Когда-нибудь она не вернётся

Яс знала, что все закончится раньше, чем она сможет принять. Чем сильнее она привязывалась к Доктор, тем более явно ощущала дыхание приближающегося конца и пыталась успеть первее. Каждую минуту, секунду, момент впитать в себя. Оно приближалось. Что бы это ни было, но Ясмин кожей чувствовала. Такая дрожь, внезапная, и волоски дыбом при случайном взгляде. Это молния от осознания того, что Доктор ей не доверяет, как бы пафосно не звучало. И глупо. Но Доктор не доверяет ей, Ясмин. Молчит, не говорит, но все ясно, как день, потому что Яс не слепая. Только каждый раз, когда она требует объяснений, Доктор улыбается, отшучивается и везёт её посмотреть на небесных китов. Сначала это работало, и Яс забывала, но черт, она бывший офицер полиции, она способна замечать очевидное. И врать себе не привыкла. Когда Доктор пропала, бесследно, на эти долгие десять месяцев, на те десять месяцев, которые Яс считала её мёртвой — не верила, нет, билась и ночевала в Тардис в поисках, желании помочь — тогда ей и стало до конца понятно, что жизнь без этой женщины и не жизнь вовсе. Иногда ей казалось, что для Доктора её чувства совсем и не тайна. Ясмин боялась обмануться, но она замечала каждый взгляд, каждое движение. Доктор волновалась о ней, и не так, как о Райане, Грэме или Дэне. Стоило Доктор схватить её за руку, и дыхание у Яс перехватывало. Вообще-то это всегда было не вовремя, потому что времени для влюблённого ступора никогда не было, в такие моменты они обычно убегали от тех, кто хотел их убить. Яс не была дурой и знала, насколько плохо все закончится. Такую, как Доктор, любить сложно. Она всегда впереди, а ты только и пытайся, что успевать за ней следом, чтобы быть достойной улыбки и взгляда, чтобы не наскучить. Поэтому когда Доктор вдруг сказала ей… В своей манере, по-дурацки, но сказала — Яс думала, что вот сейчас она точно умрёт. Вообще-то, это было бы неудивительно в той ситуации, в которой они оказались. — Если бы я ходила на свидания, я бы пошла с тобой. Да, Яс бы тоже с ней пошла. Сколько бы Доктор не говорила о том, что это невозможно, что в любом случае им стоит оставить все как есть, Яс знала, к чему они идут. У неё в животе поселились бабочки, которые щекотали её изнутри наравне с нарастающей тревогой, но в тот момент Яс была совершенно, абсолютно счастлива. Потому что знала, после всего они не остановятся. — Но зачем ты сказала мне? — спрашивала Яс, пытаясь отогнать непрошенные сентиментальные, абсолютно девчачьи слезы. — Если считаешь, что ни к чему не приведёт? Может, я и глупая, но я от тебя никогда не откажусь. Бабушка Яс и правда говорила все это, про мужество и глупость. Ясмин никогда не думала, что это серьёзно ей пригодится, но была ужасно благодарна бабуле. Если уж её слова и могли помочь, то это сейчас. Они не говорили ни о чем официально, не выясняли статус, не называли происходящее своими именами. Яс просто знала, что это её Доктор, а она — её. Боже, да это видел даже Дэн. Ясмин это нравилось. Нравилось считать Доктор своей, и где-то в тайне она даже гордилась этим. Ничего приглядного, да и глупо думать, что Доктор может кому-то принадлежать — такая непостоянная, вольная, даже скрытная. Такую Яс её и полюбила. Но Доктор все-таки была её, и каждый раз, когда Ясмин называла её своей — чувствовала окрыляющее счастье от того, что Доктор этого не отрицает. Когда Док пошатнулась в Тардис, у Ясмин внутри все оборвалось, в один момент. Она поняла — вот оно. Яс подхватила её, уже привычно, да боже, она только что несла Доктор на руках, вот