Dependency

СонГю отодвинул от себя столик с обедом, когда к нему в палату вошла его мать. Она старалась приезжать как можно чаще, но в силу занятости ей это не удавалось. Ким даже не ждал её сегодня и потому встретил удивлённым взглядом. - Не думал, что ты придёшь, – сказал он, тем не менее, улыбаясь приветливо. - У меня появилось время, – ответила женщина, усаживаясь в то же самое кресло, в котором ещё совсем недавно сидел Наму. - Я видела УХёна сейчас, – вдруг сказала Гю мать. – А он даже не заметил меня! - Он торопился, – встал на защиту тонсена Ким с улыбкой. - Он стал таким занятым? – усмехнулась женщина. - Готовится к экзаменам, – пожал плечами Ким. - Это хорошо... – без особых эмоций заметила его мать, и перевела тему: – А как твои успехи сегодня? - С каждым днём всё лучше, – гордо заявил Гю. - Замечательно, – она похлопала сына по коленке, сдержанно улыбнувшись, а затем откинулась на спинку кресла. – Я говорила с доктором, – начала женщина, и в голосе её чувствовался намёк на что-то важное; СонГю вопросительно приподнял бровь, призывая маму продолжить, и она проговорила: – Доктор Ли посоветовал одну клинику в Европе. Он говорит, что шансы на полное выздоровление там в несколько раз выше. - В Европе? – Гю чуть нахмурился. – Где именно? - В Швейцарии. Я уже разузнала про неё, и мне кажется это хорошей идеей. - Разве здесь меня плохо лечат? – поинтересовался СонГю, и его мать пожала плечами: - Это лучшее, что можно найти в нашей стране. Но, Гю-я, когда есть возможность получить более качественное лечение, нельзя её упускать! Доктор Ли может гарантировать лишь то, что ты снова будешь держаться на ногах. В швейцарской же клинике, тебе могут полностью вернуть способность двигаться, как здоровый человек! У них лучшее оборудование, лучшие методики... СонГю качнул головой, жестом прося мать остановиться. Он уже понял её, и больших доводов ему не требовалось – разумеется, он понимал, что если даже его лечащий врач советует перевод в другую больницу, то стоит к этому прислушаться. К тому же сомнений в качестве швейцарской медицины у Гю не возникало. Только вот желания ехать в Европу у него совсем не было. - Мне не хотелось бы уезжать, – сказал он, внимательно глядя на мать. - Мне тоже не хочется отправлять тебя так далеко, – заверила она. – Поэтому я и не обсуждала это с тобой сразу. Но, чем больше я думаю об этом, тем больше мне нравится эта идея. - И... сколько потребуется времени на реабилитацию в той клинике? – спросил СонГю. - Трудно сказать... Доктор прогнозирует месяц-два. - А здесь? - Два-три, как минимум. И нет гарантий, что ты полностью восстановишься, – напомнила женщина. Гю прикрыл глаза, тяжело вздыхая, и откинулся на подушку. - Чем быстрее мы переведём тебя, тем раньше ты начнёшь проходить реабилитационную терапию в той клинике, – убеждала его мать. – Подумай, Гю-я. Но думать, собственно, было не о чем – ясно, как день, что нужно было соглашаться и ехать в Швейцарию. Но всё же СонГю хотелось немного привести мысли в порядок, поэтому он сказал, вновь серьёзно посмотрев на мать: - Хорошо. Дай мне время до завтра. Женщина кивнула, улыбнувшись, и легонько погладила сына по руке. *** - Уезжаешь? На месяц? Это уже решено? – УХён тяжело опустился на диван, стискивая прижатый к уху смартфон одной рукой, другой сжимая тёплое пушистое тельце хомяка, пискнувшего из-за такого грубого обращения. Наму чуть ослабил хватку, усаживая Пикачу к себе на колени и лишь мягко удерживая на месте и более не обращая на него внимания, полностью поглощённый разговором с СонГю. С СонГю, который только что сообщил о том, что уезжает в Европу на целый месяц, а может и больше! Как только будут готовы необходимые документы, он улетит в Швейцарию! Да УХён даже с трудом представлял, где именно та находится! Неужели Ким не может лечиться на родине? Что в этой Швейцарии такого, отчего нужно ехать туда, да ещё так надолго? И бросить Наму тут... Они и так почти не видятся, а теперь