. А мне теперь сиди и ломай голову, что это такое, блядь, было? Жениться на Хоуп? Какого чёрта? Девчонка мне определённо нравится. Но жениться! Это перебор. А главное, зачем это нужно Джанин? Она ничего не делает просто так. И если эта стерва решила отказаться от прав на Хоуп, а вместе с ней забыть о формуле сыворотки манипуляций, то у неё должен быть какой-то невьебенно охуительный план. Я сбит с толку... А что, если это на самом деле начало хитроумной комбинации? Вдруг Джанин и девчонка заодно, и решили переиграть меня в моей же игре? И я как идиот попался в умело расставленную ловушку? Дебилу понятно, что наш брак с Хоуп мне не выгоден... Нет, не так... Мне он просто не нужен. Я не хочу в следующие два-три года лишать себя официальной свободы, даже по залёту, если такое, не дай бог, случится. Я всегда предельно осторожен и не планирую стать папочкой в ближайшее время. Да, ещё утром я хотел переселить Хоуп к себе, но лишь для того, чтобы мне было не так одиноко. И в конце-концов я мужчина, и я её хочу, блядь, как ненормальный, до зубного скрежета... Джанин права, я два года ждал, и это, сука, долго... А теперь, когда девчонка рядом, прямо под носом, терпеть невозможно. Но женитьба?! Нет, к этому я нихуя не готов! Тянусь к коммуникатору и нажимаю нужный мне контакт. — Уилл, где сейчас неофиты-переходники? — С утра проходили полосу препятствий, сейчас должны заканчивать обед, либо уже на тренировке в Яме! — О'кей, приведи мне неофитку Хоуп Метьюз. Как можно скорее! — приказываю властным голосом, давая понять, что не потерплю лишних вопросов и промедления. Впрочем, Уилл и сам не дурак. — Я всё понял, Лидер! Сейчас сделаю! — рапортует он, и я отключаю связь. Я довольно улыбаюсь, когда через двадцать минут на пороге моего кабинета возникает стройная фигурка с испуганной мордашкой. Хоуп. Раскрасневшаяся и слегка растрёпанная. Судя по её виду, Уилл вырвал её не с обеда, а прямо с тренировки. — Вызывали, Лидер? — официально спрашивает девчонка. За её спиной маячит фигура Уилла. Парень ловит мой взгляд и понятливо ориентируется. Он вежливо подталкивает Хоуп ко мне в кабинет и закрывает дверь с другой стороны, оставляя нас наедине. Не зря назначил его в помощники, соображает. Я шумно выдыхаю, пытаюсь взять себя в руки. Знаю, когда я в таком состоянии могу всякой хуйни натворить, потом полгода разгребай. Делаю шаг навстречу и раскрываю рот, чтобы обрушить на неё свои вопросы, но девчонка меня опережает. — Эрик, о чём вы говорили с Джанин? — испуганно лепечет она и сама подходит ко мне, смотрит на меня огромными глазами, часто хлопая длинными ресницами. — Ребята видели её в коридоре! — отвечает на мой немой вопрос. — Мне страшно, Эрик! — выдаёт она в конце своей взволнованной речи и, не дав мне переварить услышанное и опомниться, обнимает меня за плечи и утыкается носом в грудь. — Хоуп... — я растерян и деморализован её действиями. Нет, она не может быть настолько гениальной актрисой, чтобы так притворяться. Не могу объяснить почему, но сейчас я ей верю, и все сомнения уходят. — Девочка! — выдыхаю ей в затылок и, наконец, отмерев, обнимаю её в ответ и сильнее прижимаю к себе. Она такая хрупкая и так сладко пахнет. Всем телом чувствую, как она дрожит в моих объятиях, и это явный, неподдельный страх. — Эрик, мне придётся вернуться? — она поднимает на меня заплаканные глаза и смотрит затравленно, обречённо, и это мне нихуя не нравится. Меня злит, что она думает обо мне, как о трусе, который заварил кашу и не способен отвечать за последствия. — Эрик, пожалуйста, не отдавай меня ей! Пожалуйста! — просит она жалобно. И я вижу с каким трудом ей даются эти слова. Гордая Хоуп не привыкла