Change me

После кровавого инцидента прошло несколько дней, а может и неделя — Диппер загрузился настолько, что почти не замечал, как течёт время. Былая тяга к приключениям истощалась на глазах, после того, как он увидел, чем всё может кончиться. Не то чтобы он не знал об этом раньше, он прекрасно отдавал себе отчёт в рисках: их мог сожрать механический монстр, выпотрошить зомби, скормить своему детёнышу динозавр. Но тогда это были лишь вероятности, вспышки, подкреплённые статистикой и цифрами. Когда всё же случилось наяву, это оказало куда более сильный эффект. И не столь важно, что Сайфер чувствовал себя совершенно нормально и продолжал заниматься какой-то галиматьёй. Важен стал только один кадр, окрашенный в зелёно-жёлто-красные тона. Это месиво не давало нормально уснуть, каждый раз словно напоминая: «из-за тебя кто-то погиб». Оттого единственное, чем занимался Диппер это безобидные прогулки с Вэнди и её друзьями и дурачанья с Мэйбл и Пухлей. В лабораторию Форда он даже не заглядывал. В свою очередь Билл прикладывал титанические усилия, чтобы понять, что случилось с Пайнсом, но с какой стороны не подходил, это не давало ничего, кроме короткого замыкания в мозгах. Уже через день он перестал пытаться и принялся просто развлекать себя. Последнее, что взбрело ему в голову — наносить галлюциноген на деревья по кругу и смотреть, как туристы пытаются выбраться из кольца. Только вот Форд шутки не оценил и, после очередной госпитализированной группы людей, устроил промывку мозгов. Однако остановило развлечение далеко не это, а то, что Стэнли, услышав тираду брата, взял оставшуюся смесь галлюциногена и с размаху впечатал её в лицо Сайферу. Человеческий организм оказался слишком слаб для такого воздействия, так что тот пролежал пол дня на земле, ловя сказочные приходы, после которых зарёкся провоцировать старших братьев. Так начались спокойные летние дни, и Билл изнемогал от безделья. Человеческая любовь к движению заставляла его буквально скрючиваться от скуки: одни и те же лица, действия и места — вот уж истинное безумие. Однажды он попадал в нечто похожее, но тогда за спиной не болталось более пятисот эмоций, и они от монотонности не начинали драть разум изнутри. И когда Сайфер готов был распрощаться с собственным здравым смыслом, в Хижину влетела Мэйбл. — Угадайте что! — на радостные крики обернулись все присутствующие, но прежде, чем хоть кто-то успел открыть рот, Мэйбл продолжила. — В Гравити приехала крутая ярмарка! — А, что-то слышала такое, — распластавшаяся по столу Вэнди с интересом поднялась в адекватное положение. — Идём? — Ну не зна-аю, — протянул Сус, неуверенно посматривая на сделанный вчера экспонат, который так хотел опробовать в деле. — У нас рабочий день… — Прекрати, Сус! Боссы должны отдыхать! — Мэйбл буквально залезла ему на шею и с высоты подросткового взора начала оглядываться по сторонам. — И где Диппер? Билл, сходи за Стэном и Фордом, а я поищу братца. Слово «поищу» сути не отражало, Мэйбл прекрасно знала, где брат мог пропадать, и в припрыжку направилась в лес. Пара поворотов, и вот она оказалась у огромного булыжника, на котором восседал Диппер, смотря куда-то в небо. — Бро! — снаряд марки «Мэйбл» снёс Пайнса с валуна и повалил на землю. — Пойдём на ярмарку! — Какую ярмарку? — контуженный, но с толку особо не сбитый Диппер считал перед глазами звёзды, пока их не разогнала сунутая в лицо листовка. Медленно прочитав каждое пригласительное слово, он быстро прикинул в уме все риски: простая ярмарка, ничего не должно предвещать беды. — Ну, почему бы и нет. — Ты какой-то вообще мрачный, — Мэйбл удосужилась слезть на землю, но о возможных проблемах брата даже не задумалась. — Не переживай! Мэйбл знает, чем тебя взбодрить! — И чем же? — Хе-хе, сюрприз, — сестра помогла встать и не отпуская руки потянула Пайнса к машине. Тогда-то Диппер прикинул, что народу слишком много, и как им всем поместиться — тот ещё вопрос. Ясное дело, что Стэн и Форд сели вперёд, никто даже спорить не стал. Вэнди и Мэйбл с Пухлей наперебой понеслись к местечку у окна, затем сел Сус, после него умостился Билл. Его оставлять одного никто не рискнул. Диппер же долго примерялся, куда усадить пятую точку, и, только приняв искорёженную позу, смог закрыть дверь. Однако в подвешенном состоянии сидеть оказалось невозможно, на каждом повороте припечатывало к стеклу, локоть бился о дверную ручку, а хоть как-то сдвинуться мешал Сайфер, не видящий в своей неестественной позе никакой проблемы. Какое-то время он наблюдал за изворотами Диппера, после чего в голову прилетела гениальная мысль. Обхватив ничего не понимающего Пайнса за талию, он резко дёрнул его на себя, усаживая на колени, от чего, конечно, брыканий стало в два раза больше. — Эй! Что ты