Dependency

Когда СонГю только пришёл в себя после аварии и узнал о том, что у него отнялись ноги, то думал, что это всё временно, и скоро он поправится. Ну, не может же быть такого, что он больше не сможет ходить? Тогда он искренне полагал, что очень скоро придёт в норму и выйдет из больницы уже на своих двоих... Но этого не произошло. И с каждым днём, с каждой неделей Гю всё чётче понимал, что его надежды бесплотны, и постепенно впадал в отчаяние. Он закрылся в себе, обозлился и не желал ни с кем общаться. И уж тем более он ни за что не желал показываться на работе или на улице в своём ненавистном инвалидном кресле! И кто бы мог подумать, что спустя несколько месяцев СонГю станет с удовольствием прогуливаться на коляске по улицам района в сопровождении шумного наглого парня? Нам УХён круто перевернул уже сформировавшееся мрачное сознание Кима, и теперь жизнь не казалась Гю такой уж отвратительной. Всё вновь приобрело краски, и как оказалось – ничего особо не изменилось от того, что он больше не мог ходить. Он всё так же наслаждался множеством вещей, которые любил раньше, и только лишь сам, как настоящий дурак, лишал себя стольких возможностей. Но Наму вернул их ему. Конечно, в первый раз выйти (а вернее – выехать) за ворота своего дома было жутко неловко. Перед самой дверью Гю спохватился и заставил УХёна сбегать ему за кепкой и солнцезащитными очками, и только спрятавшись за тёмными стёклами и натянув козырёк кепки на самый нос, Ким решился высунуться наружу. Наму посмеивался над ним, толкая кресло перед собой, при этом сам тоже смущаясь. - Ты бы ещё маску надел, – сказал УХён, – как айдол. Мне вообще-то ещё более неловко. - Тебе-то что? – буркнул Гю. – Не ты же сидишь в инвалидном кресле. - Зато я его качу. И все сразу видят, что я – сиделка. Это не круто. Я же не миленькая медсестра! А здоровый молодой парень. Все эти тётушки, что попадаются нам навстречу, наверняка думают, что я тунеядец. - Тебе есть до них дело? – фыркнул Ким. - А тебе? – подловил его Наму. – Ты же тоже стесняешься. СонГю не нашёлся, что сказать на это, а потому лишь проворчал: - В любом случае ты сам виноват – это всё была твоя идея. УХён и не спорил, это действительно именно он захотел вытащить Гю на улицу. И, чтобы старший расслабился, должен был расслабиться и сам Наму. А потому ему пришлось запихнуть своё смущение подальше и, нацепив на лицо улыбку, зашагать бодрее, сворачивая к продуктовому магазинчику. Там не стало легче – СонГю стеснялся других покупателей, продавщицы, что с любопытством поглядывала на него... УХён вёл себя шумно и немного глупо, отвлекая внимание Кима (а заодно и всех окружающих) на себя. И в итоге ему всё же удалось немного расслабить Гю к тому моменту, когда они подошли к кассе. - Платишь ты, – напомнил Наму хёну, помогая ему выставить на ленту покупки, которых оказалось гораздо больше, чем пара кимпабов. СонГю только бросил на него снисходительный взгляд и протянул кассирше свою банковскую карту. Уложив продукты в пакет, УХён пихнул его в руки Гю и, довольный, выкатил его из магазина. Правда на улице он замер, отчего-то медля перед тем, как повернуть в сторону дома. - Чего ты встал? – занервничал Ким, предчувствуя, что парень сейчас выкинет очередной фокус. - Пойдём обратно через парк! – заявил внезапно Наму и резко развернул коляску с Гю в противоположном от дома направлении. - Эй! Что?! Парк совсем не по пути! УХён! – СонГю хотел нажать на тормоз, но едва не выронил пакет с покупками и поспешил удержать его, а Нам пошёл вперёд лишь быстрее. - Сделаем небольшой круг! – весело сказал он, не слушая возмущённого лепета Гю. В итоге они прошли через парк, а потом ещё попетляли по улицам и лишь спустя час вернулись домой. СонГю к концу прогулки успокоился и был даже вполне благодушен, и Наму, когда завозил его в дом, спросил: - Разве не здорово было? - Неплохо, – согласился Ким, не видя смысла врать. - Значит, в следующий раз ты уже не будешь трусить, – удовлетворённо кивнул УХён. - Что? – Гю повернул к нему голову, уставившись на парня широко распахнутыми глазами, но, увидев его довольную физиономию, тут же сощурился: – Ты меня не заставишь! Наму на это лишь хохотнул. *** Разумеется, он заставил. А СонГю сдался даже слишком легко. И теперь они не только ходили гулять по району, но также выбирались и в центр, заглядывали в кафешки и магазины. А однажды Наму даже затащил Гю в караоке, где два с половиной часа надрывал горло, распевая слезливые баллады, а потом заставил петь и Кима, у которого оказался просто замечательный голос, и УХён всё никак не мог избавиться от удивления и восхищения, после весь вечер подбивая СонГю спеть что-нибудь снова. И, возможно, это было просто совпадением, или же все эти прогулки и в целом изменения в жизни Кима дали свой результат, но на очередном осмотре в больнице, которые Гю планово проходил, доктор сказал ему: - Могу поздравить, господин Ким – налицо положительная динамика! - То есть? – недоверчиво глядя на врача, выдохнул Гю. - То есть наблюдаются определённые улучшения. - Но... я по-прежнему ничего не чувствую, – заметил СонГю с сомнением в голосе, но доктор со снисходительной улыбкой чуть покачал головой: - Процесс выздоровления длительный, и то, что снимки и анализы показывают улучшения, не означает, что вы встанете на ноги завтра же. Но теперь уж точно нет сомнений, что чувствительность вернётся. Ким глядел на врача во все глаза, боясь поверить его словам. Тот, видя эту реакцию, поспешил спустить парня с небес на землю, разъяснив, что всё ещё нет никаких гарантий того, что способность ходить восстановится полностью, а также никто не назовёт ему сроков выздоровления. Поэтому, хотя шансы довольно высоки, надеяться на быстрый результат не стоит. Но СонГю всё равно был счастлив! Наконец-то появилась хоть какая-то определённость, причём была она не мрачной, а совсем наоборот. - Я же говорил! – повторял УХён всю дорогу домой – он выглядел едва ли не более радостным, чем Гю. – Ставлю на то, что через полгода ты уже будешь бегать! - Ни за что! – смеялся Ким. – Даже если поправлюсь, бегать я не собираюсь. - Пф! Ты всегда говоришь «ни за что», – фыркнул УХён, – а потом всё равно делаешь, – парень хитро улыбнулся. А Гю тяжко вздохнул – и правда, если Наму взбредёт в голову, он заставит СонГю делать всё, что ему захочется. Ким не понимал, откуда у этого парня такая власть над ним, но противиться этому не мог. И не хотел. А иногда стоило! Ведь УХён мог заиграться, и иногда действовал не самым разумным способом. Так что из-за его упрямства и переоценки собственных сил однажды они слишком задержались на прогулке и попали под сильнейший ливень, не успев вернуться домой до его начала. И как результат – оба простыли. И, если Наму лишь хлюпал носом и чихал, то СонГю слёг с жаром. Он уверял, что чувствует себя нормально, но ему никто просто не позволил вылезти из постели. Поэтому он весь день и провёл в ней, правда, заставив УХёна принести ему ноутбук и рабочие документы: по большому счёту ему было всё равно, где работать – в кабинете или в спальне – так что он занялся своими обычными делами. А вот Наму скучал в этот день, как в самое первое время работы в этом доме. Ему было абсолютно нечем заняться. Если в обычные дни, они с Гю хотя бы гуляли, как-то перемещались по дому, да и вообще хоть немного активничали, то сегодня Ким просто работал, никуда не высовываясь из комнаты, а УХён слонялся без дела. Чтобы совсем не уморить парня скукой, СонГю пару раз посылал его в магазин, да и сам Нам бегал в аптеку за лекарствами для Гю вместо прислуги, но к вечеру всё равно уже сходил с ума от безделья. Спать было ещё рано, но больше делать было всё равно нечего, и УХён ворочался в своей постели. Промучавшись полчаса, он понял, что ничего не выйдет, и, решительно откинув одеяло, он вылез из кровати и направился в комнату Гю, который всё ещё возился с какими-то документами. Не говоря старшему ни слова, Наму вошёл в его спальню, закрыл за собой дверь и под вопросительным взглядом Кима прошагал к его постели, тут же забираясь на неё с ногами с явным намерением улечься там. - Эй, проваливай! – голос СонГю звучал больше удивлённо, нежели возмущённо. - Нет, – капризно отозвался УХён и нагло влез под одеяло Гю, уютно им