и вовсе расстанутся на такой приличный срок! Это не честно! И... и просто разбивает сердце! Но УХён прекрасно понимал, что это необходимо. Он мог сколько угодно возмущаться и ворчать, но он знал, что если бы не было в том необходимости, СонГю не отправляли бы на лечение так далеко. Так что оставалось лишь смириться и пожелать хёну удачи. - Что ж... – проронил Наму после того, как вполуха прослушал объяснения и доводы Гю, которых с него, впрочем, никто не требовал. – Думаю, так будет лучше. И... когда именно ты едешь? - Не знаю, – со вздохом отозвался СонГю, и УХён даже по телефону слышал усталость и печаль в его голосе. – Скорее всего, уже в конце недели. - Так скоро... - Да. Оба помолчали некоторое время и, наконец, Нам негромко сказал: - Я зайду к тебе перед твоим отъездом. - Я буду ждать, – так же тихо отозвался СонГю. И больше им нечего было сказать друг другу в этот момент. Они попрощались, и УХён, прижав хомячка к груди, улёгся на диване, бессмысленно уставившись в стену напротив и думая о том, как сильно он будет скучать по Гю. *** СонГю не нравилось быть одному в чужой стране. Даже когда он был здоров, это не доставляло большого удовольствия, а теперь, будучи во многом зависимым от других людей, и подавно. Он проходил уже лечение в США, почти сразу после получения травмы, и тогда результаты были не очень-то хороши. Медики уверяли, что причины были ещё и в том, что психологическое состояние СонГю на тот момент было не лучшим. Теперь же есть все шансы на полное выздоровление. Его лечащий врач говорил, что положительно влияла поддержка близких, и Ким был с этим согласен, сразу же думая об УХёне в этот момент – ведь именно с его появлением в жизни Гю и здоровье к нему начало возвращаться. Ну, так зачем же тогда он отправился так далеко, лишая себя этой самой поддержки? Впрочем, даже на расстоянии от семьи и Наму в этот раз СонГю был полон решимости вернуть себе способность ходить. Он не был размазнёй, как год назад, и намеревался доказать в первую очередь УХёну, что может снова стать независимым и больше не быть беспомощным. Хотя... тот как раз в этом нисколько и не сомневался. Гю очень старался, следовал всем предписаниям врачей, много занимался – и делал большие успехи. И всё равно время тянулось безумно долго, и Ким считал дни до того момента, когда же, наконец, сможет вернуться домой. Он уже учился заново ходить и мог самостоятельно стоять... Жаль, никто из близких не видел, как он делает эти первые шаги. Хотя, может, и к лучшему – потому что получалось безумно неловко. Но СонГю всё равно хотелось, чтобы УХён был рядом – поддерживал его и подначивал, шутил и сам смеялся бы над своими шутками, помогал бы, говорил бы, что верит в Гю. Без Наму всё было тусклее, чем могло бы быть. Конечно, парень звонил, и они с Кимом хвастались друг другу своими успехами... но этого было мало. СонГю не мог в полной мере поделиться с ним своей радостью. А Наму тем временем успешно поступил в университет. Его мать даже чуть не всплакнула от радости, что хоть один из сыновей получит высшее образование. Сам УХён был безмерно горд собой, и у него сразу же появилась куча планов на будущее. Его просто распирало от желания обсудить всё с СонГю, но... он решил повременить с этим. Пускай хён сначала вернётся, и тогда уже Нам ошарашит его новостью – ему хотелось видеть лицо Гю, когда тот узнает об успехе УХёна. А вот матери СонГю рассказать обо всём стоило поскорее. Тем более, что уже через несколько дней после его поступления, она пригласила УХёна к ним домой. Приняла его радушно, как и всегда, но, казалось, стала держать парня на большей дистанции. Впрочем, это Наму не удивило – ведь теперь он не был так важен для этой семьи, как раньше. - Поздравляю, УХён-а, – узнав о том, что теперь парень будет учиться в университете, с улыбкой сказала женщина. - Спасибо, – сдержанно отозвался Нам, понимая, что позвали его сюда не для поздравлений – мать Гю ведь до этого и не знала о поступлении