Dependency

УХён запихнул все необходимые вещи в рюкзак и направился в комнату Гю – попрощаться. Нам наконец-то уезжал на выходные домой. Ведь для этого больше не было никаких препятствий – с Кимом их отношения были ровными и крепкими. Оба даже не вспоминали о том вечере и пьяном бреде, который нёс УХён – словно и не было ничего. Хотя оба понимали, что ни один из них ничего не забыл. Разве что Гю действительно не слышал признания Наму. Но, в общем и целом, им снова было комфортно друг с другом, и УХён больше не боялся оставить СонГю одного на долгое время. А уезжать парень собирался в этот раз на целых четыре дня! Не то, чтобы ему сильно хотелось поскорее истратить накопившиеся выходные, просто родители просили помочь в их семейном ресторанчике, да брату тоже срочно что-то он него потребовалось. УХён так давно не навещал семью, что отказать и на этот раз не мог. Парень заглянул в спальню хёна, где тот, сидя в своём кресле у стола, листал какой-то журнал. Ким поднял на Наму взгляд и вопросительно приподнял бровь: - Уходишь? - Ага, – кивнул УХён, заходя внутрь. – Я вернусь в среду. Сильно не скучай. - Я не буду скучать. - Не ври, – усмехнулся Нам. – Что ты без меня вообще делать-то будешь? - Да-да, без тебя я пропаду, – сдерживая усмешку, ответил Гю, вновь переводя взгляд на журнал. – Иди уже. - Я позвоню, – пообещал УХён, разворачиваясь к двери. Он ожидал, что СонГю скажет что-то вроде «не стоит» или «ну, уж нет!» или даже просто фыркнет, но тот вдруг мягко произнёс: - Буду ждать. Наму резко развернулся, широко распахнутыми от удивления глазами уставившись на Гю. А тот лишь насмешливо улыбнулся в ответ, явно забавляясь реакцией парня. Он и сказал это просто для того, чтобы шокировать УХёна, да? Ах, ну, нельзя же так – у парня же на самом деле сердце чаще забилось от таких простых слов. Ведь ему очень хотелось верить, что скучать будет не он один. Впрочем, разве могло быть иначе? Конечно, не могло – СонГю был привязан к Наму уже настолько крепко, что уже оставил попытки убедить себя в том, что это всего лишь дружеская привязанность. И ему было немного грустно без УХёна в эти дни даже, несмотря на то, что тот действительно звонил, да и Гю знал, что парень скоро вернётся. Только вот того, каким именно будет это возвращение, Ким даже представить себе не мог. Ранним утром в среду, ещё не поднявшись с постели, он услышал за дверью своей спальни какой-то шум, взволнованный голос горничной и перекрывающий его бархатистый голос УХёна, что-то убеждённо доказывающего. СонГю, нахмурившись в непонимании, приподнялся в постели, принимая полусидячее положение, в ожидании глядя на дверь. Та распахнулась через мгновение, и на пороге показался улыбающийся УХён, за спиной которого маячила обеспокоенная горничная. - Привет, хён! – радостно воскликнул парень, но СонГю даже не ответил на приветствие – его больше интересовало другое: - Это ещё что?! – Ким выпучил глаза, глядя на здоровенную клетку в руках Наму. - Хомяк девушки моего брата, – легко отозвался парень, кивнув на рыжеватый комочек шерсти, притихший в уголке. – Они вдвоём уехали в отпуск, и за Пикачу некому присматривать, – пояснил УХён, водружая клетку с хомячком на стол. - Пикачу? – Гю переводил ошарашенный взгляд с клетки на Наму и обратно. - Его так зовут, – сверкнул улыбкой младший. - Господин СонГю... – подала было голос служанка, но УХён перебил её, оборачиваясь: - Я же уже говорил – он не будет возражать. - Против хомяка? – уточнил Ким, голос которого от изумления происходящим, стал звучать как-то слишком высоко. - Ага, – кивнул Наму. – Ты же не возражаешь? - Я... Горничная поспешила оправдаться: - Я говорила УХёну-щщи, что это неприемлемо, но... - Всё нормально, – остановил её Гю, выставляя вперёд