накрываясь и пристраиваясь под боком у парня. Глаза Кима расширились от изумления, мгновенно превращая его в милашку, и УХён фыркнул насмешливо, ловя этот шокированный взгляд. - А ты не слишком обнаглел? – наконец, выдавил из себя Гю, пытаясь сохранять спокойствие. – Уходи к себе! - Не хочу! – пробурчал УХён, прижимаясь щекой к плечу Кима. – Мне одиноко одному в комнате, а спать ещё совсем не хочется. Я побуду с тобой. Гю едва не захлебнулся воздухом от возмущения, но, взяв себя в руки, недовольно выпалил лишь: - Как ребёнок! - Ага, – легко согласился Наму, тут же меняя тему: – Почитать тебе книгу? СонГю только и хлопал ресницами, не переставая поражаться поведению этого наглого парня. - Я умею читать. И у меня нет проблем ни с глазами, ни с руками, – вкрадчиво напомнил Ким. - Ну, тогда ты мне почитай, раз не хочешь, чтобы я для тебя это сделал, – предложил УХён, умащиваясь поудобнее, ближе прижимаясь к СонГю. – Пожааалуйста! – жалостливо протянул парень. – Мне дико скучно... Ким покачал головой, опуская документы, которые держал в руках, и, закрыв глаза, тяжко вздохнул. И почему он не мог противиться этому обаятельному наглецу? Скорее всего именно по причине его обаяния и наглости – сам себе ответил Гю. - Ладно, выбирай книгу, – сдался старший, окончательно откладывая документы в сторону. УХён, радостно встрепенувшись, подскочил с кровати, выпутываясь из одеяла, и устремился к высоким книжным полкам. Скользя взглядом и пальцами по корешкам, парень одобрительно произнёс: - У тебя столько книг... Неужели, все прочитал? СонГю проигнорировал вопрос, вместо ответа, сказав: - Ты мог бы взять любую и почитать сам у себя в комнате, – вдруг поразительная догадка осенила его: – Или ты не умеешь?! Не могло же такого быть! Гю аж рот приоткрыл от удивления, но, поймав скептический взгляд УХёна, с облегчением понял, что ошибся. И правда – было просто бредом предполагать такое... Тем более, он же сам предлагал почитать. - Я же окончил школу, – заметил Наму с укоризной. – И даже вполне неплохо учился... О! Вот эта! – парень взял с полки привлёкшую его книгу и вернулся к СонГю, вновь забираясь в его постель. Ким взял книжку у младшего из рук и попытался устроиться удобнее, приподнявшись на подушке, но у него это не получилось. - Сейчас, подожди, – УХён ухватил СонГю под мышками и подтянул вверх, помогая расположиться удобно. Гю едва слышно поблагодарил, замечая, что больше не испытывает неловкости, принимая помощь и в таких простых вещах. УХён даже и не ответил, схватив руку СонГю и, не реагируя на его возмущённое фырканье, уложил её себе под голову вместо подушки. Обняв старшего одной рукой поперёк живота, Наму прикрыл глаза, выдыхая: - Начинай. Ким тяжко вздохнул, но послушно открыл книгу и начал читать. Размеренно, негромко, поначалу без особого выражения, но чем дальше, тем больше эмоций он вкладывал в чтение. УХён слушал, иногда посмеивался, комментировал что-то негромко... Ему было так хорошо сейчас. Он открыл глаза и посмотрел на профиль СонГю: Наму он нравился с этим прямым носом, острым подбородком, чувственными губами... На Гю хотелось смотреть, его хотелось касаться... поцеловать?.. Какого чёрта?! Хотя... почему нет? У Наму вообще-то не возникало раньше каких-то гомосексуальных фантазий, но в последнее время он нередко ловил себя на подобных мыслях в отношении Гю. Это не были определённые желания, скорее, любопытство, но УХёну вдруг становилось интересно узнать, как СонГю будет реагировать на ласковые прикосновения к низу живота или к соскам, или каковы на вкус его губы. А хорошо ли он целуется? У него ведь были девчонки до его травмы – каким он был любовником? И, неужели, если потрогать член Гю, он совершенно никак не отреагирует? Да, понятно, что чувствительности у Кима там нет, но... но как такое может быть? Это казалось таким неправильным и необычным. Хотя УХён и понимал, что СонГю наверняка ни раз пытался вызвать у себя эрекцию (не мог не пытаться), и если у него не получилось, значит, это пока действительно невозможно. Но почему это вообще волнует Наму? И почему ему так приятно прикасаться к хёну? Может быть, дело