we don't talk anymore

каждый из нас имеет свое прошлое: светлое или темное, счастливое или несчастное, прекрасное или трагическое, незабываемое или умышленное забвенное, но самое страшное прошлое — это такое прошлое, о котором тебе будет страшно рассказать кому-то близкому и дорогому, даже если ты будешь очень хотеть этого. никто и никогда не знал о том, как же все-таки познакомились мы с Эвеном. когда-то давно мы договорились с ним, что это будет нашей тайной, связывающей нас до сих пор.

наш разрыв с Юнасом я переживала очень тяжело. моими друзьями надолго стали таблетки, которые я с успехом запивала алкоголем. днем ты прилежная дочь и ученица одной из самых элитных школ Осло, а ночью королева всех подвалов, в которых хорошей компанией стали местные торчки, готовые отдать за очередную дозу собственную жизнь. именно там я познакомилась с парнем из США, который учился в одном из наших институтов по обмену. Калеб быстро научил меня великому искусству «полета вне сна». всю ночь напролет мы могли просто смотреть на звезды, не думая о завтрашнем дне. мы могли быть собой, как мне казалось. так продолжалось ровно до того момента, как меня, находящуюся конкретно под кайфом, после подобного не подбросил домой Эвен. совершенно случайно узнав во мне знакомую Исака, он устроил мне целую лекцию о том, как же я врежу своему организму.естественно, мне пришлось пообещать парню, что я завяжу. под его четким контролем я и покончила со всей этой ночной жизнью, я стала лучше учиться и начала больше уделять времени себе. меня больше не тянуло ни к Калебу, ни к нашему общему «интересу». по крайней мере, я так думала.

***

— кто научил тебя делать такие мерзкие блины, Мун? их же невозможно даже нюхать, — сделал озабоченный вид Крис, — из тебя никудышная хозяйка, мне так не повезло с тобой. — ты потерял последнюю совесть, Шистад. тебе ее выбили, как и мой огонек надежды на остаток серого вещества в твоей черепной коробке, — ставя на стоял оставшуюся посуду, возникала я, — не подавись. сегодняшний вечер мы решили провести всей своей дружной шайкой, в которую с недавних пор стали входить и, так называемые, пенетраторы. каждый был занят своим делом. в то время, как мы (я) пытались приготовить хоть что-нибудь съедобное, Исак вместе с Эвеном что-то с интересом обсуждали, сидя на (!!!) моем диване. Эвен долгое время что-то доказывал, активно жестикулируя руками, на что его кудрявое счастье просто тыкнуло пальцами в его прекрасные щеки. всю эту ситуацию мы с интересом наблюдали еще несколько минут, пока в нос моего гениального помощника не ударил запах гари. — Мун, это была последняя попытка заставить меня поверить в твою пригодность, — сдерживал свои мерзкие смешки парень. — какую пригодность? — рявкнула я. — ммм, пригодность стать моей женой. парень резко поднялся со своего места и, оставив все продукты в сторону, принялся с неописуемой нежностью оставлять следы нашего маленького преступления на моей шее. мое тело загоралось с каждым поцелуем все сильнее и сильнее. казалось, будто бы сейчас вновь запахнет гарью. нашу идиллию прервал Исак, ищущий штопор в одном из шкафчиков. я откинула от себя Криса и собралась помочь другу, но вдруг заметила на телефоне смс. открыв его, я увидела до боли знакомый номер. — соскучилась?