FBI vs M.Killers

Дани с трудом приоткрыла глаза, натыкаясь на всю ту же серую бетонную стену, в которой она успела изучить каждую трещинку, каждую выемку и неровность. Во взгляде девушки не было ничего, он был совершенно пуст и безэмоционален. Белки покраснели, покрывшись паутинкой потрескавшихся капилляров, глубокие карие глаза посветлели, став какими-то песочными. Дани закусила сухие, потрескавшиеся губы, когда по впавшим щекам вновь потекли слезы. Она была заточена в этом месте уже дня четыре, не меньше. Хотя вряд ли могла с уверенностью подтвердить это. Мозг затуманился и отказывался работать. Первые два дня девушка ещё отсчитала, но потом запуталась, не понимая, день или ночь, сколько часов прошло с ее последней дрёмы и сколько она спала. Каждый день к девушке заходили двое мужчин, оттаскивали ее, словно куклу, в заброшенное помещение, адски воняющее помоями и великодушно позволяли справить нужду. Затем так же возвращали обратно, не обращая внимания на то, что девушке было больно каждый раз, когда она падала, не в силах стоять, а ее продолжали тащить по полу, сильнее раня ничем не защищённую кожу на локтях, лице. Дани тихо простонала, когда ее скрутило очередным приступом тошноты, появившейся от голода. За все время ей ни разу не дали ни воды, ни еды. Хейтвелл перестала нормально спать, запутавшись во времени суток. В "камере" не было окон, только в углу висела тусклая лампочка, гудевшая сутками напролет, от чего Даниэль просто сходила с ума. Она изъела себя мыслями про Дениса, отлично понимая, что продолжает любить его не меньше, чем раньше. Девушка чуть прикрыла глаза, пытаясь отвлечься от тошноты и вновь овладевшей ею боли. На ее теле было несколько десятков синяков, ссадин, порой глубоких ран. И все они ужасно болели. На запястьях образовались глубокие рубцы, кровоточившие каждый раз, стоило посильнее вжать кольца наручников в кожу. Дани лежала на боку, хотя ушибленное Денисом плечо уже неслабо болело, но менять позу было ещё более болезненно. Порой шатенке казалось, что суставы скоро просто не выдержат постоянной обездвиженности и банально онемеют, навсегда отказавшись работать. Все-таки лежать днями и ночами на холодном полу с вывернутыми назад руками, не имея возможности изменить хоть что-то, было той ещё пыткой. По помещению гулял сквозняк, и Дани чувствовала, как потихоньку начинает драть горло. Нос был забит уже почти три дня, дышать было невероятно сложно, учитывая то, что насморк постоянно усугублялся долгими рыданиями. Дани не могла контролировать свои эмоции, ей было больно, казалось, за секунду что-то заморозило ее изнутри, и этот холод причинял боль едва не более сильную, чем любые физические методы. Хотелось кричать, раздирая горло, крушить все вокруг, лишь бы стало легче. Лишь бы не думать про любимого человека, который так неожиданно показал свою настоящую сторону. Хейтвелл несколько раз облизнула пересохшие губы, но без особого результата. Язык был таким же сухим. Во рту была настоящая пустыня. От отсутствия воды слюна стала вязкой, сглотнуть ее казалось просто невозможным. Внезапно за ее спиной раздался металлический шум, подсказавший Дани, что кто-то буквально с ноги открыл несчастную дверь. Хейтвелл сжалась, плечи напряглись, что отлично видел Денис, наконец решивший проведать свою пленницу. Парень хищно улыбнулся, отмечая про себя, как часто начала дышать Даниэль, боясь двинуться. Она уже догадалась, кто застыл над ней, чувствовала надменный взгляд карих глаз. Шафоростов надавил пяткой на ее плечо, заставляя перевернуться на спину. Согнутые в кулаки пальцы проехались по бетону, прижатые поясницей, кожа на фалангах мгновенно содралась, мелкая пыль забилась в