Изумруд и рубин

- Пит, ты притащил труп? – поинтересовалась я, расхаживая по Выручай-комнате. – Если кто-то из вас меня подведет, я до вас и с того света доберусь! - Все идеально! – ответил Питер, доставая из коробки кость и трансфигурируя ее в труп молодой женщины. Я подошла поближе к трупу. Что же, при жизни женщина была очень красивой – темные кудрявые волосы, маленькие ручки, идеальная фигура и, возможно, прекрасная кожа. Утверждать сейчас было затруднительно. Женщина была магглой. Пит целых две недели шастал по маггловским моргам, ища труп женщины, похожей на Беллатрису Лестрейндж. И когда я уже потеряла надежду, он наконец-то обрадовал меня. - Иллюзию сделал? – спросила я у Пита, отойдя от женщины. Пит кивнул и протянул мне ленточку и тоненький серебряный браслет с надежным замочком. - Браслет наденешь сейчас, - я послушно нацепила браслет на запястье. Замочек тихо щелкнул и растворился. - А как открыть? – воскликнула я. - Аллохоморой! – ответил Питер. – Но откроешь его только тогда, когда уже будешь в Хогвартсе. На нем наложена сильная иллюзия, дементоры тебя не учуют, решив, что это очередной труп. - Он делает иллюзию мертвой? – уточнила я. - Да, - согласился Петтигрю. – Дементоры слепы, они могут только чувствовать. Поэтому если ты войдешь без браслета, они сразу поймут, что тут есть живой. - Спасибо, - поблагодарила я. – А ленточка зачем? - Ленточку ты должна вставить под кожу трупешника, - пояснил Пит. – Эта женщина, хоть и похожа на Беллатрису, имеет одно большое отличие – она маггла. Ленточка напитана магией, поэтому дементоры подумают, что это волшебница. - Отлично! – я положила ленточку в маленький мешочек с чарами расширения, висевшего у меня на шее. – Барти, ты должен через три часа поставить заглушающие на весь коридор возле выручай-комнаты. - Я понял, - Крауч кивнул, потом трансфигурировал труп обратно в кость и протянул ее мне. Я положила кость в мешочек и достала из этого же мешочка маленькую фигурку змеи. - Портключ сработает через пять минут, - сообщила я, посмотрев на змею. – Барти, приступай! Крауч направил на меня палочку и произнес заклятье принудительной анимагии. По телу прошла знакомая волна боли, но я уже твердо стояла на ногах. За две недели я уже научилась безболезненно принимать свой облик змеи, и немного сложнее – принудительный облик буревестника. Через минуту я уже летала по комнате. На шее висел мешочек со всем необходимым, а в лапах был зажат портключ. Когда время истекло, змея засветилась, и я исчезла в яркой вспышке. Появилась я уже на холодном и твердом берегу Северного моря. Здесь бушевала гроза. Идеальная погода, чтобы сбежать из тюрьмы. Расправив крылья, я отряхнулась и полетела к Азкабану. Ветер мешал лететь и сбивал с курса. Я уже потеряла счет времени и боялась, что не успею долететь до тюрьмы до того, как чары принудительной анимагии спадут. Однако я успела. Еле-еле. Когда я подлетела к нужному сектору, я почувствовала, что контуры моего тела медленно размываются. Прибавив скорости, я смогла долететь до маленького каменного выступа и как раз, приняв свою человеческую форму, смогла уцепиться за него. Мысленно благодаря свою хорошую физическую форму, я подтянулась на руках и скорчилась на этом выступе. Теперь главное – не сорваться. Мысленно представив образ змеи, я уцепилась ногтями за каменную стену. Только бы не упасть. К счастью, я не упала и уже через минуту я в образе змеи проскользнула в маленькую щель. Держась около стены, я скользила по коридору, ища камеру Беллатрисы. А вот и она! Я заползла между прутьев решетки в камеру и приняла человеческий облик. Сделав два шага, я еле удержалась на ногах. Перед глазами замелькали картины. «…Мама, папа, очнитесь! – маленькая девочка с каштановыми