ладонь. – Можешь идти, – отпустил он девушку, и та, ещё раз с сомнением покосившись на клетку, послушно покинула комнату. СонГю смотрел то на хомяка, то на довольного УХёна, усевшегося за стол рядом с клеткой и, наконец, собравшись с мыслями, протянул: - Значит, Пикачу? - Да. - И он будет жить у нас? - Да, пару недель, – подтвердил УХён. - В твоей комнате, – безапелляционно заявил Ким, строго глядя на парня. – И ухаживать за ним будешь сам – даже не смей просить об этом мою прислугу. - Конечно, хён! – заверил Наму. – О, я знал, что ты не будешь против! СонГю тяжко вздохнул и покачал головой: - Ну, не выгоню же я... хомяка. Ситуация казалась ему абсурдной. УХён притащил в их дом животное. И даже не котёнка или щенка, а хомячка! Словно ребёнок, право слово. У СонГю никогда не было домашних животных, и потому для него всё это выглядело странно. Но по большому счёту, ему же и не придётся иметь дело с этим хомяком... СонГю так думал, но ему уже давно следовало привыкнуть к тому, что Нам УХён рушит все его надежды на спокойствие. - Хочешь его подержать? – спросил Наму, вставая и открывая крышку клетки, просовывая руку внутрь. - Что? Нет! – Гю вытаращился почти испуганно. - Да он не кусается, – «успокоил» УХён, доставая хомячка из клетки и в два шага приближаясь к постели СонГю, плюхаясь на неё и протягивая парню Пикачу. - Я не хочу! - Не стесняйся, – улыбался Нам. – Держи, – он попытался впихнуть животное хёну в руки, но тот поспешил отвести их, сжав в кулаки. – Эй, ты, что, боишься? – недоверчиво усмехнулся УХён. - Нет, – сквозь зубы произнёс Гю, но, тем не менее, кулаки не разжал, прижимая руки к груди. - Да ладно, он же милашка. Гляди! УХён опустил хомячка на одеяло, покрывавшее ноги СонГю, и тот, замерев на пару мгновений, побежал выше – к животу Кима. - Йа! – Гю почти взвизгнул, дёргаясь. - Ахаха! Ты правда боишься! – УХён хохотал счастливо. - Нет! – СонГю раскраснелся от возмущения и обиды. Он был раздражён, удивлён и, да, немного напуган. Нет, он не боялся грызунов, просто... ну, это же какое-то чужое животное! А вдруг он болен? Вдруг он укусит Гю и заразит чем-нибудь? Или просто изгадит его одеяло! - Убери его, – попросил Ким, приподнимая край одеяла, чтобы зверёк не перебежал с него на его живот. - Ой, хён, да просто возьми его в руки! Он такой тёпленький и мягкий, – проворковал УХён, ловя хомячка и легонько поглаживая его по шёрстке. – Не бойся, он совершенно безвреден. Ну? Протяни руку. Просто дотронься – я его не выпущу, – пообещал парень, с убеждением глядя сомневающемуся СонГю в глаза. Ким колебался ещё какое-то время, но, устыдившись собственного поведения, наконец, опасливо протянул руку и одним пальцем дотронулся до нахохлившегося в ладонях Наму хомячка. О! Тот был действительно очень мягким, и шёрстка его была приятной на ощупь. Глаза СонГю чуть расширились, а рот приоткрылся, выражая приятное удивление парня. Уже смелее Ким погладил хомячка, не отводя от него взгляда. УХён, умиляясь виду парня, словно впервые увидевшего хомяка, вновь предложил: - Возьмёшь его. СонГю посмотрел на Наму и молча кивнул согласно, подставляя свои ладони. - Смотри, чтоб он не соскочил, – предупредил УХён, сажая хомячка в руки Гю. Пикачу, правда, тут же попытался совершить побег, но СонГю сумел удержать его и поднёс ближе к лицу, рассматривая малыша. Хомячок был симпатичным с очаровательными глазками-бусинками и с пальчиками на лапках. Гю подумал, что он, пожалуй, даже никогда толком и не видел хомяков. А они явно были милыми. СонГю неосознанно улыбнулся, когда Пикачу смешно засопел своим маленьким носом, и УХён с улыбкой сказал: - Вы подружитесь. Гю поднял на него взгляд, и спросил: - Кстати, а почему его зовут Пикачу? - Из-за пятнышка вот тут, на