Иди к черту!!!

Для человека, проснувшегося в брезентовой палатке, это утро могло быть добрым и радостным. Но когда ты спал урывками, стоя со связанными руками, стараясь не опираться на простреленную ногу, это кажется менее возможным. Именно таким и было утро обыкновенной девушки, которая оказалась не в том месте, не в то время и не с тем зайцем. Подумать только, как одно маленькое решение может изменить ситуацию. Еще вчера утром она была радостна и относительно свободна, а день спустя она может думать только о Финне, очнувшимся только под утро, и ноге, нещадно ноющей. Черт бы побрал этого несчастливого зайца! И мальчишку, выскочившего под стрелу! Ему повезло, что животное находилось на возвышении, а то прощай идиотская прическа… И как она их не услышала, хотя это можно объяснить скалами и эхом, которое они создают. Уж чего они точно не ожидали, так это помощи. Но она явилась в лице брюнетки. — Линкольн передает привет. — тихий шепот будто разрезал мрачную тишину помещения, от чего казался криком, а слова чуть не довели Кларк до обморока. Еще больше землянка удивилась, когда девушка присела и сняла повязки, разглядывая ее рану. — Она еще не загноилась, но скоро может, так что я обработаю ее и наложу свежую повязку. Если твой друг хочет бежать, то ему следует знать, что болты, прикрепляющие цепи его рук к стенам слегка разболтаны. Удачи… И она исчезла также, как и пришла. Буквально через несколько минут послышался скрип люка, и какой-то мальчишка, отходивший отлить, уселся на коробки напротив них.

***

Беллами разбудил лучик солнышка, ворвавшийся к нему через приподнятую ткань входа палатку. Другое дело, кто эту ткань посмел тронуть. Ответ последовал незамедлительно. — Братишка, ты еще спишь?! А ну, подними свою задницу и разлепи веки, потому что наш ждет долгая прогулка! — чтобы описать Октавию потребуется гораздо больше трех прилагательных. Умная? Да. Красивая? Еще бы. Неугомонная? Шестнадцать лет под полом явно не добавляли ей смирения. — Почему я? — прохрипел обожаемый брат в подушку, мечтая стать морским огурцом на ближайшие три часа. — Ты прав! Вокруг столько парней! Глаза разбегаются! Как думаешь, Эрик согласится проводить меня к реке за водорослями? — Не говори ерунды! Я уже встаю! — вяло натянув футболку, брюнет выполз на свежий воздух с непреодолимым желанием убивать. — Зачем тебе водоросли? — Они хорошо обеззараживают раны! — ухмыльнулась девушка и гордо направилась к воротам. — Раны? — в голове жутким роем пронеслись воспоминания прошлого вечера: костер, брюнетка в его постели, Мерфи, «Челнок», пленные. — Черт, О! Я совсем забыл, меня ждут парни. Я попрошу Миллера сходить с тобой, ладно? — ему не потребовалось много времени, чтобы дойти до «Челнока». Но у входа он почему-то остановился. Правильно ли пытать землянина? Интересно, что бы сделали эти дикари, получив в руки человека, обладающего информацией? Тоже пытали? Тогда чем он лучше их? Что делать с пленниками после? Убить? Ему всегда были ненавистны глупые законы на «Ковчеге», обрекшие его мать на смерть, а сестру на заточение. А теперь он сам считает себя достойным проговаривать к смерти? — Бел, я, конечно, понимаю, что ежедневную связь с космосом никто не отменял, но может ты вернешься к насущным проблемам? Они ожидают тебя наверху, связанные и некормленые. — насмешливый голос и издевательская улыбка быстро опустила Блейка на Землю. Он все еще был лидером, который кое-что должен своим друзьям. — Сейчас ты с космосом говорить начнешь. — он твердым шагом вошел в «Челнок». — Когда Окти вернется, попроси ее осмотреть рану землянки. — Сменил гнев на милость? — удивленно спросил Мерфи. — Типа того.

