Параллели судьбы

POV Стайлз       Вот же упрямая Мартин! Предлагал же подвезти, что сейчас и делаю. Она лежит на заднем сидении. Так как я не знаю где она живет, пришлось везти её к себе. Всю дорогу я думал о ней, старался угадать события того вечера. Если бы я пригласил её на танец, если бы пошел за ней и Уиттмором, все было бы по другому. Мой брат прав… Я трус. Не могу даже девушку на танец позвать. Но ничего уже не изменить, и это ужасно.       Припарковав автомобиль возле дома, я вышел и открыл дверь заднего сидения, где лежала рыжеволосая. Я осторожно взял её на руки, захлопнул дверь и пошел в дом.       Пришлось положить её в своей спальне. Моя кровать была чертовски мягкой, в отличии от остальных в этом доме. Аккуратно опустив голову Лидии на подушку, я накрыл ее простыней. Ничего не оставалось, кроме как ждать.       Я сел на пододвинутый к кровати стул и просто стал смотреть на девушку.       Она прекрасна даже когда спит. Ее грудная клетка то и дело опускалась и поднималась. Каждый выдох слегка ворошил ее волосы, которые были надвинуты на лицо. Как можно нежнее и осторожнее я убрал рыжий локон с очаровательного лица девушки. Она такая тёплая, а её кожа очень мягкая. На моем лице самовольно появилась ухмылка. Но через пару секунд её уже не было из-за звонка телефона. Хорошо, что я поставил его на беззвучный. Это был Скотт. — Да, — ответил я на звонок и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. — Чувак, ты где? Я тебя уже полчаса жду. Ты что, забыл про совещание? Черт! Совещание! Совершенно вылетело из головы. — Я скоро буду, — лишь бросил я и отключился.       Но я не мог оставить ее одну. Ещё и в незнакомом доме. Но выбора не было. Это очень важные люди, и просто чудо, что они согласились встретиться. Конечно, Лидия не менее важна, но я должен был ехать. Написав записку, в которой объяснил причину отъезда и велел не уходить из дома, я как можно быстрее выбежал из дома, сел в машину и поехал в офис, надеясь успеть домой к тому моменту, как она очнётся. *************************************************** POV Лидия       Тик-так. Тик-так.       Первое, что я услышала, открыв глаза, а после тут же их закрыв. Хочется просто полежать и не двигаться. Подумать о своей жизни. Совсем недавно Эллисон и Скотт узнали о моей влюбленности по отношению к Стайлзу. Меня это пугает. Эллисон определенно надежный человек, я доверяю ей, как самой себе. Но Скотт… Он, конечно, верный друг, но очень неряшливый и может проговориться брату абсолютно случайно.       Тик-так.       Но у меня дома нет часов. В смысле они есть, просто электронные и беззвучные.       Я была ошарашена. В одно движения я села на кровать, облокотившись на подголовник и испуганно оглянулась вокруг.       Комната, в которой я находилась, была дорого и современно обставлена. Я лежала в двуспальной кровати, застеленной бледно-голубыми простынями. Одеяло рядом со мной было нетронуто, значит, хотя бы, рядом никто не лежал. По бокам стояли тумбочки. На одной из них была выключенная лампа, на другой — пачка документов и ручка.       Я медленно и максимально тихо встала с кровати. Моя особа была одета в блузку и юбку — как и с утра, но каблуки стояли рядом с кроватью. Их снял тот же человек, что принёс меня сюда. Над кроватью висели часы в виде большой кошачьей морды — думаю, у владельца квартиры веселый характер. Напротив кровати большой шкаф с множеством стеклянных полок. На них — фотографии. «Я дома у Стайлза» — после этой мысли моя душа ушла в пятки. «Как я сюда попала?» главный вопрос, ответ на который меня интересовал.       На фотографии Стайлзу лет 5-6, его сложно узнать. Ну, такое усеянное родинками лицо сложно забыть. Я улыбнулась. Он стоит вместе со своей семьей на море. Тут много его семейных фотографий, но там, где он старше — нет матери. — Ты рассматриваешь мои фотографии?       Этот голос как пуля прорезал собой всю тишину и спокойствие квартиры.       От неожиданности я отпустила рамку с фотографией, которую держала в руках, и та камнем полетела вниз.       