это да, и впервые увидела в глазах Доктор такой ужас. Кажется, та ещё раньше неё поняла, в чем дело. Даже перед лицом далеков и киберменов Доктор храбрилась, у неё всегда и на все был план, а тут… Яс опустила взгляд вниз, на изящную, но сильную руку Доктор и с затаенным ужасом увидела окутывающий её жёлтый цвет. «Вот оно», — отстраненно пронеслось где-то в голове, на удивление ровно и спокойно. О да, она знала и была готова ко всему этому, но земля все равно ушла из-под ног. Голова закружилась, но сознание оставалось полностью ясным. Яс знала, что все это значит. Она была готова, однако не к тому, что все произойдёт так быстро. Ясмин думала, что у них ещё будет время, все время мира, и теперь ощущала, как медленно рассыпается на осколки будущее. Они сидели на крыше Тардис, болтали ногами и смотрели на землю, поедая мороженое. Говорили ни о чем, как будто ничего не случилось, как будто завтра они полетят отдохнуть, на… на свидание? — но все опять превратится в ужас и им придётся спасать свои жизни и ещё парочку планет, и Ясмин старалась не думать, что это их последняя встреча. Доктор была по-особенному красива сегодня. Ясмин никак не могла на неё насмотреться. Слезы все равно против воли текли по щекам, и Яс даже не пыталась их стереть, все равно не поможет. Доктор, кажется, тоже. Яс видела, как блестят её глаза, и ей чертовски хотелось стереть её слезы. Доктор не может плакать, Яс, кажется, никогда не видела её плачущей, и от этого где-то внутри щемило ещё сильнее, хотя казалось бы, куда ещё. Почти не думая, Ясмин протянула руку вбок и неожиданно робко для себя коснулась тёплых пальцев Доктор, а потом переплела их. Жёлтое свечение окутало и её ладонь, и Доктор отдернула свою, когда заметила, и как девчонка спрятала руку за спину. Умная, мудрая Доктор, она же знает, что с помощью детской наивности регенерацию не спрятать. Однако Яс позволила ей это, но кажется, именно это неуверенное касание она запомнит навсегда и бережно сохранит в памяти на долгие годы вперёд. Рожки мороженого подошли к концу, как и отведённое им время. — Я хочу сделать это одна. Наверное, пора отвезти тебя домой, — хлопнула ладонями по крыше Тардис Доктор и снова улыбнулась, также шально, как и всегда, но это не могло обмануть Ясмин. Яс не знала, где Доктор высадила её, и только когда увидела, как синяя будка растворяется в воздухе, ощутила острое сожаление. Её рвануло вперёд на пару шагов, но она принудила себя остановиться. Не успела, так нечего уже и дёргаться. Не успела даже поцеловать, вот черт… Глупое расставание, когда они и успели, что подержаться за руки. Да и то когда убегали от очередной смертельной опасности. Когда Яс услышала за спиной знакомые голоса, то сначала очень удивилась. Сквозь окутывающую её боль даже пробились ростки радости, когда она смотрела, как друзья — Дэн и Грэм — приближаются к ней, и даже получилось растянуть губы в улыбке. А потом она поняла, что друзья оказались здесь не случайно. В очередной раз Доктор позаботилась о ней, не дала остаться одной. Яс точно не поверит, что случайно оказалась в этом месте в это время. На Тардис то. Хотя, конечно, у Доктор случались накладки, и чаще, чем хотелось бы, но не в этот раз. Точно не в эти раз. Слёзы вновь потекли по проторенным дорожкам. Ясмин бросилась на шею Дэну под его понимающим взглядом и вцепилась, что есть мочи, чувствуя, как его большие ладони успокаивающе гладят ее по содрогающейся спине, а её слезы пропитывают его воротник. Спустя полгода Ясмин Хан могла сказать, что она в порядке. Ей почти не снились сны, по-крайней