просить и унижаться, но сейчас она переступила через себя и умоляет меня. И этим она окончательно меня убеждает в своей искренности. — Хоуп, не смей даже думать о том, что я отдам тебя на растерзание этой стерве! Я обещал тебе защиту и я сдержу слово! — говорю резко, так, что девчонка вздрагивает. Поэтому продолжаю мягче: — Ты не вернёшься в Эрудицию, обещаю! — она немного расслабляется от моих слов, из глаз перестают течь слёзы. — Спасибо, Эрик! — отлепившись от меня и вытирая ладошками глаза, улыбается девчонка. — Но есть одно условие, которое мы должны выполнить, чтобы твоя тётка оставила нас в покое и не развязала войну между Эрудицией и Бесстрашием! — говорю честно, не дав ей времени успокоиться. — Какое? — спрашивает с опаской, полушёпотом, боится услышать ответ. — Джанин готова оставить всё как есть, но требует, чтобы мы поженились! — выкладываю без обиняков. — Что?! — выкрикивает Хоуп, её глаза снова расширяются до невероятных размеров и дыхание ускоряется так сильно, что она едва не задыхается, когда задаёт мне следующие вопросы: — Это шутка такая? Эрик, скажи, что ты прикалываешься? Это не смешно! — возмущается и инстинктивно пятится от меня к двери. — Знаешь, солнышко, я бы тоже с удовольствием поржал над этим, но это, блядь, правда! Твоя ебанутая тётка требует нашей свадьбы! — громко огрызаюсь в ответ. С одной стороны, я зол, как сам чёрт. Как только эта девчонка осмелилась подумать, что я буду даже в шутку навязываться ей в женихи? А с другой стороны, я рад, её реакция окончательно убедила меня - Хоуп не в курсе планов Джанин и такая же жертва её игр, как и я. — Я... Я не понимаю... — лепечет девчонка, теперь она тоже сбита с толку и растеряна. Она плетётся к дивану и обессиленно садится на самый край. — Эрик, но зачем? Где логика? В чём подвох? — частит вопросами, глядя на меня снизу вверх. — Знаешь, Хоуп, эти же вопросы мучают и меня! Если бы я знал, что за хуйню замыслила твоя тётка?! Но я не понимаю, ничего, блядь, не понимаю! Какая ей в этом выгода? — подхожу, приземляюсь рядом и, откинувшись на спинку дивана, прикрываю глаза, хочу собраться с мыслями. Какое-то время мы сидим молча, слышно только наше тихое дыхание. Хоуп нарушает тишину первой, заёрзав рядом, она пытается рассуждать на эту тему: — Давай подумаем, какие могут быть варианты? — здраво начинает она. — Предположим, мы поженимся... И что? Чем это поможет Джанин? Скорее наоборот, я сильнее закреплюсь в Бесстрашии, и она не под каким предлогом не сможет вернуть в Эрудицию жену Лидера другой фракции! — озвучивает она первый, вполне резонный аргумент. — А может это ей как раз и нужно, чтобы ты стала женой Лидера Бесстрашия? — осторожно предполагаю я, продолжая сидеть с закрытыми глазами, откинувшись на спинку дивана. — Но зачем? Какой мотив? — отталкивается от моей мысли Хоуп: — Давай вспомним, что Джанин в последнее время хочет больше всего, чем одержима? Сывороткой манипуляции и захватом власти у Отречения! Вопрос - как в этом может помочь наша женитьба? — Хотел бы я знать... — открываю глаза и поворачиваюсь к Хоуп. — Ладно... Как мы с тобой знаем, Джанин в курсе моей увлечённости тобой... — начинает развивать новую гипотезу девчонка, но говоря о своих чувствах слегка краснеет. Я невольно улыбаюсь. Она краснеет ещё больше, поднимается с дивана и отходит к окну. — Предположим на секунду, что Джанин решила не лезть на рожон и смириться с моим выбором... — продолжает она, рассматривая город за окном и не оборачиваясь: — Чёрт... Я в это не верю... Но допустим, что так и есть... Пускай Джанин захотела помочь мне и выставила это условие... — рассуждает она. — Нет, всё равно не сходится! — обречённо