Дважды несправедлива

      Наконец, добравшись до дома, Бонна вошла, закрыла дверь и установила защитные чары. Включать свет не хотелось. Она не раздеваясь, тихо опустилась по стене вниз и осела на пол. Только сейчас девушка осознала, что этот день, начавшийся так легко и непринужденно, оказался насыщенным, длинным и тяжелым. Сарбонна утомленно закрыла глаза. Неожиданно руки коснулось что-то пушистое.       — Мона, милая моя, девочка. Ты ждала меня?       Кошка устроилась у ног хозяйки и ласково замурчала. Так в темной прихожей они просидели вместе какое-то время.       — Нет, дорогая, совсем не дело здесь оставаться. Так и уснуть можно, — голос Бонны прозвучал тихо.       Девушка устало поднялась, убирая с лица растрепавшиеся волосы и, сняла мантию. Когда с тела вниз упали последние вещи, она перешагнула через них и направилась в ванну. Кошка семенила следом. Теплая вода, лаская и успокаивая, медленно стекала по длинным волосам. На пол падали осколки стекла и блестели в воде, напоминая о сегодняшнем происшествии. Тело Бонны внезапно содрогнулось, а слезы потекли по щекам. Она закрыла лицо ладонями.       «Дора! Дура набитая! Самоотверженная идиотка! И о чем она только думала? Такие сильные оглушения, а если бы непростительное?! И как потом жить? Ненавижу!!! Сама ее убью! Пусть только выйдет из Мунго!!!» — продолжала всхлипывать девушка, опускаясь вниз и усаживаясь на пол.       Мона, устроившись в некотором отдалении, вопросительно смотрела на хозяйку.       — Что? — Бонна, не выдержав, обратилась к кошке. — Хочешь спросить, как бы я поступила?       Девушка и кошка смотрели друг на друга. Голубые глаза Моны смотрели не отрываясь, казалось, не упуская ни одного движения хозяйки.       — Ну, что ты как Дамблдор смотришь, пронизывая меня насквозь? — сквозь слезы спросила Бонна и немного улыбнулась, вспомнив старого волшебника. — Да, я такая же дура, как и моя подруга. И — да, я поступила бы так же.       Бонна постепенно приходила в себя, а слезы утихали. Она поднялась и выключила воду. Накинув халатик, она прошла в столовую, но ни есть, ни пить не хотелось. Понимая, что не уснет, Сарбонна направилась в библиотеку и зажгла свечи. Выбрав книгу, девушка устроилась на диване и укрылась пледом.       В этой большой библиотеке весь периметр комнаты занимали высокие шкафы под потолок, заполненные как старыми магическими, так и магловскими книгами, которые находились в идеальном порядке. Около камина стоял массивный стол с двумя старыми подсвечниками. В центре уютно расположился мягкий диван в окружении нескольких кресел, отделенных от него низким овальным столиком.       Сарбонна, обежав глазами корешки многочисленных книг, вспомнила об отце, который научил ее читать, любить книги, научил быть внимательной и любознательной. В детстве они очень много времени проводили здесь, читали, спорили, смеялись и снова читали. Именно отец вложил в нее, чистокровную волшебницу, суждение о том, что чистота крови совершенно не важна, и что в жизни необходимо относится с пониманием и уважением ко всем, будь это волшебник, магл, домашний эльф или просто животное. Дальнейшая, взрослая жизнь только утвердила принципы, заложенные, когда-то в далеком и счастливом детстве. На Бонну нахлынули воспоминания и, отложив книгу, она закрыла глаза.       Вот она маленькая белокурая девочка, рядом ее семья, вокруг солнечно и тепло. Им весело, бесконечно весело, детские забавы и первое волшебство. Вот она на коленях у отца, а в руках детская книжка, мама зовет обедать, а им так не хочется отрываться от очередного рассказа. А вот она немного постарше и книги серьезнее, отец увлеченно говорит о магии, а она сидит напротив, забравшись с ногами в кресло, и внимательно слушает его.       Бонна перевернулась, книга бесшумно соскользнула на пол. Кошка, сидевшая в кресле напротив вздрогнула, подняла голову и открыла голубые глаза. Девушка тихо спала, кисти тонких рук свисали с дивана, на лице умиротворенная улыбка, вызванная самыми теплыми и счастливыми воспоминаниями ее детства.