мере, не каждую ночь, она просто знала, что ей больше не нужно ждать. Это было самым болезненным, понимать, что и ждать то нечего. Но нужно было жить дальше. Яс снова нашла работу, обычную, человеческую. Правда теперь её жёлтая форма казалась уродливой, а происшествия чертовски банальными. Но Яс справлялась. Ела по вечерам лапшу, гуляла с Дэном и его новой девушкой, помогала Райану и Грэму спасать землю от пришельцев время от времени. Она, на самом деле, ненавидела это. Её снова захлестывал азарт, кровь кипела, и это было так похоже на прошлую жизнь, что аж кололось. Ясмин каждый раз хотелось повернуться, чтобы посмотреть на ликующую Доктор или спросить, что им делать дальше, однако каждый раз знала, что это ни к чему не приведёт. Первое время ей слышался даже шум Тардис, и она почти срывалась. Пусть и знала, что ждать нет смысла. Тяжелее всего проходили выходные. Суббота самый долгожданный день во взрослой жизни, однако последние полгода она с содроганием ждала окончание недели. Отсутствие работы означало голову, полную мыслей, и невозможность занять себя чем-то. Сидя дома, она ходила из стороны в сторону, не находя себе места. Даже сестра оставила попытки её вытащить куда-то, а упертости этой юной леди хватило бы на целую кавалерию. Но и с этим Яс примирилась. Вставала снова рано, готовила завтрак и купалась в рассветных лучах. Вот только все ещё не могла отделаться от одной ужасной привычки, которая, в то же время, её несколько успокаивала. Пока она жевала свою яичницу с беконом, сзади закипал чайник. Свободной рукой Яс аккуратно, едва касаясь, поправила лежащую напротив вилку рядом с пустой тарелкой, та лежала не очень ровно. Каждое воскресное утро она сидела вот так и любовалась на второй набор столовых приборов. Яс не рассказывала об этом никому. Дэн бы, может быть, и понял, но для Ясмин это было чем-то личным. Чайник засвистел, и Яс встала, вытирая руки полотенцем, чтобы налить чая. Листья блокнота на столешнице зашуршали, переворачиваясь от резкого порыва ветра. Приближалась весна, было уже совсем тепло, поэтому Ясмин любила открывать окна. Кипяток постепенно наполнял кружку, а вода разводами темнела от пакетика чая. На стол упали первые капли, а потом вода из чашки потекла уже струйками. Плечи Ясмин словно закаменели, она медленно поставила чайник на место и задумчиво перевернула листья блокнота в нормальное положение. Сегодня Ясмин не открывала окна, она вспомнила это буквально только что. Яс вытащила нож из подставки и медленно развернулась, внимательно высматривая дверной проем кухни в поисках угрозы. Ступая как можно тише — повезло, что Яс не носит обуви дома — она пошла к гостиной, и резко вздрогнула, услышав, как что-то там упало с грохотом. Ясмин вылетела в коридор с ножом наперевес. — Стоять, это офицер полиции Ясмин Хан, — она знала, как на обычных воришек действует упоминание копов, поэтому сознательно спекулировала, надеясь ошеломить незнакомца. — Мама! В ступор впала она сама, когда мимо пробежал большой муравей. То есть, реально огромный, размером с машину, и задним умом удивилась, как такая махина вместилась в её аккуратную гостиную. Яс рассмотрела и лоснящийся бок, и парочку мохнатых лап, пронесшихся перед лицом. Ясмин вжалась в стену, следя за ним глазами и пытаясь вдохнуть воздух в сдавившую от шока спазмом грудь. — Я сейчас с ним разберусь, прости, мы немного сбились с курса, — раздался звонкий голос, и мимо следом пробежала девушка, держа что-то в вытянутой руке. — Да, Доктор, — выдохнула Ясмин, а потом тяжесть осознания бетонной