Лети вверх.

Вернувшись туда, где были Нацу и остальные, Люси хотела было уже воскликнуть, что пришла, но тут… Из еще одного бокового прохода к остальным вышел Грей, который вдруг… Вдруг создал огромный ледяной молот и бросился с ним к Зерефу и Мавис, что по-прежнему обнимались, сидя в углу. Но, к счастью Хартфелии, это увидел и Нацу, что стремительно бросился другу наперерез и хотел было его уже остановить прямым в челюсть, но Ледяной волшебник уклонился от его удара и врезал молотом по Драгнилу, которого ударом откинуло к стене, в которую он довольно сильно впечатался, отчасти пробив ее собой и на время там и оставшись, болезненно шипя и отчаянно стараясь подняться, игнорируя боль во всем своем теле. Но ждать, когда он поднимется, Фулбастер не стал и снова, почти без промедления кинулся к темному магу и Основательнице Хвоста Феи, явно собираясь навредить им (ну, одному из них точно), но теперь в дело уже вступила сама демоница, что, расправив крылья и взмахнув ими, уже была рядом с разбуянившемся магом и собиралась отобрать у него его ледяное оружие, в которое она и вцепилась руками, но… «Какого?» - пораженно подумала девушка, вдруг невольно осознав, что Грей стал уж чересчур силен даже для нее, теперь демоницы. Она не могла отобрать у него молот, да и даже сдвинуть его с места, чтобы оттолкнуть назад, а он словно и не замечал ее потуг, злобно рыча и яростно сверкая своими красными глазами, медленно, но все-же двигаясь вперед, к своей цели. - Грей! – в отчаянье было позвала его по имени блондинка, но сделала это, как сразу после этого поняла, зря, ведь Джи, что до этого по-прежнему лежала в отключке в стороне, вдруг зашевелилась и злобно уставилась на Люси. - Грей мооой! – гневно провыла она, поднимаясь на ноги и бросаясь на подругу, которая не успела уклониться и оказалась сбита с ног обезумевшей волшебницей. – Он мооой! - Так и кидалась бы к нему на шею, я то при чем? – с какими-то отчаяньем и злобой выкрикнула ей в ответ крылатая, стремительно сбросив ее с себя ударом ноги и обеспокоенно было снова бросаясь на помощь к Зерефу и Мавис, но, увидев, что Фулбастером снова занялся Нацу, несколько облегченно выдохнула и, спасаясь от очередной атаки Джувии, взмыла ввысь, а после камнем упала вниз, ударив синеволосую по лицу и теперь сбивая с ног ее. - Да что, черт подери, происходит? – тем временем, буквально «бодаясь» с ледяным придурком, что по мнению Саламандра «совсем мозги отморозил», раздраженно выкрикнул Драгнил. - Я не знаю, как и ты! – крикнула ему в ответ Люси, вновь отбрасывая от себя зло шипящую и рычащую подругу. – Хотя… - у нее перед глазами стали плавно проплывать обрывки картины, что она видела на стене, в памяти всплыли слова Леви о том, как надо пить отвар из Одинокой Слезы и что будет, если всего не учесть, а потом еще и слова незнакомки припомнились и вдруг, соединив все это воедино, Люси все поняла. – Я знаю. Я ЗНАЮ! - Ну так скажи мне! – нетерпеливо и несколько удивленно выкрикнул Драгнил, у которого уже не было ни сил, ни настроения бороться с другом, который вдруг стал почти так-же силен, как сам Акнология. - Сперва надо сделать всех нормальными, а потом уже поговорим, - снова крикнула Люси и остановившись, уверенно и громко произнесла. – Я смогу сделать их нормальными. Я смогу… Только задержи их на время всех в одном месте. - Ладно, - чувствуя, что сейчас случиться что-то интересное, в предвкушении широко улыбнулся Нацу, показав клыки, и, с трудом, но все-же повалил Грея на землю, отняв у него наконец-то молот и врезав этим-же молотом ему