Выгодное предложение

«Ночи на Татуине, определенно, лучше, чем дни». Дарт Сидиус не был романтиком, любующимся звездным небом. Он просто очень не любил жару. А жара на Татуине — это то, что он не любил вдвойне. Ситх пониже надвинул капюшон на голову и прислушался к Силе. Мальчик был где-то неподалеку. И, похоже, кипел от гнева и ненависти. Сидиус улыбнулся. Очень хорошо, просто превосходно! Именно то, что ему нужно. Он отошел от кантины и углубился в лабиринт улиц Мос Эйсли. Скоро мальчик будет с ним. Он чувствовал взгляды ночных жителей города, но никто из них не осмеливался подойти поближе. Ситх усмехнулся про себя. «Хорошие инстинкты» Энакин выскочил из-за угла почти внезапно. Казалось, мальчик не смотрит, куда бежит. Он налетел на Сидиуса и упал на землю от толчка. — Я… извините, — мальчик еле разглядел в ночных сумерках фигуру, закутанную в темный плащ с капюшоном. Он почувствовал опасность, исходящую от этого человека. — Куда ты так спешишь? — голос незнакомца оказался удивительно мягким и миролюбивым. Казалось, внезапное столкновение его не возмутило. — Может, тебе помочь? Этот голос подействовал на мальчика успокаивающе. — Мне уже никто не поможет, — Энакин встал с земли и попытался пройти мимо. Но незнакомец удивительно крепко ухватил его за плечо, принуждая остановиться. — Детям не стоит ходить ночью по городу, это опасно. Я отведу тебя домой. — голос незнакомца завораживал и подчинял. Энакин почувствовал внезапное доверие к нему. — У меня больше нет дома, — мальчик произнес эти слова спокойно, но Сидиус ощутил глубокое горе и страдания, испытываемые им в тот момент. Ситх усилил ментальное воздействие, чтобы освободить эти чувства. Плечо Энакина под его рукой дрогнуло. Мальчик пытался справиться с эмоциями, захлестнувшими его разум, но проиграл. Все его тело начало содрогаться в беззвучных рыданиях. — Пойдем, — Дарт Сидиус повел плачущего ребенка в свое временное убежище. Идти было недалеко. Энакин уже почти успокоился, когда они подошли к дому. Сидиус закрыл дверь за ними и провел мальчика на кухню. Этот дом принадлежал Зангеру, одному из его агентов, который следил за мальчиком по его поручению. Зангер временно перебрался к своему приятелю, чтобы не мешать своему работодателю. Сидиус посадил мальчика за кухонный стол и дал ему кружку воды. — Ты можешь сегодня переночевать здесь. А завтра я отведу тебя туда, где ты живешь. Энакин молча смотрел на него. Теперь в свете лампы, он смог хорошо рассмотреть неожиданного добродетеля. Среднего роста, старый. Седеющие рыжеватые волосы, голубые глаза. «Что ему нужно от меня?» В свои десять лет Энакин не верил в бескорыстную помощь. Больше не верил. — Что вам нужно от меня? — озвучил мальчик свою мысль. — А ты не думаешь, что я просто хочу тебе помочь? — старый ситх с любопытством посмотрел на своего юного собеседника. Сейчас он напоминал доброго дедушку, разговаривающего с любимым внуком. — Никто не помогает просто так, — Энакин опустил глаза и машинально повертел кружку в руках. — Если бы это было не так, мама была бы жива, — последние слова он произнес очень тихо, почти прошептал. Мальчик почувствовал, как горло сдавило от переполнявших его чувств. — Выпей воды, — Сидиус уловил его эмоции — Я не знаю, что произошло с твоей мамой, но, поверь, я хочу помочь тебе. Он воздействовал на сознание мальчика, внушая ему спокойствие и доверие. Расслабленная поза Энакина подсказала ему, что он добился цели. — Да, — Энакин решил рассказать этому человеку обо всем. О маме. — Неделю назад мама пошла на рынок за продуктами. Но… там были головорезы Джаббы-хатта. Они устроили разборки с каким-то пришельцем. Кажется, он был должен денег Джаббе. В общем, была перестрелка и маму случайно задело выстрелом. Энакин замолчал, теребя кружку. Сидиус тоже молчал. Он чувствовал, что мальчику нужно было выговориться. Мальчик вздохнул и продолжил, не поднимая глаз. — Никто ей не помог. Боялись, наверное. Громилы Джаббы долго пытались поймать того чужака. Моя мама умерла от потери крови. — Мне некуда идти, — продолжил он через паузу. — Дом без мамы такой пустой. Уотто позволил пока пожить в его лавке, но это ненадолго. — Уотто? — Мой… хозяин, — пояснил мальчик. — Нас с мамой проиграли ему. — Так ты раб, — Сидиус не спрашивал, но Энакин почувствовал что-то в его голосе. — Я человек! Ситх улыбнулся про себя. Мальчик оказался именно таким, каким он его представлял. — Я знаю, — спокойно произнес он вслух. — Ты такой же человек, как и я. Энакин настороженно взглянул на него. Этот человек вызывал у него сложные чувства. Сначала он показался мальчику открытым и доброжелательным, но теперь Энакин чувствовал какой-то подвох. Казалось, незнакомец, хочет подвести его к какой-то мысли. — Скажи, ты хочешь отомстить за маму? — неожиданно спросил незнакомец. Его взгляд стал цепким и острым. — Да! — мальчик ответил не задумываясь. В этот момент ему было неважно, кому мстить. Он хотел что-то сделать, что-то, чтобы осознание своего бессилия, наконец, покинуло его. — Я могу помочь, — мальчик краем сознания отметил спокойный, как будто равнодушный, тон. Но эти простые слова оказали на него странное воздействие. Энакину стало безразлично, что будет с ним. Одна мысль овладела им без остатка — отомстить за маму. — Что мне надо сделать? — он не узнал свой голос, так холодно прозвучали слова. Сидиус объяснил.