выпаливает Хоуп и разворачивается ко мне. — Возможно, это имело бы смысл, если бы я была с ней заодно, и таким образом Джанин захотела бы подобраться поближе к тебе, а потом через меня манипулировать тобой... — говоря всё это, она смотрит прямо мне в глаза, пытаясь понять мою реакцию. Эх, девочка, если бы ты только знала, что совсем недавно я думал о том же. Но сейчас я молчу, и она делает вывод: — Но я с ней не заодно, и если ты хоть на секунду так подумал, то лучше верни меня в Эрудицию! — Хоуп повышает голос и сверкает глазами, а мне становится неуютно, такое ощущение, что эта малявка видит меня насквозь. Всё-таки мозговитая! Тяжело мне с ней придётся... Впрочем, простушек мне нахуй не надо. Мне нужна моя эрудиточка! — Хоуп, я... — пытаюсь что-то сказать, но она меня перебивает: — Да боже мой! Неужели ты не понимаешь, Эрик? Если ей удастся посеять между нами хоть самое мизерное зерно сомнения и недоверия, всё! Нам конец! — Хоуп выкрикивает эту фразу и мы одновременно удивлённо смотрим друг на друга, до нас обоих неожиданно доходит - скорее всего в этом и есть цель Джанин! — Хоуп! Ты умница! — радостно смеюсь я, подскакиваю с дивана, в два шага преодолеваю расстояние между нами и заключаю её в свои объятия. — Джанин знает какой я параноик, и наверняка этим условием она хотела вбить между нами клин, ведь она прекрасно понимает, что я в этом почувствую обман, и к тому же я ненавижу всё, что связано с женитьбой! — И что нам делать? — Хоуп резко отстраняется от меня. — Может, я и влюблена в тебя, но это совсем не значит, что я жажду за тебя замуж! — обиженно выговаривает она. — Ещё неизвестно, где мне быстрее свернут шею - в Эрудиции на опытах, или ты у себя в спальне! — зло шипит девчонка. — Я не это имел ввиду! — выкрикиваю, но не могу на неё злиться, и оправдываюсь. — Видишь, мы уже начинаем из-за этого ссориться! — психую, выпускаю девчонку из объятий и сам отворачиваюсь к окну. Не хочу, чтобы она сейчас видела мои эмоции. — Ладно... — тихо говорит мне в спину Хоуп. — Давай не будем ссориться, и я постараюсь на тебя не обижаться, в конце-концов я знаю, каким ты бываешь прямолинейным со мной, но это даже хорошо, значит, ты не врёшь мне! — выдаёт мне целую речь, заставляя улыбнуться. — Но от этого наша проблема не исчезла. Что нам делать? — Что? — отвечаю вопросом на вопрос и разворачиваюсь к ней. — Сделаем так, как хочет твоя тётка - поженимся! — говорю прежде, чем осознаю. — Поженимся? — не веря, переспрашивает Хоуп. — Вот так просто пойдём у неё на поводу и поженимся? — уточняет ещё раз. — Но зачем? — Ну... Мы сделаем, как она хочет и посмотрим, как Джанин будет действовать дальше... — объясняю, хитро подмигнув Хоуп. — Но, что это нам даст? — не унимается девчонка, и я понимаю, Хоуп и в правду не очень-то жаждет за меня замуж. Да она боится быть со мной до чёртиков. — Хоуп, мы как минимум выиграем время... — поясняю я и, улыбнувшись, заканчиваю: — Я тебя не съем, солнышко! Тебе не нужно меня бояться! Только не тебе! — подхожу к ней и, не дав опомниться, целую, мягко, но уверенно. Какие-то секунды девчонка не двигается, замерев, и никак не реагирует на мои действия, но потом, её руки обвивают мою шею, и она отвечает на мой поцелуй. Так-то лучше, сладкая моя... POV Хоуп Эрик снова поцеловал меня. И я растворилась в ощущениях. Так страстно и сладко. От его поцелуев я впадаю в эйфорию, и от счастья улетаю куда-то на седьмое небо. Но нашу идиллию разрушает звонок коммуникатора. Эрик, чертыхаясь, прерывает поцелуй и, коротко чмокнув меня в нос, отвечает: — Да, слушаю! — говорит строго. — Лидер, изгои напали на грузовик Дружелюбия в десятом квадрате! — рапортует голос