***

      Проснувшись, Сарбонна открыла глаза и почувствовала, что выспалась, хотя тело немного ломило от неудобной позы. Окна в библиотекe отсутствовали, и поэтому было непонятно, сколько сейчас времени. Девушка подняла книгу, зевнула, запахнула халат и спустилась в столовую. Время было уже почти десять, и Сарбонна быстро пригубив чашку чая, собралась и отправилась в больницу святого Мунго.       Утро в больнице всегда начиналось с суеты. Новые пациенты, новые назначения, очередные анализы, тщательные осмотры. Целители сновали по запутанным коридорам, стараясь всем уделить внимание и оказать помощь. Сарбонна хорошо помнила, где именно она вчера оставила подругу, поэтому аккуратно пробираясь сквозь толпу, незаметно проскользнула к лифту. Она оказалась на пятом этаже и направилась к известной ей палате, но, попутно увидев, целительницу и окликнула ее:       — Марлин, доброе утро!       — Доброе утро, Сарбонна. Рада видеть. Как ты себя чувствуешь?       — Спасибо, у меня все в порядке. Как Тонкс?       — Уже лучше. Но она, как впрочем, и я, очень переживала, что ты убежала вчера, отказавшись от помощи, — Марлин покачала головой.       — Извини, я сильно опаздывала, — смущенно улыбаясь, ответила Сарбонна, — но, обещаю, что в следующий раз…       Марлин строго нахмурилась и не дала Бонне возможности договорить:       — Это, о каких таких следующих разах идет речь?       — Ну, эммм…, - произнесла Бонна растерянно.       Но в этот момент, уже не пытаясь больше сдерживаться, Марлин рассмеялась.       — Мне так хотелось наградить тебя гневной тирадой за безразличное отношение к собственному здоровью, но как видишь, опять ничего не вышло, — смеясь, призналась целительница.       — Я прекрасно тебя понимаю. Мы вечно подкидываем тебе работу и поэтому уже давно заслуживаем не то, что тирады, а даже самых пренеприятных осмотров и анализов, — ответила Сарбонна, улыбнувшись.       — Я помогу вам в любое время, но все равно будьте осмотрительнее.       — Постараемся. Спасибо тебе, Марлин.       — Не за что! Всегда обращайся.       С этими словами целительница отправилась на обход, а Сарбонна в палату к Тонкс. Сарбонна давно знала Марлин, они познакомились еще в Хогвартсе. Она училась с Дорой на Пуффендуе, но близко в школьные годы они не общались. Девушки сблизились несколько позже, когда на одном из заданий Кингсли и Бонна спасли младшего брата Марлин, который попал в очень дурную компанию.       Бонна еле слышно приоткрыла дверь. Дора сидела на кровати около окна, обхватив руками колени. Увидев Сарбонну, она улыбнулась лишь одними глазами, и ее лицо тут же приняло более чем серьезный вид, а волосы стали огненно-красными.       — Дора, привет. Я очень рада тебя видеть.       — Привет-привет, моя бессердечная подруга, которая, как мне рассказали надежные люди, бросила меня тут. А сама усвистала в ночь! В непонятном направлении! Вся в крови, — возмущенно произнесла Дора на одном дыхании, и добавила с упреком. — А я значит должна тут с ума сходить в неизвестности, да?       Сарбонна, сдерживая улыбку, пыталась сделать виноватое лицо, но это совсем получалось. Она вытащила палочку и легко взмахнула ей. На маленьком прикроватном столике появилась вазочка с нежными анемонами. Тонкс еле заметно улыбнулась, глядя на цветы, но на лице снова появилась наигранная строгость, когда она посмотрела на подругу:       — Почему ты отказалась от помощи, ты ведь тоже пострадала? Куда ты умчалась?       — Ну, ты же знаешь куда. И в итоге я все равно опоздала. Сама я почти не пострадала, так пара царапин на лице, — Бонна присела на кровать и взяла подругу за руку, — Дора, я очень благодарна тебе, что ты прикрыла меня, но обещай больше так не рисковать.       — Да перестань, Бонна! Ты же мне как сестра! — горячо отозвалась Тонкс. — Я уверена, что ты и сама на моем месте поступила бы также. И это я должна тебя благодарить, что ты в таком состоянии и в такой ситуации не растерялась и доставила меня сюда под самым носом Пожирателей.       — Пожиратели видимо так испугались нас с тобой, влетающих из окна в толпу маглов, что сами первые трансгрессировали, — засмеялась Сарбонна.       Подруги переглянулись. Дора улыбнулась и обняла Бонну.       — Как ты себя чувствуешь? Когда тебя выпишут? — спросила Бонна, и посмотрела на грудь подруги, на которой все еще оставались следы недавнего нападения.       — Обещают в четверг. Мне уже лучше. А когда мы должны участвовать в операции?       — В пятницу. Все очень хотели тебя дождаться.       — Отлично, я уверена, что буду в форме.       — Надеюсь, а то Кингсли страшно переживает, что отпустил нас вдвоем, и такое произошло.       Спустя полчаса, Сарбонна заспешила на работу. И, тепло попрощавшись с Тонкс, отправилась в Министерство, где она в деталях рассказала все произошедшее вчера Кингсли и Грюму, а вечером в компании своего коллеги Джона Долиша заступила на ночное дежурство.

***

      В оставшиеся до пятницы дни жизнь шла своим чередом. В четверг утром Дору выписали из больницы, и выглядела она вполне здоровой. Сарбонна после ночного дежурства отправилась домой, чтобы немного поспать, так как вечером им всем предстояло очень ответственное дело. Около десяти к Сарбонне в гости заглянула Тонкс, сообщив, что видела Кингсли, и он просил всех участников защитного отряда собраться на площади Гриммо к одиннадцати. Сарбонна тщательно подготавливалась, а Дора, по обыкновению, сидела на подоконнике возле открытого окна в спальне Бонны. Подруги непринужденно переговаривались.       — Знаешь, я видела Гарри только на фотографиях в «Ежедневном пророке», а в живую — никогда, — сказала Дора.       — Я тоже, — ответила Бонна, задумчиво поглядывая в зеркало.       — Ты волнуешься? — спросила Дора, заметив размышление на лице подруги.       — От предполагаемой встречи с Гарри — нет. А вот от длительного полета на метле — немного. Я так давно не летала, да и вообще никогда не любила это занятие.       — Да, перестань, это же классно! — Дора мечтательно закатила глаза, и ее волосы стали фиолетовыми.       — Ну, полеты и квиддич всегда были твоей стихией, — улыбнулась Бонна, наконец-то определившись с выбором подходящей одежды, облачаясь в чернильные брюки и такого же цвета блузку из плотной ткани, подозревая, что высоко в небе будет холодно даже в летнюю ночь.       — Да, помню, как я играла в школе. Даже подумывала всерьез этим заняться. И наверно занялась, если бы одна, чрезмерно серьезная особа, не заразила меня своей мечтой стать Аврором и бороться с Темными силами, — Тонкс хитро подмигнула подруге, — но квиддич я все равно обожаю. Никогда не понимала, почему он тебе не нравится?       — Наблюдать за игрой мне очень нравится. Я ведь не пропустила ни одного матча с твоим участием, — возразила Бонна, — но вот играть … Это совсем не мое. Наверно при встрече мне до сих пор будет стыдно смотреть в глаза Роланде Трюк, вспоминая наши первые уроки полетов. Думаю, что такого позора в истории Гриффиндора еще никогда не было, — девушка рассмеялась.       — Перестань преувеличивать! Неудачи, конечно, были, но потом ты справилась. И сейчас ты хорошо летаешь, иначе бы Грюм не решился назначить тебя в отряд, — ободряюще ответила Дора.       — Надеюсь не разочаровать его и не свалиться с метлы в самый ответственный момент, — серьезно проговорила Бонна, надевая, теплую мантию и натягивая на руки черные перчатки, — нам еще не пора выходить?       — Да, уже пора. Пойдем, — Тонкс легко спрыгнула с подоконника, поправляя многочисленные карманы на своей мантии и плотно застегивая ее.

