Dependency

УХён увёз Пикачу во вторник утром, как и обещал. СонГю на прощанье угостил хомячка яблоком, погладил шелковистую рыжеватую шёрстку и, убеждая себя, что глупо расстраиваться из-за грызуна, принялся за работу. Правда, кабинет казался пустым без большой клетки, до этого стоявшей на столе, и слишком тихим без хомячкового шуршания и беготни в колесе. Нужно было привыкать к жизни без домашнего животного. Странно вообще, что Гю так быстро к нему привязался. - Признайся, ты скучаешь по Пикачу, – с ухмылкой протянул Наму той ночью, лежа нагишом бок о бок с Кимом на его постели. СонГю хмыкнул и покачал головой: он ни за что не признается. - Хочешь, своего заведём? – предложил УХён вполне серьёзно. Но Гю быстро отказался, помахав перед собой ладонью с растопыренными пальцами: - Нет уж, спасибо. Он, конечно, очень милый, не спорю, но мне не нужна вся эта морока. - Боишься ответственности? Айяй, хён... – Нам укоризненно покачал головой, усмехаясь. – А тебе же ещё быть мужем и отцом! - Когда ещё это будет? – невесело улыбнулся Гю, бросая взгляд на свои ноги. УХён проследил его взгляд и нахмурился. - Йа... – укоризненно покачал головой парень и накрыл колено СонГю ладонью. – Ты не любишь свои ноги, – упрекнул он хёна, – и они отвечают тебе тем же. Винишь их в том, что они не могут двигаться? Но они в этом не виноваты, хён. Ким удивлённо смотрел в серьёзное лицо УХёна и поражался его словам – это были глупости, но... они заставили его задуматься. И, к тому же, СонГю совсем не ожидал от Наму такого рода рассуждений. Но УХён вдруг хитро улыбнулся, что тут же вывело Гю из заблуждения, и, обхватив ноги парня, привалившись на них грудью, заявил: - Если тебе они не нужны, то я забираю их себе. Всё! Это всё теперь моё! – парень потёрся лицом о коленки Гю. – Мои коленочки... Ким, ошарашенно усмехнулся, но, придя в себя, покачал головой, запуская пальцы в волосы Наму, ласково ероша их: - Ты несёшь полный бред. УХён поднял лицо на СонГю, обезоруживающе улыбаясь: - Такой уж я. Действительно, Нам УХён был таким – странным и немного глупым, но Киму это тоже почему-то нравилось. И вообще сейчас СонГю нравилось многое. Жизнь его казалась ему вполне приятной, и то, что ещё полгода назад вызывало лишь раздражение и неприятие, теперь воспринималось им позитивно. Например, праздники с многочисленными гостями. Гю невозможно было заставить выползти из своей комнаты на прошлое Рождество, на День Рождения сестры он чисто символически спустился в гостиную и, произнеся тост за её здоровье, через десять минут снова скрылся у себя. И так бывало каждый раз, если в дом приглашались гости. СонГю слишком не хотелось светить своей немощностью перед чужими людьми. Но на этот раз приближающееся торжество не пугало Кима, и он даже сам заговорил о нём с матерью, когда они обедали только вдвоём в один из выходных Наму. - Мам, что ты хочешь получить на День Рождения? – спросил Гю беззаботно. Зная нелюбовь сына к празднованиям, женщина отметила мягко, но весомо: - Мне достаточно того, чтобы ты присутствовал на празднике. - Это само собой разумеется, – кивнул парень. – Ну, а помимо этого? - Что? Ты так легко согласился? – удивилась его мать, даже отрываясь от трапезы. – Ты точно мой Гю? – прищурилась она с подозрением. - Мааам, – Ким поджал губы укоризненно. - И даже не будешь ворчать? - Когда я последний раз ворчал?! - Ну, вот прямо сейчас, – рассмеялась женщина, но потом со счастливой улыбкой протянула руку через стол, накрывая ладонью пальцы сына, и сказала: – Я рада. Очень рада, что ты снова стал самим собой, – она кивнула самой себе, а затем добавила: – УХён хорошо