УХёна. - Я очень рада за тебя. И всё как раз вовремя, – продолжила женщина. – Ты ведь, наверное, понимаешь, о чём я хочу поговорить с тобой? УХён не совсем понимал, но догадывался, и его догадки подтвердились, когда на его вопросительный взгляд, мать Кима сказала: - СонГю быстро поправляется. Я вчера общалась с его врачом, и прогнозы просто замечательные. Поэтому, можно больше не сомневаться, что твоя помощь ему уже не потребуется. УХён искренне улыбнулся: - Я рад за хёна, – сказал он. - Не сомневаюсь, – кивнула женщина. – Он уже может ходить... - Серьёзно?! – Наму едва не подпрыгнул на стуле – СонГю ему об этом не рассказывал, хотя они вчера переписывались в Какао. - Не без помощи, конечно, и совсем немного, – пояснила мать Кима, но гордости в голосе скрыть не могла. – В любом случае, он уже будет полностью самостоятельным, когда вернётся. УХён понял, к чему она ведёт, но сейчас его это даже не сильно волновало – новость о том, что Гю снова ходит, настолько впечатлила его... как и то, что хён ему о таком не рассказал. - УХён, мы тебе очень благодарны, – продолжала говорить женщина, протягивая Наму довольно пухлый конверт «благодарностей». – Надеюсь, между нами не останется недопонимания. - Да... конечно, – УХён на автомате взял конверт в руки. – А... мне нужно забрать свои вещи, наверное... У него в этом доме ещё оставалось достаточно вещей – он не всё увёз с собой, переезжая к брату. Ведь не ясно было, насколько успешно пойдёт лечение Гю, и не хотелось спугнуть удачу излишней уверенностью. Но теперь-то, Нам мог оставить дом Кима с чистой совестью... И тяжёлым сердцем. - Да, но можешь не торопиться, – великодушно разрешила теперь уже бывшая хозяйка УХёну. - Ммм, хорошо. Тогда я на днях заеду на машине – я просто сегодня на скутере, и... - Не беспокойся. - Ладно, – УХён встал и, помолчав некоторое время, не решаясь просто уйти, спросил: – А когда хён вернётся? - Довольно скоро, – расплывчато ответила мать Гю. Возможно, она и сама точно не знала, а возможно, не считала нужным говорить это Наму. Впрочем, если уж сам СонГю не удосужился поделиться с ним новостью о том, что он выздоровел, то чего ждать от его матери? УХён чувствовал досаду, ощущал себя ненужным, брошенным... И ему даже в голову в этот момент не приходило, что он сам поступил точно так же, как Гю – он ведь не сообщил ему о поступлении. Но всё же – это события совершенно разного уровня! Ким не должен был скрывать такого! Да и об увольнении УХёну тоже мог бы сказать сам. Или ему всё равно? Конечно, им никто не мешает общаться и впредь, но Наму вот уже скучал по СонГю, не проводя с ним, как раньше, почти всё своё время. Он привык к этому, и теперь ощущал пустоту из-за отсутствия хёна. А, представляя, что так будет всегда, и вовсе тосковал. Его утешали лишь мысли о том, что, когда Гю вернётся, они будут видеться чаще, и снова смогут не только говорить, но и касаться друг друга, ласкать, заниматься сексом – этого ведь тоже очень не хватало УХёну. Только вот захочет ли теперь СонГю продолжать подобное? Эта мысль мучила Наму, заставляя сомневаться в себе и чувствах Гю к нему, в их отношениях. Когда Ким был рядом, он мог развеять эти сомнения, но сейчас, когда он так далеко, ничто не помогало УХёну справиться с волнением и страхом потерять СонГю. Что, если теперь они будут просто друзьями? Наму этого недостаточно, нет. Сможет ли он вести себя, как ни в чём не бывало, не имея возможности заполучить Гю полностью? Вряд ли. Он знал себя и не сомневался, что его эмоции и желания точно попросятся наружу. И привести это может к чему угодно – даже к разрыву любых отношений с СонГю, если тот не разделит чувств Наму. А как вести себя сейчас? Это тоже был большой вопрос. Написать Гю и спросить прямо, почему он больше не посвящает УХёна в свою жизнь? Или подождать и посмотреть, сделает ли тот это наконец? А, может, у СонГю есть свои на то причины? И не стоит его беспокоить... Или же он действительно пытается