волосами ползала по лужам крови. Рядом с ней лежали два мертвых тела с перерезанными глотками. – Мама!..» «…Дьявольское отродье! – кричала старуха на эту же девочку, только немного повзрослевшую. – Дрянь! Что это за фокусы! У моего сына не могла родиться такая дочь!..» «…Когда же ты сдохнешь, грязнокровка! – рослый парень ударил одиннадцатилетнюю девочку в живот. Она сплевывает кровь и злобно смотрит на парня. Но молчит. И не плачет…» «…Я не хочу с тобой общаться, чернокнижница! – красивый блондин лет семнадцати с презрением смотрит на девушку, в которой угадываются черты той маленькой девочки. - Драко, постой, я люблю тебя! – девушка плачет и хватает парня за рукав. Он вырывает руку и, не оборачиваясь, уходит…» Драко, Драко… Это имя… Почему оно мне знакомо? Неожиданно перед глазами вспыхнул образ гриффиндорского блондина с вечной улыбкой. Я его помню. Тогда почему это воспоминание кажется ненастоящим? Этого не было! Никогда! Замелькали уже другие картины. «…Я тебя люблю, родная! – молодая женщина обнимает девочку, очень похожую на нее. Рядом улыбается, глядя на них, красивый брюнет. – Гермиона, помни, что тебя назвали в честь твоей великой родственницы. Она была очень сильной женщиной. Будь и ты такой!..» «…Миссис Грейнджер, Ваша внучка – волшебница! – странно одетая пожилая дама протягивает девочке конверт. – Поэтому она будет учиться в Хогвартсе!..» «…Держи, девочка! – старик в чистом, но старом костюме, склоняется над избитой девочкой. – Пей, это снимет боль! А теперь осторожно вставай. Меня, кстати, Агрус Филч зовут. Хорошо, что миссис Норрис тебя заметила, - кошка ластится к девочке. Филч удивленно смотрит на свою любимицу. – Она еще ни к кому так не подходила. Ты очень хороший человек…» «…Теперь ты с нами, подруга! – улыбается блондин и крепко обнимает…» Я открыла глаза и уже смогла твердо стоять на ногах. Что это было? Ответ пришел тут же – сквозь решетчатое окно я увидела проплывающих дементоров. Почему я вдруг так отреагировала на них? Когда я училась на третьем курсе, из Азкабана сбежал Сириус Блэк и Министерство поставило дементоров вокруг школы. Многие ученики и преподаватели падали в обморок при виде них, а я могла спокойно находиться рядом с ними, не испытывая никакого дискомфорта. Что изменилось? Решив, что на размышления у меня еще будет время, я подошла к лежащей на каменном полу женщине. Она была прикована цепью к стене и было непонятно, спит она или уже умерла. Я осторожно потрясла ее за плечо. - Леди Лестрейндж, Вы меня слышите? – женщина не пошевелилась. – Леди Лестрейндж? На меня вдруг нахлынула злость. Пусть Беллатриса и была ужасным человеком, пусть она и была сумасшедшей маньячкой, но тринадцать лет в таком аду… Даже она не заслуживала такого. Круцио хоть и жестоко, но недолго, Авада – и вовсе безболезненно. А оставлять так человека на медленную смерть… Это просто не укладывалось в моей голове. Ничего, как только Темный Лорд придет к власти, я лично уничтожу Азкабан и всех, кто это придумал. - Беллатриса! – я сменила форму обращения. – Белла! Женщина чуть вздрогнула и повернулась. Я внимательно посмотрела на нее. Ее лицо, иссушенное Азкабаном, хранило остатки былой красоты, а губы были упрямо сжаты, давая понять, что женщина не сдалась. - Цисси… - пробормотала она. - Вставай, Белла! – заметив прогресс, я начала трясти ее с утроенной силой. К моему удивлению, она послушалась меня и попыталась подняться на ноги. Ключевое слово – попыталась, так как встать она так и не смогла, настолько ослабела. Я запихнула руку в мешочек и вытащила восстанавливающее. - Пей! – я протянула ей флакончик. Трясущимися руками она взяла зелье, но слабость не позволила ей удержать его. Флакончик выпал из ее ослабевших рук и разбился. Я едва