неизвестного мне бойца на другом конце, и Лидер тихо матерится. — Зик, ты сейчас где? — Эрик становится предельно серьёзным, задумчиво смотрит на меня. — На центральном плацу! — отчитывается неведомый мне Зик. — Срочно ко мне и объяви полную готовность второму и третьему отрядам, четвёртый в резерве! — командует Эрик и отключается. — Хоуп, — обращается ко мне, но я его перебиваю: — Случилось ЧП, и ты должен принять меры, я всё понимаю! Я ухожу! — судорожно поправляю растрепавшиеся волосы и разворачиваюсь на выход, но Эрик перехватывает мою руку и возвращает обратно. — Да, ты права, срочные дела! — соглашается он. — Но к тебе у меня тоже есть поручение! — Какое? – удивляюсь я. — Собери свои вещи, после ужина ты переселяешься ко мне! Это приказ! Если я не успею до вечера вернуться с рейда, то ключ-карту от моей квартиры тебе передаст Юрайя. — ошарашивает меня мужчина. — Тебе всё понятно? — Но Эрик? Как я объясню девчонкам... — пытаюсь сопротивляться, но Лидер жёстко прекращает наши дебаты: — Никаких "объясню"! Их это не касается! — в этот момент в двери стучат. — Всё, пока закончим, вечером ты переезжаешь ко мне, и это не обсуждается! Иди! — он коротко целует меня в губы, разворачивает и мягко подталкивает к двери: — Войдите! — отвечает громко. Дверь открывается и на пороге возникает темнокожий боец. — Зик, проходи! — холодным деловым голосом басит Эрик. — Неофит свободна! — показательно строго напоминает мне, заметив, что я замешкалась у выхода. И я пулей срываюсь в коридор, осторожно прикрыв двери. На тренировку возвращаюсь в растрёпанных чувствах. Юрайя, увидев меня, отправляет к остальным кидать ножи. С удовольствием иду к свободной мишени, прихватив на столике целую горсть ножей. В Эрудиции я тайно тренировалась метать ножи и у меня это неплохо получалось. Становлюсь в стойку. Пробую нож на вес, оцениваю балансировку, несколько раз делаю пробные замахи и наконец кидаю. Нож попадает точно в центр. Довольно улыбаюсь. — Ого, новичок! Удивлён! — слышу за спиной и оборачиваюсь на голос. Питер собственной персоной, стоит и ехидно ухмыляется. — Вижу, тренировалась раньше?! — не столько спрашивает, сколько утверждает. — Возможно! — твёрдо чеканю я. — Правилами это не запрещено! — Ну-ну! — продолжает ехидничать Питер. — Посмотрим, на что ты ещё способна? Может... — но договорить он не успевает, его зовёт Юрайя, снова спасая меня от навязчивого Хэйеса. — Ладно, потом договорим! — хмыкает Питер и плетётся в сторону Педрада. И это так странно. Все говорят, что Питер Хэйес полный отморозок, что правда без сомнений, но при этом он почему-то побаивается Юрайю. Мстительно улыбаюсь своим мыслям, пока никто не видит, и возвращаюсь к метанию ножей, а вместе с ними к мыслям об Эрике. Меня до жути пугает его приказ - переехать к нему. Одно дело - встречаться и постепенно сближаться. И совсем другое дело - оказаться прямиком в постели Эрика. Чёрт, я к этому по-прежнему не готова. А он точно долго терпеть не будет. Да и могу ли я ему отказать? Мучаюсь тяжёлыми мыслями всю тренировку. Отмахиваюсь от непрекращающихся расспросов Дружелюбной Адель. На ужин сознательно прихожу последней, избегая компании всех, особенно Ричарда, сажусь в самый дальний угол, осматриваю зал. К моему облегчению, знакомых мне неофитов в столовой уже нет. И девчонки ушли. Наверное, отправились в тату-салон, как планировали накануне. Без аппетита жую отбивную из говядины и высматриваю Эрика. Его тоже нет. Расстраиваюсь и начинаю волноваться. Однако углубиться в свои страхи не успеваю. Ко мне подходит Юрайя. — Хоуп! — он присаживается рядом. — Приятного аппетита! — Спасибо! — цежу я, быстро проглатывая кусок мяса и