отдалиться, осознав, что тот характер отношений с Наму, который они имеют сейчас, нужно менять. В тот день УХён изводил себя этими мыслями непрестанно. Попрощавшись с матерью Гю и забрав всё же кое-какие вещи, он отправился домой, но не выдержал одиночества (компания хомяка не была особо весёлой), и, вызвонив друзей, вместе с ними рванул развлекаться по барам и клубам, и ушёл в такой отрыв, в котором давно не бывал. Он не видел ни одного сообщения от СонГю в тот вечер, и лишь на следующий день, проснувшись ближе к обеду, он ответил Киму на его совершенно отстранённые и бессмысленные фразы. Так же бессмысленно и отстранённо. И односложно. Нет, он не был обижен... ну, разве что немножко. Он просто не знал, как правильней поступить. И, чтобы не наделать глупостей, УХён предпочёл быть сдержанным. А на деле вышло слишком холодно. СонГю не мог не почувствовать, что что-то не так, и напрягся. Но, помня о присущих УХёну перепадах настроения, он постарался не придавать значения его внезапной необщительности. У Гю и у самого частенько бывали моменты, когда ему просто не хотелось ни с кем разговаривать – особенно раньше, – поэтому он просто не стал беспокоить Наму, ожидая, что тот сам, когда придёт в свою эмоциональную норму, напишет ему или позвонит. Только вот УХён в норму без помощи Гю прийти не мог. И, фактически, их общение почти сошло на нет. Но СонГю предстояла выписка, а Наму занялся подготовкой к учебе и переезду в общежитие, и потому оба не заметили, насколько они стали далеки друг от друга. Ким думал только о том, как он скоро вернётся домой и, конечно, ждал встречи с УХёном с нетерпением. А Нам боялся, что СонГю, вернувшись, не поспешит встречаться с ним. И, не желая думать об этом, отвлекался на всё, что угодно, только бы не на мысли о Гю. Но УХён надеялся, что Ким хотя бы предупредит его о том, что возвращается, а не поставит уже перед фактом. И, к счастью, так оно и оказалось – СонГю ещё за три дня написал ему, что вернётся в эту субботу. Кстати, они больше не созванивались, а лишь переписывались, словно боялись услышать голоса друг друга. Хотя ни один из них не смог бы точно объяснить, почему же они так поступали. Наму был рад возвращению Гю, и первым порывом его было встретить его в аэропорту... но он был занят все выходные, пообещав брату помочь с работой. И, хотя желание было велико, УХён подумал, что так будет лучше, воспринял это как знак... Хотя и чувствовал себя идиотом. Но, в конце концов, за Гю приедет мать, с водителем... Наму там в любом случае нечего делать. Что он сможет? Обнять хёна при встрече? И всё. И тут же попрощаться и уйти, глядя в спины счастливому семейству. Он больше не был уверен, что они его позовут с собой. Лучше они встретятся с Гю позже – без посторонних глаз, когда можно будет поговорить откровенно и, если повезёт, позволить себе больше. Если повезёт, и если СонГю будет не против... А он не был бы против совсем, более того – он очень желал этого. Он так скучал по УХёну, сам поражаясь тому, насколько сильно он привязался к нему. Он хотел увидеть его больше, чем кого-либо, обнять, прижать к себе крепко, поцеловать. Холодность парня смущала его, но он надеялся на то, что это всё из-за расстояния, и когда они вновь окажутся рядом, УХён снова будет таким, каким его помнил и любил СонГю. Они не виделись всего пару месяцев! Это не тот срок, за который отношения меняются безвозвратно. Если бы ещё Гю мог поставить себя на место Наму и испытать все те же эмоции, что испытывал парень... Но их характеры были абсолютно разные, и потому Ким даже представить не мог, как умело накручивал себя УХён. А уж если бы СонГю было известно про увольнение тонсена, он бы тем более понял, что всё совсем не гладко. Но узнал он об этом только по возвращении домой. Он сам вышел из самолёта, и сам же на своих ногах подошёл к матери, которая встречала его, еле сдерживая слёзы в глазах, сияющих гордостью за сына. Гю тяжело опирался на трость, но шёл