по черепушке, вырубая, после чего кинул его, бессознательного, к Зерефу и Мавис, к которым вскоре парнем были доставлены и Хэппи с Джу, что обеспокоенно и влюбленно заворковала над Фулбастером. А пока Драгнил делал все это, Люси прикрыла глаза и прижав к себе руки, постаралась почувствовать – найти в себе те силы, что могли бы сейчас помочь ее друзьям. И она нашла их. Она вдруг с закрытыми глазами увидела залитую золотым свечением поляну, над которой кружило семь святящихся шаров, у каждого из которых был свой свет, и каждый из которых излучал свою энергетику, которую девушка могла буквально почувствовать кожей. Какие-то из них несли в себе добро, какие-то – зло, а один словно был сгустком и того и другого, но… Но он был также мал, как и еще пять, что словно крутились вокруг одного единственного, что был больше других и однозначно нес в себе тьму, но при этом сейчас излучал какую-то еле заметную думку, что чуть заметно окутывала все остальные шары, словно не давая им разлетаться в разные стороны. «Это моя Демоническая сила» - вдруг, словно осознав это где-то внутри себя, подумала девушка. – «А чтобы спасти остальных – привести их в себя я должна использовать вот эту силу» - с такими мыслями она протянула руки к яркому золотому шару, что сиял словно солнышко и нес в себе тепло. И шар, словно почувствовав желание девушки и поддавшись ему, отделился от остальных, выскользнув из темной дымки, и плавно опустился в руки Люси, что, совсем не боясь, что он обожжет ее, прижала его к своей груди и… Открыла глаза, окутанная золотым свечением. - Люси… - пораженно и немного взволнованно произнес, смотрящий на подругу и возлюбленную, вокруг которой сиял свет, а вокруг чуть вытянутых зрачков которой сейчас мерцало три соединенные между собой спирали, Нацу. - Я помогу им, - с улыбкой произнесла она, вновь прикрыв глаза и свет, что окружал ее, стал ярче и потянувшись к «обезумевшим» друзьям Нацу и Люси, окутал их, и вспыхнул еще ярче, что Саламандра немного взволновало, но, не чувствуя на самом деле от этого света угрозы, он вскоре успокоился, а свет, что озарял Зерефа и остальных еще пару минут, вскоре начал потихоньку потухать, пока не потух совсем. Тогда Люси, словно обессилив, рухнула на колени и Нацу едва успел поймать ее и не дать упасть на камни совсем. Она тяжело дышала, словно пробежала стометровку, но при этом ее тело было приятно теплым, а когда она открыла глаза, парень увидел, что ее глаза стали обычными – такими, какими были с того дня, когда в ней пробудилась ее демоническая сила. - Люси... - тихо произнес он ее имя, с некоторым беспокойством. - Я в порядке, - уже немного отдышавшись, спокойно сказала она ему и взволнованно взглянула на остальных. Нацу тоже оглянулся, и увидел, что все остальные, даже вдруг пришедший в себя Грей, нервно крутят головами, словно стараются отойти от плохого сна. - Что… Что произошло? – мрачно озираясь по сторонам, с некоторым беспокойством спросил неизвестно у кого Зереф. - Я… Я не знаю, - озираясь по сторонам обеспокоеннее, чем остальные, несколько испуганно пискнула Джу. - И я, - покрутила головой Мавис. - Я тоже, ох… - с огромным трудом сев, произнес Грей, и болезненно зашипев схватился за свой лоб, на котором выскочила приличная шишка. - И я не знаю! – громко проорал иксид, что отчаянно дергался, безуспешно стараясь развязаться. – Но я почему-то связан – помогите! - Мы знаем, - подал голос Драгнил, привлекая к себе и блондинке, что сидела рядом с ним, всеобщее внимание. Даже Хэппи на время перестал трепыхаться, вопросительно