в привычке? Он трогает Гю так часто, что это стало уже абсолютно естественным. Только вот в первые дни ему не нравилось это, так же, как и смотреть на голого парня. Теперь же УХён не просто смотрел, а откровенно разглядывал тело Кима. Хорошо ещё, что тот, кажется, не обращал на это внимание. Но сам Наму не замечать этого за собой не мог! Поначалу это вызывало смятение, он одёргивал себя, даже пару раз паниковал, когда, не сдерживаясь, вдыхал запах кожи и волос СонГю, помогая ему выбраться из ванной. Но, чем чаще происходили такие моменты, тем меньше УХён волновался о них. А какой смысл? Если всё это лишь любопытство и временная блажь, то это скоро пройдёт. Если же Наму хочется Гю... тогда он серьёзно попал, и против этих желаний уже не пойдёшь. Может ли он на самом деле увлечься парнем? СонГю ему нравился, более того – УХён любил Кима! Как друга, как брата, быть может – но любил сильно. И ему не стыдно было в этом признаться. И, да, он считал Гю привлекательным. Но, что с того? Хм, и сексуальным считал тоже... Ну, ещё бы тогда всем этим развратным желаниям не возникать в его голове! УХён сонно размышлял обо всём этом, уже не улавливая речи Гю и не понимая сути книги, которую тот читал. Он лишь следил за тем, как движутся его губы, и с очередной мыслью о том, что целовать их должно быть чертовски приятно, провалился в сон. СонГю уже устал читать и, хотя книга была интересной, его сильно клонило в сон. К тому же у него начало затекать плечо, на котором так удобно устроился Наму, да и перелистывать страницы книги одной рукой было жутко неудобно. Гю прекратил читать и скосил глаза на подозрительно притихшего УХёна, увидев, что тот мирно прикрыл глаза, убаюканный голосом старшего. Ким негромко окликнул парня, но, не получив ответа, убедился в том, что тот действительно спит. Вот это наглость! Заставить Гю читать ему, как ребёнку, а потом просто уснуть! СонГю недовольно фыркнул, захлопывая книгу. Бросив её себе на колени, он повернул голову к Наму, разглядывая его спокойное во сне лицо. Такой красивый... Гю протянул руку, дотрагиваясь до кончика острого носа УХёна, невесомо погладив его. Парень, не просыпаясь, смешно поморщился и дёрнул головой, словно отгоняя непрошеное прикосновение. СонГю тихо рассмеялся и в приливе необъяснимой нежности не стал будить Наму, а просто поудобнее устроился на кровати, кое-как сползя вниз, и чуть сменив положение руки под головою у парня, положил книгу на тумбочку, щелчком по ночнику выключил свет и закрыл глаза, засыпая в считанные минуты. *** УХён проснулся, обнимая горячее тело СонГю, прижимаясь к нему и пуская слюни ему на грудь. Уф, было очень жарко... Лениво открывая глаза, Наму проворчал что-то о том, что он мог бы умереть от жары за ночь, и чуть отодвинулся от Гю, отирая губы тыльной стороной ладони и поднимая взгляд на лицо хёна. И только в этот момент парень начал что-то соображать – СонГю был действительно очень горячим! УХён встрепенулся, приподнимаясь на локте, с беспокойством глядя на бледного Кима, лоб которого был покрыт мелкими капельками пота, а приоткрытые губы выглядели слишком сухими. Нам прикоснулся ладонью ко лбу Гю и тут же одёрнул руку, испуганно распахнув глаза – жар у хёна только усилился за ночь, и теперь тот буквально горел. УХён практически кубарем скатился с кровати, метнувшись в ванную, где быстро намочил холодной водой полотенце и, прибежав обратно к постели СонГю, обтёр его лицо и грудь влажной тканью, смочил ему губы, а после поспешил вон из спальни – отыскать экономку и вызвать Гю врача. Наму чувствовал свою вину за то, что Ким заболел, и всё то время, пока ожидали приезда врача, и пока тот осматривал СонГю, УХён изводился и переживал. Но оказалось, что ничего страшного не произошло, жар сбили, и Нам выдохнул спокойно. Хотя ему всё так же было стыдно, и он даже мысленно пообещал себе чаще прислушиваться к словам Гю, а сейчас – хорошо за ним ухаживать. И он честно выполнял это обещание. Весь день он послушным щенком крутился вокруг Кима, то и дело меняя ему холодные полотенчики на лбу, делая чай и чуть ли не подтыкая одеяльце. И всё это под насмешливые