замерев. — Эрик задерживается на задании, просил передать! — совершенно спокойно говорит Юрайя и передаёт мне пластиковую карту-ключ от квартиры Эрика, делает это так просто, как будто это само собой разумеющееся действие - разбрасывать командирские ключи неофиткам. — Спасибо! — еле выдавливаю из себя и краснею, мне неудобно перед тренером. Но Педрада, похоже, это нисколько не смущает. — Ладно, бывай, неофит! — говорит он как ни в чём не бывало и поднимается из-за стола. — Надеюсь, утром обойдётся без опозданий! — уходя, подкалывает он строгим тоном, я врастаю в плечи и ещё больше краснею, мулат это видит и беззлобно смеётся, разворачиваясь на выход. Вот чёрт! Интересно, все старшие уже знают обо мне и Эрике? Или только Юрайя? Дожёвываю свой ужин и возвращаюсь в комнату. Девчонок нет. Но на моей кровати нахожу записку: Хоуп, мы в тату-салоне! Если захочешь, присоединяйся! Улыбаюсь. Какие они всё-таки милые. Спасибо им, конечно, за приглашение, но увы, я не могу к ним присоединиться. У меня приказ - переехать к Лидеру с вещами. — Наверное, так будет лучше! — размышляю вслух. — Всё равно в ближайшее время мы поженимся... И тут мой мозг пронзает новый вопрос - а когда мы должны пожениться? Только сейчас понимаю, что об этом мы с Эриком не говорили. И я опять извожу себя назойливыми мыслями о навязанной нам свадьбе: а будет ли у меня платье невесты, или мы просто распишемся? Как отреагируют неофиты? Девочки? Ричард? А будет ли в Бесстрашии праздник в честь женитьбы Лидера? А что будет в первую брачную ночь? И ещё куча вопросов разрывают мне голову. Смотрю на часы — 20:49. Чёрт! Я уже должна быть у Эрика! И почему он до сих пор меня не хватился? Неужели ещё на задании? А что, если его ранили? О худшем боюсь даже думать. Хватаю сумку со своими небогатыми пожитками и несусь в Шпиль... POV Eric Чёртовы изгои, блядь! С последней тотальной зачистки и уничтожения сопротивления прошло два года. И эти крысы снова расплодились, осмелели и стали показывать свои когти. Это нихуя не радужно. Третье нападение на грузовики Дружелюбных за две недели. Пока их цель - продовольствие. Заложников, суки, не берут, но и в живых не оставляют. В первые два раза убили шестерых, и сегодня четверых. Разведка и патрулирование не справляются. Сегодняшний рейд по горячим следам принёс небольшой результат - взяли двух языков. Эти бляди на допросе сразу раскололись и сообщили, что изгойские отребья снова сколачиваются в банды. А за нападениями стоит самая крупная шайка. У неё есть вожак - некто по прозвищу Одноглазый. Пока их цель - продовольствие, но на перспективу они хотят массово вооружаться. И это, блядь, совсем хуёво. Нам только новой Эвелин Джонсон не хватало! Джоанна в панике. Грозится поднять вопрос о моей некомпетентности на Совете. Я зло смеюсь в ответ и мстительно припоминаю чернокожей суке, как она вместе с Маркусом Итоном и Джеком Канном блокировала все мои запросы на проведение рейдов и зачисток в районах афракционеров и в подземельях. — Хорошо, Эрик! Ты был прав! — после часа взаимных претензий сдаётся Джоанна. — Давай завтра же инициируем собрание Совета, и я обещаю, что тебя поддержу! Если тебя также, как всегда поддержит и Джанин, то ты получишь санкцию на свои операции. Дружелюбие больше не может терять людей! В Чикаго и за его пределами стало небезопасно! — Наконец-то ты это поняла, Джоанна! Не прошло и двух лет! — не выдержал и съязвил я напоследок. Чернокожая только закатила глаза. — Эрик, уже поздно! Ты можешь остаться в Дружелюбии до утра! — вежливо предложила она, намекая на гостевой домик, давно облюбованный мной. Я там перетрахал половину её фракции во время подобных ночёвок. И Джоанна