свежие раны. Хейтвелл крепко зажмурилась, тихо проскулив от боли сквозь сжатые зубы. - Что тебе ещё от меня нужно? - тихо прошептала Дани, глядя куда-то вбок. - Думаешь, я уже взял все, что хотел? - Денис расхохотался, прислонившись к стене. - Ты игрался со мной... - по щекам Хейтвелл вновь потекли слезы, но она даже не думала их прятать, попросту не видя в этом смысла. - Все эти четыре года. Неужели этого мало? - Это вообще ничто. Просто развлечение, затянувшееся чуть дольше, чем я планировал, - спокойно ответил Стофф. - Я не отдан никому из внешнего мира, я принадлежу этому месту. Парни вокруг меня стали моей семьёй, которая понимает меня намного лучше, чем ты. - Вот почему ты так кричал, когда узнал про операцию... Тогда это и вправду казалось волнением за меня, - тихо бросила Дани, вызывая на лице парня наглую усмешку. - А ты волновался, что не успеешь сказать об этом остальным... - Твоя дедукция просто поражает, - протянул Ден, сделав восхищенное лицо. - Что ты хочешь? - Хейтвелл попыталась свернуть с болезненной темы. - Пожалуй единственное, что мне в тебе нравилось - это способность сразу переходить к делу. Мне нужна информация, - он ласково улыбнулся, - и я знаю, что ты ею распологаешь. Ты никогда не пойдешь на операцию, не подстраховавшись. Я хочу знать все про вторую опергруппу. Даниэль замерла, с ужасом глядя на брюнета. К горлу снова так невовремя подступила тошнота, а живот тихо заурчал, требуя пищи. Она часто задышала, делая большие перерывы между вдохами и выдохами. Глаза подернулись пеленой слез, и Хейтвелл медленно покачала головой из стороны в сторону: - Может быть, ты до сих пор значишь для меня целый мир, но я не скажу тебе этого, - едва слышно, но уверенно произнесла Хейтвелл. - На твоём месте я бы добровольно рассказал это. Иначе я все равно выбью из тебя инфу любым из доступных мне методом. - Делай со мной, что хочешь, ты не узнаешь ничего. - Ты недооцениваешь меня и мои знания, Даниэль, - сухо и спокойно бросил Шафоростов. Он прекрасно контролировал свои эмоции и казался спокойнее удава. - Я знаю кое-что о тебе и могу использовать это против тебя. Понимаешь, о чем я говорю? Хейтвелл побледнела. Единственное, чего она панически боялась - зависимость. Она не могла противиться страху. - Теперь тебе страшно, - утвердительно кивнул Стофф. - В моем распоряжении неслабый запас героина. Помнишь, что было с твоим любимым Сиксом? - брюнет гадко оскалился. - Я сделаю то же самое с тобой, только в десятки раз хуже. Если ты будешь сопротивляться мне, я введу тебе твою первую дозу героина. Намного больше, чем обычно принимают люди. Ты не почувствуешь эйфории, будешь бесконечно долго мучиться, но в то же время будешь желать новой дозы. И будешь умолять меня вколоть ее тебе. Но с каждым разом будешь получать все меньше и меньше, от чего твоя ломка будет только усиливаться. И ты расскажешь мне все, что я попрошу, даже не задумываясь. И будешь вознаграждена, - Шафоростов зло рассмеялся, запрокинув голову. - Передозировкой. Всё ещё будешь молчать? - Да, - срывающимся шепотом сказала девушка, ощущая, как падает ее защита, тает уверенность. - Ты и сама знаешь, что это ложь. Твоя фобия сильнее тебя. Осталось лишь посмотреть, как долго ты сможешь бороться против нее. Денис присел около шатенки, грубо переворачивая ее набок. Больное плечо завернулось внутрь, ключица, лопатка, да и вся рука начали жутко тянуть от нахождения в опасном положении и грозили сломаться. Даниэль молчала, но крепко зажмурилась и до крови закусила губу, пытаясь стерпеть боль. Из-под век покатились горячие капельки, раззадоривая раны на ее лице. Шафоростов достал из заднего кармана небольшой черный ремешок и обернул его