и колкие комментарии самого СонГю. После визита врача он чувствовал себя гораздо лучше и совершенно точно не нуждался в такой повышенной опеке... но это было приятно. Поэтому он хоть и подкалывал Наму, но не останавливал его, наслаждаясь заботой младшего. Правда, несмотря на весь уход, температура у Гю к вечеру вновь стала подниматься. - Врач сказал, если снова будет жар, поставить свечку, – сказал УХён, прикасаясь ко лбу СонГю, видя, как недовольно морщится парень. - Не хочу, – буркнул Ким, отворачиваясь. - Твоё мнение в данном случае не рассматривается, – заявил Наму, шагнув к столу, и взял с него резиновую перчатку и упаковку с лекарством. Он ловко надел перчатку на руку и, насмешливо поглядывая на СонГю, быстро пошевелил пальцами. - Не делай так, – поморщился Ким недовольно. - Не ворчи. Ну-ка! – УХён подошел к парню и, перехватив его за талию, не давая времени на сопротивление, шустро перевернул его на живот, откидывая одеяло в сторону. - УХён! - Ой, да что ты как маленький? – Наму слегка шлёпнул Гю по ягодице, стянув с него трусы. – Ты всё равно ничего не чувствуешь тут. Расслабься. СонГю уткнулся в подушку, недовольно ворча что-то неразборчивое, а УХён развёл его ноги в стороны и, взяв в руку жаропонижающую свечку, глубоко вздохнул, на самом деле не совсем представляя, что нужно делать дальше. То есть, он понимал принцип, но... Просто запихнуть её прямо туда? Хм, не самое приятное занятие. Да и ощущения, наверное, тоже... только вот Гю действительно ничего не почувствует. А потому УХён решил, что нет смысла медлить, и нужно поскорее сделать это. Всё оказалось не так уж сложно и... совсем не противно. Более того – в голове у Наму вдруг появились мысли совсем иного рода. И, повинуясь внезапно возникшему и полностью охватившему его желанию, УХён протолкнул пальцы глубже, чем было необходимо, слегка покручивая ими и, нащупав внутри небольшой плотный бугорок, чуть сильнее надавил, а после помассировал его. Хотя смысла в этом не было, ведь Гю всё равно ничего не чувствовал... по крайней мере так думал УХён. И, когда Ким вдруг сдавленно охнул, Наму встрепенулся обеспокоенно: - Больно?! Но СонГю не ответил, лишь сильнее уткнувшись в подушку лицом. УХён недоумённо смотрел на парня и, заметив, как покраснели его уши, вдруг осознал, что могло послужить причиной подобной реакции Кима. - Что?.. – неверяще прошептал Наму, но желая немедля подтвердить свою догадку, вновь аккуратно надавил на простату Гю, вызывая на этот раз уже довольно громкий стон. УХён извлёк свои пальцы из ануса СонГю и резко развернул парня на спину, уставившись удивлённым взглядом в его раскрасневшееся лицо. Ким часто дышал и выглядел не менее ошарашенным, чем Наму, который, наконец, прошёлся взглядом по всему телу Гю и замер, уставившись на его пах и приподнявшийся член. Чуть подрагивающими от волнения пальцами, УХён коснулся члена Гю, осторожно проведя по нему и заглядывая парню в глаза. Но по лицу Кима понял, что прикосновения тот не чувствует. УХён сжал член СонГю крепче, прошептав: - И как такое возможно?.. Гю словно сбросил оцепенение и, оттолкнув руку Наму, яростно прошептал: - Убирайся! - Хён... - Пошёл вон! - Хён, успокойся! – УХён перехватил СонГю за плечи, чуть тряхнув и глядя ему в глаза, но тот зажмурился, чувствуя, как пылают от стыда и смятения его щёки. – Это же здорово! Ты не понимаешь?! Ким сейчас ничего не понимал. Он был взволнован и смущён, а ощущения и реакции его тела просто сводили с ума. СонГю слишком давно не испытывал ничего подобного, а уж от того, что кто-то вертит пальцами у него в заднице, он совершенно точно никогда такого не ощущал! Гю просто разрывало на части – он не мог поверить в то, что впервые за год он почувствовал возбуждение и удовольствие, и в то же время его охватил стыд оттого, как именно и из-за чего это произошло. И... чёрт!.. Это случилось от рук УХёна! Ким просто не мог смотреть на младшего, горя от стыда и испытывая столь противоречивые эмоции. Но, тем не менее, слова Наму слегка отрезвили его, и СонГю открыл глаза, правда, всё так же избегая взгляда УХёна. Но парень был прав: то, что произошло – определённо хорошо! И Киму стоит радоваться, а не сходить с ума. Но только он начал успокаиваться и перестал дышать так часто, словно пробежал стометровку, как Наму, воодушевлённый тем, что хён начал расслабляться, огорошил его вновь: - Давай закончим! СонГю сперва не понял, о чём он, а когда сообразил, вскинул голову, поражённо уставившись в светящиеся диким азартом глаза УХёна. - Что?.. - Мы должны проверить, хён! – Наму был явно настроен решительно. Его будоражило то, что происходило. Гю возбудился! Он чувствовал его прикосновения там внутри! Это же... это же так много значило! Выходит, хён может получать удовольствие. УХёна распирало любопытство и гордость – ведь именно он добился реакции от тела СонГю! И, помимо того, что это было офигенно, потому что было сравни чуду, так ещё и... ещё и возбуждало самого Наму. Он никогда бы не подумал, что ему будет приятно оттого что от его действий будет стонать от удовольствия парень. Но это было так. И УХён очень хотел довести дело до конца – заставить Гю кончить, услышать ещё раз, как он стонет, видеть его раскрасневшееся от возбуждения лицо и слушать частое дыхание. Сейчас Нам не задумывался о причинах этих желаний – его волновало лишь их осуществление. И потому он шире развёл бёдра Гю и вновь протолкнул пальцы внутрь. Ким судорожно выдохнул, хватая УХёна за запястье и глядя на него шокировано распахнутыми глазами. Наму только медленно покачал головой и другой рукой перехватил руки СонГю, отводя их в сторону. Гю не стал сопротивляться, замирая и прислушиваясь к ощущениям, что дарили ему пальцы Наму, осторожно надавливающие на его простату. Кима вновь прострелило удовольствием и, коротко простонав, он прикрыл глаза, запрокидывая голову. Он больше не хотел мешать УХёну идти до конца – пускай делает, что хочет, только не останавливается! А Наму и не думал! Он следил за реакцией Гю, буквально трахая его пальцами, чувствуя, как его самого охватывает жар. СонГю определённо было хорошо и, видя его такого, УХён едва мог бороться с накатившим желанием поцеловать эти приоткрывшиеся розовые губы, с которых срывались стоны и судорожные вздохи, пройтись руками по телу, что так сексуально выгибалось под ним, и понимал, что ещё немного, и ему окончательно снесёт крышу. Но в следующее мгновение СонГю кончил – это действительно произошло, у них получилось! УХён глядел ошалело, но счастливо, а Ким, тяжело дыша, откинулся на подушку, закрыв глаза – он сейчас не мог думать ни о чём, впервые за столь долгое время, полностью поглощённый чистым настоящим наслаждением. Наму высунул свои пальцы из задницы хёна, стащил с руки перчатку, отбрасывая её в сторону и, прикоснувшись к щеке Гю, заставил его открыть глаза и поймал его взгляд. Слова сами собой рождались в голове парня, но он не хотел размышлять, почему и откуда они берутся, а просто поддался эмоциям: - Я могу делать для тебя даже это, – неотрывно глядя СонГю в глаза, сказал УХён. Гю поражённо молчал в ответ, видя, что парень серьёзен, и не зная, что сказать. Он бы солгал, если бы заявил, что не хочет этого... Но разве это правильно? Отказаться, только почувствовав вкус удовольствия, было почти невозможно, но согласиться – значило вступить в нездоровые отношения со своим тонсеном, своим другом... СонГю помотал головой, не отводя взгляда и не проронив ни слова. Наму тоже долго молчал, а затем поднялся с постели, тут же отворачиваясь от Кима и, подняв с пола перчатку, прошагал в ванную, чтобы бросить её в мусорку... и запустить руку к себе в штаны. Он был очень возбуждён, и ему необходимо было снять напряжение, как можно скорее. Он быстро и резко двигал рукой, доводя себя до разрядки, закусив губу, стараясь не шуметь – он не хотел, чтобы Гю понял, насколько сильно УХён завёлся из-за него. Но СонГю пребывал сейчас в таком состоянии, что даже не замечал, как долго отсутствует Наму, и когда тот – с раскрасневшимся лицом – вернулся обратно в комнату, Ким, лишь мельком глянув на него, отвернулся, смущённый, бросив негромко: - Уходи уже. УХён на этот раз спорить не стал, кивнул только и послушно вышел из комнаты, аккуратно прикрывая за собой дверь.