***

      В мрачном коридоре дома на площади Гриммо, Бонна и Дора встретили девушку с огромным рыжим котом на руках. Она с интересом смотрела на подруг.       — Здравствуйте, я, Гермиона, — улыбаясь, сказала она.       — Привет, я — Тонкс, — отозвалась Дора.       — Привет, очень приятно, я — Сарбонна, — ответила Бонна, и ее рука непроизвольно потянулась погладить кота. Дора закатила глаза и пробормотала что-то типа «ну вот началось», а Гермиона рассмеялась.       — И мне очень приятно с вами познакомиться, — радостно ответила Гермиона, поглаживая своего любимца.       Услышав незнакомые голоса, на лестнице появилась целая компания рыжеволосых парней и с ними девушка. Они столпились на небольшой площадке лестничного пролета и смотрели вниз с любопытством.       — Привет, — весело произнесла Тонкс, устремляя взгляд вверх, — вы наверно семейство Уизли?       — Да, так и есть. Я — Фред, — кивнул высокий рыжий парень и все стали представляться по очереди.       — А я Джордж.       — Я — Рон.       — А я Джинни.       Подруги, улыбаясь, смотрели на них, стараясь запомнить кто есть кто.       — Сарбонна.       — Тонкс.       — Вы ведь Авроры, верно? Как и Аластор Грюм? — полюбопытствовал один из близнецов, кажется Джордж.       — Да, так и есть. Мы работаем вместе, — живо откликнулась Бонна.       — Вы сегодня отправляетесь за Гарри? — спросила Джинни.       — Да, — подтвердила Тонкс, — не переживайте! Совсем скоро он уже будет вместе с вами.       В тишине прозвучало еще несколько вопросов, но не успели подруги ответить и на первый, как в конце коридора открылась дверь столовой и к ним уже спешила Молли Уизли, бросая недовольные взгляды в сторону лестницы и качая головой.       — Это еще что такое? Разве у вас нет своих дел, кроме как приставать с глупыми вопросами? Быстро наверх, — проговорила Молли тоном, не терпящим возражений, и ответом ей был звук удаляющегося топота от нескольких пар ног, который гулко разносился по дому. Подруги рассмеялись на непривычную для них строгость Молли, а женщина, поприветствовав их, мгновенно смягчилась.       В столовой уже собирались члены Ордена Феникса, участвующие в операции. За столом сидели Кингсли и Грюм, проговаривая и уточняя каждый пункт плана. Молли, в совершенстве владеющая повседневными, домашними заклинаниями, следила за приготовлением ужина. Сарбонна заворожено смотрела, как ловко она успевает контролировать заколдованные кухонные принадлежности, которые нарезали салат, чистили овощи или мыли посуду. Сириус крутил в руках бокал с вином. В душе он все еще негодовал, что не может отправиться в составе защитного отряда. В дверях появился Римус. Он казался изможденным: лицо осунулось, потертый пиджак висел на ссутулившихся плечах.       — Римус, — осторожно обратилась к нему Дора, — у тебя все в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь?       — Да, все нормально. Не стоит беспокоиться, — приветливо отозвался Римус. — Приближается полнолуние. Обычное дело, — закончил он будничным тоном. Несмотря на некоторое неудобство при упоминании о его проблеме, проявление заботы было ему приятно. Сарбонна и Сириус не сговариваясь, улыбнулись.       Когда прибыли и другие члены защитного отряда, Аластор Грюм поднялся и жестом дал понять, что самое время отправляться за Гарри. По прибытии на Тисовую улицу Сарбонна, Тонкс и Кингсли познакомились с Гарри. Бонна заметила, что юноша был несколько смущен от повышенного внимания к своей защите и участия Авроров в его сопровождении.       