Не недооценивайте низких девушек...

      Прошло уже около получаса, как беременные девушки перемывали кости своим мужьям, пока те мирно играли в карты на кухне, изредка, вслушиваясь в глупые претензии девушек.       — Грей-сама такой классный муж, но Джувия его ненавидит! Джувия такая плохая! Грей-сама вчера не помыл посуду, и я от этого ненавижу его ещё сильнее! Грей-сама плохой! Нет, Джувия плохая! — девушка рыдает над тарелкой с мороженным, изредка колупаясь там небольшой серебряной ложечкой.       — Я такая толстая! Я огромный шар! Нацу такой классный, а я такая ужасная! Он меня разлюби-и-ит! А ещё, он сказал, что нет зефира со вкусом кресла. Он же даже не посмотрел! — простонала Люси, раздирая салфетку на несколько кусочков.       — Гажил-кун, такой козёл! Он называет меня «морской свинкой!», он себя в зеркало видел? Задрот! — Леви закинула в рот целую сушку, продолжая бормотать, что-то издали похожее на «придурок».       — Жерар считает, что рыба и желе ужасное сочетание! Но это так вкусно! Он ведь даже не пробовал! Он же может и сам готовить? Почему он такой бесчувственный со мной? Вчера он забыл поджечь мороженное, как я просила! Я понимаю, что оно не горит, но ведь можно было попробовать! — Эльза подхватывает причитания подруг, закидывая в рот крупный кусок тортика.       Венди потирает затылок, не понимая, зачем её вообще сюда пригласили, но старательно делает вид, что всех поддерживает. Иногда косится в сторону кухни, где вдруг замолчала мужская половина.       Шарли забирает сушку, выслушивая о вредности калорий от Леви, успевшей съесть уже с десяток.       Первым из-за стола подымается Жерар, мол засиделись они уже, пора идти домой, иначе эти девушки с их гормонами, чего-нибудь учудят. Но не успел он дойти до гостиной, как раздался голос Люси.       — Нет, нет, Джувия, это всё Грей виноват! Ты такая хорошая! Это всё он, он! Ты имеешь полное право его ненавидеть! Он же не помыл посуду!       — Конечно, ты не толстая, Люси, это вообще Нацу виноват, что в такой хорошей форме, — подбадривает её Эльза, — Да и потом, даже не попытался найти тебе этот, наверняка, вкуснейший зефир со вкусом кресла!       — И Жерар полная скотина, как он может не разделять твои вкусовые предпочтения? — Фернандес за дверью заметно напрягается, в то время, как Нацу стонет что-то о высоком метаболизме, о котором ему до этого часа два втирала его супруга, — Конечно, он может готовить сам! Да и потом, не поджечь мороженное — это же грех! — возмущается Леви, поддакивая Эльзе.       — А Гажил-то! Джувия считает, что он ведёт себя очень плохо! Как он может обзывать тебя? Ты так прекрасна, а он похож на чучело! И поёт ужасно!       — Конечно! Им нужно отомстить! — первая ревёт Леви, бросая сушку куда-то на пол.       — Я хочу увидеть их слёзы боли! -поддерживает её Скарлетт, отпихивая от себя огромный клубничный тортик.       — Может не стоит? — вежливо уточняет Венди, чувствуя, что пора бы ей ноги уносить отсюда.       — СТОИТ! Мы заставим их убираться на кухне! И приносить нам зефир с любым вкусом!       Грей медленно сползает под стол, понимая, что для него это скорее всего закончится слезами и размытым фундаментом. Жерар так и зависает у двери, продолжая молится, шевеля одними губами, ведь кому, как не ему знать, что может случится с ним дома. У него ведь Титания! Она, чёрт возьми, может разрушить пол Магнолии, когда будет сердится! Нацу, тем временем, вспоминает, что в прошлый раз, когда Люси вот-так выходила из себя, он трижды падал в реку и один раз сбивал птиц, так что, тоже напрягся, не очень-то желая летать над городом.       Только вот Гажил куда-то запропастился.       А если быть точнее, то в коридор. Сидел он на полу, возле входной двери, с кастрюлей на голове и огромным банным полотенцем, которое намотал на грудь.       — Поймите правильно, это она выглядит как маленький ангелочек, но сейчас, она самое страшное, что я когда-либо видел в жизни!       — Гайка, мы идём домой, — сообщает Мелкая, выходя из гостиной, и хватаясь за край полотенца ведёт Гажила на улицу, пока тот мысленно составляет завещание.        Следом выходит Эльза, за которой покорно плетётся Жерар, помогая ей нести тяжёлый меч, который, видит Бог, сегодня ещё не раз прилетит в его голову.       Нацу выскакивает первым, помогая Люси спустится, но та, всё ещё плачет, изредка готовясь запустить Драгнила в реку, но тот пока держится молодцом. Вежливо напоминает про высокий метаболизм, и про то, что потолстеть он пока не может.       Венди вежливо прощается с Фулбастером, сидевшим под столом и вместе с Шарли уходят, обсуждая эту странную вечеринку и её последствия.       — Джу, ты в порядке?       — Грей-сама ненавидит Джувию? Грей-сама ненавидит нашего ребёночка! — рыдает девушка, затапливая такой дорогой персидский ковёр, который к слову, брался в магазине именно под предлогом, что тут плакать она точно не будет.       — Глупая, с чего мне тебя ненавидеть? — вылезает из-под стола Фулбастер, отряхивая штанины, но тут же получает волной воды по лицу.       — Джувия не тупая, Грей-сама!       Он потирает затылок, выглядывая в окно на то, как Жерар пытается извинится, но всё же затыкается, прикрывая глаза. Видно, сегодня влетит каждому…