У Стайлза хорошая реакция. Он мигом схватил рамку, летящую к моим ногам, и поймал её. Потом стал рядом со мной и начал осматривать меня с ног до головы. Сам Стайлз выглядел горячо, устало, и немного потрёпанно (удивительно, как можно быть уставшим и горячим одновременно). На нем были черные брюки с ремнем и белая помятая рубашка с наполовину расстегнутыми пуговицами и распущенным черным галстуком.       Сердце бешено колотилось. В надежде успокоиться я взглянула в его глаза, но тогда оно застучало только сильнее.       Стайлз поставил рамку на место. — Стайлз… То есть, мистер Стилински, — замялась я. — Как я здесь оказалась? Что произошло? — Ты совсем ничего не помнишь? Что же… — он глубоко вздохнул. — В свою защиту скажу, что я не мог поступить иначе…       Стайлз начал мне рассказывать, и я по кусочкам составляла все события в своей голове. Вспомнив произошедшее, я еще долго стояла и прокручивала слова Стилински, превращая их в воспоминания. Он закончил и…замолчал. Просто замолчал. Наверно парень понимал, что мне нужна эта тишина. И я благодарна ему за это. — Вы… Вы вступились за меня? Но… Зачем? — почти шепотом спросила я. Неужели я ему не безразлична? Неужели я что-то значу для него? Иначе для чего все это?.. — Ну не мог же я позволить ему причинить тебе боль, — с ухмылкой сказал Стайлз. — К тому же, он меня просто бесил. Честно говоря, давно мечтал это сделать. — Спасибо, — в моих словах была ярко выраженная благодарность. Я посмотрела в его медово-коричневые глаза, в которых выражалась доброта и нежность. Видимо так он говорит «пожалуйста». ******************************** — Кухня там. Иди, приготовь себе что-нибудь поесть, — вяло сказал Стайлз и ушел в ванную, из которой только что вышла я, умыв лицо.       Кухня, как и вся квартира, была обставлена в модерн стиле, только на этот раз — в более теплых бежевых тонах. Я подошла к большому холодильнику, стоящему у противоположной стены. На нем красовалось штук двадцать магнитиков и столько же листочков с заметками. Магнитики были в основном с местами, где Стайлз успел побывать. Среди них были Париж, Лондон, Москва, Вашингтон и многие другие известнейшие города мира. Листочки с заметками тоже держались на маленьких магнитиках — в основном планы на рабочую неделю или на тренировки. Среди них выделялся один листок — он выглядел старым и обшарпанным, но к нему явно относились с заботой. На нем был написан рецепт «Оладушки с медом». Порыскав в холодильнике я нашла все нужные ингредиенты (и даже больше) и под аккомпанемент множества капель, падающих в душе (да, их слышно) стала готовить. Звучит, как льющийся дождь. Люблю дождь. Стайлз был в душе достаточно долго для того, чтобы я успела все приготовить. Разложив тарелки с оладушками на большом стеклянном столе, я пошла за остальной посудой. Задумавшись о старой жизни в Бейкон Хиллс, я попыталась достать с верхней полки стаканы. Увы, с ростом в 160 сантиметров сделать это не так уж просто.       Почти… Ура! Я дотянулась до одного из них. Самое время отнести его к столу и взяться за другой. Так. Осторожно. Он почти был в моей руке, но, видимо, я была слишком неуклюжей. Проследив за его полетом взглядом, я смотрела как осколки летят в разные стороны. Стайлз меня убьет. Понадеявшись, что он не услышит звук разбитого стекла, я начала собирать стакан. Точнее его части. Так как мои попытки найти веник оказались напрасны, мне пришлось делать это руками как можно осторожнее. — Ай! Как больно! — вырвалось у меня само собой.       Кто бы сомневался. Я порезалась.Услышав мои возгласы, парень уже спускался по лестнице с аптечкой. Посмотрев на рану, я зажмурила глаза. Да-да. Помимо клаустрофобии у меня была боязнь крови. Стайлз взял меня за здоровую руку и быстро повел на диван в гостиной, при этом не сказав ни слова. Он промыл рану и начал осторожно останавливать кровотечение, слегка прижимая большой комок ваты к моей ладони. Это заняло довольно долго времени, ведь рана оказалась большой. Ну или мне так показалось. — Сильно болит? — нарушил тишину парень.       