Тонкс помогла Гарри собрать вещи и готовые к длительному полету все вышли на улицу. Стояла ясная ночь. На небе россыпь мерцающих звезд. Последние указания Аластора и группа взмыла в воздух, быстро набирая высоту. Сарбонна чувствовала себя неуверенно, чего нельзя было сказать о Гарри и Тонкс, которые получали от полета истинное удовольствие. Бонна и Римус держались немного поодаль, внимательно озираясь по сторонам. Периодически изменяли строй, закладывая немыслимые виражи. Много петляли по местности, тщательно проверяя, нет ли преследователей.       Спустя пол часа полета руки окончательно окоченели, лица обветрились и Кингсли предложил Аластору не делать очередную петлю, а направится прямиком в штаб-квартиру. Грюм кивнул и дал команду снижаться. Гарри и Дора еще раз от души, соревнуясь в скорости, вошли в пике. Римус с улыбкой наблюдал за ними. Приземлившись, все быстро осмотрелись и вошли в дом, откуда сразу повеяло теплом. Члены защитного отряда направились в столовую, но Гарри пройти вместе с ними не разрешили и, он с досадой отправился по лестнице наверх.       Сарбонна очень замерзла и, согревая дыханием ладони, хотела как можно скорее оказаться возле камина. Она вошла первой и в столовой ее ждала уже становившаяся привычной картина. Сириус и Северус в бешенстве друг напротив друга, а между ними решительно замер Артур Уизли.       — Всем добрый вечер, — произнесла Бонна, оглядывая по очереди всех троих, и далее обращаясь к Сириусу, — Сириус, мы доставили Гарри. Все в порядке, он сейчас с друзьями наверху.       Сириус отпрянул назад, сел. Взгляд смягчился, он посмотрел на Бонну и произнес:       — Спасибо, Бонна. Я рад, что обошлось без происшествий и мой крестник теперь будет в безопасности.       Артур выдохнул, и посмотрел на девушку с благодарной улыбкой. Северус одарил ее холодным взглядом, от которого Сарбонне стало не по себе, и сел напротив Сириуса, который, глядя на Бонну, спросил:       — Ты замерзла? Может Огневиски?       Снейп хмыкнул в его сторону. Сириус снова напрягся.       «И снова здесь что-то происходит, — подумала Бонна, глядя на Снейпа, — ну, сколько можно злобных насмешек?»       — Да, Сириус, спасибо, не откажусь. Я и правда почти окоченела, — произнесла она непринужденно.       Снейп отвернулся, не удостоив Бонну взгляда.       —Я тоже не откажусь, — отозвался Артур, с облегчением, что не разразился новый скандал. Сириус кивнул и призвал бокалы.       Как раз в этот момент на пороге появились и остальные члены Ордена. Римус улыбнулся, и сказал другу:       — Сириус, наливай всем, сегодня хороший день.       Сириус усмехнулся в ответ.       Кингсли опустился на стул рядом с Бонной, тем самым, отделяя ее от Снейпа. Напротив, между Сириусом и Римусом, устроилась замерзшая Тонкс. Ее лицо светилось от удовольствия, которое доставил ей перелет. Работа в Аврорате была никак не связана с полетами. Предпочтение отдавалось более быстрым способам перемещения, трансгрессии, порталам, поэтому летать Доре практически не приходилось. Римус тоже взбодрился от вечерней прогулки и выглядел более жизнерадостным. Аластор быстро прошагал вдоль стола, опираясь на массивный костыль. Несмотря на старые ранения и протез вместо ноги, он ловко перемещался и прекрасно держался на метле. Дамблдора на собрании не было, но его приятель Элфиас Дож живо интересовался подробностями операции, которая прошла без всяких накладок.       