Огнецвет, или Повесть о волшебном цветке

      Фор­га­ры, ви­димо, то­же не до­веря­ли Кʼро­ку и весь ос­тавший­ся день не от­хо­дили от ре­бят, чем ввер­гли тар­гов в сос­то­яние су­евер­но­го ужа­са. И ве­чером, ус­тра­ива­ясь на ноч­лег, Муль­ка вдруг вос­про­тивил­ся по­пыт­кам ре­бят заб­рать­ся в па­лат­ку.       — Ты что, Муль­ка? — оза­бочен­но спро­сила его Юль­ка. Муль­ка в от­вет лишь уг­рю­мо про­вор­чал и тол­кнул де­воч­ку прочь от па­лат­ки, а за­тем пов­то­рил жест, взгля­нув на ос­таль­ных ре­бят. Май­ка фыр­кну­ла, одоб­ряя дей­ствия при­яте­ля.       — Им что-то не нра­вить­ся, — за­дум­чи­во ска­зала Зуи.       — А мо­жет не бу­дем спать в па­лат­ке, раз уж фор­га­ры про­сят? Да и душ­но там, — Паш­ка пос­мотрел на под­руг.       Ночь дей­стви­тель­но бы­ла душ­ная и ре­бята, по­думав, сог­ла­сились с Паш­кой. Муль­ка одоб­ри­тель­но кряк­нул и, мот­нув мох­на­той го­ловой, «приг­ла­сил» ре­бят пой­ти на рас­по­ложен­ную в сто­роне и от па­лат­ки, и от сто­ян­ки пло­щад­ку за боль­шим ва­луном.       Ус­тра­ива­ясь спать, фор­га­ры улег­лись ря­дом, го­лова­ми в про­тиво­полож­ные сто­роны, а ре­бята ус­тро­ились меж­ду их лап, по­ложив го­ловы на пок­ры­тые гус­той мяг­кой шерстью бо­ка зве­рей. Паш­ка пре­дус­мотри­тель­но рас­сте­лил за ва­луном спе­ци­аль­ную под­стил­ку, а свер­ху ре­бята ук­ры­лись тен­том, так что спать бы­ло впол­не ком­фор­тно. Да и бе­зопас­но, ведь те­перь по­дой­ти к спя­щим не­замет­но ник­то бы не смог: фор­га­ры чувс­тво­вали ма­лей­шее дви­жение и глу­хо вор­ча­ли, ед­ва кто-то про­ходил ми­мо. А ес­ли бы кто-то по­дошёл бли­же, фор­га­ры зап­росто мог­ли дос­тать его с лю­бой сто­роны сво­ими ос­тры­ми ког­тя­ми или зу­бами. К то­му же Паш­ка рас­тя­нул вок­руг леж­ки пе­риметр (а что бы на не­го не нат­кну­лись са­ми фор­га­ры, он по­доз­вал их и ти­хо про­шипел, ука­зывая на про­вод (за день Паш­ка и Али­са ус­пе­ли нем­но­го на­учить­ся «фор­гар­ско­му»). Так что вско­ре юные ис­сле­дова­тели, уба­юкан­ные ур­ча­щими как кош­ки фор­га­рами, креп­ко ус­ну­ли.       От ста­нови­ща тар­гов (в том чис­ле и от шат­ра ша­мана) но­чёв­ку ре­бят зак­ры­вал боль­шой ва­лун, по­это­му трое тар­гов, ти­хо прок­равши­еся ночью к па­лат­ке, сто­яв­шей у под­но­жия хол­ма, за­мети­ли толь­ко спи­ну спя­щего Муль­ки. Но так они бы­ли дос­та­точ­но да­леко, фор­гар не об­ра­тил на них вни­мания, да и тар­гам не бы­ло де­ла до фор­га­ра. Або­риге­ны о чём-то по­сове­това­лись, ози­ра­ясь по сто­ронам, за­тем один из них по­дошёл к хол­му и, под­нявшись нем­но­го вверх, что-то спря­тал на ка­менис­том скло­не. «Крамм!» — удов­летво­рён­но ска­зал Кʼрок (это он ка­раб­кался по хол­му), гля­нув свер­ху вниз на оран­же­вый по­лог.       Глу­бокой ночью, ког­да пле­мя тар­гов то­же креп­ко спа­ло, склон хол­ма оза­рил­ся крас­ной вспыш­кой, вслед за ко­торой раз­дался гром­кий хло­пок. Си­дев­ший у кос­тра во­ин оч­нулся от дре­моты и сплю­нув на зем­лю, что­бы прог­нать злых ду­хов, бес­по­кой­но ог­ля­нул­ся на холм. За­тем до­бавил в огонь хво­рос­та и пе­ресел на дру­гую сто­рону.       