спине, – ответил Наму, подаваясь вперёд и указывая на белое пятно, отдалённо напоминавшее молнию (толстую и расплывшуюся) на спинке хомяка. – Видишь, оно как молния. - Но у Пикачу не было молнии на теле, – наморщил лоб Гю, припоминая. – У него хвост был в виде молнии. - Ой, не придирайся, всезнайка! – отмахнулся УХён. Но Гю не унимался: - Назвали бы тогда уж Гарри Поттером, и то больше смысла. Наму рассмеялся: - Поттером? Серьёзно? Хён, отличная идея! Не ожидал от тебя. Ким смерил тонсена скептичным взглядом: - Мне часто кажется, что ты обо мне невысокого мнения... - Что за глупости? – возмутился предположению парень. – Я обожаю тебя, хён! - Дразнить меня ты обожаешь, – насупился Гю и, всучив хомячка обратно в руки парню, сказал: – Давай, унеси его отсюда и помоги мне уже подняться. - Хорошо, – УХён послушно встал с постели старшего. – Позавтракаем вместе? – спросил он, опуская хомяка обратно в клетку и беря её со стола. - Да, – согласился Гю. - Отлично! Вернусь через десять минут! – пообещал Наму и вышел из комнаты, унося с собой клетку с хомяком. СонГю не думал, что под совместным завтраком УХён подразумевал трапезу не тет-а-тет, а в компании ещё и Пикачу. Ким, недовольно поджав губы, косился на клетку с хомяком, водружённую на стул рядом со столом, за которым расположились парни. - Зачем ты снова его притащил? – спросил Гю, намазывая себе тост джемом. - Ему тоже нужно поесть, – пожал плечами Наму. - Корми его в своей комнате. - Не вредничай, хён, – закатил глаза к потолку младший. СонГю понимал, что спорить бесполезно – не стоило уступать с самого начала, разрешая оставить хомячка в доме, а теперь уж Наму слушать ничего не будет. УХён, покончив с завтраком быстрее Гю, нарезал яблоко крупными дольками и разложил по отдельным блюдцам, одно из которых пододвинул к СонГю, а с другого принялся кормить хомячка. Кима на секунду смутил тот факт, что Наму как-то совсем уж одинаково заботится и о нём, и о зверьке, но решил не акцентировать на этом внимания и подхватил яблоко с тарелки. УХён переводил взгляд с хомячка, сосредоточенно грызущего яблочко, на Гю столь же сосредоточенно жующего своё, и в какой-то миг не выдержал, прыснув: - Вы так похожи! Просто одно лицо! Ким раздражённо сощурился, чуть нахмурившись, отчего Наму ещё сильнее развеселился, замечая сходства всё больше. Глядя на смеющегося парня, СонГю возмущённо фыркнул, отворачиваясь. УХён же протянул руку к его лицу, нежно стирая со щеки крошечный кусочек яблока. - Ты заляпался, – сообщил он, всё ещё посмеиваясь. – Пикачу и то ест аккуратнее. Возмущение Гю перекрылось смятением от прикосновения Наму, который не стремился убирать руку от лица хёна. Он сам понимал, что ведёт себя сейчас неосторожно, но пальцы его словно и не слушались вовсе! УХён слегка погладил щёку СонГю, большим пальцем скользнув до чуть приоткрывшихся губ Кима и обратно. Во взгляде Гю плескалось волнение, но в то же время Наму видел в нём ожидание, предвкушение... Он медленно подался вперёд, уже совсем не соображая, что делает, и что собирается совершить, а СонГю замер, едва дыша, сам не предпринимая ничего, но и УХёна не останавливая. Парни смотрели друг другу в глаза, и в голове у каждого просто была пустота – мысли словно выдуло ветром. Гю лишь чувствовал обжигающее прикосновение Наму к своему лицу, да бешеный стук собственного сердца. Ещё немного, и они совершили бы глупость, но... наевшийся Пикачу с громким шуршанием ринулся по опилкам к своему игрушечному колесу и, забравшись в него, принялся крутить его своими маленькими лапками, разгоняясь и гремя этим колесом. СонГю от этого внезапного и неуместного звука словно очнулся, шумно выдыхая, а УХён даже дёрнулся от неожиданности, резко отнимая свою ладонь от лица