об этом догадывается. — Нет, благодарю! Мне нужно вернуться в Бесстрашие! — грубо отказываюсь я, пожалуй, впервые за историю нашего "сотрудничества". Джоанна удивляется, но молчит. — До встречи на Совете! — говорю сухо на прощание и удаляюсь. Надоели шлюхи. Хочу к Хоуп. Она уже должна переехать ко мне. И пусть секса мне и не перепадёт, но я смогу обнять мою девочку, такую сладкую и мягкую... В мечтаниях добираюсь до своей фракции. Даю последние на сегодня распоряжения Зику, в диспетчерской проверяю патрули, заодно по записям убеждаюсь, что Хоуп переехала ко мне и, наконец, поднимаюсь в Шпиль. Время перевалило далеко за полночь... Потихоньку захожу в квартиру. Свет не включаю. В своих хоромах я давно легко ориентируюсь и в темноте. Не заходя в спальню, сразу иду в душ, не хочу показываться грязный, пропахший потом, порохом и кровью пленных изгоев. Да и Хоуп наверняка видит десятый сон, не хочу будить. В ванной сбрасываю с себя одежду и с наслаждением встаю под душ. Смываю всю копоть трудного дня. Потом по инерции оборачиваю бёдра полотенцем, чищу зубы и выхожу из ванной. И только я открываю дверь, как на меня набрасывается маленький ураган. — Эрик! Ты вернулся! Живой! Эрик! — частит моё негаданное чудо, виснет у меня на шее и хаотично целует моё лицо. — Хоуп, всё хорошо! — я подхватываю мою девочку на руки и несу в спальню. Улыбаюсь, как ненормальный, как всё-таки приятно, когда за тебя волнуются, ждут и встречают дома. — Я думала, случилось ужасное! Уже ночь, а тебя всё нет! — шепчет Хоуп на ухо и снова целует меня. Чёрт, от этих её поцелуев к паху приливает кровь. И что мне с этим делать? — Задержался у Джоанны, она устроила истерику! — успокаиваю её и аккуратно кладу на кровать: — А так ничего страшного не произошло! — нагло вру, умалчивая о засаде в трущобах и перестрелке, и о том, что двое бойцов получили пусть и не смертельные, но тяжёлые ранения, я уже молчу о погибших дружелюбных. Хоуп это знать ни к чему. Хочу уберечь её от этого дерьма как можно дольше. — Хорошо, поверю тебе на слово! — бурчит недовольно, опять раскусила меня, маленькая зараза. — Спи! Завтра сложный день, Хоуп! — укладываю её, а сам иду к шкафу за пижамными штанами, не голышом же мне с ней ложиться с моим-то стояком, и так еле сдерживаюсь. Открываю дверцу шкафа, пытаясь вспомнить, где у меня пижама, вообще странно, что она у меня есть, сроду в ней не спал. Шарю рукой на полке и замираю. Маленькие руки обвивают меня за талию, а сзади прижимается хрупкое и столь желанное тело. Чувствую горячий и влажный поцелуй между лопаток. — Эрик... — тихий шепот мне в спину. — Хоуп, что ты делаешь? Прекрати сейчас же! — стараюсь говорить спокойно, но на самом деле злюсь. Зачем она меня провоцирует? Знает же, как сильно я её хочу. Но девчонка как назло ещё сильнее прижимается ко мне и я спиной чувствую её обнажённую грудь. Чёрт! Она, голая что ли? — Хоуп, прекрати, прошу! Я не железный! — предупреждаю, не скрывая ноток угрозы. От нахлынувшего возбуждения трудно дышать, внизу всё аж запульсировало. — Нет! — выдыхает она мне в спину. И я охренев от такого заявления, резко убираю её руки со своей талии, разворачиваюсь и вглядываюсь в её лицо. Благодаря свету уличных фонарей я хорошо её вижу, но даже и без этого невозможно не заметить, как ярко блестят её глаза. — Хоуп, объяснись?! — спрашиваю строго. Что это ещё за игры? — Я люблю тебя, Эрик! — уверенно выдаёт она, и не дав мне вставить ни слова, заявляет: — Займись со мной любовью! — Что? Хоуп, ты это несерьёзно? — я не верю своим ушам. Что на неё нашло? — Нет, Эрик! Я абсолютно серьёзно! — настаивает девчонка и прожигает меня