делаешь? Я что, трёхлетний тебе?! — Сайфер почти никак не отреагировал, первые минуты он силками удерживал брыкающегося на месте, и, когда тот всё же понял, что сидеть так куда удобней, чем биться обо всё подряд, попытки вырваться стали слабеть. В роль пошёл отыгрыш под названием: «блин, ну раз уж никуда не деться, то ладно». Некоторое время в салоне стояла тишина, разбавленная дребезжанием двигателя, только краем глаза Диппер заметил, как Мэйбл держит руки возле лица, прикрывая приступы смеха. — Мэйбл, молчи, — тихо пробубнил Диппер, мрачнея на глазах от сознания того, что его слова никакого эффекта не возымеют. — Так я ничего и не сказала, — дрожащим от накатывающей истерики выдавила сестра. — Молчи! Тут-то нервы сдали, и на всю машину покатился дикий хохот с присущими подколками, заставляющими Диппера залиться густой краской. Надбавил в кипящий котёл Билл, аккуратно наклонившийся к уху. — Что с тобой, Сосенка? После всего, что с нами было, ты не доверяешь мне роль стула? — шёпот опалил шею, от чего по телу прошли мурашки. — Замолчи тоже. А то услышат и неправильно поймут! Оставив Билла в непонимании, что и с чего можно понять неправильно, Диппер немного поелозил, устраиваясь удобней и замолк до конца проездки. Он просто рассматривал пролетающий за окном пейзаж, старясь игнорировать постукивания пальцев Сайфера по своим ногам, будто они пианино. Остальные же галдели без умолку, в особенности Сус и Мэйбл, которые обменивались воспоминаниями о прошедшем годе. К этому подключилась и Вэнди. Она, как истинный наставник, стала расспрашивать о том, каково Мэйбл учиться в старшей школе. Так вокруг троицы создался гудящий шар, за пределами которого никто не различал ни слова, да и не пытался. — Я не видел, чтобы ты взял кошелёк, — как бы невзначай и с полным спокойствием сказал Форд. Через минуту тягостного молчания в ответ, он посмотрел на Стэнли: тот в свою очередь вмиг напрягся, плотно сжав зубы. — Надеюсь, никаких твоих денежных махинаций? — Нет! — Стэн выпалил ответ так громко, что от страха тут же тактично кашлянул и попытался снизить тон. — Ха-ха, о чём ты вообще? Я же сказал, что завязал. — Вот и славно, потому что я взял деньги. Форд с лёгкой ухмылкой наблюдал за помрачневшим братом, который чуть сгорбился над рулём, бубня себе что-то под нос. Всё-таки тот был не исправим, и даже несмотря на то, что денег в кармане всегда было достаточно, ушлая натура в нём не угасала. Оттого Форд не стал закрывать Хижину по возвращению, понимая, что без неё Стэнли и вовсе загнётся. Он не хуже Суса прирос к кривым экспонатам и единственное, что мог сделать Стэнфорд — это дать настоящие эскизы загадочных существ. Лучше не стало, но хотя бы добавилось реализма. — Ничего, когда-нибудь ты привыкнешь платить на кассе, — в создавшейся шумихе голос Форда звучал слишком уж тихо, но Стэн слышал его отчётливей всего, будто тот говорил на какой-то особенной частоте. — Ты не понимаешь, они там жульё то ещё! — он бросил прикидываться и повёл речь от чистого сердца. Однако брат этим явно не проникся. — Ты про всех так говоришь. — Потому что так оно и есть, — устало протянул Стэнли, от негодования плотно сжав руль. Прилично давно он пытался переманить Форда на тёмную сторону, но того не нервировали ни подскочившие цены, ни хамоватый персонал. — Уж я в жуликах разбираюсь! — Хех, охотно верю. Периодически Стэн поражался такому спокойному отношению брата к обыденностям: казалось, что привычно раздражающие вещи его не просто не заботили, они его умиляли. После ругани с заклинившим изобретением, он запросто спускал с рук дурацкие шутки почтальонов. После стрельбы по оборзевшим гномам, игнорировал толкнувшего его на улице шкета. «Он знает, что есть вещи куда более худшие, чем это» — порой Стэнли оправдывал холоднокровие брата именно этой фразой. Но когда им самим начинали управлять эмоции, он начисто всё забывал и мог поставить нездоровое спокойствие в пику самому Форду: как после истории с Биллом и галлюциногеном. Стэн помнил попытку вдолбить брату, что лекции на клинических идиотов не действуют; помнил восклицания о том, что Биллу надо было дать по лицу, как только это произошло в самый первый раз. Тогда Стэнфорд стоически перенёс первые два предложения, после чего начал самозабвенно орать в ответ. Этим всегда заканчивались претензии Стэна к Форду и наоборот. Они могли раздражаться из-за диаметрально противоположных вещей, но личные разборки не переносил ни один, ни другой. Не важно, из-за чего. Не важно, когда. Сцепиться они могли в два счёта, будто обозначая скандальный рубеж между миром обыденностей и миром тайн. А затем проходило время, день или чуть больше, и в ход шли кривые и косые извинения, которые оба не хотели приносить, но очень уж любили принимать.