уверенно, хотя и сильно уставая поначалу даже от небольших расстояний. Он был так рад вернуться домой, увидеть родных... и так хотел увидеть и УХёна тоже. Но Наму предупредил, что не сможет приехать в аэропорт. Впрочем, это было и ни к чему. Они же встретятся дома вечером, верно? Ведь раз уж СонГю вернулся, то и УХён должен снова жить в его доме и выйти, наконец, из своего затянувшегося отпуска. Но Наму вечером не появился. Для Гю время пролетело незаметно, и он слишком устал от перелёта, путался из-за смены часовых поясов, поэтому он уснул, не дожидаясь УХёна и даже не позвонив ему. А наутро, проснувшись в своей постели, СонГю улыбнулся тому, что может встать самостоятельно, что он и сделал, пусть с некоторыми усилиями, но всё же сам. В комнате всё ещё напоминало о его недуге – его инвалидное кресло стояло в углу, перекладина и поручни в ванной остались на месте, кнопка вызова помощника всё также располагалась на тумбе... Только вот где же сам этот помощник? Гю умылся, оделся и отправился вниз – на первый этаж... правда, лестница выглядела, как непреодолимое препятствие. - Господин СонГю! – окликнула парня экономка, увидев его, в нерешительности замершего наверху лестницы. – Постойте! Я помогу вам. Ким недовольно поджал губы, но отказываться от помощи не стал – он действительно всё ещё не мог уверенно проделывать некоторые вещи сам. - Спасибо, СуЁн-щщи, – поблагодарил женщину Гю, когда они спустились вниз, и не удержался от вопроса, проговорив ворчливо: – А где УХён? Экономка удивлённо посмотрела на парня и ответила просто: - Нам УХён здесь больше не работает. СонГю так же удивлённо посмотрел в ответ и, подумав, что они с СуЁн просто недопонимают друг друга, быстро сказал: - Ну, да, пока я был заграницей, конечно... Но разве ему не пора бы вернуться? Экономка была уверена, что УХён уволен – она говорила и с хозяйкой, и с ним самим... в конце концов, она знала всё о прислуге в этом доме (хотя Нама и нельзя было в полной мере относить к таковой). Но она могла не знать о каких-то договорённостях, поэтому не решилась утверждать что-то и лишь посоветовала: - Думаю, вам нужно поговорить об этом с вашей матерью. - Да, так и сделаю, – кивнул СонГю, соглашаясь с тем, что это верная идея. – Она у себя сейчас? - В кабинете, – ответила СуЁн, и Ким похромал туда. Его мать работала, что-то печатая на ноутбуке, когда СонГю вошёл в кабинет. Она подняла голову и улыбнулась сыну, отвлекаясь от дела: - Гю-я! Как ты себя чувствуешь? - Как дома, – мягко улыбнулся он в ответ, садясь в мягкое кресло по другую сторону рабочего стола матери. - Замечательно, – сказала она. – Не могу насмотреться на то, как ты вновь ходишь на своих ногах... - Я и сам не могу привыкнуть, – усмехнулся Ким. – Хотя мне ещё многое трудно. - Со временем ты всё сможешь! – жарко заверила его мать, сжав его ладонь, лежащую на столе. - Конечно, – СонГю закивал, а потом, помолчав немного, произнёс: – Но с УХёном сейчас было бы легче. Кстати, где он? Женщина вопросительно посмотрела на Кима, чуть отстраняясь, и выпуская его руку из своих ладоней. - А он должен был прийти? – спросила она. - В смысле?.. – СонГю наморщил лоб обескураженно. – Разве ему не пора прекратить свой отпуск? - О... СонГю-я, – его мать выглядела так, словно вспомнила о чём-то, – УХён уволен. Уволен? Как это? Когда? Почему СонГю не знал? Ему никто не сказал – ни мать, ни сам Наму... И зачем было его увольнять? УХён всё ещё нужен ему! Нет, то есть... он всегда будет ему нужен, но сейчас не только, как дорогой ему человек, но и как незаменимый помощник! И теперь его не будет рядом... Какого чёрта? А Наму это всё устраивает? Почему они не поговорили с ним об этом? Это было просто нечестно... - Ты уволила его? – Гю ушам своим не верил. – И даже не спросила меня? Ничего не сказала! Парня охватили отчаяние и злость, и его едва не начало трясти от этих раздирающих эмоций. Он резко поднялся из кресла, сверкая глазами. Как мать могла так поступить с