***

Кровь была везде. На руках, на одежде, даже на волосах. Пол комнаты был буквально залит ею. Но ему было мало — хотелось еще. Хотелось залить кровью весь мир. Звук открывающейся двери заставил его отпрыгнуть в угол комнаты и занять оборонительную позу. В одной руке бластер, в другой — острый нож. — Думаю, тебе хватит, — голос пришедшего оказал на него успокаивающее воздействие. Он расслабился… и потерял сознание. Дарт Сидиус еле успел подхватить падающее тело. Энакин очнулся внезапно. Сначала он не мог понять, где находится. Он никогда не видел таких комнат. Во-первых, комната была идеально круглой. Во-вторых, стены были из непонятного серебристого материала, прохладного на ощупь. И, в-третьих, в комнате не было никакой мебели — только лежанка (по-другому не назовешь), на которой, собственно, и лежал мальчик. Тихое шипение привлекло его внимание. Часть стены отошла и Энакин увидел фигуру, закутанную в широкий тёмный плащ. Мягкий жёлтый свет позади мешал точно разглядеть лицо незнакомца. А то, что это был незнакомец, мальчик не сомневался. — Проснулся? — Его голос — низкий и грубоватый — почему-то успокоил ребёнка. Он привык к таким голосам на Татуине. — Да. — Энакин сел на лежанке, попутно отметив, что одет в новую чистую одежду. Кровь была везде… Он тряхнул головой, отгоняя воспоминание. — Иди за мной. — Фигура повернулась и прошла вперед, как будто незнакомец был уверен, что мальчик последует за ним. Энакин поспешно вскочил и, засунув ноги в легкие сандалии, стоящие рядом, поспешил следом. Комната оказалась каютой на космическом корабле. Он понял это, оказавшись в коридоре. Фигура в плаще была уже далеко и мальчик перешёл на бег, желая догнать ее. Когда он догнал незнакомца, тот уже остановился перед закрытой дверью какой-то каюты. — Зайдешь внутрь сам, — незнакомец нажал на кнопку и дверь отошла в сторону. Энакин нерешительно прошел мимо проводника, замечая, что тот отступил на шаг. — Здравствуй, Энакин. Хорошо, что ты проснулся, — посреди каюты стоял стол, за которым сидел давешний знакомый. «Зови меня Сид». И смотрел на него пристальным оценивающим взглядом. — Как ты себя чувствуешь? — Сейчас хорошо. Мистер Сид… — мальчик запнулся, не зная что сказать. Спасибо? Или нет? Он помог убить того мерзавца. И его приятелей-головорезов. Разве за такое благодарят? — Я вам очень благодарен… — Я выкупил тебя у Уотто, — спокойно произнес мужчина. И показал знакомый знак — личный знак Энакина, доказывающий его положение. Энакин побледнел. Выкупил? То есть… теперь это его новый хозяин? Он почувствовал приступ тошноты. Сидиус заметил его состояние и налил воды в стакан, стоящий рядом на столе. — Выпей. — Теперь я ваш раб? — мальчик послушно сделал несколько глотков. Тошнота отступила. Но ощущение беспомощности и какой-то обиды осталось. Никто не помогает просто так. И что его ждет? — Я хочу предложить тебе нечто необычное, — рыжеволосый мужчина добродушно улыбнулся. Странно, но Энакин не чувствовал фальши — как это бывало обычно, когда взрослые пытались его обмануть. Мальчик молча смотрел на нового хозяина. — Ты знаешь, кто такие ситхи? — Н-нет, — Энакин удивился. Почему-то показалось, что Сид ждет возмущения или злости. И это было странно. — Кто это? — Ситхи похожи на джедаев. Они используют Силу. Только по-другому. И джедаи хотят их уничтожить. — Потому что они используют Силу не так как они? — про джедаев мальчик слышал. Они добрые и справедливые. И против рабства. Хотя… он нахмурился, вспоминая. На Татуине рабство это закон, и очень давно. Может, джедаи не знают об этом? — Не только. У них разные взгляды на жизнь, — Сидиус спокойно кивнул, догадываясь о мыслях мальчика. — Например, они никогда не выступят против рабства на Татуине в открытую. — Почему?! — Энакин обижено посмотрел на мужчину. Тот как будто прочитал его мысли! — Они же защищают закон и порядок! — На Татуине рабство — это закон, — Сидиус наблюдал, как на юном лице постепенно появляется понимание и усмехался. Вот тебе правда жизни, мальчик. Точнее, правда Республики. Философия тех, кто не хочет бороться. — Джедаи хотят сохранить мир. И