В ответ я лишь кивнула, все ещё держа глаза закрытыми. Стайлз понял, чего я боюсь, поэтому когда кровь прекратилась, разрешил открыть глаза. Лучше бы я этого не делала. На время забыв о ране, я смотрела на Стайлза, который был в одних бежевых шортах. Его тело было довольно красивым. Хотя… Кого я обманываю. Оно было прекрасно. Спортивное телосложение все это время скрывалось за офисными рубашками. Мои глаза пронзили ярко выраженные кубики пресса с чертовски сексуальными напряженными мускулами. Я уже почувствовала, как открываю рот от восхищения и дала себе мысленную пощечину. Мне пришлось отвести взгляд в рамках приличия, но очень нехотя. Боковым зрением я заметила, что Стилински ухмыляется, что служило доказательством для меня. Он видел как я пялилась. Мда.       Достав из аптечки какую-то жидкость, он начал пропитывать ею новую ватку. — Сейчас будет щипать, — предупредил кареглазый и бросил на меня секундный теплый взгляд.       Опять зажмурив глаза, я уже приготовилась к худшему. Стайлз нежно взял мою ладонь в свою и начала прикасаться к ней ваткой. Он понял, что рану сильно щиплет от моего вздрагивания и хорошо подул на нее. Обработав порез, парень аккуратно забинтовал ладонь и убрал аптечку, не проронив ни слова. Он указал на тумбочку, в которой позднее я нашла совок с веником, а сам ушел наверх. Убрав последние кусочки, я села на стул и подперла голову здоровой рукой. Очень скоро спустился Стайлз уже в футболке, что было и хорошо, и плохо одновременно. Усевшись на против меня, парень принялся за оладушки. Он порезал их на маленькие кусочки, а сверху все залил медом. Эй, я тоже так хочу. Мои попытки повторить этот трюк были ужасны из-за больной руки. Увидев мои старания Стилински усмехнулся и пододвинул мою тарелку к себе. Умело владея ножом, он сделал все за пару секунд и подвинул тарелку обратно. — Спасибо, — сказала я и принялась уминать оладьи. — И спасибо за руку. — Обращайся. POV Автор       Все это время Стайлз сидел с вилкой в руках, не зная, с какого из кусочков начать. Наконец, положив один из них в рот он обомлел. Было сложно понять какую эмоцию он испытывает. Лидия, заметив это, забеспокоилась. — Что такое? Что-то не так? — взволновано спрашивала она.       Проглотив кусок и посмотрев на девушку, парень спросил: — Как ты их готовила? По какому рецепту? Где ты его взяла? — У тебя на холодильнике, — не понимая происходящего, отвечала Мартин. — Они же…точно такие же. Такие же как у мамы, — в его тихом голосе слышались радость и грусть одновременно. — После нее никто таких еще не делал. Лидия не знала, что сказать. Вроде бы ей сделали комплимент по поводу ее кулинарных способностей, но, в то же время, она догадывалась о его маме. В комнате опять воцарилось молчание. Спустя пару минут, брюнет подтвердил ее догадки: — Она умерла, — с печалью в голосе произнес он. — И уже очень давно. — Мне очень жаль. Думаю она была отличной мамой, раз готовила такие вкусные оладушки, — сказала Лидия, вызвав у Стилински улыбку. — Я…знаю, что ты еще не готова рассказывать о случившемся, — начал парень. — Просто я хотел сказать, что когда ты захочешь с кем-то поделиться, я буду рядом и готов буду выслушать тебя в любое время. — в его голосе было сочувствие и понимание, что немного смутило самого Стайлза. — Спасибо, — девушку это смутило не меньше. — И знаешь… Спасибо за все. Все, что ты делал для меня, — перешла она на «ты», сама того замечая. — Спасибо, что дал отпор Джексону. Спасибо, что позаботился и привез к себе. Спасибо за два случая в лифте. Спасибо за твое уместное молчание. Просто спасибо. Стилински расплылся в ослепительной улыбке, чем заразил и свою собеседницу. Он смотрел в ее изумрудные, большие и просто чертовски красивые глаза. А она, в свое время, смотрела в его медово-коричневые и не менее красивые. Между ними стояло настолько сильное напряжение, невозможное описать словами. Так продолжалось бы и дальше, но их прервал звонок телефона Лидии. Это была Малия. — Лидия Мартин! — рыжеволосая намного отодвинула телефон от уха, чем вызвала усмешку Стилински. — Какого черта? Где ты? Почему не звонишь? Смерти тебе не миновать! — кричала подруга. — Мал, не волнуйся, я скоро буду, — спокойным голосом проговорила Лидия и повесила трубку. Наверняка от такого хода Малия закипела от злости. Она очень любила свою подругу и переживала за нее. К счастью, это было взаимно. — Думаю мне пора. Спасибо еще раз, — сказала девушка и попыталась встать. Но неудачно. Ее голова предательски закружилась, а ноги начали подкашиваться. Она бы упала на пол, но ее поймал Стайлз. Опять. — Воу. Похоже, тебе надо в больницу, — продолжая держать Мартин, говорил брюнет. — Нет. Все в порядке. Правда. Просто голова закружилась. Сейчас все пройдет, — стала оправдываться девушка. — Ну уж нет. Поедем в больницу. Там тебя посмотрят и все будет хорошо, — заботливо уговаривал Стайлз.       