ним?! С ними. - Как ты... – начал было СонГю, но его мать, поморщившись, прервала его: - Гю-я!.. – устало протянула она и раздражённо добавила: – К чему эта драма? Я его уволила, а не выслала из страны! Что тебе мешает позвонить УХёну, раз уж ты соскучился? Ким моментально остыл: точно, Наму просто больше не работает в их доме, но это же не значит, что они не могут видеться! Тем более, что Гю теперь здоров и может без проблем выходить из дома и отправляться без сопровождения, куда захочет. Ну, почти без проблем. Он кивнул на слова матери задумчиво и собрался было выйти из комнаты, как та негромко, но очень серьёзно произнесла: - Но знай, что я не одобряю ваши отношения. СонГю широко распахнул глаза, испуганно глядя в лицо матери, чьи брови были чуть нахмурены, а губы плотно сжаты. О чём она? Неужели она обо всём знает?.. Нет, не может быть. - Считаешь, что никто ни о чём не догадался? – вскинула брови женщина, видя в глазах сына сомнения и вопрос. – Гю-я, я не глупа. Я прекрасно понимаю, что было между вами. И, хотя это и шокировало меня, но я подумала, что, возможно, тебе было это необходимо. Ты взрослый мальчик, и сам можешь решать и, если уж УХён был так тебе нужен, я просто закрыла на это глаза – в конце концов, ты и так многого лишился в жизни. Было бы жестоко отбирать что-то ещё, что снова начало приносить тебе радость. Но... СонГю, теперь ты здоров, и можешь вернуться к нормальной жизни, – с убеждением произнесла женщина, с надеждой глядя на сына. – Я очень надеюсь, что с этим мальчиком вы останетесь всего лишь друзьями. СонГю слушал мать и пытался переварить её слова. Она всё знала. Причём, давно. Кима охватило чувство стыда, осознание собственной глупости... и страх за их отношения с УХёном. И в то же время он испытывал благодарность и уважение к матери, которая смогла так спокойно отнестись к их с Наму связи. Даже несмотря на то, что та ей явно не нравилась. Но всё же Гю придётся её разочаровать. - А, если нет? – спросил он, смотря в глаза матери настороженно, но уверенно. – Ты откажешься от меня, если я останусь с УХёном? Похоже, явно не этих слов ожидала мама Гю. Она на пару секунд устало прикрыла глаза, но затем, вновь посмотрев на сына, сказала печально: - Я уже однажды едва не потеряла тебя навсегда. Думаешь, я настолько глупа, чтобы после такого добровольно отказаться от своего сына? - Нет, – качнул головой СонГю, неуверенно улыбнувшись, – я думаю, что ты удивительно чуткая, понимающая и мудрая женщина. - Подхалим! – фыркнула она, но тоже улыбнулась, а затем, помолчав немного, сказала: – Мне нравится УХён... Но не в качестве невестки. - Мам! - Делай, что хочешь. Но очень тебя прошу – не ломай свою жизнь. - Ни за что, – пообещал Ким. – А ты, пожалуйста, прими нас. Его мать лишь отмахнулась, больше не желая разговаривать на эту тему и не будучи готовой действительно сейчас принять отношения сына с мужчиной. Но и отказать ему она тоже не могла. Похоже, ей просто придётся смириться с этим. Или подождать, когда эта блажь пройдёт. А она пройдёт – в этом сомнений не было. Зато у Гю сомнений не было совсем в другом – а именно в том, что он хочет быть с УХёном, и увидеться с ним ему необходимо, как можно скорей. Вернувшись к себе, СонГю набрал номер Наму, в ожидании его ответа на звонок нетерпеливо постукивая пальцами по набалдашнику трости, тяжело опираясь на неё. УХён, похоже, не торопился снять трубку, но Ким продолжал слушать гудки, уверенный в том, что тонсен, наконец, ответит. - Хён! – после очередного гудка, всё же раздался голос парня, и было слышно, что УХён явно запыхался. – Прости, никак не мог ответить – руки были заняты. Я помогаю в ресторане сегодня, – объяснил он, хотя Гю даже не успел задать вопрос. – Как ты? Хорошо долетел вчера? Почему не позвонил? Наму сыпал вопросами так, будто действительно скучал, хотя у СонГю уже и начали зарождаться на этот счёт сомнения. И он не удержался от ворчливого комментария: - Ты мог бы и сам позвонить. - Я