посмотрев на них. – Точнее я знаю не все, лишь часть, и потому вам все поведает Люси, да и мне заодно кое-что разъяснит. - А точно надо? – чувствуя неимоверную слабость и от части надеясь, что ее сейчас оставят в покое и дадут поспать, измотано посмотрела на брата и друзей Хартфелия, но после увидев в их взглядах, что они не дадут ей отдохнуть пока она им все не разъяснит, Люси тяжело вздохнула и принялась за рассказ. – В общем, все было так… Все слушали ее не перебивая, внимая в каждое ее слово и… Краснея, бледнея и просто пряча глаза, когда она рассказывала о их выходках. Но когда же она приступила к объяснению, почему же с ними это все произошло, все стали серьезней, и стали слушать ее еще внимательнее, словно запоминая эти сведения на всю свою жизнь. А все произошло из-за того, что когда Зереф и Мавис пили отвар, они не выполнили всех требований рецепта. Они не поняли, как и все остальные, при каком свете надо было пить отвар, чтобы из их тел ушла «тьма», и чтобы эта «тьма» не поглотила всех остальных, что чувствовали запах цветка. Они пили его при солнечном свете, а надо было при воздействии Солнечной Магии Жизни, которой владел один маг на миллион. - Но никто из нас этого не знал, вот у вас всех и снесло «крышу», - заканчивая свой рассказ, произнесла блондинка. – Вот только я не поняла, почему у Нацу от запаха Одинокой Слезы не сошел с ума Нацу. Со мной то все теперь ясно – я носительница Солнечной Магии Жизни, так что на меня «зло» и не могло подействовать, а вот что с ним? - Да, меня это тоже интересует, как и еще одно: почему ты, Зереф, назвал меня «любимым братишкой»? – серьезно взглянул на темного мага Саламандр и тот вдруг несколько стушевался, но, правда, быстро взял себя в руки и так-же серьезно, как и Нацу на него, посмотрел на розововолосого парня. - Ну, потому что ты мой младший братик, - уверенно заявил он. – Причем действительно любимый. А еще – ты, как и Люси, демон. Причем самый сильный из всех – Э.Н.Д. - Нани??? – в один голос выкрикнули все, даже Мавис, а после Нацу, уже чуточку спокойнее, спросил. – Но почему ты не говорил мне об этом раньше? - Просто не видел в этом необходимости, - отведя взгляд ото всех, несколько фальшиво произнес Сприган. – И вообще я думал, что ты будешь тем, кто лишит меня жизни. Я… Я хотел этого. - Ты идиот что ли? – подпрыгнув на ноги, с непонятной даже ему самому злобой, воскликнул Нацу. – Я бы никогда этого не сделал! - Если бы знал правду, - невесело ухмыльнулся брюнет. – Но я не собирался тебе ее говорить, и потому ты считал бы меня простым злом и однажды бы… Убил. Если бы меня не нашла вспомнившая все Люси, - с этими словами Зереф обернулся к названной сестре и тепло улыбнулся ей. – И не спасла бы меня от меня самого и моего же проклятья. - То есть… - Хартфелия не верила своим ушам. Неужели, неужели, неужели… - Да, - с улыбками на лицах одновременно кивнули Мавис и старший Драгнил. – Наши проклятья спали с нас, и мы это прекрасно чувствуем. Теперь все будет хорошо… - Но сперва я надаю тебе, братец, по морде – чтоб не врал и не отмалчивался, - разминая кулаки, хищно оскалился младший Драгнил, и хотел уже было воплотить свои слова в жизнь, как вдруг Люси устало покачнулась и начала заваливаться на спину, из-за чего Нацу вмиг на время позабыл о своем желании настучать по «тыкве» брата, наклоняясь и подхватывая подругу, которая в тот же миг блаженно и сонно засопела, закрыв глаза. На ее лице лучиком яркого солнца блестела улыбка, ведь засыпая она верила, что все теперь будет хорошо. Но до этого было еще далеко...