Немного больше, чем просто друзья.

      Ни одного слова не соскочило с его губ. На лице застыло перепуганное выражение, кровь покрывала его бледные руки, а сам он пристально смотрел в одну точку. Ему хотелось кричать, но ни единый звук не выходил наружу, лишь небольшая, беспомощная мольба.       — Махиру… — его хозяин и партнер; причина, по которой он смог преодолеть свои сожаления, и причина, по которой он просыпается, практически с нетерпением ожидая наступления нового дня.       Сейчас он видел его не на полу, покрытом ковром, а на твердой холодной земле с огромным красным мечом, пронизывающим его сердце. Махиру потратил последние капли энергии, что осталась в нем, чтобы подарить Куро одну последнюю улыбку. Его лицо было покрыто синяками и кровью, и все же он был способен на улыбку, пусть и слабую. Куро мог только наблюдать, как жизнь покидает его тело; казалось, и сам он не может сдвинуться с места.       — Махиру!       Куро резко проснулся, пот градинами скатывался по его лицу. Это был всего лишь очередной кошмар. Его взгляд обратился к открывшейся двери комнаты Махиру, из которой тот сам и выходил, уставший и озадаченный. Он обеспокоенно посмотрел на Куро и медленно подошел к нему. Должно быть, он слышал, как тот кричал. Куро понимал, почему Широта шел так медленно и осторожно, и он ненавидел это, ненавидел себя за это.       Яркие синяки и ссадины, что покрывали ноги и руки школьника, вновь напомнили о прошедшем бое. Тсубаки буквально швырял его повсюду как куклу, а Куро мог лишь в ужасе наблюдать, он был бессилен. Он никогда не чувствовал себя настолько слабым и бесполезным. Единственное, что его беспокоило больше сна и рамена, было его собственным криком, раздававшимся, пока его швыряли о стены снова и снова, и он ничего не мог с этим поделать. Махиру — его хозяин, значит Куро должен защищать его. Почему же он не смог выполнить такое простое задание — защитить его собственного партнера? И самое ужасное из всего этого — Махиру вел себя так, будто с ним все было в порядке.       Махиру сел рядом и вытащил Куро из его потока мыслей.       — Эй, Куро… Ты в порядке? — сервамп ничего не ответил. Ему нечего сказать. Это очевидно. — Это опять те кошмары, да?       Тишина. Махиру не нужно было спрашивать — он знал, что так оно и есть. Куро никогда не рассказывал, что именно ему снилось; Махиру мог лишь догадываться, что это было нечто страшное, ужасное настолько, что Куро теперь так трясся. Широта никогда не видел его настолько встревоженным и испуганным. Он немного потрепал его по голове; хоть этот жест был таким незначительным, он все же помог Сонному Дьяволу почувствовать себя намного лучше. Махиру все еще был здесь, он все еще жив, он дышит. Это был всего лишь сон.       Подросток сказал ему, что все обязательно будет хорошо, и отправился обратно в свою комнату. Было уже 3 часа ночи. Сервамп так больше и не заснул; он включил приставку и проиграл на беззвучном режиме до самого утра, пока Махиру вновь не вышел из своей комнаты. Он зевнул и подошел к окну; было очевидно, что в нем практически не осталось энергии. Шатен открыл шторы и развернулся, спотыкаясь о собственную же ногу. Из-за солнечного света Куро принял форму кота; он лежал на спинке дивана и обеспокоенно глядел на Махиру. Тот сразу же поднялся на ноги и направился на кухню, слегка прихрамывая.       — Я в порядке. Чем бы ты хотел позавтракать, Куро? — безэмоционально спросил Широта.       Сонный Дьявол почувствовал болезненный укол в сердце, когда задумался о том, что голос его хозяина потерял всякую окраску. Махиру ни разу не улыбнулся с тех пор, как прошел бой, он не был самим собой. Он явно испытывал упадок сил, был очень слаб, и личность его тоже потускнела. Подросток взял немного хлеба для тостов с полки, но практически сразу уронил их. Его руки неуклюже тряслись, пока он подбирал хлеб; Куро больше не мог на это смотреть.       Кот подбежал к окну и уцепился зубами за шторы, закрывая их, не позволяя солнечному свету заливать комнату. Будучи вновь в своей человеческой форме, он вздохнул, осознавая, что для последующих его действий ему придется совершить тягостные усилия.       — Эй, Махиру, ты можешь присесть. Я сделаю завтрак.       Махиру посмотрел на него с озадаченным выражением лица — с каких это пор Куро добровольно вызывался сделать что-нибудь? Он хмыкнул, все еще пребывая в состоянии шока. Сервамп закатил глаза и, засунув руки в карманы, пришел на кухню.       — Ты едва можешь поднять кусочек хлеба, очевидно же, что с тобой не все в порядке. Все станет очень проблематично, если ты будешь так утруждать себя.       Широта кивнул и присел на стул. Он прекрасно знал, что Куро понятия не имеет о том, как готовить, но он, разумеется, сможет сделать хотя бы тосты. Мгновение спустя, увидев, как Куро начал засовывать тост в микроволновку, Махиру понял, как он был неправ.       — Нет-нет-нет, Куро! Тосты нужно класть в тостер. Ты не можешь сделать тост, используя микроволновку.       — Черт…       Он остановил микроволновку и вытащил тост, тут же роняя его на пол. Куро опешил, ведь он не ожидал, что тост будет таким горячим. Затем он поднял этот несчастный кусочек хлеба, выбросил его в мусорное ведро и, вздохнув, подошел к полке, чтобы достать еще один кусочек. На его лице отразились нотки смущения. Он правда и понятия не имел о том, что делает, и это было проблематично. Махиру не мог больше сдерживаться и рассмеялся. На его лице сияла самая большая и глупая улыбка, а он все смеялся, что даже слезы заблестели в уголках его глаз.       — Прости, Куро, — сказал он, перестав смеяться и пытаясь отдышаться. Обычно Куро был раздражен, если кто-то смеялся над его усилиями, но от смеха Махиру у него всегда перехватывало дыхание. Ему не хватало этой улыбки. Смех и улыбка Махиру всегда озаряли комнату. Куро был счастлив от того, что ему снова удалось увидеть это. Небольшая тихая пауза повисла между ними, пока подросток не заговорил вновь:       — Спасибо за это, Куро, — Широта улыбнулся ему, а Куро не знал, как и ответить. Он не сделал ничего особенного, чтобы заслужить благодарность. Он был тем, кто подверг Махиру опасности, тем, из-за кого тот пострадал. И после всего этого он не мог даже сделать ему тост, не испортив все. Было бы лучше, если бы Махиру не подобрал его тогда.       — … Прости, что я не смог защитить тебя, — тихо прошептал Куро. Наконец-то он смог сказать это. Он услышал скрежет отодвигаемого стула. Махиру встал и подошел к другой стороне кухни, где находился сервамп.       — В этом нет твоей вины, Куро, — твердо заявил он и одарил Куро доброй и честной улыбкой, а затем обернул свои руки вокруг него. Сонный Дьявол опешил от внезапного движения, но не стал сопротивляться. Подросток прильнул головой к груди Куро, в этом было что-то успокаивающее. Сервамп знал, что Махиру в его руках был в безопасности. Тот не ненавидел его и не винил за произошедшее. Это не было его виной. Будто бы тяжелый груз сожалений упал с его плеч, на которых сейчас лежали руки его хозяина. Махиру посмотрел вверх, и их взгляды встретились на пару секунд, в которые мир, казалось, остановился. Они оба слегка отскочили назад с пылающими красным лицами.       Так и прошел этот день. Махиру старался не усугубить состояние его ран, а Куро пытался помочь по дому, правда делал он это так медленно, как только возможно. На это было просто больно смотреть.       Под конец дня Махиру и Куро решили поиграть в Марио Карт. Они оба улеглись на полу перед телевизором с джойстиками в руках и отчаянно соревновались друг с другом. Куро сразу же выбрал себе персонажа Бу, так как на том уровне, который они проходили, было много крутых поворотов, а машина Бу лучше всех вписывалась в них, к тому же она была одной из самых скоростных. Махиру выбрал Марио без какой-либо другой причины кроме как «потому что это самый простой вариант», на что Куро лишь усмехнулся. Сервамп выиграл абсолютно все раунды, что не удивило никого из них. Затем настал черед Радужной Дороги. Махиру упал с нее спустя всего 4 секунды с начала раунда.       — Думаю, это твой личный рекорд, — Куро начал скучающе указывать на то, как плохо Махиру играл в Марио Карт. Честно говоря, он не был настолько уж плох. Просто по сравнению с вампиром, который играл в эту игру с момента ее выхода и вообще проводил все свое свободное время за играми, — да, Махиру был ужасен. Подросток хотел возразить, на его лице уже появилось недовольное выражение, которое затем внезапно сменилось глупой ухмылкой.       Сервамп еще ни разу не упал и преодолел уже четверть пути, он был чрезвычайно сосредоточен и не обращал внимание на своего коварного партнера, сидящего рядом. Широта потянулся и начал нажимать на все кнопки джойстика, пока машина буквально не сошла с ума и не упала с дороги. Куро бросил злобный взгляд в направлении подростка. И это было тем моментом, когда он осознал, что облажался.       Махиру поднялся и попытался убежать, но Куро остановил его, осторожно опрокинув. Он прижал его к полу и принялся щекотать, отчего тот громко рассмеялся.       — Н-нет, прекрат-ти! ХА-ХА-ХА, Н-НЕТ, ХА-ХА! — Махиру смеялся так сильно, что едва мог дышать.       Наконец Сонный Дьявол сжалился и позволил ему перевести дыхание, Широта наслаждался этим мгновением свободы. Все еще улыбаясь, Махиру открыл глаза, и они оба осознали, насколько близко друг к другу они находятся. Куро чувствовал дыхание Махиру на своей коже, мог детально рассмотреть его губы. Их лица отделяли лишь несколько сантиметров. Они начали приближаться и приближаться до тех пор, пока их губы не соприкоснулись. Махиру прикрыл глаза и наклонился.       Они оба столкнулись лбами и удивленно отскочили назад, услышав громкий звонок, исходивший от телефона Махиру. Их лица приобрели темный оттенок красного, и Куро сам себе пробормотал свою коронную фразу «Как-то влом», а Широта как-то слишком громко сказал:       — Я пойду отвечу!       Он умчался в смущении. Махиру зашел в свою комнату, чтобы ответить на звонок, а Куро же просто сел, отвернувшись. О чем он только думал? Это будто был гипноз, он будто не был сам собой, вытворяя такое. Он — грех Лени, а не Похоти, так почему же он позволил этому случиться?       — Ох, как же влом, — повторил он, на этот раз более громко.       Махиру вернулся в комнату, и они оба пытались сделать вид, будто бы ничего не произошло. Весьма неловко они выключили игру, и Куро прибрал все. Сонный Дьявол плюхнулся на диван и уже готов был заснуть, как вдруг раздался голос его хозяина:       — Эй, Куро, ты хотел бы поспать в моей кровати сегодня? Просто… Я подумал… Это на случай, если тебе опять будут сниться кошмары.       Куро кивнул и последовал за Махиру в его комнату. Он уже множество засыпал с ним на одной кровати, но обычно его тут же выпинывали. Махиру уже был в своей пижаме и заснул практически мгновенно. Сервамп посмотрел на его спящее лицо и не мог удержаться от мысли, что оно было милым. Он развернулся лицом к стене и начал было закрывать глаза, как к нему прижался Широта и обхватил его спину. Легкий румянец тронул щеки Сонного Дьявола, а сам он оставался неподвижен; он не хотел потревожить Махиру. Вскоре он заснул в объятьях своего хозяина, никакие кошмары не потревожили его этой ночью.       Проснувшись, Куро обнаружил, что он остался на кровати один. Он сонно вышел из комнаты и заметил уже одетого Махиру, достававшего бекон из холодильника. Куро любит бекон.       — Я же говорил, чтоб ты себя не утруждал, — вздохнул Куро. — Как же влом.       — Со мной все в порядке, приготовить бекон не так уж и сложно. Ты заслуживаешь его за всю ту тяжелую работу, что ты сделал вчера, — хихикнул Махиру.       Куро подошел к нему и закусил губу, на что подросток одарил его озадаченным взглядом. Он наклонился, и его губы мягко прикоснулись к губами Махиру. Сперва тот был ошеломлен, но затем придвинулся ближе за поцелуем. Сам поцелуй был пылким, но закончился слишком быстро; он казался таким мимолетным, что они оба возжелали большего.       — Серьезно, Куро? — сказал Махиру, играючи ударяя того по плечу. — Ты мог бы и предупредить меня!       — Так проблематично.       Махиру лишь улыбнулся, прежде чем схватить Куро за его рубашку и притянуть ради еще одного поцелуя.