***

Наконец машина подъехала к воротам ярмарки, и Стэн резко вдарил по тормозам, встормошив только успокоившихся пассажиров. Все семь тел выгрузили себя из салона и почти сходу разбежались кто куда: Мэйбл подхватила Пухлю и побежала смотреть на небольшой детский зоопарк, а Сус и Вэнди решили окунуть в воду парня в коробке. Билла вообще понесло по всей площади, что буквально заставило Диппера побежать следом, дабы тот не влип в историю. Форд же, на пару со Стэном, также решил осмотреться. Но где-то на полпути Стэнли заметил, насколько отстранённым выглядел его брат. Он то и дело глазел по сторонам, но явно не на аттракционы. — Стэн, — когда они оказались в относительно малолюдном месте Стэнфорд заговорил. — Мне кажется, Билл знает. — Чё знает? — Стэн вопросительно приподнял одну бровь, на что Форд показательно покрутил кольцо на безымянном пальце. Уловив смысл, Стэн скрипнул зубами, внутри проскользнула тень паники. — Вот чёрт. — Он ещё не сказал никому, это понятно, — Форд параноидально осмотрелся по сторонам, как бы проверяя, нет ли Сайфера поблизости. — Но я не знаю, что может вбиться ему в голову и когда он решит это использовать. — Главное спокойно. Даже если он что-то взболтнёт, кто ему поверит? Это ж нелепо! — в словах определённо имелась доля истины, Форд даже на мгновенье готов был полностью успокоиться, но щекотливая ситуация не собиралась отпускать. В напряжённой паузе Стэнли судорожно думал, как бы перевести тему, и внезапно его осенило. — Идём, развлечёмся. Уделаешь этих неудачников в стрельбе. Взяв Форда за руку, он потянул его к маленькой палатке, на которой красовалась большая мишень с надписью «Тир». Вариант не самый лучший, но Стэн понимал, если сейчас брата не отвлечь, он начнёт параноить сильнее. К несчастью, давнее общение с Сайфером оставило свой след на психике. Даже сейчас его рука подрагивала, давая понять, что он вот-вот её одёрнет, дабы не привлекать внимания. Но раньше, чем это случилось, они пришли на место, где как раз крутилась Мэйбл. — Ух ты! — её глаза сверкали от восторга и смотрели аккурат на большую плюшевую игрушку в виде свинки, так сильно похожей на её любимую Пухлю. — Дядя Форд, ты же сможешь её выбить? — Конечно сможет! — толкнув Форда вперёд, выдал Стэн, не давая последнему хоть как-то сориентироваться в собственных мыслях. Не успел Стэнфорд моргнуть, как у него в руках оказалась пневматика, а владелец самой палатки лил в уши что-то на счёт испытания своих умений. Рефлексы есть рефлексы: Форд прицелился довольно быстро и сбил подряд десять целей от большой до средней. Остались три маленьких. Оценив, насколько прицел далёк от реальной траектории полёта пули, Форд сделал поправку и выстрелил. Две мишени. Спиной он ощущал, как Мэйбл стоит позади и грызёт ногти от напряжения, а Стэн напротив совершенно расслаблен. — Давай уже, выигрывай, — усмехнувшись бросил Стэнли, даже не сомневавшийся в том, что следующий две цели окажутся сбитыми. — П-поздравляю, — владелец оказался явно удивлён. — Вот ваш приз. — Пухля, смотри! У тебя теперь есть братишка! — Мэйбл с охапку схватила обеих свинушек и радостно поскакала дальше, поставив себе цель: прокатиться везде и всюду. Наблюдая за ней, Стэн не мог не улыбаться. — Всё-таки мне этого не хватало. Жаль, что они тут только на лето. — Они могли бы поступить в местную школу, я бы дал им достойное образование, — резонно подметил Форд, на что Стэн лишь покачал головой. — Их родители этому не обрадуются. Да и хотят ли они? Вон, Диппер вообще какой-то пришибленный. Ещё ни в одну передрягу не ввязался. — Его просто настораживает присутствие Билла. — Странно, что ты не нервничаешь, — Стэн почесал затылок: он не знал, стоило ли затрагивать эту тему. — В смысле, это же Билл. — Правда ведь? — Форд развеял