- Гурен.

       — Гурен, — блондин перебирает черные волосы друга со слезами на глазах. — Гурен, — все зовет и зовет его младший Хиираги, с горечью понимая, что тот никогда больше не откликнется. — Гурен…             Еще вчера, еще вчера все было так хорошо… Они сидели в казарме и говорили о своём, Ичиносе ругался из-за того, что голубоглазый садился на его кровать. Но тому было все равно. Такие вечера были редкими, но Шинья запечатлевал в своей памяти каждое движение, каждый вздох, каждый взгляд подполковника, и после наслаждался полученными драгоценными минутами. Они просто сидели друг против друга и говорили, говорили… Потом, обычно, блондин перебирался ближе к другу, прижимаясь к нему и закрывая глаза. А Ичиносе все продолжал рассказывать истории, делиться с ним, но Шинья уже практически не слышал его. Светлая голова соскальзывала по плечу черноволосого, и Хиираги засыпал… Брюнет гладил его по волосам в точности так, как это делает он сейчас, только вот… — Гурен, — он повторяет это уже пару часов подряд, голос сбивается из-за слез. Иногда Шинья словно просыпается на пару секунд, задумываясь о том, где он находится. Но, переводя взгляд на подполковника, он сразу теряет все мысли и снова начинает повторять дорогое, любимое имя: — Гурен.

***

Крышка гроба закрылась. Шинья смотрит на это все пустыми голубыми глазами, в которых с этого момента и навсегда застыл лед, боль и горе. Он смотрел, как Ичиносе клали в гроб, как закрыли крышку, как его навсегда опустили в землю. Такое ощущение, что он вот-вот потеряет сознание, а проснувшись, увидит, что все это дурной сон. Но нет… — Гурен, — прошептал Хиираги. По щекам вновь катятся слезы. — Тебя больше нет со мной, Гурен.