слышно выругалась и «темной» палочкой убрала осколки и разлившуюся жидкость. Даже для меня это было сложно, так как пришлось взять часть резерва другой магии. Потом достала второй флакончик, радуясь, что прихватила достаточное количество зелий, и приложила его к искусанным губам женщины. Темная жидкость потекла по ее подбородку, но что-то попало и в рот. Женщина сделала глотательное движение и цвет ее лица чуть улучшился. Ну и поиздевались над ней! Это было самое сильное восстанавливающее, оно и мертвого могло на ноги поставить. Значит, что Беллатрисе было еще хуже. Плохо. Интересно, а она еще не до конца свихнулась? Барти говорил, что она была самой сильной в свите Лорда, была его правой рукой. И вот что с ней произошло. Что же тогда случилось с остальными, более слабыми? Медленно, но она все же приходила в себя. Я плюхнулась перед ней на колени и начала шуровать отмычкой в замке на ее наручниках. Эти маги такие дураки! На наручниках было навешано куча магической защиты, у меня чуть палочка не взорвалась, когда я проводила диагностику, а примитивной маггловской защиты не существовало вообще. Даже моих скромных навыков хватило, чтобы открыть замок. Наручники с грохотом упали на пол. Белла неверующе крутила запястьями. Я протянула ей еще один флакон восстанавливающего. Этот она уже сумела удержать и осушила в два глотка. Это хорошо. Я достала из сумочки кость и трансфигурировала в труп лже-Беллы. Потом из того же мешочка достала ленточку, данную мне Питером, и острый нож. Посмотрев на одежду Беллы, я трасфигурировала ночную сорочку, надетую на труп Краучем, в «Азкабанский наряд». Затем я осторожно надрезала кожу трупа и запихнула ленточку в мертвое тело. -Эпискеи! – произнесла я, направив палочку и почувствовав магию крови, и кожа заросла, скрывая ленточку в теле. Теперь нужно правильно положить тело. Я перетащила труп к тому месту, где лежала Беллатриса, и осторожно нацепила на него наручники. Вроде все готово. - Белла, - я обратилась к неподвижно стоящей женщине. – Сейчас будет больно. Я превращу тебя в змею и мы спустимся на первый уровень. Ты не должна от меня отставать, что бы ни случилось. Ты поняла? Она медленно кивнула. Надеюсь, что поняла. Я направила на нее палочку и произнесла заклятье принудительной анимагии. Увидев на полу черную змею, я едва заметно улыбнулась и спрятала палочку в мешочек. Потом позволила энергии пробежать по своему телу и через секунду по полу уже скользит изумрудная змея. - С-с-са мной-с! – прошипела я. Главной причиной, по которой я превратила Беллу именно в змею, было именно то, что она должна была понимать меня. А крыса или муха не поймет змею. – С-с-скорее-с! Мы выползи из камеры и уверенно поползли на первый уровень. План Азкабана я выучила наизусть благодаря Краучу, которой еще давно стащил его у отца. Камеру Беллы мне указал тот же Крауч, так как видел ее, когда убегал с отцом из тюрьмы. На первый уровень мы попали быстро. Как сказал Крауч, там есть небольшая площадка, где может сработать портключ. Это сделано для министерских чиновников и авроров, которые приводят и уводят (что бывало редко) заключенных из Азкабана. Вся остальная территория Азкабана поглощала магию, чтобы узники не могли убежать. Мое колдовство сработало лишь потому, что я использовала магию крови, древнюю магию, которая не блокировалась стражами Азкабана. Вот мы и на площадке. Я скользнула в тень, хотя темно было и так, и начала превращаться в человека, одновременно накладывая дезиллюминационные чары. Это было сложное волшебство, так как приходилось контролировать сразу два процесса, однако я здорово натренировалось этому в Выручай-комнате. Засунув невидимую руку в такой же невидимый мешочек, я вытащила очередной портключ. Осторожно сжав