От колыбели до гроба

      Прошло уже более пяти лет с той решающей ночи. Что сказать, многие члены Разведки, которых некогда знали Нанаба и Майк, пали от рук титанов. За это время оставшиеся научились принимать смерти друзей и близких от рук этих чудовищ. Нанаба стала ещё более немногословной, а серьезности Майка мог позавидовать любой. Блондинка находилась под опекой Закариаса и являлась членом отряда Наблюдения, была его лейтенантом.       Они находились внутри стены Розы. Тихая местность и щекочущий кожу ветерок не предвещал беды. Да и высшими чинами было принято решение, что это одно из самых безопасных мест, где можно держать солдат, которые подозревались в пособничестве Энни – Женской Особи. Она принесла много смертей. Среди погибших было много друзей Нанабы, но самой близкой являлась Петра. С потерей этого бойца голубоглазая долго не могла смириться.       Сейчас же, стоя на крыше одного из домов деревушки, Нанаба смотрела вдаль и иногда обменивалась парой слов с майором. Сегодня он был крайне напряжен. Его терзало нехорошее предчувствие, о чем Майк предпочел не говорить возлюбленной - не хотел беспокоить по пустяку. А девушка в свою очередь уже была увлечена разговором с Томасом, что был на посту и следил за округой. Доносился тихий смех с её стороны, который был прерван внезапным рывком Закариаса к краю крыши. Его нос немного дернулся, а серо-голубые глаза в миг расширились в немом шоке. - Томас! Срочно собери курьеров и собирайся сам! Оповести всех в округе… Среди 104-го выпуска нет титанов. С юга направляется толпа гигантов! – он говорил твердо, решительно, будто ждал этого. Нанаба понимала, какова доля командира отряда – не поддаваться панике и успеть вовремя скоординировать действия всего состава. Но сейчас, видя вдалеке титанов, девушка почувствовала, как задрожали колени. - Стена Роза всё-таки пала… - подытожил мужчина, сжимая руки в кулаки и тут же отдав приказ Нанабе собирать выпускников. Вместе с ними нужно было оповестить ближайшие деревни о том, что надвигается большая беда.       Блондинке ничего не оставалось, как послушаться и тут же рвануть вниз с крыши, пользуясь УПМ, чтобы как можно быстрее добраться до столовой, где сидели ребята. Она приземлилась около окна, открывая его локтем. - В пятистах метрах к югу от нас толпа гигантов. Они идут прямо сюда. Нет времени на подготовку. Седлайте лошадей и эвакуируйте все ближайшие населенные пункты, - скомандовала та, после удаляясь от новеньких бойцов и направляясь обратно к Майку. Спешила к нему, желая обмолвиться ещё парой слов. Но мужчина так и стоял на своем месте. Он уже успел подсчитать, сколько титанов к ним направляются, и его тон явно выровнялся. - Они прорвались сквозь стену Роза… Нам никогда не удавалось выяснить, кто такие гиганты, - девушка присела на одно колено, касаясь им хрупкой черепицы крыши. Рука же подперла подбородок, выражая задумчивую позу, пока та рассуждала монологом. - Всё человечество обречено, - эта фраза будто пронзила Закариаса, заставив его нахмуриться и издать тихий рык. - Нет, не сейчас. Человечество будет обречено лишь тогда, когда перестанет сражаться, - он развернулся от титанов, произнося эту фразу Нанабе, прерывая её глупый монолог. Блондинка взглянула на его спину. Мужчина не собирался сдаваться, что вызвало на её устах улыбку, и после она сама поднялась на ноги. Эти слова вселили в неё веру и желание сражаться дальше. «Помни, что ты мне обещал. Умрешь ты – умру и я».

***

      Оседлав своих лошадей, весь отряд выдвинулся в путь. Животных гнали нещадно, заставляя тяжело дышать и брызгать слюной. Но сейчас речь шла о выживании, а потому лошадей никто не жалел. Титаны крайне быстро нагоняли их, а потому Майк лишь нахмурился. - Разделитесь на четыре отряда и оповестите другие деревни о приближающихся титанах. Я их отвлеку, - молвил майор, после чего резко свернул в сторону. В этот момент Нанаба почувствовала, как замирает её сердце. Да, Закариас был одним из сильнейших бойцов человечества, но сейчас это было самоубийством! Блондинка смотрела ему вслед, немного притормаживая свою лошадь. Понимала, что это могло быть началом конца. «Майк, нет! Вернись!»       Внутри буквально кричала Нанаба. Не хотела его отпускать. Хотела ещё хоть раз насладиться вкусом этих грубых мужских губ, его щетиной, сильными руками. Но ей оставалось лишь смотреть вслед и молиться о сохранности Закариаса. На миг девушке показалось, что она сейчас заплачет, а потому, вздернув головой, отмахнула все нехорошие мысли и развернула лошадь в противоположную сторону. Быстро разделив отряд на четыре части, отправила каждого в свою сторону.

***

      Тем временем Закариас уже направлялся к титанам, будучи уверенный в том, что сможет уничтожить их всех. Одного за другим, но он вернется живым к ней, к той самой девушке, от которой пахнет корицей. Его ловкие движения уничтожали титана за титаном, пятеро был повержены. Но и сам мужчина успел за это время измотаться. Одновременно следить за всеми этими тварями было крайне сложно, не имея поддержки со стороны. «Ублюдки…»       Тихо выдохнув, стоя на крыше, куда не дотягиваются отродья, Майк услышал грохот. Стоило его голове повернуться на шум, как вдруг он замечает чудовище, отдаленно похожее больше на обезьяну, а не на титана. Вот тут уж мужчину сковал ужас.       Существо сначала не обращало внимание на него, но потом лошадь, что была подозвана к Майку, отправилась к нему самым необычным образом. Её кинули, благо мужчина успел ускользнуть в сторону и его не задело. Дальше всё было как в тумане – страх совсем отключил сознание Закариаса. Укус одного из титанов за ногу, руки Звероподобного, что отнимали у него маневры. Он слышал, слышал, как этот монстр говорит и приказывает титанам! Ничего не понимая, блондин впадал всё в большую панику, даже слова из себя выдавить не мог. Последний рывок с криками, что он ещё не сдался, стал для него последним. «Шерстяной» титан просто обернулся и приказал своим холодным, пробирающим до костей голосом сожрать Майка.       Долина разразилась мужским криком. Тот, кто никогда не боялся боли, сейчас взвывал от неё, когда кусок за куском отрывался от его тела. Нанаба, его милая Нанаба… Он обещал всегда защищать её, но сейчас погибает и рыдает не как солдат. На его лице отразился весь ужас, а в воздухе повис запах крови и последний крик главного отряда Наблюдения.       В сердце Нанабы будто влетела стрела и она обернулась в ту сторону, куда некогда скакал Закариас. Голубые глаза расширились, а с губ слетело тихое «нет».

Самопожертвование есть высший нравственный закон.