плитой свалилась на её плечи, выбивая остатки воздуха. Колени подогнулись, и Ясмин сползла по стене вниз, роняя нож на ковёр. Доктор стояла прямо перед ней, все в том же плаще, с каре, держа перед собой звуковую отвёртку. Муравей сжался, будто сложился внутрь себя, и исчез, и Доктор облегчённо выдохнула, запихнула отвёртку в карман и поправила полы плаща, поворачиваясь. Краем глаза Ясмин заметила в спальне край синей будки. Доктор стояла перед ней точно такая же, как в последнюю их встречу. Улыбалась, немного запыханная и раскрасневшаяся, и словно бы смущенная. Осматривала обстановку, только бы не смотреть на Ясмин, уперла руки в бока и пальцами теребила край полосатой водолазки. — А тут… мило. Кештарианец прицепился во время полета, сбил с курса, такое бывает, хоть и редко. Долго меня не было? Какой сейчас день? — она все-таки посмотрела на неё со своим этим забавным выражением лица будто бы точно знает, что делает. Полная уверенность, да, Доктор? Яс никогда не велась на такое, она видела и закушенную губу, и дрожащие приподнятые брови. — Да так… — Ясмин подавилась словами, кусая губы и вытирая тыльной стороной ладони слезы. — Где-то… Полгода? Дней двести, не знаю… — Ох… — Доктор шумно выдохнула, разом поникшая. Плечи немного опустились, руки безвольно повисли вдоль тела, и кажется, глаза её тоже покраснели. — Яс, прости, я… Кештарианец… — Ох, да заткнись! — почти крикнула Ясмин, опираясь ладонями о стену и поднимаясь на ноги. Её будто подкинуло, она чувствовала себя словно наполненный воздушный шарик, и скулы уже сводило от неизвестно когда появившейся улыбки. — Просто заткнись, пожалуйста. Ясмин почти подбежала, врезаясь в Док всем телом и заставив её пошатнуться, обхватила руками за шею и прижала к себе так сильно, как могла. Конечно, раз она пришла, то уже вряд ли уйдёт, по-крайней мере, Яс ее не отпустит, однако страх владел ею. — Ты пришла, как ты… Боже, ты пришла! — Ясмин немного остранилась, обхватывая ладонями такое любимое лицо и поглаживая почему-то влажные щеки большими пальцами. — Ты здесь спустя все это время… Руки Доктор мирно покоились на талии Яс, пока та путалась пальцами в светлых волосах, и они обе улыбались и плакали, как ненормальные. — Я хотела раньше, правда, я… — Заткнись, Доктор, — прошептала Ясмин, а потом подалась вперёд, касаясь губ напротив своими. Её личная вселенная схлопнулась, черт возьми, это было даже лучше, чем она себе представляла. — Так как ты?.. — спросила Ясмин, опираясь задом на панель управления Тардис, когда они пролетали где-то возле Кассиопеи. — Ты осталась собой. — Да, я… Подожди, вот же! — Доктор носилась левее и дёргала рычаги управления, пытаясь понять, как ей настроить траекторию полёта пока они не врезались в какую-нибудь звезду. — Она меня совсем не слушается! Доктор всплеснула руками, негодующе осматривая поле деятельности. Ясмин закатила глаза. — Выключи вентилятор в ванной, Тардис это бесит, сколько раз повторять. — Я знаю, как ей управлять, это моя будка, — огрызнулась Док, на что Ясмин только улыбнулась, но переключатель все-таки дернула. Полет сразу выровнялся. — Ну, я скинула энергию регенерации в… кое во что. Я уже делала что-то подобное, решила рискнуть ещё раз. Судя по тому, как Доктор избегала смотреть на неё, все было не так уж и просто, но Яс не стала настаивать. Пока. — Так что, наконец-то пляж? Без приключений? — Там как пойдёт, но я хочу показать тебе южное сияние, тебе понравится. — Южное?.. — Ясмин обошла панель вслед за передвигающейся Доктор. — Если есть и северное, должно быть и южное, ведь так?