на тебя влияет. СонГю удивлённо дёрнул бровями, но тут же усмехнулся: - Это я на него хорошо влияю. Его мать вопросительно повела бровью, а потом понимающе протянула: - Ааа, ты о том, что он занимается? - Да, – Гю кивнул, довольно улыбаясь. – Он делает успехи. - Я рада за него, он молодец. Жаль только, когда он поступит в университет, нам придётся искать тебе нового помощника, – вздохнула она, возвращаясь к еде. Улыбка Кима растаяла – он ведь даже и не подумал об этом. И правда – УХён не сможет учиться и при этом дальше работать в доме СонГю. Едва совладав с выражением лица, парень тряхнул головой, бросив небрежно: - Не волнуйся, он не поступит. И вообще, – словно спохватился он, – ты так и не ответила на мой вопрос: что тебе подарить? И, вновь сведя тему разговора к обсуждению праздника, Гю попытался отвлечься от нерадостных мыслей о возможном расставании с УХёном. *** Но мысли эти не давали ему покоя, и возвращались вновь и вновь. Может быть, стоило сразу обсудить этот вопрос с Наму? Понимает ли сам УХён, что ему придётся уйти? Или он думает, что сможет остаться? Может, у него есть план, как совместить учёбу и заботу о Гю? Как бы Ким ни пытался отделаться от этих переживаний, ему это никак не удавалось. Наму замечал нервозное состояние хёна, его испортившееся настроение – хотя СонГю и пытался вести себя, как обычно, у него не получалось скрыть свою обеспокоенность. УХён списывал это на предстоящий праздник – насколько он знал, пожалует очень много гостей, и он понимал, что Гю, должно быть, нервничает. Желая успокоить хёна Нам однажды, наконец, завёл об этом речь. - Скоро День Рождения твоей мамы, – произнёс парень, подкидывая и ловя свой учебник. - Я помню, – усмехнулся СонГю. – Как ни странно. УХён фыркнул, не оценив сарказма, и направился к книжным полкам – нужно было подыскать ещё чего-нибудь полезного для учёбы. - Мне представится случай надеть свой красивый костюм? – предположил Наму, довольно улыбаясь. – Или... меня не должно быть на этом вечере? - Что за глупости? Разумеется, ты приглашён, – отозвался Гю. - Здорово! Люблю праздники. В отличие от некоторых ворчливых старичков, – подразнил УХён Кима старческим голосом. - Эй, я не ворчливый! – возмутился СонГю. - Ещё какой ворчливый! – усмехнулся тонсен. – Да даже вместо того, чтобы предвкушать праздник, ты ходишь мрачнее тучи. - Это не из-за праздника! - А? А из-за чего? – УХён опешил. А СонГю понял, что проболтался. Он хотел взять свои слова назад, но было уже поздно. Что ж, вот и решён вопрос – стоит ли говорить с Наму о том, что так волновало Гю. Ким вздохнул и, устало потерев переносицу, сказал: - Я просто... не знаю, что буду делать без тебя, когда ты уйдёшь отсюда. УХён широко распахнул глаза, поражённый этими словами. В хёне вдруг проснулась сентиментальность? Или это не риторический вопрос? Он действительно думает о том, что Нам должен скоро уйти? Но... почему? Его собрались уволить?! Что происходит? - Я... не собираюсь уходить, – медленно покачал головой Наму, непонимающе глядя на Гю. Ким понял, что УХён так же, как и он, не думал о том, что его учёба будет несовместима с работой. Пора было открыть ему глаза: - Ты не сможешь и учиться, и работать, Наму-я. УХён моргнул пару раз, чуть нахмурясь, но, наконец, его осенило, и облегчение явно отразилось на его лице. Хён не хочет от него избавиться, и его никто не гонит! Ну, а что до учёбы... Наму знал, что на это ответить. Он повернулся к стеллажу с книгами, ставя учебник на полку и, выдержав театральную паузу для того, чтобы слова его прозвучали весомее, бросил на Гю снисходительный взгляд через плечо и сказал: - К тому моменту, как я поступлю, ты уже поправишься. СонГю окутало спокойствием и благодарностью от этих слов. Уверенность УХёна в том, что Ким поправится, грела ему душу. И не важно, что шансов на это было мало. Или же... - Ну, да, тебе ведь потребуется на это несколько лет, – насмешливо фыркнул Гю, дразня парня. УХён возмущённо нахмурился и хотел выдать тираду в свою защиту, но весёлый смех СонГю остановил его. Ладно уж, если ему весело, то пускай – всё лучше, чем, когда хён ходит мрачной тучкой. *** Впрочем, мрачность до самого праздника оставила Кима, и накануне лишь нервозность проявила себя. УХён, правда, тоже волновался – он никогда не был на таких мероприятиях, а предполагался, по всей видимости, приём с размахом, судя по тому, какие готовились на кухне блюда, как накрывались столы в саду и украшался дом. Гостей ожидалось много, и СонГю радовало лишь то, что большинство из них были родственниками и близкими друзьями семьи. Хотя, конечно, и деловые партнёры и «нужные люди» тоже должны были присутствовать. И в день самого торжества Ким уже не был уверен в своих силах и через десять минут пребывания среди гостей готов был сбежать. И только присутствие рядом УХёна – неловкого и взволнованного – останавливало его. Да, после своей травмы СонГю терпеть не мог такие мероприятия, где ему приходилось быть в центре внимания, ловить на себе заинтересованные и сочувствующие взгляды, но сегодня он стойко выносил всё это и даже находил определённое удовольствие в том, чтобы пообщаться с людьми, которых избегал долгие месяцы. И всё благодаря тому, что Наму был рядом. Необходимость казаться спокойным и расслабленным ради него – чтобы младший сам перестал дёргаться и чувствовать себя неуютно – помогала Гю действительно успокоиться и не волноваться. - УХён, не нервничай, – негромко попросил Ким в очередной раз, когда от них отошли подруги его матери, которые всё порывались погладить Гю по голове и умилялись тому, что он почти не изменился с тех пор, как ещё ребёнком сидел у них на руках. Нам бы с удовольствием ещё послушал о том, как и у кого на ручках сидел маленький Гю, и насладился бы компрометирующими историями из раннего детства хёна, но Ким явно не был намерен позволять подобному произойти, и мягко, но настойчиво отправил говорливых тётушек попробовать закуски. - Мне трудно тут расслабиться, – пожаловался УХён. – Все такие... важные. - Важные? – удивился СонГю. – Да уж, только что аджумма была очень важной, когда рассказывала, как я срыгнул на её новое платье, когда был младенцем, – парень скептически скривился. - Потому она мне и понравилась! – ответил Наму обиженно. – А ты не дал с ней поболтать... - Не о чем тебе с ней болтать, – буркнул Ким, уши которого покраснели, выдавая его смущение. УХён только обрадовался возможности подразнить старшего, как к ним подошла сестра Гю и, зайдя ему за спину, схватилась за ручки кресла, собираясь, покатить его вперёд со словами: - УХён-а, я украду у тебя нашу принцессу ненадолго. Она, видимо, рассчитывала на то, что возражений не последует, но Наму преградил им путь, состроив наигранно суровое лицо и, сложив руки на груди, сказал: - Я не отдам её так просто, нуна. - Ого! – опешила девушка. Но СонГю, усмехнувшись, качнул головой и мягко произнёс: - Расслабься, мой рыцарь, страшный дракон вернёт меня обратно. - Йа, хочешь, чтобы этот дракон изрыгнул пламя? – легонько шлёпнула ухмыляющегося Кима по макушке его сестра, а потом обратилась к УХёну с улыбкой: – Я правда верну его в целости. А ты пока развлекись в саду, – предложила она толкнула вперёд коляску Гю, провозя его мимо отступившего на