вокруг бицепса Хейтвелл, ненормально сильно стягивая его, заставляя вену набухнуть. Хейтвелл дрожала от ужаса в его руках, но ей было не под силу что-то изменить. Она услышала, как пластиковый колпачок упал на пол. Затем пальцы Шафоростова сильнее обхватили руку на сгибе локтя. В следующую секунду по коже змейками побежала боль, когда брюнет небрежно ввел иглу, приготовившись впустить наркотик. - Нет! Стой! - напряженную тишину разрезал отчаянный крик Дани. Она закрыла глаза, чтобы не видеть ничего вокруг себя. - Не делай этого, прошу. Хейтвелл почувствовала себя предательницей и слабачкой, но ничего не могло заставить ее почувствовать, как наркотик течёт по венам. - Я расскажу, - девушка плакала от боли, потому что из-за нее погибнут ее друзья, но подчинялась Денису. Стофф был прав: фобия оказалась сильнее ее. Шафоростов замер, но иглу вынимать не спешил. Ему было интересно, что ещё скажет Дани. - Я отвечу на все твои вопросы, только не делай этого, Денис! - ее голос сочился не то, что страхом, а настоящим ужасом. Шафоростов тихо смеялся себе под нос. Страх был намного сильнее, даже чем он ожидал. Как только угроза стала достаточно близкой и реальной, Дани сдалась ему. Парень поднялся на ноги, так и оставляя шприц торчать из вены. Пинком он вновь заставил Даниэль вернуться на спину. - Денис... Вытащи иголку, пожалуйста! - голос дрожал. - Неееет, - протянул Стофф. - Она останется там, пока я не узнаю все, что хочу. Так у тебя будет меньше соблазна соврать мне. - Но откуда я знаю, что ты не вколешь мне наркотик потом? Как я могу верить тебе? - несмело спросила Хейтвелл. Денис растянул губы в хитрой и подозрительно довольной улыбке, недобро щуря глаза: - У тебя нет выбора. Шафоростов поставил ногу Дани на грудь, носком приподнимая ее лицо и заставляя смотреть ему в глаза. - Сколько человек в группе? - жестко спросил он, глядя точно в напуганные глаза. - Восемь, - без запинки ответила Даниэль. Она попыталась отвести взгляд, но тут же получила слабый удар в подбородок, вынудивший ее вновь посмотреть на недовольного брюнета. - Все мужчины? Или есть девушки? - Нету. - Где они остановились? - предвкушающе задал самый важный вопрос Ден. - Хостел Sand Hills, - на выдохе произнесла Даниэль после секундной паузы. Ее сердце бешено застучало. Обратного пути больше не было. Она выдала своих друзей, подписывая им смертный приговор. - Умничка, - Стофф даже через подошву кеда чувствовал, как сильно бьется сердце Хейтвелл. - Мои парни оценят это. По какому плану они собирались действовать? - Не знаю. Они должны сами разработать его, если что-то случится. - Мда? - парень задумчиво почесал подбородок, потом присел на одной колено, касаясь пальцами кожи около того места, где была введена игла. - Точно не знаешь? Или пытаешься обмануть меня? - Не знаю! Клянусь, Денис, это правда! Мне ничего не известно про их планы! - Кто ответственный за разработку? Имя, - Денис в упор смотрел на Дани, на этот раз придерживая ее лицо пальцами. - М-майкл Пэдж-джет, - Хейтвелл начала заикаться. Ей хотелось умереть. Сию секунду. - Отлично. Просто прекрасно, - резким движением Шафоростов выдернул шприц из руки Даниэль. - Мы ещё встретимся. Скоро, - протянул Ден, скрываясь в темном коридоре. Дани с трудом перевернулась на бок, чтобы раненые пальцы и пережатые запястья не причиняли столько боли. Она свернулась в клубочек, подтягивая колени к груди, насколько это было возможно. Слезы, которые, казалось, уже давно должны были закончиться, градом покатились по и без того влажным щекам. - Я сваливаю отсюда, Уорсноп, - раздался приглушённый голос Дена из-за двери. - Я узнал все, что было необходимо. Теперь время действовать. Готовь наших