глазами. — Я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью! Сегодня! Сейчас! — нагло командует она, а я лишь улыбаюсь, так как понимаю, это она не от распущенности или самоуверенности, а от волнения так раскричалась. — Хоуп, это не шутки! Ты хорошо подумала? Ты готова к этому? Назад дороги не будет! — увещеваю её, а у самого уже крыша едет и все мысли ниже пояса. — Я прекрасно всё обдумала, Эрик! Я хочу, чтобы ты сделал это... Сегодня! Сейчас! И не говори, что ты не хочешь меня! Или ты устал? — девчонка продолжает провоцировать меня, и я сдаюсь. — Хорошо! Но утром не плачь и не говори, что я тобой воспользовался! — Не скажу! POV Хоуп Пока Эрика не было, я сотню, тысячу раз всё обдумала. А когда Лидер не вернулся до полуночи, я поняла, какой скоротечной может быть наша жизнь. И как только я услышала, как он вернулся и пошёл в ванную, я так обрадовалась, что готова была ворваться к нему в душ, и едва дождалась, пока он выйдет. Такой красивый, сильный, мужественный, желанный, родной... — Эрик, я больше никого не представляю рядом с собой, кроме тебя! Так зачем дальше тянуть? — смело настаиваю, хотя вижу, мужчина и так уже сдался и весь в моей власти. — И даже свадьбы не дождёшься? — шутит он и смеётся. — Это формальность! Я хочу быть с тобой! Я хочу быть твоей - и это главное! — мои последние слова окончательно рушат оборону Эрика, и он, подхватив меня на руки, возвращает меня на кровать. Осторожно укладывает меня и нависает сверху. Я уже полностью раздета, на нём только полотенце. Мне страшно. Я не знаю, как себя вести. Но в итоге решаю плюнуть на всё, и действовать по наитию, делать то, что хочу. А хочу я увидеть голого Эрика. И поэтому я набираюсь смелости и, подцепив рукой край полотенца, резко сдёргиваю его с мужчины. Эрик хитро улыбается и опускается ниже ко мне, чувствую, как мне в бедро упирается его твёрдое достоинство. Хочу посмотреть, но Эрик сильнее вжимает меня в кровать и целует в губы, жарко, страстно, сладко. И я опять тону в эйфории и плыву от разгорающегося внизу живота желания. — Девочка моя, — хрипло шепчет Эрик, отрываясь от моих губ, и спускается поцелуями ниже. Целует подбородок, шею, слегка прикусывает кожу на ключице и впивается в грудь, сладко терзая сосок. Я пытаюсь сдерживаться, но его действия не оставляют мне шансов. Он прикусывает и зубами оттягивает сосок на моей груди, а второй рукой проскальзывает у меня между ног и нажимает на клитор, я издаю громкий протяжный стон и как кошка выгибаюсь навстречу. — Эрик! — выдыхаю в истоме, и схватив его за голову, притягиваю к себе для нового поцелуя, впиваюсь в его пухлые, чувственные и такие сладкие губы. Он отвечает мне с не меньшей страстью, языком исследуя мой рот. Задыхаюсь от ощущений и эмоций, и совсем не справляюсь, когда его пальцы неглубоко проникают в меня и начинают ласкать и массировать внутри. — Оооо боже! — шепчу, немного отстранившись. Эрик улыбается и снова начинает целовать меня - лицо, шею, ласкает языком за ушком, прикусывает мочку, рукой мнёт грудь, а другой продолжает изводить меня внутри. Он проникает совсем чуть-чуть, доставляя мне лишь наслаждение и распаляя меня. Боли пока нет, хотя на задворках сознания я её жду. И не зря, он углубляет палец чуть дальше и я вскрикиваю от неприятного ощущения. Эрик убирает руку. — Тише, солнышко! — шепчет он, целуя моё лицо. — Будет очень больно? — вырывается из моих уст, сама не ожидала от себя. — Нет, я сделаю так, что не будет! Подожди секунду! — он встаёт с меня, и я жалобно скулю, лишившись столь желанного тепла и давления. — Я сейчас! — он быстро уходит в ванную комнату, слышу как он шумит дверцами шкафчика. Не успеваю замёрзнуть, Эрик возвращается с открытой