Паш­ка, прос­нувшись от хлоп­ка, с тру­дом раз­ле­пил гла­за и, ви­димо ни­чего не по­няв спро­сонья, про­бор­мо­тал: «Что бы вы про­вали­лись с ва­шими цве­тами, спать не да­ют…», пе­ревер­нулся на дру­гой бок, не­ча­ян­но тол­кнув в бок Али­су (что-то пис­кнув­шую во сне) и сно­ва за­сопел. На ста­нови­ще тар­гов вновь опус­ти­лась ти­шина…       Ут­ром де­ти прос­ну­лись от шу­ма вни­зу, в ста­нови­ще. Муль­ка и Май­ка, под­няв го­ловы, по­води­ли уша­ми, прис­лу­шива­ясь и ню­хали воз­дух. Пер­вой под­ня­лась Зуй­ка.       — Мам­ма­лан­ка!!! (Ма­моч­ка!!!) — вдруг ис­пу­ган­но крик­ну­ла она по-мар­гий­ски, на се­кун­ду за­быв от ис­пу­га про кос­мо­лин­гву. Паш­ка и ос­таль­ные ре­бята мгно­вен­но вско­чили и бро­сились к па­лат­ке. На её мес­те бы­ла лишь се­ро-бу­рая ку­ча щеб­ня и мел­ко­го пес­ка, осы­пав­шихся с хол­ма, на скло­не ко­торо­го зи­яла глу­бокая яма.       — Ес­ли бы мы бы­ли там, нас бы уже не бы­ло… — за­мети­ла Лу­ана. — Хо­рошо, что ос­новное сна­ряже­ние ос­та­лось в ка­ре и рюк­за­ки бы­ли ря­дом с на­ми, за ва­луном…       — Хо­рошо, что нам бы­ло жар­ко в па­лат­ке и мы пош­ли спать на­ружу! — от­ве­тила Юль­ка. — Вот че­го бо­ялись фор­га­ры.       — Я его прибью! — Паш­ка уже рва­нул ру­ко­ят­ку блас­те­ра, но Лу­ана схва­тила его за пле­чо и встрях­ну­ла.       — У те­бя па­рали­затор, а не бо­евой блас­тер!       — Очень жал­ко, что не бо­евой! — зло от­ве­тил маль­чиш­ка.       У Али­сы бук­валь­но но­ги под­ко­сились от уви­ден­но­го. Ко­неч­но бы­вало, что на неё по­куша­лись, но что бы вот так под­ло, во сне… Ря­дом кто-то всхли­пывал. Это Зуй­ка, ут­кнув­шись в бок Лу, ти­хо пла­кала от стра­ха. Май­ка по­дош­ла к ней и ос­то­рож­но лиз­ну­ла де­воч­ку в щё­ку.       — А что в «ка­така­нах»? — спро­сила Али­са.       — Саль­му­тал, — всхли­пывая, от­ве­тила Зуй­ка.       — Зря, на­до бы­ло мо­ро­ин за­рядить, — бур­кнул Паш­ка.       — И саль­му­тала хва­тит на эту га­дость, — Лу­ана, зло при­щурив­шись, пос­мотре­ла на ос­татки па­лат­ки. — Зор­на­гов здесь нет, здесь зве­ри пос­траш­нее ока­зались… — ре­зюми­рова­ла де­воч­ка.       Вни­зу, в ста­нови­ще был шум и гвалт. Пос­ре­ди тол­пы тар­гов сто­яли ша­ман и Кʼрок. Пос­ледний ре­шил, на­вер­ное, вос­ста­новить свой по­шат­нувший­ся ав­то­ритет.       — Ду­хи по­кара­ли не­чес­тивцев, пос­мевших вы­дать се­бя за звёз­дных лю­дей и хо­тев­ших ли­шить нас свя­щен­но­го цвет­ка! — гром­ко ве­щал ша­ман. — И об­ма­ном зав­ла­дев­шие свя­щен­ны­ми фор­га­рами, ко­торые приш­ли, что­бы при­нес­ти пле­мени счастье!       — Уж не ты ли со сво­им приб­лудным друж­ком под­со­бил ду­хам? — Юʼрла ткну­ла ша­мана в грудь бе­лос­тволь­ни­ковым по­сохом, та­ким же как у Юʼмы.       — Ты прог­не­вишь ду­хов, Юʼрла! — воз­му­тил­ся ша­ман.       — Ста­ра я уже, всем злым ду­хам Ме­дало­на дав­но на ме­ня нап­ле­вать, а с доб­ры­ми я как-ни­будь до­гово­рюсь, — ух­мыль­ну­лась жен­щи­на. — А де­тиш­кам ещё жить да жить…       Али­са по­пыта­лась раз­гля­деть в тол­пе Юʼму. Де­вуш­ка сто­яла в сто­роне, дер­жа в ру­ке по­сох и вы­тира­ла слё­зы кра­ем пла­ща.       — Юʼма, — ти­хо поз­ва­ла Али­са ос­то­рож­но проб­равшись кус­та­ми к краю ста­нови­ща (Юʼрла дав­но за­мети­ла ре­бят и не­замет­ным для дру­гих тар­гов жес­том ве­лела им по­ка не вы­совы­вать­ся). — Нас не бы­ло в па­лат­ке.       Юʼма с удив­ле­ни­ем пос­мотре­ла на ре­бят, а по­том бро­силась об­ни­мать их.       — Ка­кое счастье, ма­лыши! Ду­хи сбе­рег­ли вас!       — Это Кʼрок, боль­ше не­кому… — мрач­но за­явил Паш­ка.       — Да, боль­ше не­кому, — под­твер­ди­ла Юʼма. — Се­год­ня я от­ве­ду вас к цве­там, и к ве­черу вы вер­нё­тесь до­мой, на стан­цию. Здесь вам ос­та­вать­ся опас­но.       «От­ку­да она зна­ет про стан­цию? Тут что-то не­чис­то…», — Али­са с удив­ле­ни­ем гля­нула на де­вуш­ку.       — Ка­кую стан­цию? — пе­рес­про­сила она Юʼму.       — Я го­ворю, что ве­чером вы вер­нё­тесь к сво­им звёз­дам, в ло­но Ве­ликой Ма­тери, — то­роп­ли­во от­ве­тила де­вуш­ка, спох­ва­тив­шись.       Ша­ман сно­ва бы­ло на­чал свою пла­мен­ную речь, но, по­шат­нувшись, чуть не упал с пень­ка, слу­жив­ше­го ему три­буной. С по­лого­го хол­ма, на ко­тором вче­ра сто­яла па­лат­ка спус­ка­лись в соп­ро­вож­де­нии Юʼмы и фор­га­ров Али­са и ос­таль­ные ре­бята, це­лые и нев­ре­димые.       — Ду­хи убе­рег­ли звёз­дных де­тей! — крик­ну­ла Юʼма. — Ду­хи спра­вед­ли­вы и не ка­ра­ют без нуж­ды!       — Ду­хи не ка­ра­ют без нуж­ды. А де­ти, на­ши они или ро­дом со звёзд — не­вин­ные ду­ши, — Юʼрла пог­ро­зила Кʼро­ку по­сохом (и ви­димо уг­ро­за бы­ла серь­ёз­на, так как Кʼрок да­же воб­рал го­лову в пле­чи), а ша­ману плю­нула под но­ги. — Что б на те­бя лес­ная ку­рица на­гади­ла, из­бран­ник ду­хов!       — Она не бо­ит­ся ша­мана, — ус­мехнул­ся Паш­ка.       — Сʼхар — са­моз­ва­нец. Нас­то­ящий ша­ман — Юʼрла, она кам­ла­ет и го­ворит с ду­хами. Вер­нее, она не ша­ман, а тал­лу­на, — объ­яс­ни­ла Юʼма.       — Кто? — пе­рес­про­сила Юль­ка.       — Тал­лу­на, то есть ве­дунья. Ша­ман слу­жит ду­хам, так как они при­зыва­ют его. А ду­хи слу­жат тал­лу­ну. В от­ли­чие от ша­мана тал­лун сам вы­бира­ет свой путь и дол­го учить­ся ве­дов­ско­му ис­кусс­тву. Сʼхар лишь жу­ёт бо­лот­ные гри­бы, да пы­та­ет­ся га­дать по об­ла­кам, да толь­ко всё кри­во и не тем мес­том вы­ходит, — ус­мехну­лась Юʼма.       — А у Юʼрлы есть уче­ники? — спро­сила Юль­ка.       — Ра­зуме­ет­ся.       — Юʼма, бе­реги де­тей. Ду­хи поз­во­ля­ют им взять цве­ток жиз­ни, — Юʼрла по­дош­ла к де­вуш­ке и по­ложи­ла ей ру­ку на пле­чо, а по­том дот­ро­нулась до лба.       — Ты её уче­ница! — до­гада­лась Юль­ка. Юʼма кив­ну­ла в от­вет.