Они еще долго спорили, но это не в духе девушки, поэтому она уступила. Стайлз провел ее к машине, усадил на сиденье, а сам сел за руль. Дорога была достаточно долгой, так как дом Стилински находится почти за городом. На протяжении всего времени в машине стояла гробовая тишина, которую Лидия решилась нарушить. Она хотела все рассказать. Рассказать правду о вчерашнем вечере. Стилински очень внимательно вслушивался в каждое слово, иногда поглядывая на девушку с сочувствием в глазах. Закончив историю, рыжеволосая облегченно вздохнула, как бы избавляясь от тяжелой ноши. Взглянув в глаза парня, она увидела… Вину? — Прости… — видимо, да. — прости, Лидия. Я должен был это остановить. Не знаю почему, но мне кажется, что это моя вина. — Что? Нет, конечно. Вы ни в чем не виноваты. По крайней мере для меня… — с пониманием говорила Лидия. — И еще кое-что. Ты вполне можешь звать меня на «ты» в нерабочее время, — усмехнулся парень. POV Лидия       Что? Почему он чувствует себя виноватым? Это не дает мне покоя. Приезд в больницу быстро разогнал мои мысли. Ненавижу больницы. Не знаю зачем я приехала, наверно, просто не люблю спорить с людьми. Стайлз быстро помог мне дойти к посту медсестры. Парень договорился об осмотре. Спустя 15 минут ожидания меня вызвали в кабинет. Заходя внутрь, я бросила благодарный взгляд Стайлзу, на что получила кивок. Проведя все процедуры, врач разрешил идти. Я вышла из кабинета и поймала на себе взволнованный взгляд брюнета. — Ну что? — вскочил он. — Что сказали?       Я уже было хотела что-то сказать, но позади услышала голос врача и обернулась. — Обычное переутомление. Думаю вам стоит пару дней отдохнуть и побыть дома, — спокойным голосом говорил он.       Я не смогла выдавить ни слова, сама не знаю почему. — Спасибо, доктор Лейхи, — Стайлз пожал ему руку и ухмыльнулся. Мы вышли за дверь больницы и просто стояли, наслаждаясь присутствием друг друга. — Тебя подвезти? — прервал мои раздумья брюнет. — Нет, спасибо. Малия сейчас подъедет. Я написала ей, когда мы ехали сюда, — слегка улыбнулась я. — Хорошо. Тогда постою тут с тобой, — сказал он. От этих слов у меня стало тепло внутри, даже не знаю почему. — Послушай, Лидия. Прости за сегодня, — он стал подходить ближе, от чего сердце стало биться чаще. Но не так быстро как, когда я вновь посмотрела в его медово-коричневые глаза.- Не надо было тебя отпускать одну. Даже не знаю, что сделать для тебя, чтобы ты меня простила.       Я не могла ничего сказать. Мое тело просто не могло двинуться с места. Мы стояли настолько близко, насколько это было возможно. Наши глаза смотрели друг на друга, и никто не решался разрушить горой стоящее напряжение между ними. Благодаря лунному свету, я могла разглядеть каждую из многочисленных родинок на лице брюнета. Мое сердце просто остановилось, когда Стайлз начал приближаться своими губами к моим. Я уже закрыла глаза слегка приоткрыла рот и была готова ощутить вкус его губ, за что позже дала себе мысленную затрещину. Мы услышали звук тормозящей машины и быстро встали на свои прежние места. До поцелуя не хватило какой-то секунды. Господи, Лидия! Что ты творишь? Из машины вышла Малия и поздоровалась со Стайлзом. По ее глазам я поняла, что она все видела. Что же, допрос мне обеспечен. Мы сели в машину и выехали с парковки. Малия еще не проронила ни слова, наверно набирая воздуха в легкие. В это время меня просто переполняли эмоции. Я не знал что мне делать дальше и как общаться со Стайлзом. Сейчас просто было не до этого. Я просто наслаждалась моментом и в какой-то мере была счастлива.