Наш запредельно близкий танец на стеклах

Зима настойчиво стучится в дверь Хогвартса, а календарь упрямо указывает на любимый всеми праздник. В Большом Зале Хогвартса сейчас играет громкая музыка, танцуют ученики и даже некоторые учителя. За окнами падают большие хлопья снега, бегают дети и горят гирлянды на окнах. Да, Рождество прекрасное время. Но только не для Драко Малфоя, который стоит в Астрономической башне. Повсюду осколки стекла, даже сам слизеринец стоит на них, но это, конечно, не волнует его. Люциус снова пытался заставить сына жениться. И снова провал. И снова Круцио. Драко сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели, и посмотрел в окно. В свете вечерних фонарей Хогсмид казался сказочной деревушкой из пряников и конфет. В домах горели огоньки, по улицам сновали дети с санками, а в воздухе летали нарядные рождественские ёлки. Только присмотревшись можно было узнать, что ими управляют волшебники, выводя различные силуэты палочкой. Злость не отпускает, и он переключает свои мысли на Паркинсон. На её тело, походку и, конечно же, рот,- Малфой усмехается. Но даже это не помогает, он лишь сильнее злиться. Вдруг слышаться сбивчивые шаги и слабый стук каблуков. Драко резко оборачивается и видит ту, которую меньше всего ожидал увидеть. Вечно спутанное гнездо волос, глаза цвета жидкого и тягучего шоколада, вздернутый носик, лёгкий румянец на щеках, прерывистое дыхание, словно девушка долго бежала и бледно-розовые губы, не такие пухлые, как у Пэнси, но идеально ровные и правильные. Кажется, сама она вся какая-то правильная. Ты, что, пялишься на Грейнджер? Докатился...- ворчит внутренний голос, а Драко лишь отмахивается. Она и вправду красива сегодня. Бежевое платье на ладонь выше колена, тонкий чёрный ремешок на талии, туфли на шпильке. И взгляд. Пронизывающий, изучающий. - Что ты хочешь увидеть, Грейнджер?- почти рычит слизеринец. - У тебя что-то случилось,- не вопрос. Констатация. С чего ты взяла? Я всего лишь стою в Астрономической Башне во время праздника один, на стёклах, с взлохмаченной головой и разбитой губой. Малфою хочется съязвить, унизить, назвать грязнокровкой. Так, чтобы она вспыхнула, ответила колкостью, а может даже и ударила. Отрезвила его. Ему хочется, чтобы все было как раньше. Издевки, привычные "Хорек" и "Сучка Поттера". Они уже давно не враждуют, просто не замечают друг друга, только рыжий и его дружок иногда смотрят косо, не доверяя. - Тебя это так волнует?- выдавливает ухмылку Малфой и с холодом смотрит на гриффиндорскую заучку. А она молчит. Она не может ответить на этот вопрос даже себе. Она не знает, почему все ещё стоит здесь. Не знает, почему пришла, когда увидела светлую макушку и идеально белоснежную рубашку в окне Астрономической Башни. Ему хочется назвать её шлюхой, а ей хочется закричать так громко, чтобы задрожали стёкла и лопнули барабанные перепонки. Что-то изменилось между ними. Они словно переросли свою ненависть. Вот, стоят спокойно и смотрят друг на друга, не бросаясь заклятиями, оскорблениями и колкостями Просто она больше не видела в нем своего школьного врага. Это всего лишь парень, которому нужна помощь, хотя сам он это не признает. Парень с платиновыми волосами и дождливо-серыми глазами. А он уже не видел заучку Грейнджер с большими зубами и стопкой книг. Он видел девушку с поразительным умом и шоколадно-коньячными глазами. И тогда в голове Гермионы всплыла совершенно безумная идея. Она снимает туфли и отбрасывает их в сторону, а Малфой заинтересованно следит за её действиями. Чёрт, Гермиона. Не делай того, о чем потом... Делает шаг и босые ноги оказываются на остром битом стекле. Она даже не поморщилась, хоть и прекрасно чувствовала эту пульсирующую боль. Гермиона немного проходит в сторону Драко и останавливается. Осколки покрываются кровью. Её кровью. Кровью грязнокров... Нет. Магглорожденной. - Какого хрена, Грейнджер? Совсем из ума выжила со своими книжками?- восклицает и недоуменно смотрит Слизеринец. - Заткнись, Малфой. Просто, заткнись,- слегка взволновано говорит Гриффиндорка и делает ещё шаг. Девушка улыбнулась, просмотрела на Драко и осторожно пошла дальше. Каждый шаг она делала задумчиво, аккуратно, словно боясь того, что будет дальше. Вдруг воздух в помещении накалился, не смотря на то, что на улице сыпал снег и выл пронизывающий ветер, и мир остановился на серых и карих глазах. Она подошла слишком близко. Драко коснулся запах. Запах Гермионы Грейнджер. Мягкий, уютный, слабо отдающий духами, ментолом и яблоками. Они все стояли друг напротив друга, не смея пошевелиться. Казалось, даже перестали дышать. А Гриффиндорка уже не улыбалась, она лишь упрямо смотрела в его глаза. Взгляд больше не был изучающим или внимательным, он был рассеянным, но уверенным. А затем плавно сделала ещё шаг. Было страшно и уж точно она не знала, как Малфой себя поведет. - Что ты делаешь?- хрипло спросил Драко и сглотнул, а после проклинал себя за слабость. Но как можно быть сильным, когда к тебе почти прижимается это тонкое хрупкое тельце с огромными шоколадными глазами? Гермиона не произнесла ни слова и дрожащей рукой осторожно коснулась плеча Малфоя, словно боясь, что это какое-то заклинание и он исчезнет прямо из под её руки. Драко скорее рефлекторно обнял её за талию и соединил их руки. Грейнджер показалось, что она задохнулась. Всего на миг, она ушла под воду. Но тут же вынырнула к нему. Толчок. Шаг. Поворот. Они оба даже не заметили, как сделали один круг. Они не заметили стекла и крови. Ничего. В эту ночь они видели только друг друга. Такие разные. Слизеринец и Гриффиндорка. И кто бы мог подумать? Уж точно не они. Когда музыка в Большом Зале стихает, они все ещё танцуют в Астрономической башне. На утро они проснутся на тех же осколках, в обнимку и счастливые. И потом у большинства почему-то отпадет вопрос, почему же они вместе? Просто это правильно. Наверно. Драко Малфой и Гермиона Грейнджер. Кто бы мог подумать, верно?