ампулой в руке. — Что это? — удивляюсь, смотрю то на ампулу, то на его огромный член. — Это сыворотка HP-14, новейшая разработка Эрудиции. Слышала о ней? — хитро спрашивает он, удобно усаживаясь рядом со мной. И я снова бесстыдно пялюсь на его возбуждённое достоинство. — Нет, в последние два года я не работала в лабораториях, училась на врача, как ты советовал и тренировалась, — признаюсь я и слежу за его действиями. — Эта сыворотка расслабляет мышцы и обезболивает! — улыбается он. — Но её можно использовать не только для заживления ран, но и для усиления наслаждения! — Как? — я даже немного напрягаюсь. В Эрудиции я втихую много прочитала о сексе и чувственных наслаждениях, но о таком не слышала. — Раздвинь пошире ноги, Хоуп! — просит он мягким бархатным голосом. И я подчиняюсь. — Расслабься и приподними бёдра... — делаю, как он велит, Эрик пальцами раздвигает складки моей плоти и выливает на меня сыворотку, чувствую, как жидкость немного проникает в меня. Эрик убирает на прикроватную тумбу опустевшую склянку и наваливается сверху. — Эрик, что дальше? — нетерпеливо интересуюсь я, испытывая необычные ощущения внизу живота. Моя плоть необычайно чувствительна. — Расслабься, девочка моя! Тебе понравится! — он удобнее устраивается у меня между ног, головка его члена начинает проникать в меня. — Не бойся, Хоуп! — он смотрит прямо мне в глаза и резко подаётся вперёд, и я чувствую, как внутри меня что-то разрывается, и горячую жидкость между ног, но боли нет, лишь её отголоски, неприятный дискомфорт. Эрик входит в меня полностью и замирает. Я протяжно выдыхаю, пытаясь понять, чего я чувствую больше - боли или наслаждения. — Сейчас будет хорошо! — шепчет Эрик и начинает медленно выходить из меня, а потом также медленно проникает вновь. Постепенно он ускоряется, а я начинаю кричать, не в силах совладать с нахлынувшим наслаждением. Моя плоть невероятна чувствительна к его фрикциям, я готова взрываться фейерверком от каждого его движения. — Эрик! — кричу особенно громко, когда он пальцем нажимает на клитор, ускоряя фрикции. Впиваюсь ногтями в его плечи, но услышав его рык, ослабляю хватку. А он окончательно срывается с цепи и начинает буквально вдалбливать меня в кровать. Кричу бесстыдно, теряя рассудок и связь с реальностью. Эрик резко выходит из меня. Я недовольно хнычу. — Сейчас, солнышко, подожди! — хрипит он, переворачивает меня на живот и приподнимает, поставив на колени, и заставив локтями упереться в подушку. И я опять стону и бесстыдно кричу, когда он входит в меня сзади, меняя угол проникновения. Так мне нравится ещё больше, я чувствую, как от наслаждения у меня заслезились глаза. Не знаю, сколько проходит времени, ощущаю, что мыщцы внутри меня начинают сокращаться и вибрировать, и я и вправду словно взрываюсь изнутри. Эрик замирает во мне и пережидает мой апогей. Я немного успокаиваюсь, изредка подрагивая от остатков оргазма, и он снова переворачивает меня на спину и вдалбливается в меня ещё несколько раз, а потом резко выходит и кончает мне на живот. Обессиленные мы падаем на подушки. — Надо же, а я и не думала, что это так классно! — выдаю я в порыве откровенности. — Знала бы, сделала бы это раньше! — Я бы тебе сделал! — рычит Эрик. — Ноги бы оторвал вместе с руками! — Не ругайся! Я же имела ввиду, что согласилась бы раньше на близость с тобой! — оправдываюсь я. — Ладно, выкрутилась! — смеётся Эрик, тянется к брошенному на пол полотенцу, вытирает им результат своего оргазма у меня на животе и остатки крови у меня между ног. Небрежно выбрасывает полотенце обратно, притягивает меня к себе, и долго и сладко поцеловав меня в губы, шутит: — Теперь ты мне разрешаешь поспать?