весь день крутился, как белка! – возмущённо и обиженно отозвался УХён, но потом, пару секунд помолчав, добавил негромко: – Прости. Я правда хотел. Хотел позвонить, но не хотел мешать. Ведь хён сам ему даже не написал, и Наму почувствовал себя отброшенным на обочину жизни Гю. Сейчас он ощущал такую же неуверенность в отношении Кима к себе, как в самом начале этих самых отношений. И, несмотря на то, что он очень хотел с ним встретиться, в то же время и боялся встречи, слишком волнуясь и не зная, как они оба будут себя вести. А, судя по тому, как недовольно звучал голос СонГю (хотя они так давно не разговаривали друг с другом, и он мог бы быть хотя бы немного милее!), тот был не в самом радужном настроении: - А сказать о своём увольнении ты, я надеюсь, тоже хотел? – поинтересовался Ким едко. - Я?! – УХён даже чуть не поперхнулся воздухом, поражаясь такой нелепой претензии. – А тебе не кажется, что всё наоборот немного, а, хён? Гю явственно расслышал раздражение в голосе Наму и, начиная подозревать их обоих в недопонимании, уточнил: - Ты думал, что я в курсе?.. УХён помолчал немного, соображая, и спросил: - А разве нет? - Представь себе, – устало выдохнул СонГю. - О... – Наму растерялся. – А я... злился на тебя за то, что ты мне сам не сказал... - Ты идиот, Нам УХён. - Знаю, – нервно усмехнулся парень. - Видимо, подзабыл, пока меня не было, – фыркнул Ким. - Конечно, – Наму улыбался, и Гю слышал это по его голосу. – Ведь некому было постоянно напоминать. СонГю в этот момент снова накрыло тоской по УХёну – он так хотел увидеть его, наконец! Тем более, что им явно нужно поговорить, потому что, похоже, в голове Наму полный бардак и тьма глупых сомнений. - Когда ты приедешь? – тихо спросил он у тонсена. - Ммм... мне нужно забрать вещи, поэтому завтра я одолжу машину у брата, и тогда заеду прямо с утра. Завтра... Он совсем не скучал что ли?! УХён должен был приехать ещё вчера, а не оттягивать встречу ещё и на завтра. Или он это нарочно? СонГю запутался, и вновь ощущал неуверенность в себе. Его так и подмывало спросить: «Ты не хочешь меня видеть?» Но это было бы совсем глупо. Поэтому, сдержавшись, он только сказал: - Хорошо. Увидимся. - Увидимся, хён. *** СонГю раньше не задумывался о том, что будет с ними с УХёном, когда он выздоровеет. Его не пугало то, что УХён уволится и переедет – лишь немного печалило, но при этом Гю был уверен, что они с Наму и дальше останутся в тех же близких (более, чем близких) отношениях, что и прежде. А вот теперь он понял, что у тонсена, кажется, такой уверенности не было. УХён остановился напротив СонГю, зайдя в его комнату и прикрыв за собой дверь. Он улыбнулся так искренне и счастливо, окидывая хёна с ног до головы, что тот почувствовал, как сердце его забилось чаще, хотя и до этого оно колотилось взволнованно. Но кроме улыбки Гю ничего не получил – УХён не обнял и даже не подходил близко. Он словно не знал, может ли он это себе позволить. По большому счёту, так оно и было – Наму чувствовал себя неловко. Он ждал какого-то знака от СонГю, хотел быть уверенным в том, что всё ещё может рассчитывать на привязанность хёна, боялся обмануться и быть отвергнутым. А Гю... Гю не думал, что ему придётся что-то говорить! Он не был к этому готов. Всегда будучи неловким в выражении своих чувств и эмоций, сейчас он впал едва ли не в ступор, не зная, что нужно делать. УХён не хочет ему помочь и сделать первый шаг? Похоже, что нет... Но сам СонГю не справится. Что, если на его слова Наму даст понять, что всё в прошлом? Что Гю теперь просто друг. За два месяца многое могло измениться. Ещё недавно Гю думал совсем иначе, но, глядя на УХёна, нерешительно замершего на пороге, он изменил своё мнение. И где тот активный уверенный в себе и в меру наглый Нам УХён? Почему сейчас он такой тихий? Всё дело в том, что он потерял интерес? Или боится, что Гю потерял интерес? Ким понимал, что он должен прямо сказать о своих чувствах, чтобы добиться того же от