I saw the art in you.

После этого случая у Луи с Гарри все наладилось. Младший целовал его столько, сколько хотел, а Томмо откровенно наслаждался. То, насколько Стайлс больше, его большие, но безумно нежные ладони, горячие губы, крепкие объятия, разговоры по душам в темной комнате шатена. Это то, чего у Томлинсона не было очень и очень давно. Он уже и забыл, как это все происходит. И сам Луи стал более раскрепощённым, но все равно ласки с его стороны происходили намного реже, хотя он и видел, как Гарри этого хочет. У него просто не было достаточно опыта, чтобы быстро привыкнуть к тому, что теперь у него есть парень. И иногда Томмо хотел сам поцеловать кудрявого, погладить или взять за руку, но все равно стеснение брало верх. Сегодня старший решил приготовить для Гарри пасту с креветками, но второй пришёл слишком рано и просто сидел на кухне, дочитывая очередную книгу. Луи же в свою очередь чистил креветки, стоя к нему спиной и много думая о чем-то. — Никогда бы не поверил, что у меня будет такой парень, — тихо вздыхает шатен, но этот вздох не означает разочарование, он скорее мечтательный. Стайлс моментально отрывается от книги, потому что на него наконец-то обратили внимание. Он загибает уголок странички и закрывает книгу, обращая взгляд на спину Томмо. — Какой? — довольно спрашивает парень с лёгкой улыбкой. Старший знает, что тот пытается вытянуть какие-то добрые слова в свою сторону, и он не против, ведь так ему легче сказать то, что он думает. — Ну, знаешь… С модельной внешностью, умный, нежный и умелый. А ещё рискованный. Как в романах для подростков. Луи улыбается, когда говорит это, а через несколько секунд чувствует невесомые касания пальцев на своих бёдрах. Шатен чуть поворачивает голову вбок и улыбается шире оттого, как Гарри трется носом о его щеку. — Ты тоже совершаешь рискованные поступки, — хрипит младший в его ухо, постепенно прижимаясь ближе. Томлинсон буквально чувствует, как кудрявый сдерживает себя, чтобы не обнять его до хруста костей. — Да? И какие же? — смеётся Луи, отодвигая от себя миску. — Ну, — Гарри рисует восьмерку бедрами шатена. — Например, ходишь передо мной такой красивый. Старший на его слова только улыбается и прикрывает глаза, когда чувствует губы за своим ухом, а затем и на шее. — Хочу, чтобы ты станцевал мне. Томмо смеётся и с трудом поворачивается к своему парню лицом, скрещивая свои руки за его шеей. Он вопросительно смотрит на него и понимает, что младший совсем не шутит, он только вопросительно поднимает брови в ожидании ответа. Луи долго на него смотрит, но затем кивает. — Правда? Я хочу это с того момента, как ты отказался танцевать для меня в клубе. — Я хочу станцевать для тебя, — решительно кивает парень Томмо и отходит от Стайлса, чтобы поставить стул в том месте, где более-менее достаточно пространства. Гарри садится немедленно, так же раздвигая ноги, как и в первый день, но сейчас можно уловить его нервозность и напряжение. Пока старший включает музыку, младший поправляете свою глубоко расстегнутую рубашку и итак идеально лежащие кудри, но как только мелодия начинает играть, тот сосредоточает свой взгляд на Луи. Старший знает свою программу наизусть, но сейчас у него особый клиент, он может добавить что-то более интересное, чего он не стал бы делать с незнакомцами. Он медленно обходит стул, касаясь напряженных плеч парня, затем встаёт перед ним и садится на шпагат. Томмо цепляется за бёдра кудрявого и тянет себя вверх, оказываясь лицом в опасной близости к его паху, затем поднимается к лицу Гарри, поддразнивая его поцелуем, которого он не получает. Луи видит его широкую нервную улыбку, когда собирается сесть на колени младшего. Стайлс, конечно же, укладывает свои руки на бёдра шатена, но тот их скидывает. — Тебе нельзя меня трогать. Томмо слышит расстроенный стон кудрявого, но ему это только нравится. Он двигается задницей с колен выше, пока не достигает паха, ложится спиной на грудь Гарри и прислоняет свои губы к его уху. — Расстегни мои джинсы. Луи прекрасно видит дрожащие руки младшего, которые еле-еле справляются с пуговицей и так медленно тянут собачку вниз. Стайлс неохотно снова убирает свои руки, тяжело выдыхая прямо в шею Томлинсона. Танцор встаёт и быстро скидывает с себя всю одежду, оставаясь в одних боксёрах, в которых уже топорщится эрекция. Это непривычно, но Луи игнорирует это, когда садится на бёдра Гарри уже лицом к нему Он делает пару круговых движений и чувствует под собой уже твёрдый член Стайлса. — Ах, Гарри…ты…у тебя, — тихо начинает парень, приостанавливая свои движения, но затем продолжает двигаться туда-сюда, наклоняясь к шее кудрявого. Первое, что старший слышит — это стон. Он хриплый, протяжный и довольно тихий. На его бёдра снова ложатся ладони и помогают производить движения, сильнее вжимая задницу. На этот раз Томлинсон ничего не говорит, он занят посасыванием и поцелуями нежной кожи. — Встал, — тихо подтверждает кудрявый. Гарри впервые так откровенно сжимает задницу Луи, но второму это безусловно нравится. Он только сильнее выгибается под его ладони. Собственный член трется между животов парней, выбивая тихий стон в шею Стайлса. — Ты такой сексуальный, — рычит кудрявый, буквально толкаясь стояком между большими ягодицами старшего. Томмо наконец соединяет их губы, пытаясь попутно расстегнуть или стянуть рубашку младшего, но ничего не выходит. — Тише, тише, малыш, — смеётся тот, стягивая её самостоятельно. Луи где-то с полминуты разглядывает голое тело Гарри, а потом прижимается к его губам снова, начиная активнее двигаться. — Пройдём в комнату? Старший сам тянет Стайлса за руку к комнате, попутно выключая в ней свет, но младший вдруг останавливается, так что Луи тоже. — Зачем ты выключил свет? — хмурится кудрявый. — Разве не так делают? — выдыхает старший в его шею и прикусывает. Это заставляет Гарри подхватить старшего на руки и буквально закинуть на кровать. — Нет, я хочу видеть тебя, — уже непонятно кому отвечает парень, разглядывая, как Томмо раздвигает ножки и тяжело дышит, ожидая каких-либо действий. Младший устраивается между его ног и целует грудь, обводит кончиком языка сосок, спускаясь к животу. И вот, когда он уже спускается к самому низу, а Луи начинает постанывать от длинных пальцев на своём члене, Гарри останавливается. — Постой, в смысле «разве так не делают»? Ты что, никогда не занимался сексом? — Один раз. Стайлс не отводит от него взгляда и поджимает губы, потому что понимает, что тот врет. — Ты девственник. Луи на него обиженно смотрит и начинает отползать вверх, но кудрявый ловит его за бёдра и дёргает на себя, замечая, что обидел своего мальчика. — Да, я девственник, и что? — Ничего, малыш, просто…о таком предупреждают, понимаешь? Я рад, что ты девственник. И я рад, что буду твоим первым, но не сейчас, потому что у меня нет ничего, с чем тебе будет не так больно. Луи по-прежнему на него обиженно смотрит, потому что до сих пор очень хочет, но кивает. Он тянется к Гарри за поцелуем, передавая все, что чувствует: благодарность, трепет, счастье и…любовь. — Хорошо. Я…пойду готовить тебе пасту? — Да.