шаг Наму. Оставшись в одиночестве, УХён растерялся. Что ему делать? Он ведь был тут как помощник СонГю, а без него... кто он здесь? Куда ему податься и с кем поговорить? Наму оглядел помещение и, не найдя никого достаточно знакомого, со вздохом отошёл к окнам и посмотрел в сад. Помимо столов, накрытых под тентами перед террасой, и снующей туда-сюда прислугой, там оказалась ещё и стайка детей – некоторые гости пришли с отпрысками, которым было явно скучно (так же, как и Наму) в доме, и их отправили на улицу. Стоило последовать их примеру? УХён ещё раз огляделся и, обнаружив СонГю, мирно беседующим с сестрой, матерью, и прибывшими кузинами, решил, что может спокойно оставить его в их компании, и улизнул в сад через террасу. СонГю сперва не ощущал отсутствия УХёна – пока он был рядом с близкими, всё было нормально. Но, стоило им отвлечься на что-то, предоставляя Гю самому себе, как ему вновь стало некомфортно – он опять чувствовал себя неполноценным среди толпы здоровых людей. И ему нужен был УХён, чтобы избавиться от этого ощущения. Казалось бы, странно – Наму должен был бы наоборот зарождать в нём комплексы, ведь он молод, красив, здоров, очарователен, сияет своей улыбкой направо и налево, искрится энергией... в то время, как Гю – прикованный к инвалидному креслу мрачный ворчун. Но вместо того, чтобы вызывать у Кима зависть, это его успокаивало. Ему нравился УХён и его энергия, Гю подзаряжался от него, заражался жизнерадостностью. И совершенно не чувствовал себя калекой. Может, оттого что Наму не жалел его? Не жалел и восхищался, любил и в то же время подначивал. В его отношении не было снисхождения, была только искренняя привязанность. И СонГю не мог не отвечать тем же. И вот куда, скажите на милость, это парень запропастился, когда был так нужен Гю, у которого стремительно портилось настроение среди всех этих людей, от которых буквально веяло жалостью? - Ты потерял что-то? – оказалась рядом с Гю его мать, на минуту отвлекаясь от гостей, заметив растерянный вид сына. - Ты не видела УХёна? – спросил у неё тот. - Он в саду, – ответила женщина, кивая на окно. - Что он там забыл? – пробурчал Ким, подавшись было в сторону выхода на террасу, но слова матери остановили его: - Ему там самое место. - Что? – глаза Гю недобро блеснули. - Нечего мальчику тут маяться, – пояснила женщина, и Ким, осознавая, что понял её неправильно, смягчился. – Ему не нужно ходить за тобой по пятам, когда столько народу хочет с тобой пообщаться. - Мам, я тоже тут маюсь, – капризно протянул парень. – Можно я тоже сбегу отсюда в сад? - Гю-я, ты уже не ребенок, – покачала головой его мать, но в этот миг её окликнули со стороны, и она, мягко погладив сына по плечу, ушла. Не имея больше сдерживающего фактора, СонГю покатил в сад, желая найти УХёна и вместе с ним спрятаться ото всех в дальнем уголке. Но... не тут-то было. Только Гю необходим был тихий угол – Наму прекрасно проводил время в шумной компании разновозрастных детей, гоняя с ними футбольный мяч по газону. СонГю наморщил лоб, мысленно обзывая УХёна ребёнком, но всё же подъехал поближе, останавливаясь на краю лужайки, где происходила импровизированная игра в футбол. Только вот Ким не учёл, что то удобное местечко между двух кустов, на котором он расположился, являлось «воротами», по коим, собственно, и били мячом, который сейчас стремительно летел прямо на Гю. Едва успев пригнуться, уворачиваясь от удара мячом, СонГю, почувствовав, как просвистел тот прямо над ним, вновь выпрямился, ошалело глядя на всполошившихся детей и УХёна, взволнованно воскликнувшего: - Хён! – парень бросился к СонГю. – С тобой