сомнения брата улыбкой. — Я должен был распылить его на месте за… всё. Но мне этого даже не хочется. Ему и так достаточно того, что с ним происходит. — Ты про эмоции? — Не только. Его оригинальная природа очень далека от человеческой, — немного помедлив, Форд решил пояснить, так как огонёк понимания в глазах Стэнли медленно исчезал. — Представь, если бы ты реинкарнировал в рыбину, но помнил свою прошлую жизнь? — Ну, для меня мало бы что изменилось, — оба чуть усмехнулись, напряжение медленно проходило, и Форд даже предложил пройтись по павильонам более осознано. Вокруг шумели люди, множество знакомых лиц виднелось в толпе, большинство горожан приветливо улыбались, здоровались. После Странногедона у старших Пайнсов создалась очень хорошая репутация, что для Стэна не привычно, как факт, да и Форд никак не мог привыкнуть к повышенному вниманию. Потому они лишь сконфуженно улыбались на все любезности в их адрес и старались как можно быстрее ретироваться подальше. На этот раз идеальным местом стал зеркальный лабиринт. Его они любили проходить с выдумкой и каждый раз новой. Найти выход никогда не было проблемой для Форда, и, чтобы ему стало хоть сколько-то интересно, Стэн придумал прятаться в перипетиях зеркальных проходов, всячески мешая себя найти. В этот раз в ход пошёл фонарь, который, отражаясь от поверхностей, ослеплял и дезориентировал, превращая поиски в борьбу со светом. Краткий взгляд и сразу отвод глаз дабы не ослепнуть: Форд шёл медленно, но верно, вынуждая Стэна из раза в раз менять позицию. Большая часть лабиринта решалась в голове, зеркала вокруг давали лишь краткие подсказки, куда идти. — Что, сдаёшься? — наигранно издевательски прокричал Стэн. — Раз задаёшь такие вопросы, то ты точно кое-что забываешь!.. Зажмурившись и давая глазам отдохнуть, Форд продолжил передвигаться на ощупь. Он был близко. Он чувствовал, что близко. Поворот налево, прямо, ещё раз налево и рука наткнулась на лицо Стэнли. — Я всегда смогу тебя найти, — Форд открыл глаза. Ладонь прошлась по щеке Стэна и опустилась на его плечо. — Отлично, гений, ты мне очки заляпал, — хохотнул Стэн, выключив фонарь. На лице брата проскользнуло недовольство, и он тяжело выдохнул, закатив глаза. — Что? Испортил момент? — Ещё как испортил. Даже простых правил отношений не знаешь. — Ну, я же не такой ботаник, что б всё знать, — Стэн отвесил брату щелбан, вызвав у того лёгкую ухмылку. Внезапно под ногами прошла дрожь, усиливающаяся с каждой секундой. Зеркала задребезжали, грозясь треснуть, а держать равновесие становилось всё труднее. Однако вскоре всё прекратилось так же резко, как и началось. — Землетрясение? — Тут их в принципе быть не должно, — Форд попытался встать на цыпочки, чтобы посмотреть поверх зеркал, но, осознав бесперспективность такого метода, просто побежал на выход, ведя за собой брата. Выбежав на площадь, оба озирались по сторонам, пока Форд не заметил окончание вспышки из дома с привидениями. Без лишних слов они побежали в сторону закрытого павильона. Народ вокруг казался немного обескураженным, но, очевидно, списал всё на землетрясение. Форд и Стэн же, найдя чёрный ход, ломанулись через него внутрь дома ужасов. Сквозь технические помещения, балки и какой-то мусор они пробирались вперёд. Впереди слышалось какое-то копошение, что и послужило временным ориентиром. Спотыкаясь и запинаясь обо всё, что только можно, братья буквально вылетели на основную тропу и там же застыли, как статуи. Стэн держал перед собой фонарик, чей свет бил прямо на мелкий закуток, в котором в полусидящем состоянии находился Билл. На жёлтой жилетке образовалось багряное пятно, взгляд полностью угас, а рядом сидел человек. В его руке отчётливо поблёскивал нож. Форд на шатающихся ногах сделал неуверенный шаг вперёд. — Диппер?..