Кима и отодвигаясь назад. Он должен лучше себя контролировать! Но взять себя в руки не давали настойчивые желания, укоренившиеся в сознании Наму. За те четыре дня, что он не видел СонГю, вместо того, чтобы немного остыть, УХён лишь наоборот ещё сильнее ощутил свою привязанность к парню. Он дождаться не мог вечера, когда будет в полном праве прикасаться к обнажённому телу хёна, позволяя себе немного больше, чем следовало, пользуясь тем, что Гю всё равно не чувствует. Да, Наму порой чувствовал себя грязным извращенцем в такие минуты, но они же и были самыми сладкими за день. Возможно, сними он напряжение с какой-нибудь милой девчонкой, то и не капал бы слюной, обтирая СонГю полотенцем после ванны, но... УХён правда хотел снять кого-нибудь в эти выходные, даже пошёл с друзьями в клуб – вот только почувствовал себя едва ли не импотентом. Ни одна девушка не заводила его. Хотелось Гю. Нам не знал, как он будет жить рядом с ним и дальше – он ведь так сорвётся когда-нибудь. И, судя по всему, это произойдёт гораздо быстрее, чем сам УХён думал. Понимая, что молчание затянулось, а они с Кимом так и пялятся друг на друга, Наму отвёл глаза, окидывая взглядом стол, и спросил: - Ты закончил? – голос его прозвучал как-то чуждо, и парню даже пришлось откашляться. - Да, – рассеянно кивнул СонГю и, словно очнувшись ото сна, откатился от стола, разворачиваясь к дверям: – Мне пора работать. Я буду в кабинете. Когда Ким покинул комнату, УХён ещё пару минут просидел за столом, раздумывая над своими чувствами и их с Гю отношениями, а потом, вздохнув, поднялся, вызвал служанку, чтобы она всё прибрала, и, взяв клетку с Пикачу, вышел из спальни. *** УХён был тихим всё утро, и СонГю даже начало это беспокоить – слишком странно было не слышать болтовни Наму и не отвлекаться на его мельтешение перед глазами. Но к обеду парень «вернулся в форму» и уже не давал Гю покоя. Рассказывал, как провёл время, планировал, чем они теперь займутся с Кимом – УХён почему-то решил, что им просто необходимо провести совместные выходные. Похоже, он всё ещё лелеял надежду на поездку на Чёджу... СонГю радовался его присутствию, оживлению, которое тот привносил в его жизнь, ощущал теплоту в груди, глядя на УХёна. Конечно, близость Наму вызывала и своего рода беспокойство – Гю не оставляли мысли о том, чтобы решиться на то безумие, что предлагал тонсен. Но хотел ли этого ещё сам УХён? Он мог передумать. А спросить его прямо для СонГю было невозможно – у него язык не поворачивался. Было страшно и стыдно. И оставалось лишь ждать, пока Нам сам вновь не заговорит об этом. Но и тогда Гю сумеет ли пересилить себя? Он не знал. Так же, как не знал и того, что, пока он терзался своими сомнениями, УХёна также мучили его. Чего ему стоило вести себя, как обычно, Ким даже и представить не мог. Он не почувствовал, что Наму на грани, даже, когда тот помогал ему раздеться вечером в ванной – УХён то пожирал тело Гю взглядом, то отводил глаза в сторону, до скрежета сжимая зубы. Киму бы насторожиться, но слишком погружённый в собственные проблемы выбора, он не обращал на странное поведение тонсена должного внимания. СонГю, приняв ванну, как обычно ухватился за перекладину, повисая на ней, ожидая, пока УХён вытрет его спину и ноги. Наму привычными движениями принялся обтирать Кима мягким полотенцем и, когда он закончил и Гю уже было расслабился, готовый к тому, что УХён поможет ему сесть обратно в кресло, тёплые ладони вдруг прошлись по бокам СонГю, переместились на спину, оглаживая горячую нежную кожу, скользя по ней, прижимаясь, лаская... Ким опешил, не понимая в первые мгновения, что происходит, но, когда руки УХёна переместились ему на живот, а затем на грудь, Гю осознал, что этот придурок в очередной раз творит