Беллу-змею, я активировала его. Вспышка – и мы перенеслись на тот берег моря, на который я и перенеслась изначально. Несмотря на то, что этот портключ был самым мощным, на большее его не хватило, так как Азкабан поглощал огромную часть магии. Хорошо хоть в море не упали, вот было бы! А на берегу хоть и жуткий холод, все равно теплее, чем в Азкабане или в море. Однако разбираться, что было бы, а чего не было бы, у меня просто не было времени. Превратив Беллу в человека, накинув ей на плечи теплую мантию и дав ей обезболивающее зелье, я схватила ее за руку и активировала еще один портключ. У меня их было заготовлено огромное количество. Сначала мы перенеслись в Королевский лес Дин, потом на детскую площадку в Литтл-Уитлгинге, и наконец очутились в Визжащей хижине. Не дав Белле прийти в себя, я наложила различные защитные заклинание, потом заглушающие и еще добавила мое личное изобретение – блокировку Непростительных, чтобы не засекло Министерство. Его я еще не испытывала, но надеялась, что все пройдет гладко. Закончив, я направила палочку на Беллу и вызвала в памяти воспоминания о том, что она пытала родителей Невилла, а также убила много людей. Желание причинить боль полностью захлестнуло меня. - Круцио! – закричала я, применив свое первое Непростительное. Белла жутко закричала – значит заклятье сработало. Барти рассказал мне, что для использования Круциатуса необходимо желать причинить человеку боль, почувствовать это и наслаждаться этим. И слепая ненависть, как думают авроры, к этому не имеет никакого отношения. Я отменила действие заклятья и подошла к Белле. Она все еще валялась на грязном полу, но уже попыталась встать. Я подняла ее голову и посмотрела в глаза. Не получилось. - Круцио! – я снова направила на нее палочку. Белла снова упала. Я продержала заклятье чуть дольше, чем первое и снова взглянула на ее глаза. Отчаяние заполнило меня. Почему ничего не вышло? - Круцио! – закричала я в третий раз. Должно же сработать… Должно… Иначе все будет впустую. Я усилила действие заклятья, представляя на месте Беллы всех тех людей, которые причинили мне боль. Беллатриса закричала еще сильней и наконец резко дернулась. Я немедленно опустила палочку и бросилась к ней. Снова посмотрела ее глаза. Сейчас они были чистые и светлые, не замутненные безумием. Получилось… Я устало сползла по стенке. Магия забрала у меня много энергии. Рядом раздался хрип. Я мгновенно вскочила. Нельзя расслабляться, работа еще не закончена. Я призвала мешочек и вытащила оттуда флакончики с обезболивающими зельями и зельями против Круциатуса. Рецепт последних притащил Крауч, найдя его в заметках профессора Снейпа. Зелье варила уже я сама. Дав Белле выпить зелья, я наложила чары невидимости и снова взяла ее за руку, а потом активировала последний портключ. Мы приземлились в коридоре на восьмом этаже, как раз возле Выручай-комнаты. Я приложила руку к камню и, дождавшись, когда комната откроется, втащила туда Беллу. Влив в нее еще литры зелий, я осторожно уложила ее на диван и укрыла одеялом. - Какой прекрасный сон... – пробормотала она, закрывая она. – Мне давно не снились сны… Испытывая редкое для меня чувство жалости, я вышла в коридор и наткнулась на дожидавшегося меня Пита. - Ну, как все прошло? – нетерпеливо поинтересовался Питер. - Идеально! – я устало улыбнулась. – Посиди с ней, мне нужно поспать. - Хорошо! – Хвост кивнул и скользнул в комнату. Я, зевая, отправилась в подземелья Слизерина. Наложив на себя очищающие чары, так как сил принять душ у меня уже не было, я сняла иллюзию спящей себя, которую для подстраховки наложил Питер и забралась в кровать. Закрыв глаза, я усмехнулась. Уже три человека сбежали из Азкабана. И кто теперь скажет, что оттуда сбежать невозможно?