головорезов, им пора вылазить на свет. Голос становился все тише, и стало невозможно разобрать, что ещё говорил парень. Хейтвелл ничего не видела из-за слез. Она предала свою команду, не сумев бороться со страхом. Это осознание давило на нее, сдавливало грудную клетку, отбирая возможность нормально дышать. От нее Денис знает все про отряд резервников. И он не преминет возможностью напасть неожиданно, а у нее нет ни одного шанса предупредить их. От рыданий уже болела голова, ещё больше хотелось есть и пить. Но желание умереть все равно было намного сильнее, и Даниэль старалась не обращать внимания на своё состояние, искренне надеясь, что это убьет ее. Она вновь ушла в свои мысли, обвиняя себя в слабости и будущей смерти коллег. Ее мысли прервал несмелый щелчок замка. Хейтвелл замерла. Это не мог быть Денис, он бы ни за что не вошел так тихо. Высокий парень с яркими татуировками замер у входа, оглядывая лежащую на полу девушку. Он дернулся при виде кровоточащих пальцев и расцарапанных запястий. Парень медленно подошел к Дани и присел у ее плеча, осторожно касаясь его рукой. Хейтвелл испуганно повернула голову, насколько смогла, но разглядела только короткие черные волосы пришедшего и ярко забитое плечо. Девушка молчала, не зная, чего ожидать от незнакомца. - Как ты? - прозвучал низкий голос. - Разве тебе есть до этого дело? - сквозь плач произнесла Дани. - Послушай, - мягко начал парень, - я знаю, ты здесь в ужасных условиях. Но, как бы это ни парадоксально звучало, я хочу помочь. Даниэль... - Откуда ты знаешь, как меня зовут? - О тебе здесь знают все. Но поверь, я не желаю тебе зла. Я такой же пленник, как и ты, только нахожусь в более человеческих условиях. - Почему я должна верить тебе? - Пожалуйста. Я принес тебе немного воды. Я знаю, в каких условиях тебя держит Стофф. - Ну что ж... Если здесь яд, и это убьет меня, я буду только рада, - с горечью бросила Хейтвелл. Брюнет лишь покачал головой и мягко помог девушке перевернуться. Он поддержал ее голову рукой, чтобы Дани не подавилась и поднес термос, который до сих пор держал в руках, к ее рту. - Вода с чуть странным вкусом, там разбавлены витамины, которые избавят тебя от голода на некоторое время. Не бойся. Парень помог Даниэль сделать пару глотков. - Зачем ты делаешь это? - тихо спросила Хейтвелл. - Ну, помогаешь мне... - Я не по своей воле здесь. Отсюда для меня два выхода: тюрьма или смерть. Когда ты - бандит по принуждению, хочется хоть как-нибудь помогать людям, которые попадают сюда. Выпей ещё, я не знаю, смогу ли я ещё раз сюда пробраться. - Спасибо, - допив всю жидкость, шатенка с благодарностью посмотрела на своего спасителя. Ей действительно стало чуть легче после напитка. - Как тебя зовут? - Тебе не нужно знать это, - брюнет осторожно стер капельки воды с ее губ и подбородка большим пальцем, чтобы никто не заметил, что кто-то втайне приносил ей воду. - Если это станет явным, нам крышка. Держись, как бы сложно это ни было. Парень выскользнул за дверь, тихо закрывая ее. Дани вновь осталась в одиночестве. Но теперь ей стало чуть легче. Может потому, что отступили жажда и голод, а может потому, что рядом есть ещё человек, которому ее состояние небезразлично. Нет, Даниэль не влюбилась, она по прежнему любила одного придурка, но теперь ей было проще держаться, не смотря на все дерьмо. Единственное, что продолжало угнетать Даниэль: она рассказала Шафоростову то, что он не должен был знать. Под угрозой все, кого она определила в резервный отряд. За не вполне весёлыми мыслями об очень возможной смерти коллег по ее вине Хейтвелл застал сон, как обычно наполненный кошмарами, заставляющими Дани просыпаться каждые полчаса в холодном поту.