всё в порядке? Дети, поняв, что никого не убили, теперь уже смеялись, довольные случившимся и тем, как смешно выглядел испуганный Гю. Он бы прикрикнул на них, но ему и самому стало смешно, а, учитывая то, что и УХён начал смеяться, своим дурацким смехом, удержаться от улыбки было уже попросту невозможно. - Вы что тут затеяли? – спросил Гю, отмахиваясь от рук Наму, который, хоть и хихикая, но пытался проверить хёна на предмет возможных повреждений. - Играем в футбол, – радостно улыбаясь, ответил УХён и вдруг предложил: – Хочешь с нами? - Что?.. – СонГю удивился. – Интересно – как? - Твоя коляска развивает хорошую скорость, – пожал плечами Нам. – Ты можешь всех нас тут на поле обогнать. - Эээ... нет, что-то не хочется, – смешно помахал перед собой ладошками Гю, отказываясь. - Ладно, – легко согласился УХён, отступая назад к детям, которые вернули мяч и теперь звали его продолжить игру. – Ну, тогда сделаем это, когда ты снова будешь ходить. Наму подмигнул хёну и убежал играть. СонГю откатился в сторону, чтобы больше не оказаться на «линии огня», и стал со стороны наблюдать за футбольной мини-баталией. Было весело смотреть на то, как УХён резвится с детьми, но и лёгкая грусть, конечно, посетила его, поскольку сам он не мог так же бегать по траве. Правда даже если бы он мог ходить, играть в футбол с этими визжащими малявками он бы всё равно не стал. Гю с улыбкой смотрел на игру и даже начал болеть за команду, против которой играл Наму, выкрикивая им слова поддержки, чем возмущал УХёна, который даже упустил мяч из-за этого. Зато СонГю это веселило. Теперь уже он не нервничал, не скучал и не был мрачен. Этот день был прекрасен, и Гю был полностью доволен праздником. Пускай даже он и не принимал в нём непосредственного участия, наконец-то, он снова искренне наслаждался оживлением царившем в их доме. Хотя это самое оживление и сильно утомило его к вечеру. Было уже поздно, и Ким дождаться не мог, когда последние гости разойдутся, чтобы в доме воцарилась тишина, и можно было уютно устроиться в своей постели, заперев дверь на замок. Правда запереться одному не представлялось возможным – УХён юркнул к СонГю под одеяло, как только помог ему самому улечься. - УХён-а, я устал... - Я устал ещё больше, – капризно заявил парень, прижимаясь к тёплому боку Кима, обвивая торс хёна руками. - Ну, так иди спи. К себе, – со значением добавил Гю. - Не хочу, – нагло выдал Наму и втянул носом запах кожи хёна. – Хочу остаться с тобой. - Будешь приставать... - Не буду, – пообещал УХён, но, когда СонГю уже расслабился и, прикрыв веки, стал проваливаться в сон, добавил с хитрецой в голосе: – Всё утром. *** Утро выдалось солнечным, и Гю, открыв глаза, тут же заморгал, щурясь от яркого света, наполнявшего комнату. Хотелось снова заснуть, подремать ещё полчасика, но... тут он сообразил, что причиной его пробуждения стали лёгкие ласкающие прикосновения в районе поясницы. Гю лежал на животе, одеяла на нём не было... и белья тоже – что он понял, приподнявшись на локтях и обернувшись назад. Зато были на его ягодицах шаловливые ладони УХёна, мягко сминающие и щипающие уже порозовевшую кожу. - Что ты делаешь? – СонГю поглядел на УХёна, наморщив лоб в недовольном недоумении. - М? Доброе утро, – мурлыкнул парень в ответ. – Не хотел тебя будить... но не мог удержаться. - Зачем ты меня щиплешь? – старший всё так же не понимал, что творится. А Наму ещё раз ущипнул Гю за попу, и отозвался чуть обиженно: - А что такого? Ты всё равно ничего не чувствуешь, а мне приятно! – УХён наклонился и укусил Кима за ягодицу, а потом звонко чмокнул место укуса. - Прекращай! – смущённо