какую-то фигню. Глотая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег, СонГю начал дрожать от прикосновений Наму, испытывая сладостное удовольствие, какого уже давно не ощущал. - Что ты творишь?.. – хрипло спросил Ким, которому внезапно решил отказать ещё и голос. А УХён лишь усмехнулся в ответ, обдавая шею Гю своим жарким дыханием и, словно изучая тело парня, медленно ласкал его, обводил пальцами соски, нежно теребил их, вызывая у СонГю шумное дыхание и едва сдерживаемые стоны. - Прекрати!.. – Ким постарался быть строгим, но голос сорвался. – Перестань, УХён... Аах!.. Да и как можно быть строгим, когда всё внутри кричало о том, чтобы парень не останавливался?! А Наму и не собирался. Он переместил руки к низу живота СонГю, щекоча его кончиками пальцев, вынуждая мужчину содрогнуться от возбуждения и удовольствия. Да, то, что делал УХён, было крайне приятно, но... чёрт побери, какого хрена он вообще это делал?! Что этот придурок себе позволяет?! Конечно, Ким не мог отрицать, что надеялся на то, что Наму снова поднимет вопрос о... сексе. Но он никак не мог ожидать, что тот перейдёт к непосредственным действиям без каких-либо обсуждений. Это вогнало СонГю в панику и вызвало в его душе протест. - Сейчас же убери свои лапы! – почти прорычал Гю, собрав всю свою волю в кулак, но услышал в ответ лишь короткий смешок и шёпот на ухо: - С ума схожу от того, как ты беззащитен сейчас, – УХён щекотал своим дыханием мочку уха Кима. – Такой доступный, зависимый от меня... Мммм, это так возбуждает... Наму легонько ущипнул СонГю за сосок и поцеловал его в шею, а после мягко коснулся губами его плеч, лопаток, спустился ниже по спине. Чувствуя, как слабеют руки от наслаждения и возбуждения, Гю, уже наплевав на гордость, прошептал: - Пожалуйста, УХён-ааа... Наму понял, что пора заканчивать с забавами и, взяв себя в руки, оторвался от этой маняще-нежной кожи и, подхватив СонГю, позволяя ему отпустить перекладину, аккуратно усадил в кресло. И, только взглянув в раскрасневшееся лицо Гю, полное смятения, УХён осознал, что натворил. Он потерял контроль, и это уже были не шутки. В глазах Кима читалось столько всего, что Наму на несколько секунд зажмурился, не в силах снести этот взгляд. - Прости, – выпалил УХён и тут же, распахивая глаза, твёрдо добавил. – За то, что сделал это без твоего позволения – прости. Но не за мои желания. - Что ты несёшь? – СонГю покачал головой, будучи всё ещё в шоке от происходящего. - Я хочу заняться с тобой сексом. И мне не стыдно за это, хён. - Правда? – Гю скривился презрительно. – А мне стыдно! Меня просто разрывает от стыда, стоит лишь подумать о том, как мы... как мы с тобой... - Трахаемся, – подсказал УХён. - Заткнись, пожалуйста, просто заткнись! – замахал руками Ким, зажмурившись. – Не произноси это. Наму тяжело вздохнул. Неужто СонГю настолько противно? Но быть того не может – он только что реагировал на прикосновения и поцелуи УХёна совершенно иначе! Он просто запутался. Да, так и есть. Как обычно, Ким СонГю сам не найдёт решения без Нам УХёна, а значит, нужно его подтолкнуть. - Но тебе же хочется, – упрямо глядя на хёна, сказал Наму. СонГю распахнул глаза и, серьёзно посмотрев в ответ, кивнул: - Да, хочется. Конечно, мне хочется! – уже более эмоционально воскликнул он. – Но не потому что это ты, а потому что у меня, мать твою, год не было секса! А единственный способ для меня сейчас получить удовольствие – это, как бы отвратительно это ни было – анальный секс! - Это не будет отвратительно... – мотнул головой УХён. - Откуда тебе знать? – фыркнул Гю, насмехаясь. – Что, если мы даже в глаза друг другу посмотреть не сможем после такого? Я... Я не готов тебя потерять, УХён-а... – вдруг признался Ким, чуть не плача. УХён