Наму... Но это было так сложно, чёрт подери! - Привет... – вымолвил, наконец, УХён, делая пару шагов к СонГю. - Привет, – Ким улыбнулся в ответ, хотя улыбка эта и вышла не такой радостной, как у Наму, а скорее взволнованной. - Ты... стоишь, – глаза Наму светились при взгляде на ноги Гю. - Да, – смущённо усмехнулся тот. – А ты поступил в университет... - Да, – УХён улыбнулся ещё шире. – А ты сомневался? - Ммм... совсем немножко, – прищурился Ким, пальцами изобразив, насколько мало он сомневался. - Так я и думал, – делано обиженно фыркнул Наму, чуть расслабляясь. - Я рад за тебя, – признался Гю и шагнул к парню, опираясь на трость. УХён на автомате взволнованно подался вперёд, желая подхватить Кима, помочь ему, но... в последний момент остановился, понимая, что этого больше не требуется. Это было здорово, правда... Но в глубине души Нам испытывал сожаления – и ненавидел себя за это. Он радовался за Гю, был счастлив, что тот вновь может ходить!.. Но УХёну так нравилось быть незаменимым и необходимым, так нравилась зависимость Кима от него. Но самого СонГю-то ведь это вряд ли устраивало. Теперь он счастлив и независим. Наму стушевался и снова отступил на шаг, отведя взгляд и нервно облизнув губы. СонГю и сам смутился – порыв парня был ему приятен, но, как и он, Ким тоже почувствовал странную тяжесть на сердце оттого что был этот порыв излишним. - Что ж... тебе больше не нужна нянька, – слабо улыбнулся УХён. - Да, не нужна, – согласился СонГю, ответная улыбка которого была печальной, но Наму не замечал этого за своей собственной грустью. Он не хотел показывать своих эмоций хёну – тот мог неправильно его понять, а это было совершенно ни к чему! Наму всё равно не смог бы объяснить свои чувства Киму, ведь он и сам запутался в них. Нужно было уходить, осмыслить произошедшие изменения, настроить себя на то, что отношения с СонГю будут иными... - Ну... тогда... увидимся ещё! – УХён взмахнул рукой и, развернувшись, медленно пошёл к выходу из комнаты. Гю смотрел ему в спину, поражаясь этому внезапному прощанию, не понимая, что пошло не так. Он хотел остановить Наму и знал, что для этого нужно сделать, но не решался сказать то, что крутилось у него на языке. Было страшно остаться не понятым, страшно получить отказ... Но, если он сейчас не скажет этого, то не сможет уже сказать никогда! Он упустит момент и потеряет свой шанс из-за собственной трусости! - УХён! – СонГю сам не понял, как окликнул парня. Тот резко обернулся, глядя с надеждой и невысказанным вопросом во взгляде. Ким ответил прямым уверенным взглядом и произнёс: - Нянька не нужна. А ты – нужен. УХён судорожно сглотнул, чувствуя, как сердце, бешено стуча, словно пытается выбраться наружу. Парень поверить не мог в то, что СонГю... хочет, чтобы он остался?.. - Ты можешь остаться, как мой... друг? – предположил Ким, но на последнем слове его голос едва заметно дрогнул взволнованно. Наму же было сложно сдержать сумасшедшую улыбку и, вновь обретя уверенность, он спросил, хитро сверкнув глазами и делая маленький шаг в сторону Гю: - Просто друг? Хм, боюсь, это меня не устраивает... СонГю сощурился, изображая настороженность, но игру подхватил: - Близкий друг. - Насколько близкий? – УХён сделал ещё шаг. - Ближе некуда, – выдохнул Гю, сокрушённо покачав головой. Наму, в мгновение оказавшись совсем рядом, обвил руками торс Кима, прижимая парня к себе, и прямо в губы ему прошептал: - Если только настолько близкий... СонГю, отбросив трость, крепко обнял УХёна в ответ: - И только попробуй отдалиться!.. - Ни за что... Наму прильнул к губам Гю, жадно целуя, прижимаясь к хёну всем телом, оглаживая его спину ладонями, не желая отпускать его ни на секунду. Как мало ему было нужно для того, чтобы отбросить все сомнения прочь! Гю хочет быть с ним, Гю не гонит его. Так что, нет уж, Нам ни за что не отдалится. И Киму не позволит никуда сбежать. И, пускай теперь СонГю не зависит от УХёна – зато УХён целиком и полностью зависит от СонГю.