проворчал Гю, утыкаясь лицом в подушку, пряча свои алеющие щёки. – Вот именно, что я ничего не чувствую... УХён оставил ещё один смачный засос на ягодице Кима и поднял голову: - Но когда-нибудь, почувствуешь. Может быть, это поможет вернуть тебе чувствительность, – Наму звонко шлёпнул СонГю по заднице. – Но, если тебе просто одиноко... – протянул парень, подаваясь вверх, скользя руками по пояснице и спине Гю, который вздрогнул, чувствуя тёплые ладони УХёна. – То я, конечно, уделю внимание и другим частям твоего тела. - Сколько энергии с утра... – протянул СонГю насмешливо, но не возражал против того, чтобы Наму перевернул его на спину и принялся ласкать его живот и грудь ладонями, губами прижимаясь к шее хёна. - Я же обещал, – шепнул УХён, короткими поцелуями поднимаясь по шее Гю вверх, к щекам и губам. Сейчас, выспавшись и отдохнув после вчерашнего, СонГю и сам не возражал против того, чтобы заняться сексом. И даже непрочёсываемый хаос на голове Наму, в который превратилась его вчерашняя укладка, нисколько не отталкивал и, ухватив парня за спутанные пряди, Ким, притянул его голову ближе, жадно целуя в губы. Звонок внутреннего телефона раздался слишком неожиданно и предельно не вовремя. УХён отпрянул от Гю, испуганно уставившись на него – парень постоянно забывал о том, что в доме ещё полно народу, стоило лишь им с Кимом остаться наедине. СонГю же, сморгнув удивлённо, замешкавшись на пару секунд, всё же извернулся под УХёном, дотягиваясь до телефона, и снял трубку. - Я слушаю, – хрипловато произнёс он, а в ответ раздался чуть взволнованный голос горничной: - Господин Ким, вы проснулись? Всё в порядке? - Да... А что-то не так? - Ох, нет-нет, мы просто беспокоились – уже полдень, а вы всё ещё не выходили. И УХён-щщи не отвечает на звонки, а его комната заперта... - Не беспокойся, – заверил СонГю служанку, стрельнув в притихшего Наму взглядом. – Со мной всё хорошо, а УХён-щщи... должно быть, слишком много выпил вчера, – с усмешкой добавил Ким, наслаждаясь возмущением на лице тонсена. – Я разбужу его, и мы спустимся к обеду. Гю повесил трубку, и УХён тут же шлёпнул его по плечу и вновь придавил своим весом, наваливаясь сверху: - Компрометируешь меня, хён? – сощурился парень, принимаясь шарить ладонями по соблазнительно мягким бокам СонГю. - Кто кого компрометирует, – хмыкнул Ким. – Я говорил тебе ночевать в твоей комнате... - Боишься, что нас застукают? - А ты – нет? - Даже больше, чем ты, – признался Наму. – Я ведь тогда тут же вылечу из этого дома, и мне никогда больше не позволят встретиться с тобой. - Именно поэтому нам и следует быть осторожными, дурак, – прошептал СонГю, глядя теперь на парня совершенно серьёзно. - Омо, – несмотря на серьёзность Гю, умилился УХён, – боишься меня потерять? Конечно, Ким боялся. Он был так привязан к Наму, так зависим от него... А боялся ли УХён потерять его? Или же только лишиться тёплого местечка ему было страшно? Гю так и подмывало спросить это, но тонсен не дал задать вопрос, говоря шутливо, но решительно: - Если меня выгонят отсюда, я тебя выкраду, хён. - Пф! Кто сказал, что я пойду с тобой? – прыснул СонГю. - Не пойдёшь, – пожал плечами Наму, – я тебя утащу. И ты никуда от меня не денешься! – парень закончил фразу звонким чмоком в губы ошарашенного Гю. - Нет, погоди... это уже звучит, как угроза, – делано испуганно сказал Ким, хотя перспектива быть выкраденным этим придурком его и на самом деле немного пугала. - Как обещание, хён, сладкое обещание. УХён нежно потёрся носом о нос СонГю и, погладив его по щеке, поцеловал мягко и многообещающе – так, что Киму больше и не хотелось возражать.