тяжело сглотнул, глядя в лицо СонГю, выражавшее столько отчаяния и безысходности, и прошептал срывающимся голосом: - Ты не потеряешь меня. Я не откажусь от тебя. Никогда. Гю устало прикрыл веки и медленно покачал головой, прошептав в ответ: - Я могу отказаться от тебя. - Неправда! - УХён, ты представляешь вообще, что я сейчас чувствую? - Непреодолимое влечение к близкому другу и угрызения совести по этому поводу? – предположил УХён, криво улыбаясь. – Ты не поверишь, но прекрасно представляю. - УХён, пожалуйста, давай сейчас остановимся, – попросил Гю. Он был напуган, чувствуя, что, если Наму продолжит напирать, они оба уже не смогут остановиться. УХён же был полон решимости. Но... в который раз, видя, как взволнован СонГю, понимая его чувства и тоже боясь всё испортить, ранить хёна, бесповоротно изменить их отношения, Нам опустил глаза и, отойдя от парня на шаг, кивнул. - Ладно. Его сердце заходилось в бешенном ритме, пальцы подрагивали, внизу живота потягивало, наливаясь жаром... Хотелось выпустить желание на волю. УХён даже не представлял, как сейчас сможет помочь Гю одеться и уложить его в постель... Не забравшись тут же сверху. Парень тряхнул головой, растрепав чёлку, словно пытался отбросить прилипчивые фантазии, и Ким, догадываясь, в чём дело, быстро проговорил: - Дальше я сам справлюсь. Иди к себе. - Прогоняешь меня? – горько усмехнулся Наму, кидая на хёна горящий взгляд. - Спасаю тебя, – ответил такой же усмешкой Ким, – от необдуманных поступков. УХён не верил. Ему было больно. Ему казалось, что хён просто испытывает к нему отвращение и видеть его не хочет. Наму, ничего не говоря, вышел из ванной, а следом покинул и спальню СонГю. И только оказавшись в своей комнате, за закрытой дверью, он смог вздохнуть свободно, не видя такого соблазнительного и доступного хёна, и лишь тогда понял, что Гю был прав. И он не ненавидит УХёна. Да, разойтись сейчас, было самым верным решением. Они оба успокоятся, а завтра всё будет по-старому. В конце концов, они уже пережили столько неловких моментов, но каждый раз преодолевали своё смущение и неловкость и оставались близки. Так будет и на этот раз. УХён, утешая себя подобными мыслями, добрёл до кровати и со стоном рухнул на неё. Пикачу, до того спящий в клетке, проснулся и зашуршал опилками. Наму перевёл на него взгляд и слабо улыбнулся. Даже если Гю ещё будет злиться завтра, Пикачу поможет растопить его сердце. С этой мыслью УХён прикрыл глаза, глубоко вздыхая и призывая спасительный сон. *** СонГю не мог уснуть. Да и кто бы смог на его месте? Он совершенно запутался в своих чувствах и не знал, как правильно поступить. Он попросил УХёна уйти и убеждал себя в том, что это было верным решением. Но правда в том, что он не был в этом уверен. Чёрт... это, наверное, никогда не закончится – они оба так и продолжат сомневаться, терзаться, и напряжение между ними будет становиться лишь сильнее. А завтра смогут ли они вновь вернуться к их обычным отношениям? Не могут же они каждый раз делать вид, что ничего не случилось! СонГю со стоном закрыл лицо рукой, спрятав глаза в сгибе локтя. Ему было так плохо сейчас, так стыдно перед Наму и волнительно за их отношения. Хотелось позвать парня обратно и откровенно поговорить обо всём. Но о каком разговоре могла идти речь, если у Гю внутри всё бурлило от сексуального желания. Они с УХёном оба были «подогреты», и стоит лишь проскочить случайной искре, как взрыва будет не избежать. Уже больше часа Ким маялся без сна, и легче не становилось. Он тяжело вздохнул, но вдруг вздрогнул от звука открывающейся двери и, уставившись на вход в комнату, увидел в неясном ночном свете Наму. Его появление вызвало смятение в душе СонГю, и он хотел уже спросить, что же тот делает у него в