Сириус разливал огневиски, но Северусу не предложил. Все выпили, Сириус повторил. Все оживленно переговаривались. В столовую вошла Молли. Сарбонна пригубила напиток и окинула присутствующих взглядом, медленно перебегая по лицам. Взгляд, сделав круг, остановился на Снейпе. Она отметила, что он сидит с совершенно непроницаемым лицом, его ничто не смущает в данной ситуации. Он просто мрачен и безразличен.       «И все же, когда он успел так измениться? Или мне одной так кажется? Хотя все убеждены, что он и раньше был неприятным. И эти постоянные конфликты. Про Северуса не знаю, что сказать. Но на Сириуса это совсем не похоже. Он всегда веселый, постоянно шутит, напевает что-нибудь. Ну, иногда конечно поворчит на Дамблдора, да и то в пол голоса, потому что все равно понимает, что тот прав. Да и все на этом. Но Северусу стоит только съязвить и Сириус мгновенно вспыхивает. Очевидно, Северус знает, как заставить его выйти из себя. Но зачем?» — сознание Бонны потонуло в потоке собственных размышлений. Она не заметила, что сидит, подперев голову рукой, и не отводит глаз от Северуса.       В этот момент к Снейпу обратился Кингсли и, повернув голову, Северус встретился глазами с Сарбонной. Черные, холодные глаза пронизывали Бонну насквозь, давая ясно понять ей, что нечего здесь рассматривать и сейчас самое время потупить взор и отвернуться. Сарбонна прекрасно прочитала его взгляд, но ее реакция была какой-то неправильной, потому что она и не думала отворачиваться или отводить взгляд. Она продолжала спокойно смотреть ему в глаза. Совершенно не задумываясь о том, что она вообще хочет там увидеть.       Северус, которого несколько раз за прошедшее время посещали мысли о девушке со странно-знакомой фамилией, мысленно удивился от такого внимания к своей персоне, но виду не показал, продолжая смотреть на нее холодно. Но это странное взаимное созерцание отвлекло Снейпа от вопроса заданного Кингсли, который уже закончил говорить и теперь ждал ответа. А Снейп, который, только что оторвал взгляд от Бонны, переведя его на Кингсли, понял, что вопрос последнего он прослушал.       Сарбонна, находившаяся в своих мыслях, тем не менее, поняла, что сейчас произошло и ей стало немного смешно. Она почувствовала, что не может сдержать улыбку, когда услышала низкий голос Северуса, обращенный к Кингсли:       — Я не понял вопроса.       Теперь пришло время удивляться Кингсли, видимо оттого, что вопрос, на который он ждал ответа, казался ему самым элементарным. Он смотрел на Снейпа, которому никогда ничего не нужно было повторять дважды, с недоумением.       Сарбонна поняла, что больше не может сдерживаться и сейчас рассмеется в голос над глупейшей ситуацией, сложившейся частично по ее вине. Она решила, что самым верным решением будет отвернуться и дать им возможность разобраться без ее, пусть и молчаливого, но все-таки, участия. Но самообладание под действием алкоголя частично покинуло ее, и она поняла, что продолжает смотреть в эти презрительные, колючие глаза Северуса с непринужденной улыбкой.       Спустя мгновение Бонна все-таки нашла в себе силы отвернуться и сделала глоток огневиски. Слева от нее по-прежнему было тихо. А напротив Римус, Сириус и Тонкс весело переговаривались. Бонна, услышав обрывки их разговора о Гарри, прислушалась и присоединилась к беседе, поэтому, что же это был за вопрос, от которого она отвлекла Снейпа, Бонна так никогда и не узнала.