***

Поднявшись на второй этаж, Беллами обнаружил пленников в подавленном настроении. — Никто из вас не хочет ничего сказать до того, как мы начнем? — землянин пришел в себя и теперь смотрел на Блейка презрительным взглядом. В этот момент со стороны девушки послышалось покашливание. — Будешь говорить? Кивок обозначил согласие, и Беллами снял повязку. Пока девушка отплевывалась, он продолжил. — Ты знаешь английский? — Я — да. — прозвенел надменный голосок маленькой блондинки. Взгляд парня пробежался по девушке. Голубые льдинки глаз пробежались по нему в ответ. — Что тебя интересует? — насмешливо осведомилась землянка. — Что вы делали в лесу? — Охотились. — На кого? — Не на идиотов. Я твоих людей не видела. — Думаешь я поверю, что вы их не слышали? — Я говорю правду. — протянула девушка. — А твой друг? — она улыбнулась и заговорила на своем языке. — Ночью постарайся освободить руки. Та девушка сказала, что болты на твоих цепях расшатаны. — Хорошо, что еще она сказала? — Что он ответил? — спросил Беллами, следивший за ними все это время. — Что не видел и не слышал их. — Сколько вас здесь? — Двое. — ласково, будто дебилу, ответила она. — Не здесь конкретно! В этих лесах! На этой земле! — злобно прошипел парень. — Больше она ничего путного не сказала, но вошла и ушла она не через люк. — вновь перешла на другой язык девушка. — Значит возле тебя есть лаз. — кивнул землянин, не будь его губа разбита, он бы улыбнулся. — Когда выберешься, сразу уходи. — Я вернусь за тобой. — Не нападайте с горяча. Сам же видел — здесь одни дети! — Мой вопрос не был длинным! — прервал их Блейк. — Ты что сама не знаешь, как много людей в твоем народе? — Я многое знаю! И могу с уверенностью тебе сказать, что мой народ вам не одолеть! Нас много, мы сильны и знаем эту планету лучше вашего! — прорычала землянка. — Если тебе нужен более точный ответ, пойди покричи в лесу! — От моего настроения зависят ваши жизни! — Блейк начал сомневаться в своем терпении. — Если ты убьешь нас, мой народ сотрет твоих задохликов с этой планеты в мгновение ока! — усмехнулась девушка. Ответить ему не дала Октавия ворвавшаяся в помещение с бинтами, отваром из водорослей и хорошим настроением. — Что, братик, ты уже и землян достал своим характером? — прощебетала она и принялась обрабатывать ногу застывшей от удивления Кларк. Ночью без света лампы было невозможно разглядеть внешность приходившей девушки, но голос блондинке запомнился. Было довольно странно узнать, что сбежать им помогает член семьи, управляющей этими людьми. — Октавия! — возмутился все еще раздраженный парень. — Я шестнадцать лет Октавия! Все жалуются, ты не единственный! — рассмеялась брюнетка. На несколько минут воцарилось молчание. Вскоре рана было приведена в порядок и перевязана бинтом. — Судя потому, что я слышала, поднимаясь сюда, разговор у вас ладится, но не на те темы, и не в тех интонациях. Дыши глубже, братик. — Если ты закончила, можешь идти. — скрепя зубами произнес Беллами. — Да, я закончила! — она вскочила на ноги и направилась к выходу. — Спасибо. — произнесла землянка, обращая на себе взгляды Блейков. — Пожалуйста. — кивнула Октавия и, улыбаясь начала спускаться по лестнице. Подождав пока люк закроют, Беллами подошел к землянке вплотную. — Больше не испытывай мое терпение! — злобно произнес он. — А ты — мое. — спокойно ответила девушка. — Еще что-то узнать хочешь? — Зачем вы убили Люка? — Я не знаю кто такой Люк. Но просто так мы не убиваем. Он мог сделать что-то плохое. — пожала плечами блондинка. — Он просто переходил реку. — Я не знаю, почему его убили. — А твой парень? — Он не мой. — едко бросила в ответ землянка и заговорила на своем языке. — Ты знаешь, почему его убили? — Точно не знаю, но говорили, что они были возле горы, и он зашел на наши земли. — неохотно ответил Финн. — Нам говорили не разговаривать с ними, почему ты отвечаешь? — Ты должен быть в сознании и способным быстро двигаться. — Я знаю, но ты говоришь слишком много! — Он сказал, что вы приблизились к горе и зашли на нашу территорию. — вновь заговорила она на английском. — Мы не знали, что здесь вообще есть чьи-то территории. Наши люди думают, что Земля необитаема. И почему нельзя подходить к горе Уэзер? — Ваши люди еще многого не знают. — ответила девушка устало вздохнув. — У тебя есть еще какие-то вопросы? — Что вы собираетесь предпринять по отношении к нам? — задал Беллами главный вопрос. — Я не знаю. — Не ври! — Я не знаю! Мне не сообщают о всех планах клана! Но все зависит не только от наших действий и решений. — многозначительно подняв бровь, ответила землянка. Беллами долго молчал, обдумывая слова землянки. Она имела в виду перемирие? Возможно ли это? — Как тебя зовут?