спальне, но парень закрыл за собой дверь и протянул жалобно: - Этот хомяк!.. – УХён на заплетающихся ногах прошёл к кровати Гю и со стоном повалился на неё. - Что?.. Что? – Ким растерянно моргал, приподнявшись на локте, и пытаясь разглядеть Наму в темноте. - Он гремит своим колесом! – обвиняюще пробубнил парень в подушку, а затем перевернулся на спину и потянул с Кима одеяло: – Я буду спать у тебя. - Нет, не будешь! – тут же возмущённо отозвался Гю, дёргая одеяло назад. - Но, хён!.. - Ты серьёзно рассчитываешь на то, что я позволю тебе остаться, после того, что ты вытворил сегодня?! – СонГю шипел, словно рассерженная змея. - Тебе понравилось! – уверенно заявил УХён, приподнимаясь на постели и тут же нависая над старшим, опираясь руками по обеим сторонам от него. - Да, но!.. – Гю не мог подобрать слов, чтобы объяснить, почему же он продолжает сопротивляться, даже несмотря на то, что ему действительно понравилось, и что... ему хочется, очень сильно хочется попробовать. – Это безумие, – наконец, почти жалобно прошептал СонГю. - Как давно ты не целовался? – полностью игнорируя слова старшего, спросил УХён. - Что?.. Около года... – на автомате ответил Ким. - И я уже несколько месяцев. У Гю удивлённо вздёрнулись брови – неужели Наму ни с кем не развлекался на своих выходных? Но спросить он ничего не успел – УХён в то же мгновение прильнул к нему и накрыл его губы своими, мягко целуя. Парень целовал осторожно, словно пробуя на вкус, а СонГю, сперва изумлённо распахнувший глаза, слишком быстро поддался, прикрывая веки и отвечая на поцелуй, прислушиваясь к приятным ощущениям, которых не испытывал так давно. Если до этого момента Ким ещё мог с собой бороться и пытаться поступать правильно, то поцелуй УХёна просто напрочь смёл все внутренние барьеры, что так старательно поддерживал Гю. Наму оторвался от губ хёна, заглядывая ему в глаза, но всего лишь на мгновение, потому что он тут же поспешил прижаться в поцелуе к его шее. СонГю не сдержал шумного вздоха – всё ощущалось острее, чем когда-либо, и даже простой поцелуй в шею уже сводил его с ума. Ким, не думая, запустил пальцы в густые волосы УХёна, крепко сжимая пряди, а тот от этого жеста лишь завёлся ещё сильнее и скользнул губами вниз – по плечам хёна к груди, захватывая ими сосок, посасывая и лизнув языком. СонГю глухо простонал. Он никогда не думал, что его соски могут быть настолько чувствительными. Возможно, дело было в том, что он не чувствовал половину тела, и все доступные ощущения стали ярче... Гю не знал, да и думать об этом сейчас был не в состоянии. Руки УХёна прошлись по торсу Кима, спускаясь ниже, пощекотав живот нежным прикосновением, и... СонГю понимал, где именно теперь оказались проворные пальцы Наму, но почувствовать этого не мог. Может, оно и к лучшему. Гю зажмурился, но очередной поцелуй в шею вынудил его вновь распахнуть глаза. Парень чуть потянул УХёна за волосы, заставляя поднять голову и, когда тот сделал это, обхватил его лицо ладонями и взволнованно прошептал, тяжело дыша: - УХён, – СонГю смотрел парню в глаза серьёзно и с толикой страха, – мы же ничего не испортим? Наму поглядел в ответ долгим взглядом, внимательно изучая эмоции на лице Гю, но вдруг усмехнулся глупо, сказав: - Разве что постельное бельё. Ким фыркнул, закатывая глаза на эти нелепые слова. Но он прекрасно видел, что Наму тоже взволнован и тоже боится. Просто он попытался разрядить атмосферу. И стоило признать – у него получилось. УХён вновь потянулся за поцелуем, и СонГю с готовностью подался вперёд, ловя его губы своими и, обняв парня за плечи, теснее прижал к себе. Пусть это было чистой воды безумием, но Ким готов был полностью предаться ему, не думая ни о чём, а лишь получая так давно желанное удовольствие.