это значит, что они ради мира будут соглашаться с тем, что несправедливо. — Как же… — Энакин подавлено замолчал. Значит, он надеялся зря? И сны его обманули? Он поднял взгляд на собеседника. — А почему вы начали говорить о ситхах? — Я — ситх, — Сидиус произнес эти слова легко, будто признаваясь в чем-то незначительном. Но Энакин почувствовал напряжение. — И я хочу предложить тебе стать моим учеником. — Учеником? То есть… — логическое мышление подсказало ему единственно возможный вывод. — Я могу управлять Силой, да? — Да, — ситх встал из-за стола и подошел к мальчику. — Смотри. Оставленный стул поднялся над столом и резко полетел на Энакина. Мальчик инстинктивно поднял руки в защитном жесте и сжался в ожидании удара. Но ничего не почувствовал. Когда он посмотрел в том направлении, стул парил в воздухе прямо перед ним. И он почувствовал странную дрожь во всем теле. Как будто сотни маленьких иголочек кололи его со всех сторон. — Ты остановил его, — спокойный голос Сидиус вернул его в реальность. Мальчик удивленно моргнул — и стул с грохотом упал перед ним. — Это правда, — Энакин ощутил, как изнутри поднимается волна восторга. Он может! Действительно может! Он посмотрел на Сидиуса. — Я могу! — Можешь, — мужчина неожиданно взъерошил ему волосы, чему-то улыбаясь. — Ты станешь могучим ситхом. Энакин словно очнулся. Ученик ситха? Он был совсем не уверен, что хочет этого. Хотя… у него нет выбора. Теперь этот человек его хозяин. — Конечно, хозяин, — устало сказал он, прикрывая глаза. Мамы все равно нет. Что он сможет сделать, если ему всего десять лет? Правильно, ничего. — Я не рабовладелец, — глаза Энакина изумленно распахнулись, он недоверчиво посмотрел на мужчину рядом с собой. Но Сидиус выглядел предельно серьезным. И мальчик не чувствовал лжи. — Более того, я предлагаю тебе официально стать моим сыном. — Сыном? — Энакин Скайуокер чуть не рассмеялся. Это шутка? Этот человек встретил его совсем недавно и хочет сделать своим сыном? Так не бывает. И он зло произнес, запрокинув голову. — Я вырос на Татуине, мистер. Если хотите что-то от меня, не надо притворяться хорошим. Я и так теперь ваша собственность. — Умный мальчик, — выражение лица Сидиуса не изменилось. Но и угрозы Энакин не почувствовал. Мужчина отошел немного в сторону, заложив руки за спину. — Но мое положение не позволяет мне иметь раба. А ты мне нужен. И я действительно хочу учить тебя пути ситха. Подумай, это выгодное предложение. — Положение? — Энакин задумался. Звучало логично. Влиятельные галакты очень заботились о своей репутации. Значит, этот Сид большая шишка? — А кто вы? — Канцлер Республики, — ситх усмехнулся, видя шок на лице ребенка. Еще бы — не каждый день можно встретить такого человека в дыре вроде Татуина. Он требовательно спросил. — Ты принимаешь мое предложение? — Да, — Энакин кивнул, решив что-то для себя. Быть сыном канцлера лучше, чем рабом на Татуине. Тем более, если его будут учить владению Силой. А потом… ситуация может и измениться. — Я согласен!

***

… — Республика нуждается в том, чтобы ее граждане имели возможность проявлять заботу и милосердие по отношению к тем, кто оказался в бедственной ситуации, — Палпатин повернулся так, чтобы в кадр попал и Энакин. Светловолосый мальчик молча стоял рядом, сжимая в руках какую-то мягкую игрушку — подарок канцлера на усыновление. А за их спинами можно было отчетливо прочитать название общественного приюта на Среднем уровне Корусканта. — Я надеюсь, что мой пример докажет всем сомневающимся необходимость такого отношения. Вспышки камер виднелись со всех сторон. Энакин невольно зажмурился, когда одна такая вспышка буквально ослепила его. Но руку учителя не отпустил. Теперь Энакин Скайуокер официально считался сыном канцлера Палпатина. Хоть в этом ситх его не обманул. А позже, уже в своей личной комнате, выделенной в апартаментах канцлера, Энакин забросит в угол ненужную игрушку и будет долго смотреть в окно на городские пейзажи Корусканта. Ему выпал шанс на новую жизнь, вдали от Татуина и местных бандитов. Вот только рабом он чувствовать себя не перестал. Но может, это временно?